Часть 1

Весна 1916 года. Большое поместье, купленное на деньги уже почившего отца, бывшего военным офицером, как по званию, так и по характеру. Солнце садится за горную цепь — отсюда его почти не видно. Скоро наступит ночь. Наследник всего состояния не выходил из кабинета уже восемь часов, разбираясь с документами. Российская империя — одно из самых напряжённых мест сейчас, а долг Дилюка — защитить свою семью при любой опасности. В конце концов, где-то на Петроградской стороне сейчас может начаться революция. А мятежный брат целыми днями практикуется с мечом, уж за кого-за кого, а за него стоило переживать. После смерти Крепуса их отношения ухудшились, но теперь Кейя — который вовсе и не был братом по крови, но до какого-то момента верил в их родство — вовсе перестал слушать Дилюка. Сам рыжеволосый уже хотел заново общаться с блудным братом, тот занимал все мысли, но в реальности, с детства приученный никому не верить на слово, наследник счёл за лучшее молчать. Ночь опустилась. Дворовые уже доложили, что Кейя решил не возвращаться домой, а снова отправился пропивать имущество покойного отца в пабах. Эта новость не вызвала у наследника радости, потому что пьянство, к которому Дилюк был не слишком склонен, грозило потерей имиджа для них, как для верноподданных короне его императорского величества, и Дилюк, и Кейя — российские дворяне с немецкими предками, сливки высшего общества, на которых равнялись и которыми восхищались. Сейчас, когда в сфере аристократических прав прогремела революция, новая точка опоры казалась очень слабой. Размышляя об этом, Дилюк отложил свои дела и отправился в свои покои, где никто не сможет ему помешать. Тяжело поддерживать своё состояние стабильным, даже когда вокруг тебя всё так и кричит о золоте. Роскошная кровать с балдахином, камин, с вензелями из золота, шикарный балкон, на который и отправился рыжеволосый молодой человек, взяв в руки курительную трубку из морской пенки, чтобы немного прийти в себя. Хотелось не просто курить, а расслабиться. Искренне понять, что сейчас происходит, и что он может сделать ради семьи. Со вчерашнего дня всё было совсем плохо. Дилюк мысленно представил себе окружающий мир. Война так и стучится в двери. Крестьяне, уже давно переставшие быть крепостными, всё ещё отрабатывали свой долг. Со дня на день могут прийти тревожные известия из Петрограда, а высший свет, как будто бы не намерен ничего делать, кроме простого побега. Так не должно быть. Дилюк не мог предать мечты отца о будущем Российской Империи в пользу каких-то социалистов. — Их система не проживёт и дня. — устало вздохнул наследник. Докурив, он отправился спать и, пускай сон совершенно не шёл, Дилюк попытался восстановить свои уже изрядно потрёпанные силы. В четыре часа утра он опять был на ногах. Заспанные слуги помогли одеться, подали завтрак. — Где он? — Уже вернулся. Господин, обещал присутствовать с вами на утренней трапезе. Мы приготовили говядину по-голландски. И лимонад. Вы ведь любите сладкий… Голос камердинера слегка дрожал. — У тебя голос дрожит. Я клянусь, что знаю эту твою привычку. Ты недоговариваешь, что Кейя натворил? — Ничего серьёзного. Вопрос уже улажен, но есть подозрение, что он вовлечён в революционные дела на стороне мальчишки Ленина — вторая часть предложения была произнесена уже шёпотом, как будто бы обсуждался не всем известный факт, а невероятная тайна. — Я понял. Мы обсудим это. — дальше путь наследника уже шёл к старому, ещё отцовскому кабинету. Дверь, надо сказать, за ним была недавно покрыта новым слоем позолоты. Что-что, а вот интерьер поместья действительно был роскошным. Несмотря на то, что Рангвиндры проживали вдалеке от столицы, дела здесь шли великолепно. Проводя взглядом камердинера, Дилюк принялся разбирать бумаги. Революция страшила юного помещика, а тот факт, что цесаревич был болен, не вселял надежды. Перелистывая страницы, он поднял глаза на зеркало, висевшее на стене. Ну конечно, новые круги под глазами — не лучшее украшение для того, кому ещё стоит посетить не один светский раут. Конечно, они наступят не скоро, несмотря на зажиточность братьев-помещиков, была проблема, которую они не могли обойти стороной — первая мировая война, прямо сейчас происходившая на территории страны. Она пугала Дилюка. «Несчастные мы, несчастные», — думал он, на секунду закрыв глаза. Однако, всё что он мог — писать стратегические планы. Император не пустил его на амбразуру, желая защитить с его помощью Урал. С другой стороны, Рангвиндры много говорили об увлечении великой княжны боевым искусством и не скрывали, что не прочь когда-нибудь взять в руки мечи. Но император был решительно против. Солнце уже встало, осветив своими лучами весь просторный кабинет. Во времена жизни отца это место казалось величественным и прекрасным, однако сейчас, полностью заваленное документами, оно скорее напоминало жалостливый склад в библиотеке. До завтрака с Кейей оставалось несколько часов, за которые нужно будет придумать, как с ним поговорить о нежелательных политических настроениях, охвативших младшего брата. Дилюк закончил работу и погрузился в размышления. Вдруг он вздрогнул — дверь кабинета отворилась и на пороге появился Кейя. — Что, братец, не ожидал меня увидеть? Я всю ночь провел не здесь, в этом вычурном — тут он показательно сплюнул — и, честно признаться, пошлом поместье, а на общественно-полезных работах. Что ты мне скажешь? А? Ты мне не отец, чтобы указывать, как жить! Ясно? — Кейа, ты ребёнок, ты ничего не понимаешь! Я работаю! И будет тебе известно, твои дружки - ничтожества, дай Господь ты таким не станешь! Хватит! Я урежу тебе жалованье! Пойми, что только император сделает нашу жизнь лучше. Так хотел отец, поэтому так и будет. — Спасибо, что ты назвал его моим отцом, — сказал Кейя, подходя к столу. — но ты же знаешь, что он только твой. Я хочу изменить нашу жизнь, Люк. Даже после смерти отца я считаю тебя родным. Дай мне шанс, я изменю страну, приведу её к светлому, всеобщему благу.  — Лучше объясни, что ты задумал. Ты что, совсем с ума сошёл? Ты хоть отдаёшь себе отчёт, что ты несёшь? Понимаешь, ты дворянин, стоит тебе оступиться, как тебя сожрут те, кому ты сейчас доверяешь свою душу. Я хочу защитить тебя, но видно, ты не можешь меня понять. — Просто дай мне шанс, — сказал Кейя - Пожалуйста. Пожалуйста, Люк. Я хочу, чтобы ты в меня верил. — Я устал, — сказал Дилюк. — У меня нет времени, у меня очень много дел. Я не хочу говорить об этом, не сейчас, но помни, что я не хочу, чтобы ты страдал. Думай своей головой. — Хорошо, — сказал Кейя. — Я постараюсь. Клянусь. Если я ошибаюсь, прости меня. Если я найду другой выход — прости меня. Дверь захлопнулась. Он ушёл, даже не попрощавшись. Не ясно, что ждёт впереди, но видно, что ничего хорошего. Война была совсем рядом с домом. Уже, как будто бы, внутри. Аппетит пропал. Не хотелось работать, поэтому господин Рангвиндр небрежно накинул сюртук и вышел в сад, чтобы проветрить голову.