Глава2.

Слёзы перестают умещаться в глазах и градом катятся по щекам. Она открывает рот, но молчит, словно рыба, насильно выброшенная на берег. Рыба так же задыхается, но не может ничего изменить. Больно. Телефон падает из рук, сердце пропускает удар, воздуха не хватает даже на половину вдоха. Хватая последний кислород, она собирает все силы и резко поднимается с места. В глазах темнеет, и комната, кажется, погружается в кромешную тьму, хотя за окном уже рассвело, и утреннее солнце скользит в комнату своими тёплыми и шершавыми щупальцами. Она хватает упавший на пол телефон и бежит в коридор, придерживаясь за стены. Тело дрожит от осознания происходящего, и она лишь на секунду допускает мысль о вероятности неизбежного… Ноги не способны устойчиво держать хрупкое тело, не шатая его в разные стороны. Потёкшая тушь продолжает стекать по щекам длинными паучьими лапками, перед глазами всё плывёт. Это ничего. Не страшно. Она выбегает из дома с одним телефоном в руках, забыв даже запереть дверь. Это неважно. Ничего теперь неважно. Она бежит большую часть пути, но слёзы и недосып дают о себе знать, и чёртова отдышка жестоко отбирает возможность бежать дальше. Нет сил. Только бы успеть… Ноги сами несут по знакомой до боли дороге, сами поднимают на нужный этаж, но перед дверью почему-то совершенно отказываются идти. Рука поднимается и пытается сжать подобие кулака, но сил нет даже на это. Она разжимает ладонь и хочет тихонько, одними кончиками пальцев, простучать по двери их секретный пароль, который, кажется, станет самым громким звуком в мире, разрывая ушные перепонки и сердце. Всё. Назад дороги нет. Взгляд падает на светлую щель между дверью и стеной. Не заперто?.. Для такого параноика, как он, это очень странная и пугающая деталь, которая подбрасывает целое полено в уже и так пылающий костёр тревожности. Кисть медленно опускается на ручку, дёргая дверь. Она аккуратно проходит внутрь квартиры. По телу проходит волна то ли жара, то ли холода, пробирая до дрожи. — Серёж?..