f o u r

— Леви, какой из меня очевидец? Это абсолютная глупость! На кой чёрт я Закклаю, неужто соскучился? — Тц, а я и забыл какая ты нудная. По тебе он не соскучился. Дело лишь в том, что твой дружочек тебя чуть не хлопнул после превращения, а это значит, что ты обязана быть в суде. Или тебе плевать на будущее ещё одного Йегера? — Ох, уволь, твои придирки поперёк горла стоят. Скажи прямо, что считаешь меня идиоткой. На Пиксиса похож, ей-богу, хотя не такой старый хрыч. Я не ребёнок, забыл? Ты не тот, кто будет волноваться за меня, так что убери свои шуточки в задний карман и веди меня. — Только… Будь спокойна, если что-то пойдёт не так, — Дина знала, что что-то точно пойдёт не так, и была уверена, что на самом деле это будет частью плана.       В суде было полно знакомых лиц: Королевская полиция, разведчики, члены Гарнизона, даже верующие фанатики. Дине пришлось встать к Армину и Микасе, с которыми так и не удалось поговорить после битвы за Трост. На самом деле Йегер считала, что разговаривать не о чем, потому всячески избегала всех своих друзей.       Эрена ввели в зал и оставили привязанным в центре. Вот и цирк, где главным «героем» является непонятное существо, озирающееся по сторонам и ужасающееся от одного только вида друзей. Он мог понять, почему тут находятся члены всех трёх подразделений Вооружённых сил Парадиза, но его товарищи… Зачем? Неужто теперь и они считают его чудовищем? — Что же, начнём. Полагаю, Эрен Йегер? — Да, сэр. — Уставом твой случай не предусмотрен, и стандартному судопроизводству ты не по зубам, потому созван военный совет во главе со мной. Твоя дальнейшая судьба зависит только от меня. Возражения есть? — Никак нет, сэр! — Отлично… Солдат, само твоё существование вызывает большую суматоху и недовольство общества. Есть две точки зрения: ты — демон, предвещающий гибель человечества, либо же ты — спаситель и единственный луч надежды. В действительности, ты — потенциальная угроза всему живому, а когда власть признает тебя… Впрочем, если честно, я лишь должен определить, какому военному ведомству тебя передать для дальнейших разбирательств: Королевской полиции или Разведывательному корпусу. Что по этому вопросу может сказать представители Королевской полиции? — Я Найл Док, командор Военной полиции. Мы полагаем, что Эрена Йегера нужно уничтожить сразу же после того, как будут готовы результаты его медицинского обследования. Я тщательно взвесил все за и против. Общество разделилось на обожателей и ненавистников Эрена Йегера. Мы находимся на грани Гражданской войны, а скрытие информации лишь разжигает недовольство среди людей. Глупо отрицать уникальные способности субъекта и его пользу для всего человечества, однако не стоит забывать об угрозе для всех нас. Сам факт его существования уже расшатал политическую обстановку и продолжает её дестабилизировать. Сразу после того, как мы получим от него всю нужную информацию, он будет представлен к награде Героя Человечества, однако… посмертно. Он будет тем, кто пожертвовал своей жизнью ради интересов нашего общего будущего. — Да это же волк в овечьей шкуре! Он обманом проник за Божественную стену, дарованную нам волей Господа, и вторгся на наши земли! Он должен быть казнён немедленно!       Дина наблюдала за лидером религиозного движения и смеялась в душе. Пастор Ник со своим Культом Стен и верой в Высшие силы… То-то же, конечно он боится, премерзкий трус! его время ещё придет — Пастор Ник, к порядку. Теперь выслушаем мнение представителей Разведкорпуса. — Да, сэр. Эрвин Смит, 13-й Главнокомандующий Разведывательного корпуса. Мы официально предлагаем Эрену вступить в наши ряды и использовать его способности, чтобы помочь вернуть стену Мария под контроль человечества. С помощью такой силы мы сможем вернуть под наш контроль стену Мария. Полагаю, что при всём богатстве выбора это наилучшая из возможных альтернатив. — Эрвин, каким образом вы собираетесь это совершить? Начнёте ещё одну научно-исследовательскую экспедицию? Если не ошибаюсь, Пиксис уже замуровал врата Троста. — Мы планируем отправиться из района Каранес в город Шиганшина. — Так получается, не все ворота замуровали?! Но Колоссальный титан в любой момент может проломить стену! Или всем очень хочется побольше земли урвать, что на обычный народ плевать?! Вы вечно скармливаете народу свой бред, так начните уже хоть что-то делать! — Может, ты и с титанами договорился, чтоб они посидели тихонько и подождали, пока врата не заделаем? Мы с моими товарищами защищаем вас, рискуя своими жизнями, пока вы продолжаете отращивать жопу в тепле и уюте. Многие голодают, но тебя это не коснулось, да, Ривз? — капитан Леви не отказывался от едких комментариев, тем более брошенных в момент злости. Какого хрена эта бочка высказывается подобным образом? За стенами подыхают солдаты, пока Димо Ривз живёт припеваючи. — Я… Я просто хочу сказать, что если заделать врата наглухо, то мы будем в безопасности… — Поганый грешник! Я не потерплю такого богохульства! Стены — это бесценный дар! Люди не имеют право уродовать их! Вы же сами каждый день лицезреете настоящее величие и мудрость Господа, но так ничего и не поняли?!       Эрен смотрел на всех этих психов с презрением. Они несут полную ахинею и даже не пытаются решить вопрос, ради которого здесь находятся! Этот верующий продолжает впаривать всем вокруг свой бред насчёт стен, хотя речь идёт о спасением всего человечества! Так зачем его вообще привели сюда? — Предлагаю вернуться к основной теме… Что ж, Эрен, у меня к тебе такой же вопрос. У тебя есть шанс присоединиться к Разведкорпусу, но ты всё ещё являешься обычным солдатом. Ответь мне: ты и в самом деле думаешь, что сможешь контролировать свои способности? — Да, сэр! — Хм… А вот в недавнем отчёте об операции по ликвидации пролома в стене говорится, что после превращения ты сразу же нанёс прицельный удар кулаком в Микасу Аккерман, которую очень вовремя оттолкнула Дина Йегер. Что же, Дина Йегер здесь присутствует? — Да, сэр. — Это правда, что Эрен пытался напасть на Микасу Аккерман, но Вы подставили себя под удар? — Да, это правда, — девушка не видела смысла скрывать правду, особенно глядя в глаза Эрена. Тот явно не помнил ничего и был в огромном шоке, — но надеюсь, что Вы примете некоторые моменты во внимание: Титанический Эрен спасал жизнь Микасе Аккерман как минимум дважды: от другого титана и от выстрела пушки, когда военные пытались убить их. Да, все здесь находящиеся могут усомниться в моей объективности, однако должны понять, что мне это не нужно. — Всё же я не могу быть уверен в твоей объективности. Да, нам известно, что вы не родственники, о чём можно подумать из-за вашей одинаковой фамилии. В детстве вы также знакомы не были, как, например, стоящие рядом с тобой ребята. Однако хочу напомнить о том, что в тот самый раз, когда Эрен превратился в титана и защитил своих друзей от выстрела пушки, ты, забыв про приказ, проникла на запрещённую зону и имела наглость открыто разговаривать с капитаном Гарнизона. Подобное подрывает веру в твою объективность. Кроме того, изучая прошлое Эрена Йегера, я наткнулся на записи о случае 6-летней давности. 9-ти летние Микаса Аккерман и Эрен Йегер жестоко расправились с тремя взрослыми грабителями. Это можно считать самообороной, но сами убийства внушают некоторый страх и сомнения в человечности мальчишки. Сможем ли мы доверить ему наших самых лучших людей и судьбу всего человечества? — Найл Док хотел поступить правильно, потому не мог просто забыть об этих моментах: потенциальная Гражданская война в Стенах казалась ему слишком большой ценой. Человеком он был прекрасным и очень умным. Найл надеялся, что вполне разумный Дариус Закклай увидит все плюсы живого Эрена, но накидывал мысли «против».       Эрен сидел в центре, слушал выкрики окружающих его людей и удивлялся их тупости. Он пытался себя сдержать, но было невыносимо слышать, как эти людишки желают смерти не только ему, но и его друзьям. Йегер глядел на своих друзей и пытался понять их настрой, но в глазах Микасы и Армина он видел лишь страх. Сложно понять, за чьи жизни они боялись больше: свои или Эрена. Несмотря на весь ужас ситуации, мальчишка видел ясный взгляд Дины и её лёгкий кивок, приведший в чувства. — Вы можете называть меня чудовищем, но какое отношение к этому имеют мои друзья? Вы понятия не имеете, как дела обстоят на самом деле, но продолжаете строить теории, игнорируя истинное положение вещей! Да вы титана даже издали ни разу не видели! Если так боитесь драться за самих себя, то хотя бы дайте это делать тем, кто не боится! Кончайте страдать хернёй и просто положитесь на меня! — Эрен чувствовал, что наговорил много лишнего, но не мог остановиться. Тот кивок Дины… Даже сейчас она будто говорила глазами: «Всё верно, ты всё правильно говоришь!» и мысленно поддерживала. Раньше Эрен мог бы посчитать это глупостью, но сейчас именно из-за неё он чувствовал землю под ногами и не боялся за своё будущее.       Но всё рано или поздно заканчивается. Найл Док отдал приказ стрелять по команде, а капитан Леви быстро подлетел к Эрену и начал его бить, наплевав на всех. Дина поняла, что зря считала его капралом, ведь в таком случае его бы удалили из зала заседания сейчас же и обвинили в несоблюдении правил. Этого не случилось, и все просто продолжили смотреть за этой сценой. Девчушка Йегер вдруг вспомнила слова Леви о том, что ей нужно быть спокойной несмотря ни на что, и вновь убедилась в том, что это было частью его плана. — Я считаю, что лучший способ привить кому-то дисциплину — сделать это через боль. Не твоё время читать нам нотации. Всем становится проще, пока ты корчишься на полу от боли, — капитан Леви продолжал ногами бить Эрена, но тот держался и молчал. Найл Док не мог спокойно смотреть на подобное избиение и пытался возразить, — что такое, не ты ли хотел его бошку патроном пробить? — Это опасно, вдруг он разозлится и трансформируется прямо здесь? — Чего? Да он же чёртов сопляк, уж точно побоится превращаться в титана прямо здесь. Либо же ему это не надо, а? Я бью его как могу, но он всё ещё человек, это ли не странно? Знаете, отлично. Только учтите, что если он перевоплотится, то с лёгкостью может податься титану и убить всех здесь нахрен. Или вы думаете, что он будет разумным? Ещё лучше: разум сделает его смертельно опасным, впрочем… если Верховный Главнокомандующий Дариус Закклай решит отдать его Военной полиции, то это будет уже ваша проблема, а не моя. Кстати, а вы всё-таки сможете убить его, если придётся? — Верховный Главнокомандующий Закклай, у меня предложение. Мы почти ничего не знаем о «Титанической силе» Эрена Йегера, потому он всегда будет потенциальной угрозой для нас всех, но его способности также могут изменить будущее всего человечества. Если Эрен вступит в Разведкорпус, тогда капитан Леви сможет сразу же принять необходимые меры в случае необходимости. Все знают, что он — сильнейший боец и его рука ни за что не дрогнет. — Хм… Ну что, Леви, ты уверен, что «рука не дрогнет»? — У меня нет ни малейших сомнений в своих способностях, сэр. — Что же, тогда у меня последний вопрос. Эрвин, что ты собираешься делать с ситуацией, назревающей в обществе? — Для решения этой проблемы у меня уже разработан план. Населению нужно доказать, что Эрен способен оказать незаменимую помощь в ходе следующей экспедиции за пределами стен, тогда оно будет спокойно. Я хотел бы попросить отложить вынесение окончательного вердикта до нашего возвращения. — Хотите взять его наружу? Хах, хорошо… Эрен Йегер передаётся под попечительство Разведкорпуса. По окончании экспедиции решится судьба Йегера. Прошу всех на выход, заседание окончено.       Дина радовалась, когда Разведкорпус вместе с Эреном покинули зал суда, но разговоров избежать всё равно не получилось. — Эй, Дина!.. Мы можем поговорить, пожалуйста? Наедине… — Армин надеялся, что девушка согласится, ведь им не удаётся поговорить ещё со времён первого появления Эрена в виде титана. Да, Арлерт хотел поговорить вчетвером, обсудить всё и понять друг друга, но Эрена они увидят не скоро, а вот быть в непонятных отношениях с Диной совсем не хотелось, — извини, Микаса, просто мне хочется обсудить некоторые моменты с Диной… — Не забывайте, что нам нужно вернуться к остальным ребятам, — больше всего Микасе хотелось просто отдохнуть. До разговоров Армина и Дины ей не было дела, — увидимся потом. — Да, конечно. Армин, выйдем на улицу?.. — все вместе они вышли из зала суда. Попрощавшись с Микасой, Дина с Армином встали поодаль, дабы спокойно поговорить. Йегер совсем не хотела начинать разговор, да что там, она считала, что говорить в принципе не о чем. Много чего случилось, но ей просто хотелось жить дальше. — О чём ты хотел поговорить? — Мы ведь так и не обсудили тот разговор в Тросте… Почему ты предложила мне взять свой баллон? Почему решила остаться? — Армин, успокойся. Я всё сказала тогда, нечего мусолить ту тему. — Дина, ну пожалуйста!.. Ты не представляешь, как я виню себя за те твои слова! — Армин… — Дина не знала что сказать ему в ответ. Больше всего девчушка Йегер боялась, что у Армина появятся подобные мысли, но ничего не могла с этим поделать. — Что ты хочешь от меня услышать? Что я поддалась тогда страху и несла чушь? Это не так! Да, я действительно считаю, что ты должен жить, даже если мне придётся умереть. Я не обесцениваю свою жизнь, просто говорю, что ты недооцениваешь себя! Ты, блять, лучший человек, которого я когда-либо встречала в своей жизни, самый умный и добрый, поэтому тебе надо дорожить своей жизнью, а не разбрасываться ею направо и налево. Это всё, что я хотела сказать. — Но ведь именно это ты делаешь со своей жизнью! Почему ты всегда веришь в меня, забывая о моих просчётах? Ты вечно хвалишь меня и улыбаешься мне самой искренней улыбкой! — Не понимаешь? Серьёзно? Прекращай считать себя неудачником и увидь настоящую картинку! Ты и Микаса с Эреном — это всё, что у меня есть, потому до конца своей грёбанной жизни я буду спасать вас и открывать ваши глаза на этот мир. И пусть он просто ужасен, но ваша вера в лучшее помогает мне двигаться дальше! Блять, твоя мечта прекрасна, так почему ты хочешь сдохнуть в животе у титана? Как же море, Армин? — Хватит! Пожалуйста, прекрати! — Армин с трудом сдерживал свои эмоции, ему хотелось, чтобы Дина поняла его и перестала восхвалять такого никчёмного мальчишку. — Ты же не такая, как все! Да блять!.. Хорошо, всё, я… я не хочу говорить об этом, просто… Ты слишком мне важна и потерять тебя я не могу. Ладно… Что же… Что ты думаешь о ситуации с Эреном? Ты тогда так неожиданно появилась, разве не боялась, что тебя убьют? — Я и страх смерти? — Дина по-настоящему засмеялась, — хорошая шутка, Армин. Я ведь никогда не говорила тебе о своей мечте, да?.. Ну, когда-нибудь потом. Что же насчёт Эрена… Он сильный и уж точно со всем справится, но только с нашей поддержкой. Надеюсь, что вы с Микасой сможете успокоить свои эмоции и быть рядом с этим мальчишкой в самые трудные времена. Но нужно перестать слепо следовать за ним, — девушка не знала, что ещё сказать Армину. Вроде сказала всё, на что может быть способна сейчас, но чувствовала недосказанность. Арлерт глядел на подругу своим щенячьим взглядом и надеялся, что они смогут поговорить ещё немного, однако Дина решила закончить разговор, не приводящий ни к чему, — ладно, я пойду, нужно кое-куда заглянуть. Скажи ребятам, что скоро буду, хорошо? ч ё р с т в а я скажи.уже.что.чувствуешь.на.самом.деле ч у д о в и щ е       Армин видел, что Дине отчего-то больно находиться здесь. Впрочем, так было всегда: не важно, где или с кем они. Она идеально знает каждого, всегда говорит, что думает, но только правильные вещи. Постоянно делает вид, будто ей абсолютно плевать, однако… Арлерт всегда видел, что на душе у его подруги. Сначала он считал её таким же нытиком, коим является сам; думал, что она только строит из себя невесть кого, но в какой-то момент всё изменилось. Да, никто до сих пор не знает её в идеале, даже на половину, но стоит заметить, что каждый из 104-го Кадетского корпуса считает её чуть ли не самым лучшим человеком. — Эй, Дина… Скажи, почему ты никогда не открывалась нам? Даже этот наш разговор или тот в Тросте… Почему? — Армин, успокойся, нет никакого заговора или великой тайны. Мы знакомы 3 года, ты думаешь, что за это время можно узнать человека? Я просто спасаю тебя от разочарования, понимаешь?

***

      Дине не хотелось идти к своим товарищам, поэтому она медленно гуляла по городу. Вполне вероятно, что за это ей могло влететь по самое не хочу, но её это не волновало. Возвращаться к людям, которые начнут лезть с лишними вопросами? — Эй, Дина, ты чего так долго идёшь? Уже стемнело! — Конни, ты что тут делаешь? — Армин пришёл к нам после суда и сказал, что ты скоро вернёшься, но тебя всё не было. Гуляешь? — Да, на душе неспокойно… Люди оплакивают умерших солдат, это так тяжело… Какие у нас есть потери? — Если не считать тех, кто умер во время эвакуации жителей… Там, в городе, жуткое месиво. Титаны выблевали людей, это выглядит просто ужасно. Лица людей не видны, потому мы не смогли узнать всех, но… там были Рут и Марко… Они мертвы, понимаешь? Блять, да столько наших полегло в этом Тросте! Титаны жрали наших кадетов, пока народ эвакуировался, а когда все узнали о том, что Эрен титан… — Смерти ужасны. Терять друзей больно. Внутри останется пустота, но, Конни, не поддавайся эмоциям. — Легко говорить! Тебе всегда было плевать! — Думаешь, мне плевать на вас? Твою мать, я люблю вас слишком сильно! Какого хера я должна доказывать тебе это? Иди к чёрту, идите все к чёрту, — Дине было до ужаса больно. Самые близкие люди сомневаются в ней… Жан и Марко после эвакуации; Армин сегодня, пусть и не говорил открыто, но подобное ощущалось; Конни… — Конни, не нужно меня ненавидеть. Ты должен понимать, что каждый по-разному показывает свои чувства. Мне легче не показывать их вовсе, но это не значит, что вы меня не волнуете. — Да… я знаю, Дина, просто… Это очень больно, мне хочется орать от несправедливости этого мира. Извини, я… — Конни не считал свои слова ложью, хоть и понимал, что из-за всех событий они достаточно сильно сблизились с девушкой. Да, он не должен был это так вываливать, но в его голове было столько мыслей… — Скоро будут сжигать трупы… Пойдёшь прощаться?..       Шли молча. Было невыносимо: мысли путались, а сердце билось слишком часто от боли. — Конни, ты нашёл Дину?.. — глаза Жана были пусты, — а, да… — Жан, ты как? — Я? Сейчас все скорбят, не только мне больно… — его голос дрожал, — знаешь, я ни за что не пошёл бы в солдаты, если бы знал, что нас ждёт такой ад. Сейчас, когда я на пределе… только об этом и думаю, — Жан присел на колени, глядя на кучу горевших тел, — трудно понять, кто из них Марко… Я продолжаю думать о том, кто будет следующим… Да, я солдат, потому должен сражаться, но… мне так страшно… Марко сказал, что я хорошо понимаю своих товарищей, ведь совершенно не идеален, но… Я даже себя не понимаю, о чём может идти речь… Дина, что мне делать дальше, как жить? — Жан… Смерть — дело предрешённое. Не знаю почему мы должны проходить через это, искать свободу и свет… Исход ведь известен, так зачем всё это? — Дина захлёбывалась бы в слезах, ненавидя и обвиняя себя за всё, если бы не окружающие их люди. — Мы лишь из любопытства движемся вперёд, открываем новые пути и боремся за что-то? Оно гонит нас по новым дорогам?.. Жан, я вижу смерть каждый чёртов день, за каждым углом… Я понимаю тебя, понимаю твои мысли о следующих потеря. Не знаю, куда люди попадают после смерти, но знаю точно, что они остаются в наших воспоминаниях. Вы с Марко были очень близки, и он будет жить в твоих мыслях. Да, этого мало, но это будет давать тебе силы двигаться дальше. Куда? Пойми, чего ты хочешь и каким хочешь видеть себя в будущем. Всё ещё хочешь пойти в Королевскую полицию — иди. Живи для себя. Ты заслуживаешь спокойной жизни. Вступай в Гарнизон или Разведкорпус, если передумал. Но спокойной жизни там не будет, а смерти будут продолжать преследовать тебя, — Йегер говорила размеренно, не зная, кому сейчас нужнее эти слова: ей или Жану. — Да какая тут спокойная жизнь… — Жан понимал, что Дина хочет до него донести. Её слова были сказаны очень вовремя, и мальчишка был рад, что в тяжёлый момент рядом с ним был такой замечательный человек. Кирштейн всегда уважал Йегер, но сейчас он проникся ещё больше. Эта девушка… Она была невероятной. Но дело тут не в других, а в его выборе. Сможет ли он после всего спокойно жить во внутренних стенах? Это казалось невозможным. Гарнизон казался ему серым, а Разведкорпус… Стать кормом для титанов? — Знаешь… я, вероятно, буду жалеть, но… Я собираюсь вступить в Разведкорпус и поубивать этих чёртовых титанов, которые так бесчеловечно пожирают моих товарищей.       Дина, прими то, что ты вновь и вновь будешь возвращаться к людям, которых не можешь отпустить.