Часть 2

Встав с кровати, Анна подбежала к зеркалу. Ну конечно, как же она могла не видеть, не чувствовать, не замечать очевидного? В ней же бьется два сердечка! Анна замерла и прислушалась. Совершенно отчетливо она почувствовала быстрое громкое биение своего сердца и тонкое, еле слышное биение маленького сердечка где-то внизу живота. Это же его малыш, его частичка, вот почему он сказал “я ведь с тобой”. Анна подняла ночную сорочку и погладила себя по животу. Пока еще совсем ничего не было видно, наоборот за последние месяцы она сильно похудела и осунулась. Вздохнув, Анна подумала, что страдания настолько заполнили все ее сознание, что она совершенно не заметила никаких признаков. Сейчас же она не только слышала тоненькое сердцебиение крохотного малыша, но и увидела в своем отражении слабое, но отчетливое теплое свечение, исходящее от нее. Сердце наполнилось одновременно счастьем и глубокой тоской, от того, что она не может немедленно разделить это счастье со своим любимым. Она тут же решила, что ей нужно срочно заснуть и, когда Штольман приснится ей, они обязательно смогут порадоваться вместе. Ведь он откуда-то и так уже все знает. Но к сожалению, как она ни старалась уснуть, сон к ней в эту ночь уже не пришел. Зато в голове появилось столько мыслей, что Анна начала в них путаться, ведь последние 2 месяца она только и думала о том, где Штольман и жив ли он. Теперь же она тревожилась, что обо всем придется рассказать родителям. Поймут ли они ее, примут ли ее ребёнка? Ведь она никому не сказала, что в ту ночь они со Штольманом были близки, что он обещал просить ее руки у родителей, как только вся эта история закончится, и говорил, что они теперь всегда будут вместе. Как же спокойно и хорошо было ей, когда она засыпала в ту ночь, ее первую и такую невероятно прекрасную ночь любви. Она и предположить не могла, что он, будучи в ее глазах таким часто холодным и бесчувственным, как эдакая сильная, стойкая, непоколебимая скала, может быть настолько нежным, любящим и ласковым с ней. Он обнял ее тогда и нежно нашептывал ей на ушко слова любви, которые так долго и так глупо держал в себе, пока она, совершенно счастливая, не заснула в его объятиях. Думала она и о том, что если вдруг Штольман не вернется ей придется одной растить малыша, сможет ли она стать ему хорошей матерью, и конечно пыталась представить каким он будет, похожим на нее или на своего отца, а может быть это будет девочка. И еще много-много о чем, важном и не очень. А потом ее охватил страх и беспокойство за будущего малыша. Ведь она сейчас так слаба, так много страдала, и малыш страдал все это время вместе с ней. Ей теперь непременно нужно очень беречь себя, больше отдыхать и кушать, чтобы сохранить этого желанного, этого уже горячо любимого ею человечка. И если он тоже исчезнет из ее жизни, ей этого уже не вынести. Это она чувствовала сейчас очень остро. Под утро Анна решила, что пока ничего не заметно, она не будет рассказывать родителям о малыше, и будет верить, что Штольман скоро вернется. А еще, она с облегчением подумала, что к ней теперь как-будто вернулся смысл жизни и она была очень благодарна Штольману за этот божественный подарок, который он успел ей оставить. Ей очень хотелось, чтобы поскорей наступила следующая ночь, и он наконец снова ей приснился. Даже если она не сможет ему всего этого сказать, она знала, что он обязательно все прочтет в ее глазах. У нее самой ведь получилось.