ВИДЫ КУЛЬТУР

В 18 веке идею о влиянии географических факторов на то, что мы теперь называем «национальный характер», развивали французские просветители, в особенности Шарль-Луи Монтескье. Главным фактором, формирующим и культуру, и национальный характер Монтескье считал климат. При этом народы жарких стран робки, ленивы, но эмоциональны, народы холодного климата мужественны, отважны, но равнодушны к удовольствиям. По мнению Монтескье, климат играет решающую роль в начале исторического развития, затем, начинают действовать другие факторы. География определяет историю, а вместе они формируют культуру: различия климата, растительности, животного мира и, следовательно, способов добывания пищи формируют разные виды образа жизни и, соответственно, разные пути культурного развития. Как уже говорилось, первоначальное значение латинского слова cultura – это обработка, возделывание земли. Соответственно, исторически культуры разделились по этому параметру на злаковые и скотоводческие. Злаковые требуют оседлости: растения не могут следовать за человеком-кочевником. Разные способы добывания пищи требуют разной степени коллективного труда. Рисовые поля, например, можно было обрабатывать только коллективно. Пшеница, кукуруза требуют меньше усилий, и их можно выращивать на уровне семьи или даже индивидуально. Робинзон Крузо, как известно, нашел горсть семян пшеницы в кармане и обеспечил себя хлебом. Соответственно, культуры делятся на коллективистские и индивидуалистские. В центре внимания первых стоит, как это ясно из названия, коллектив, вторые также явно сосредоточены на интересах отдельного человека. Восточные культуры, как правило ориентированы на коллектив, западные – на индивидуума. Гирт Хофстеде, голландский ученый, основатель современных теорий по межкультурной коммуникации, так описал разницу между коллективизмом и индивидуализмом в культурах. «В индивидуалистских культурах, таких как Германия, США, Австралия, Великобритания, Канада, Нидерланды, Новая Зеландия, связи между людьми менее важны, считается, что каждый должен сам позаботиться о себе и своей семье. В этих культурах преобладает осознание своего «Я»; предпочтение отдается соревнованию и конкуренции, а не кооперации и сотрудничеству. Люди не проявляют эмоциональной зависимости от организаций и учреждений. Ценится право каждого на личную собственность, частное мнение, свою точку зрения. В коллективистских культурах, к которым относится большинство латиноамериканских и ближневосточных стран, люди воспринимают мир и формируют свое отношение к нему сквозь призму группы; во главу угла ставится преданность организации, друзьям, семье. Поддерживаются те ценности, которые разделяются всеми, а не те, которые выделяют индивида на фоне группы. Велика готовность сотрудничества внутри группы. Преобладает самосознание на уровне «мы». Значимость человека определяется не личными качествами, а местом в социальной иерархии. Индивид эмоционально зависим от организаций и учреждений. Культура подчеркивает принадлежность каждого к организации, организация вмешивается в личную жизнь. Решения принимаются коллективом». Коллективизм и индивидуализм, лежащий в основе культур и определяющий существенные различия между ними, тесно связан с представлениями о горизонтальном (для индивидуалистских) и вертикальном (для коллективистских) типах общества. Горизонтальные общества и культуры заявляют, что они зиждутся на идее равенства всех людей: люди всех возрастов и рангов родились равными, стоят на одном уровне и должны иметь равные возможности. Западные культуры и особенно Америка, которую населяют обиженные неравенством на родине эмигранты, считают себя примером горизонтальных общественных устройств. Вертикальные культуры признают общественную иерархию, разницу в статусе (старшие выше младших, учитель выше ученика, офицер выше рядового и т.п.). Еще Конфуций, величайший философ древнего Китая, развивал эту мысль, считая, что вертикальная, иерархическая система нужна для соблюдения порядка. Основной принцип японцев и китайцев – быть, как все. Это значит: не выделяться из коллектива ни внешне, ни внутренне, подчинить свои личные нужды, интересы, способности, таланты нуждам и интересам коллектива, не возвышаться над ним ни в коем случае – ни в переносном смысле слова, ни даже в прямом. Японские пословицы «поверили» и «подтвердили» японскую культуру: «торчащий гвоздь забивают», «торчащую сваю волны бьют». Помимо основного содержания обеих пословиц – не высовывайтесь, не выделяйтесь из себе подобных, обратите внимание на оттенок угрозы в первой из них и на «островное» мышление во второй. Коллективизм нашел отражение и в фольклоре. Сказка про репку, известная каждому русскому ребенку – это своеобразный манифест коллективизму. Русская культура исходя из ее географического положения находится на перепутье между Западом и Востоком, но в базовых своих чертах – коллективной направленности тяготеет к Востоку. Общинность исконная черта русского народа. Суровые климатические условия вызывали необходимость жить и работать сообща, бескрайние просторы особый российских размах. История – это география во времени. В Испании, страны с преимущественно горным ландшафтом, находят свое отражение идеи вертикали. Для сравнения, в России, где большая часть территории – это равнины, преобладают горизонтальные идеи, концепты «простора», «шири», «дали». Многовековое проживание испанского этноса среди гор повлияло на восприятие и отражение окружающей действительности в номинативных средствах испанского языка. В испанской языковой картине мира вертикаль играет более значимую роль, чем, например, в русском или английском языках. Как уже было отмечено, в номинативных стратегиях испанского языка преобладает идея вертикали, что обусловлено горным ландшафтом. Таким образом, тип пространственного мышления испанцев можно описать как «горный тип мышления». «Горное мышление» отражает в себе такой тип мышления, в котором все явления действительности осмысляются с точки зрения пространственной оппозиции «верх – низ». Для обозначения реалий разных областей используются лексические единицы, содержащие в своей семантической структуре сему вертикали, то есть значения направления перемещения вверх – вниз от точки отсчета, значения местонахождения выше – ниже точки отсчета или же значения удаленности вверх – вниз от точки отсчета. Данное явление отражается не только в прямых значениях пространственных наречий и предлогов, некоторых глаголов, но и в их метафорических употреблениях, употреблениях в устойчивых выражениях. Фразеологические единицы считаются «одним из наиболее ярких проявлений национально-культурной специфики языка» (Гак). Высококонтекстуальные и низкоконтекстуальные культуры Термины «высококонтекстные культуры» и «низкоконтекстные культуры» ввел антрополог Эдвард Холл. Он упомянул их в своей книге «Beyond Culture» (1976). Э. Холл выделил в этой работе два различных типа культур, при этом он опирался на отличия, которые существуют в коммуникации между людьми, принадлежащими к одному типу культуры. Под контекстом Э. Холл понимал невысказанную информацию, которой сопровождается каждое коммуникативное взаимодействие. Контекст – это информация, которая содержится «между слов». Это правила общения, нормы поведения, которыми руководствуются люди в повседневном общении. «Высококонтекстные культуры» – это культуры, в которых передаваемая собеседнику информация содержится не только в словах. Здесь многое остается недосказанным, поэтому особенно важен подбор правильных слов. Люди часто немногословны, зато серьезное внимание уделяется невербальному общению. Человек в такой культуре выражается расплывчато, проговаривает вслух далеко не всю информацию, однако при этом собеседник должен каким-то образом правильно его понять. Из-за этого в данной культуре большую роль играет интуиция и наблюдательность, умение считывать жесты. В подобных культурах большую роль играют личные отношения между людьми. Как правило, высоко ценятся родственные связи, и вообще любые связи между людьми. Есть уважение к старшим. За счет постоянного общения, в культуре поддерживается понимание правил и норм поведения и общения. К высококонтекстуальным культурам Э. Холл отнес Японию и азиатские страны, а также южно-европейские страны. «Низкоконтекстные культуры» – это культуры, в которых сообщение проговаривается собеседнику полностью. Здесь отдельные слова не так важны. Собеседники выражаются ясно и прямо. Максимум информации дается в виде слов, коммуникация многословна. Представители низкоконтекстуальных культур предпочитают личностно-ориентированный стиль общения. К низкоконтекстуальным культурам Э. Холл причислил англосаксонские, германские и скандинавские народы. Различия между культурами очевидны, к примеру, при деловых контактах. Так, например, для таких высококонтекстных культур как Китай или Япония в случае несогласия человека с мнением собеседника принято хранить молчание, поскольку считается невежливым высказывать свое возражение в открытой форме. Таким образом, молчание является знаком несогласия. Что же касается низкоконтекстных культур, например, европейских, молчание собеседника может быть принято за выражение согласия, единодушия с мнением собеседника. Манера людей низкоконтекстных культур сразу переходить к обсуждению дел шокирует представителей высококонтекстных культур. Такая манера вести переговоры расценивается представителями высококонтекстных культур как грубость, непонимание норм и правил поведения, невежливость. С другой стороны, люди из низкоконтекстных культур находят людей из высококонтекстных культур уклончивыми, хитрыми, «не деловыми». Для низкоконтекстных культур характерно также различение эмоций, и значимость проявления эмоций при общении. Для высококонтекстных культур эмоции не так значимы, часто нормами культуры даже предписывается скрывать искренние эмоции. В высококонтекстных культурах главное – установить контакт с собеседником, понять друг друга. Поэтому отношения здесь выстраиваются медленно, и тщательно поддерживаются. Для людей из низкоконтекстных культур такое налаживание контактов кажется бессмысленной тратой времени, ведь, по их мнению, можно сразу перейти к делу. Однако дело в том, что в низкоконтекстных культурах не так важны личные симпатии и антипатии. Люди способны сотрудничать, даже не являясь друзьями. В высококонтекстных культурах сотрудничество возможно только на основе симпатии или при уважении к другому человеку. Личные отношения важнее, чем интересы дела. На первый взгляд, русская культура, очевидно, высококонтекстная. Так, взаимодействие строится на основе личных отношений, имеется ряд формальных процедур общения – например, четко отличается обращение на «ты» и на «Вы», и можно сильно обидеть собеседника, обратившись к нему не по этикету. Переходить прямо к делу недопустимо, что также позволяет отнести русскую культуру к высококонтекстной. C высококонтекстностью русской культуры связано еще одно обстоятельство. Поле неопределенности и ее понимание носителями русского языка шире, чем у носителей западных языков. Поэтому причинно-следственные связи в русском становятся неопределенными, нечеткими. Появляется «так получилось, что...» и знаменитое «авось». В русском языке существуют безличные предложения типа «Мне не спалось», «Мне захотелось» и т.д., перевод которых с сохранением оттенка безличности, например на английский, крайне затруднен. В этих предложениях отсутствует указание на причину, существует только следствие, то есть связь между ними разорвана. Японская культура является еще более высококонтекстной, чем русская, соответственно и уклон в сторону независимости причины от следствия будет еще большим. В японском языке еще больше фраз, выражающих общее значение «так получилось», но имеющих разные смысловые оттенки. Это происходит оттого, что японец «вписан» в контекст происходящего и часто не указывает прямо на причину, считая ее очевидной для слушателя. Однако, если в высококонтекстных азиатских культурах открытое выражение недовольства неприемлемо ни при каких условиях, то про Россию этого сказать нельзя. К тому же в высококонтекстных культурах принято скрывать свои чувства, но вот А. Вежбицкая утверждает, что в русской культуре мы наблюдаем ярко выраженный акцент на чувствах и на их свободном изъявлении, богатство языковых средств для выражения эмоций. Однако многие культурологи полагают, что русские, наоборот, закрытые люди, которые мало улыбаются и отличаются мрачностью. Следовательно, внутри культур одного типа существуют свои отличия и национальные особенности. В целом, как можно заметить, именно культурные особенности предопределяют отношения между представителя этноса. Формы и разновидности культуры. Типология культур: • национальная – мировая; • светская – религиозная; • восточная – западная (средиземноморская, латиноамериканская и др.; русская, французская и др.); • традиционная – индустриальная – постиндустриальная; • сельская – городская; • обыденная – специализированная; • элитарная (профессиональные творцы, создающие культурные каноны) – массовая (чаще всего носит коммерческий характер, невозможно без СМИ) – народная (мифы, легенды, эпосы, сказки, песни, танцы). Знания о культуре кодируются различными способами, которые условно можно разделить на две группы: вербальные и невербальные средства. К вербальным средствам относятся номинативные единицы с функцией означивания разнообразных элементов внеязыковой действительности. Невербальное общение – это коммуникация между индивидами без использования слов (передача информации или влияние друг на друга через образы, интонации, жесты, мимику, пантомимику, изменение мизансцены общения), то есть без речевых и языковых средств, представленных в прямой или какой-либо знаковой форме. Невербальные средства – это: акустические (на основании звуковых способов фиксации сведений о культуре); визуальные (на основании зрительных способов фиксации сведений о культуре); одорические (на основании сведений о запахе тех или иных элементов живой и неживой природы); густические (на основании вкусовых ощущений); гаптические (на основании тактильных ощущений); мимические (на основании социокультурно релевантных сведений, выражаемых мимикой); жестовые (на основании социокультурно релевантных сведений, выражаемых жестами); кинетические (на основании кульурно значимых сведений, выраженных разнообразными позами и движениями тел); проксемические (на основании различных способов организации пространства). К невербальным средствам трансляции культурно значимые сведения костюмом, интерьером, прической, внешней формой и внутренней конфигурацией жилища и т. д. Маркеры любой культуры также разнородны и могут быть объединены по кодам (вербальному и нескольким невербальным), по отношению к части культуры (материальной, духовной, интеракциональной), по характеру (внешней и внутренней культуры), по статусу (индивидуально-физиологические и социокультурные). Изнутри всякая культура члениться на определенные субкультуры, представляющие собой определенный части культуры, выделяемые по некоторому основанию (этническая, классовая, возрастная и другая принадлежность, особенности системы убеждений, ценностных ориентаций и др.). В каждой субкультуре имеется своя система убеждений, ценностей и норм взаимодействия, разделяемая представителями соответствующей субкультуры, свои предпочтения в организации образа жизни, в выборе видов деятельности, стиля одежды или обустройства жилища. При всем своем своеобразии субкультуры одной культуры имеют нечто общее, относящееся к ядерной части культуры в целом. Различные модификации молодежных субкультур представляют собой разные конфигурации одной и той же культуры. Следует отметить, что у каждой семьи как мини общества есть своя разновидность, свои особенности национальной культуры, обусловленные идиокультурами (по аналогии с идиолектом) членов этой семьи. Этнорелятивизм и этноцентризм Для представителей любой культуры весьма важным вопросом является проблема отношения к другим культурам. Существует два основных вида отношения к другим культурам: культурный релятивизм и этноцентризм. Культурный релятивизм (лат. relativus – относительный) – направление в этнографии, отрицающее этноцентризм европейско-американской системы оценок и признающее все культуры равными. Каждая культура является уникальной системой ценностей. Основоположником учения о культурном релятивизме считается американский антрополог и лингвист, "отец американской антропологии" Франц Боас (1858 – 1942). Исходя из концепции культурного релятивизма, нельзя правильно оценить, интерпретировать или анализировать какое-либо отдельно взятое явление культуры вне связи с его контекстом, т.е. с той культурой, внутри которой оно зародилось и существует. Сторонники идей культурного релятивизма признают равноправие культурных ценностей, создаваемых разными народами. Они исходят из того, что не существует элитарных или неполноценных культур, все культуры по-своему неповторимы, и нельзя их сравнивать друг с другом. Культуры всех народов одинаково ценны, но о ценности каждой из них можно судить лишь в рамках данной культуры. Таким образом, главная идея культурного релятивизма заключается в признании самостоятельности и полноценности каждой культуры и отрицании абсолютного значения американской или европейской системы оценок. Противоположной по смыслу теорией является этноцентризм (греч. ethnos – народ, племя, лат. centrum – центр круга, средоточие) – склонность человека оценивать все жизненные явления сквозь призму ценностей своей этнической группы, рассматриваемой в качестве эталона. Согласно этой теории, представители одной культуры считают свою культуру центральной, а остальные культуры сравнивают со своей. Сам факт того, что своя культура ставится в центр, говорит о том, что индивид ценит в основном собственную культуру и будет пытаться сохранять и развивать ее преимущественным образом. Принципы культурного релятивизма имеют большое практическое значение для эффективной межкультурной коммуникации. Эти принципы строятся на непременном тезисе об уважении и терпимости к нормам, ценностям и тинам поведения других народов и их культур, формируют уважение к культуре каждого народа, воспитывая в человеке умение понять культуру другого изнутри, осознать ее смысл.