Часть 9. Пьяное утро.

      Чувство сильнейшего похмелья накрыло Диего с головой, стоило только ярким лучам полуденного солнца заглянуть в комнату и упасть на лицо спящего мужчины, прогоняя его крепкий пьяный сон. Он лежал на животе в легких штанах и рубашке. Темные взлохмаченные волосы рассыпались по подушке, частично падая на его лицо и шею. Солнечный свет назойливо лился ему прямо глаза, прогоняя крепкий сон. Диего зажмурился и попытался скрыться от назойливых лучей, чтобы вновь погрузиться в блаженный сон. Но виски уже обожгло новой волной боли, не давая Диего заснуть. Когда боль немного стихла, Диего недовольно замычал, пытаясь оторвать окаменевшую голову от подушки. Однако похмелье безжалостно окутало его словно сеть. И адмирал, издав тяжелый страдальческий стон, снова рухнул на подушку, хватаясь одной рукой за висок с тихим ругательством. Диего предпринял провальную попытку разомкнуть налитые свинцовой тяжестью веки, но стоило ему немного приоткрыть глаза, их тут же обожгли солнечные лучи. Диего тут же зажмурился и зарылся лицом в подушку, в попытке защититься от болезненно яркого света.       Придя в себя Диего, повернулся в противоположную от окна сторону, чтобы снова не раздражать глаза и снова попытался открыть веки. Попытка оказалась удачной. Но в ту же секунду как Диего открыл глаза, он пожалел об этом. Рядом с ним свернувшись калачиком, спал Хуан. Сильнейшее похмелье тут же уступило место такому же ужасу. Адмирал тут же вскочил с кровати, чтобы оказаться от Хуана как можно дальше. Но запутался в одеяле и мешком рухнул на пол. В ответ на грохот Хуан недовольно поморщился и повернулся на другой бок, свернувшись в калачик.       Однако Диего не стало от этого легче. Мужчина отполз от кровати к стене, оперся о неё спиной и сжал виски руками, пытаясь вспомнить как он оказался здесь. Но к своему огромному сожалению Диего с трудом мог вспомнить хоть что-то. Он ели вспоминал о том, что было в начале праздника, что уж говорить о воспоминаниях, который касались причин его нахождения в постели с Хуаном.       Пока Диего напряженно пытался вспомнить хоть что-то, дверь в комнату открылась. Очоа быстро перевел взгляд на дверь и увидел, что в комнату вошла Аделаида. Её серьезное лицо пробудило в Диего сильнейшее чувство стыда. Он вдруг понял, что пока он праздновал появление наследников, она сидела с детьми, толком не отойдя от родов.       - Проснулся, наконец. – Холодно сказала она.       - Сколько меня не было? – Спросил Диего не смея поднять глаз на жену.       - Неделю.       Диего в изумлении посмотрел на жену, но увидев лед в её глазах, стыдливо отвернулся.       - Прости… – Только и смог сказать он.       - Ничего я уже привыкла. Вот. Держи. – Сказала она, передавая мужу пузырек.       - Что это? – Спросил Диего, посмотрев сначала на пузырек, а затем на жену.       - Лекарство от похмелья.       Диего взял пузырек, после чего Адель развернулась и вышла из комнаты. Через секунду Диего вскочил с места, бросил на кровать одеяло, попав при этом прямо в Хуана, и побежал за женой. Благо далеко Адель не ушла. В два шага нагнав жену Диего, стал извиниться:       - Дорогая, прости меня. Я просто был так рад появлению на свет наших детей, что совсем потерял голову.       - Ничего. Ты довольно часто теряешь голову. Так что к этому можно привыкнуть. – Холодно сказала жена, не посмотрев на него и продолжая идти.       Диего поник. Он понял, что вымаливать прошения у жены было бессмысленно. Ведь она была права. Он слишком часто поддавался эмоциям из-за чего собственно и терял голову. О чем порой сильно жалел. Например, когда попытался овладеть Аделаидой в день их официального знакомства, из-за чего лишился глаза, а затем и её. Или в день бала на галеоне, когда он, поддавшись страсти, сначала потерял бдительность, а затем и её, и галеон.       Тогда Диего решил, что будет стараться себя контролировать. Не все же жене этим заниматься. Особенно теперь, когда у них появились дети. Ведь если над ним не будет контроля, то они могут пострадать. А мужчина ой как этого не хотел.       Диего решил начать с малого. Если можно так сказать. А именно ограничить себя в алкоголе. Потому что последняя попойка принесла ему неожиданный сюрприз. И он не хотел, чтобы следующая подобная попойка принесла более веселый сюрприз.       - Адель. – Осторожно начал Диего прерывая напряженное молчание.       - Мм? – Протянула жена, не поворачиваясь к нему, но при этом, давая понять, что он может продолжать.       - А как я оказался в спальне Хуана?       - Вы вернулись вчера поздно ночью очень веселыми. Поэтому ты решил не беспокоить меня и детей и переночевать в другом месте. Но не знал где. Тогда Хуан предложил тебе свою комнату, потому что она была ближе к выходу и достаточно далеко от нашей спальни.       От услышанного Диего закатил глаза и мысленно застонал. А потом подумал:       «Хотя бы додумался не беспокоить Адель и детей. Уже хорошо.»       - А откуда ты знаешь? – Спросил Диего жену.       - Стражники у входа сказали.       От злости Диего сжал кулаки до такой степени, что костяшки пальцев побелели. Ведь если о том, что он спал с Хуаном в одной комнате, знают стражники, то обязательно узнают и другие.       - Не беспокойся. – Сказала Адель, заметив напряжение мужа. – Об этом кроме меня и тех стражников больше никто не знает.       - Точно?       - Точно. Солдаты слишком хорошо тебя знают. И очень хотят жить.       - Хорошо. – Сказал Диего, разжимая кулаки и успокаиваясь. – И раз тебе известны мои похождения, то может, ты знаешь, как мне удалось споить Хуана?       - Скажем так. Когда ты напиваешься, то тебя лучше не злить. Потому что в пьяной ярости ты становишься опаснее всего. – Сказала Адель, входя в их спальню.       Диего хотел было пойти следом, но Адель уперла свою руку ему в грудь, тем самым останавливая его, и твердо сказала:       - Даже не думай дорогой. Во-первых, от тебя несет перегаром как от роты солдат. А во-вторых, ты наказан.       После этого Адель захлопнула дверь прямо перед его носом и закрыла её на ключ. Диего тяжело вздохнул, но предпринимать ничего не стал. Он понимал, что Адель была права и после того, что он сделал, не подпустит его к детям ещё несколько дней. Эта мысль убивала его. Ведь он так сильно хотел увидеть своих детей и подержать их на руках. Но сделать он ничего не мог. Если сейчас он начнет ломиться в дверь, Адель прикажет связать его, вывести в открытое море, посадить в шлюпку и отправить в свободное плаванье. Или вообще бросить в море с какой-нибудь скалы на острове. С неё станется. Поэтому Диего выпил лекарство от похмелья и пошел в комнату, которая подготовлена на подобный случай, чтобы привести себя в порядок.