II. Лёд тает

      На следующее утро Норико снова караулит его у подъезда, снова с кофе. Ей не жалко потратиться на напитки, тем более, что все равно можно списать на представительские расходы.        Хигурума при виде неё уже даже почти не удивляется. Привык, что ли. Наверное, он бы наоборот удивился, если бы её не увидел. Сегодня она поступила умнее и замоталась в большой шарф крупной вязки – тоже розовый, как и её пальто.       – Капучино? – спрашивает она вместо приветствия.        – Спасибо, – вздыхает мужчина. Теперь он чувствует себя обязанным ей. – Вы решили избрать новую тактику? Подкупить меня кофе? Я адвокат честный, взяток не беру.       – А я в вас и не сомневаюсь, – пожимает она плечами. – Как я и сказала, я привыкла добиваться своего.       – Ну, что ж, – с легкой усмешкой отвечает адвокат, – пока вы приносите мне капучино, то совершенно точно ничего не добьетесь. – Он идет вперед, ускоряя шаг, но через несколько метров все же останавливается и, глядя вполоборота, салютует кофе. – Я, если что, предпочитаю эспрессо. Лучше всего двойной.       Ойкава не может не улыбаться, а он скорым шагом следует на станцию. Ей кажется, что лед тронулся.       То, что она решила взять интервью именно у Хигурумы, было продиктовано тем, что это ей удобно в том числе и с логистической точки зрения. Пару раз они вместе заходили в метро, и она его видела, заходящим в подъезд соседнего дома. А когда выяснилось, что он адвокат, так ещё и ведущий такое громкое дело, она первая помчалась к редактору с идеей для статьи. Сам бог велел ей взять у него интервью. Редактор отнёсся к этому порыву со скепсисом, но возражать не стал – пусть резвая молодёжь побегает за такими нелюдимыми кадрами, будет полезно для опыта.        – Я верю, что вы живёте рядом со мной, но не верю, что у вас есть работа, – Ойкава снова поджидала его у офиса с кофе. Сегодня он вышел раньше обычного. Почти что специально. Повезло в некоторой степени.       – Есть, – кивнула Норико, доставая из кармана пальто бейдж, где чёрным по белому выведено “журналист” и название издания, – просто она отличается от вашей.       – Я вам почти завидую, – усмехается Хироми.       – Да? – девушка театрально удивляется, пару раз хлопает широко раскрытыми глазами, – а я вот себе не очень. Уже две недели хожу за одним симпатичным мужчиной, выпрашиваю у него полчаса времени, но он пока ни в какую.       Хигурума немного смущен. Симпатичным? Хочется спросить её об этом, но он не решается.        – Мне кажется, что раз он вас не посылает каждый раз, как видит, то это добрый знак.       – Правда? Вы так думаете? Может, дадите совет, как получить его аудиенцию? Я уже знаю, какой кофе он предпочитает, может, что-то ещё?       Мужчина лишь пожимает плечами. Ему становится интересно, что эта девушка сможет придумать и на какие откровения его развести. Даже про кофе он рассказывать не хотел, а она, вдобавок ко всему, это запомнила. В его стакане двойной эспрессо. Бодрит.       – Ну ладно, – Норико машет рукой, – прорвёмся.       К удивлению Хироми, на следующее утро его никто не поджидает с кофе. Он даже чувствует себя немного расстроенным. Как же так? Никакого эспрессо… Выпьет кофе на работе.        Вечером и на следующий день ситуация повторяется. Он ищет глазами девушку в розовом пальто, которая назвала его симпатичным, но её нет. Мужчина ругает себя за то, что думает о ней. Казалось бы, наоборот, рад должен быть, что она от него отвязалась, но почему-то ему наоборот не очень весело.       Норико в это утро проспала. Сказалось то, что она много времени проводила на улице, одевшись не по погоде, поджидая свою жертву. Думая, что ничего страшного не случится, она хотела собраться и поехать к офису Хигурумы, но оказалось, что болезнь гораздо сильнее неё самой: все тело ломило и пробивал озноб. Так она ничего хорошего не сделает. Пришлось звонить начальнику и открывать больничный. Он выговорил ей, что нечего было таскаться за этим адвокатом. Она обиженно шмыгнула носом: наверное, он прав. Придется сдаться.       На следующий день вечером она выходит в ближайший комбини магазин. Одевается, как мешок с картошкой, кутается в худи и куртку, вокруг повязывает шарф. Ей нужно купить лекарства и какую-то еду, чтобы не пришлось готовить, сил нет просто никаких.       По закону жанра, на кассе она сталкивается с Хигурумой, который покупал кофе. Он сначала её не узнал, а потом вернулся взглядом к знакомому лицу и удивленно раскрыл рот в немом “о”. Потом кивает ей вместо приветствия, берет себя в руки и выходит из магазина.       Как же он себя ругает, когда остаётся ждать её возле дверей. Интересно же, куда она так внезапно пропала.       – Это вы, – произносит он. – Я думал, что вы будете преследовать меня до победного конца.       – Болезнь распорядилась иначе, – тяжело вздыхает девушка. – Редактор тоже. Как только выздоровею, не смогу больше вас караулить. Мало того, что результата нет, так еще и простыла… В общем, моё начальство недовольно.       Хигурума чувствует укол совести. Из-за того, что он так долго морозился в фигуральном смысле, она морозилась вполне себе реально, результата никакого, так ещё и от начальства получила нагоняй. Как-то он об этом и не подумал. А должен был вообще?       Его тело само склоняется в поклоне.       – Э, Хигурума-сан? Вы чего? – сопит девушка.       – Прошу прощения, что доставил вам столько хлопот. Я готов с вами пообщаться в любое удобное для вас время. Как только вы выздоровеете, конечно.        – То есть путь к сердцу обычного мужчины лежит через его желудок, а к вашему – через чужие страдания? – веселится она, – Буду иметь в виду на будущее! – улыбается – добилась же своего. – Спасибо, Хигурума-сан. Давайте пойдем к дому и по дороге обсудим детали.       – Да, конечно.        Визитка была у Хироми с собой, Норико же вышла из дома налегке – была не готова к рабочим встречам в комбини, поэтому приняла от него номер телефона.       – Я вам напишу, когда вернусь домой, чтобы у вас тоже сохранился мой номер, – пообещала она.       – Буду ждать, – кивнул он, провожая её фигуру, скрывшуюся в подъезде.        “Хигурума-сан, это Норико ;), – приходит сообщение почти сразу же, – так что не пугайтесь, если что.”       На мотивации провести долгожданное интервью Ойкава встаёт на ноги за два дня. А ещё приятно удивляет начальство тем, что не просто так приставала к этому адвокату и мерзла на улице – согласился-таки. Половина редакции проиграла пари.        У его офиса они больше не виделись, но встречались на станции по дороге на работу.       – Вам удобнее в выходные или в будни? – уточняет Норико.       – Когда удобнее вам, я же уже сказал, – спокойно отвечает адвокат. Ойкава в ответ на это хмурится: хоть бы дал ей подсказку, но нет, приходится выкручиваться самостоятельно.       – Может быть, сегодня вечером? – предлагает она. Откладывать и дальше смысла не видит, тем более, надо будет еще статью склепать и издать её. А это, знаете ли, не так уж быстро делается.       – Хорошо. Давайте встретимся в восемь вечера на станции. Одевайтесь, пожалуйста, теплее. Не хочу, чтобы вы мне потом предъявили иск за простуду.        Он кладет трубку, оставляя Норико в растерянности: это он так флиртует или правда опасается, что она может его засудить?       К вечеру Хироми жалеет, что вообще на что-то согласился. После долгого рабочего дня он совсем не в духе, и все, чего ему хочется, это прийти домой, принять душ и упасть лицом в подушку. Он даже придирчиво рассматривает контакт Ойкавы, размышляя, не отменить ли все к чертям собачьим. Но не отменяет.       Решает, что лучше уж пускай он сейчас немного помучается, ответит навязчивой журналистке на все интересующие её вопросы, а потом она от него отстанет. Раз и навсегда. Наверное. Хочется в это верить. Больше интервью он, по крайней мере, давать не собирается.       Не может не радоваться, что они договорились встретиться на станции у дома. В вагоне метро он практически спит стоя с закрытыми глазами, чуть не пропускает станцию, но одергивает себя – соберись, Хигурума.        Норико пришла за пять минут – что-то подсказывало, что лучше не заставлять ждать адвоката, который и так с трудом согласился на это интервью. Совету его последовала – надела не просто пальто потеплее, а сразу зимнее, и укуталась потеплее в шарф. Да так, что лица почти не видно, и Хигурума чуть не пропускает её, проходя мимо.       – Хигурума-сан! – приглушенно зовёт его Ойкава, он оборачивается и узнает-таки спрятанную в тепло Норико.       – Добрый вечер, – приближается он, – Вы выбрали место?       – Конечно, – с трудом кивает девушка, – здесь рядом отличная кофейня, вы наверняка её знаете.       Конечно, он знает. В этой злосчастной кофейне прошла первая встреча с Камадой. Ассоциации не очень приятные, но… чем быстрее они начнут, тем быстрее он покинет это место.