III. Побеждает какао

– Вы столько раз покупали для меня кофе, что позволю себе сегодня угостить вас, – говорит Хироми беспрекословно. – Даже не вздумайте спорить. Норико перебирает в своей голове варианты в духе «но это же я вас пригласила», «деньги я трачу из представительских», но в конечном итоге решает просто с ним не спорить. Зачем? Пусть джентльменствует, ему это идет. Приятно, в конце концов, думать, что гости кофейни могут принять их за пару. Девушка разворачивает шарф. Становилось жарковато. – Мне, пожалуйста, какао, – делает она заказ, после чего переводит взгляд на Хигуруму. Он почему-то выглядит удивленным. – Просто считаю, что какао помогает лучше спать, – начинает оправдываться журналистка. – Вот как, – отвечает заинтересованно мужчина. Ему бы хороший сон не помешал. После ударных доз кофе он иногда тревожно спал. Скорее всего, конечно, это происходило из-за больших объемов работы и стресса, но адвокат отрицал эти мысли. – Тогда мне тоже какао. Без сахара. Он оплачивает заказ, и они перемещаются по кофейне в поисках свободного места. Хоть и вечер буднего дня, а все же здесь людно. В основном сидят парочки. Хигурума из-за этого чувствует себя неловко. Норико находит место в углу и уверенно направляется туда. Адвокат следует за ней. Пока они устраиваются, снимают пальто и размещают вещи, их какао готов: сотрудники кофейни приносят заказ к столику. Они благодарят и начинают приготовления. Девушка достает телефон и вопросительно смотрит на Хироми. – Вы не против записи? – А как иначе? – пожимает он плечами и потирает кончик носа. – У меня только одно условие: вы согласуете текст со мной, прежде чем публиковать его. Это не обсуждается. Иначе я на полном серьезе предъявлю вам иск. У Ойкавы обиженно-удивленно вытягивается лицо. Да не очень-то и хотелось, подумаешь… Все равно собиралась согласовывать. – Итак, – начинает она, открывая свой блокнот с заранее заготовленными вопросами. – Вам тяжело работать с Камада-сан? – Не труднее, чем с другими клиентами, – отвечает Хигурума. – Она справедливый человек. И я надеюсь, что мы выиграем дело не только потому, что она мне платит за работу, ещё и потому, что я поддерживаю её мнение. – Это ложь, но для публичного интервью так надо. – А чем вы интересуетесь кроме работы? – У меня разнообразные интересы, Ойкава-сан. – Тень улыбки касается его губ. – Очень разнообразные. – Но если вы так много работаете, как вы расслабляетесь? – Расслабляюсь? – он задумывается. – Предпочитаю расслабляться в ванне. – Вы легко сходитесь с людьми? – Я очень замкнутый человек, Ойкава-сан. И я никогда прежде не давал интервью. – А почему вы согласились на этот раз? – Потому что вы просто мертвой хваткой вцепились в меня, а я уважаю такое упорство. Это все ещё для интервью или вы задаете личные вопросы? Норико краснеет. Прикусывает губу, чтобы немного прийти в себя – обычно для неё рабочие интервью проходят спокойнее, чем с этим… холодным адвокатом. – Если вас будет так проще разговорить, то считайте, что мы просто беседуем, – девушка возвращает себе самообладание и пытается выбраться из сложившейся ситуации. – Очень много “но” для простой беседы, – мужчина кивает в сторону записывающих устройств. – Считайте, что мне нравится ваш голос, и я хочу переслушивать эту запись одинокими вечерами, – Норико пытается шутить, но, кажется, получается что-то другое. – Раз это простая беседа, – возвращается Хироми на пару реплик назад, – значит, я тоже могу задавать вам вопросы? – По идее интервью этого не подразумевает, – начинает она, но сталкивается с заинтересованным взглядом больших чёрных глаз, и резко меняет траекторию, – но да, раз мы просто беседуем, то, конечно, можете задавать вопросы и мне. Я постараюсь ответить. Приходится выкручиваться. Ей нужно это интервью.  – Почему вы так хотите меня обработать? – девушка уверена в том, что он специально формулирует фразу именно таким образом. – Поработать с Вами, – поправляет его Норико и объясняет, – на самом деле, вы будто сами меня нашли. Я пару раз видела вас на станции и на улице у дома, а потом, когда увидела, кто вы и чем занимаетесь, поняла, что это судьба. Прямо-таки судьба? – То есть вы не следили за мной специально? – Хигуруме гораздо легче от этого факта. Почти что обычная случайность, и правда. Её интерес к нему даже можно назвать объективно разумным. – Ну, в принципе, нет… Единственное – мне оставалось узнать, где вы работаете, но и здесь повезло – офис редакции тоже недалеко от вашего. – Бывает же такое, – усмехается он. – И правда. Как вам какао? – неожиданно спрашивает Норико, прячась за своим стаканом. Градус разговора все-таки снизился, но не достаточно. Она решает понизить его еще больше нейтральными темами. – Неплохо, – пожимает плечами Хигурума спокойно. – Расскажу вам потом, хорошо ли буду спать. Она краснеет. “Расскажу потом”… Значит ли это, что они еще встретятся? И зачем только спросила? Стало еще более неловко. – Как вы относитесь к разводам? – пытается вернуть тему в рабочее русло журналистка. – Насколько я понимаю, это одна из ваших специализаций. Почему? – Люди встречаются, люди расстаются, – опять пожимает плечами мужчина. – Моё дело защищать их друг от друга и от закона. Работа адвоката по большому счету заключается в том, чтобы защищать человека от государства, вы не находите? – Пожалуй, так, – соглашается с ним Ойкава. – Вы сами не состоите в браке, насколько я понимаю. Кольцо у вас отсутствует. Вы в разводе? У вас есть отношения на данный момент? Вопрос вырывается сам собой. Он довольно личного характера. Ничего Норико с собой поделать не может. – Теперь вы точно задаете личные вопросы, – проницательно смотрит на неё Хироми, но он не злится. – Отвечу вам: я не состою и никогда не состоял в браке. Отношений у меня на данный момент нет. Можно даже сказать, что я состою в нездоровых отношениях с работой. А что насчет вас? – Хигурума невозмутимо отпивает какао, не сводя с девушки усталых глаз. Взгляд у него такой… Словно он все на свете знает и устал повторять глупым людям прописные истины.  Норико не планировала заходить так далеко, но она совсем не против такого развития разговора. Что-то… происходит.  – Насчёт меня – все то же самое, – заправляет выбившуюся прядь за ухо. Хироми слишком внимательно следит за каждым её действием. – Из отношений только абьюзивные, и те с работой. Наверное, по мне заметно. – Ну, выглядите вы уж точно лучше меня. Сказал симпатичный мужчина в идеальном выглаженном костюме, с чуть растрепавшейся укладкой после долгого и тяжёлого рабочего дня – ему так даже лучше – и от которого приятно пахнет свежим мужским одеколоном. Конечно, усталость залегла в синяках под глазами. Но выглядит он очень презентабельно.  – А вы очень критичны к себе, – хмыкает она. Он лишь пожимает плечами. – Издержки профессии. Пока Норико думает над подходящим вопросом, чтобы вывести диалог в н̶у̶ж̶н̶о̶е̶ рабочее русло, адвокат её опережает: – Вы считаете меня симпатичным? Он терзался сомнениями по поводу этого вопроса. Не покажется ли он неуверенным в себе, если задаст его? Но любопытство пересилило здравый смысл. Ему, впрочем, нечего терять. – Это мягко сказано, – спокойно признается она, чем впечатляет, – я Вам ни разу не врала. Могла пошутить в разговоре, но не врала. – И голос у меня, значит, приятный? – ухмыляется Хигурума. – Просто потрясающий. – Вот как, – Хироми снова делает паузу. Собирается с мыслями. Он устал, поэтому фразы, которые он хочет сказать, срываются прежде, чем он успевает обдумать их уместность. – Правда будете переслушивать запись одинокими вечерами? – он смотрит на неё исподлобья, но на губах змеится подобие улыбки. Сердце Ойкавы пропускает пару ударов. Он умеет в перекрестный допрос и во все эти психологические штучки адвокатов. Она уже почти забыла об этой реплике, а он – не забыл, и возвращается к ней неожиданно. Её застали врасплох. Норико краснеет до кончиков ушей. Надо же было такое брякнуть… – Н-нет, это не то, что я имела в виду, – смущается девушка. Ей полагается быть наглой и стремительной, но журналистка чувствует себя так, словно её вскрыли под микроскопом.  – Ну, смотрите. Если будет одиноко, мой номер телефона у вас есть. Всегда можете послушать мой голос в прямом эфире. – Он произносит это так спокойно, как будто говорит о погоде. Допивает какао и стучит пустым стаканчиком по столу. – У вас есть ещё какие-то вопросы? – Я правда могу Вам позвонить? Не по рабочим вопросам и не в рабочее время? – набирается она смелости. Но вопрос не обдумывает. Слабоумие и отвага. Хироми горько усмехается. Личная жизнь уже давным давно похоронена, жестокая любовница-работа занимает все его время и мысли без выходных. Даже с привлекательной девушкой в кофейне он сидит из-за – или все же благодаря? – работы. – Правда можете. Если захотите. – И не вздумайте потом предъявить мне иск, что я звоню вам в нерабочее время по личным вопросам, – подводит черту в этом разговоре Норико. – Вы мне угрожаете? – А вы хотите, чтобы я вам угрожала? – улыбается довольно. Хигурума моргает растерянно. Но решает прекратить этот агрессивный флирт, пока он не привел к чему-нибудь нехорошему. Меру знать надо. – Сегодня я хочу поскорее вернуться домой. У меня был тяжелый день, – произносит он, делая движение, чтобы подняться. Девушка тоже поднимает из-за стола. – Я провожу вас до подъезда. – Если вы устали, то вовсе не обязаны… – Ничего, я так хочу, – отвечает адвокат, облачаясь в своё пальто, после чего берёт с вешалки верхнюю одежду журналистки и подставляет ей рукава. Ухаживает. Боже, какие манеры. Она вся тает внутри. Он оставляет свои ладони на её плечах чуть дольше, чем нужно – делает вид, что поправляет пальто, но на самом деле просто поддаётся... порыву. Пахнет от Норико жизнью. Какой-то лёгкий аромат, отличающийся от запахов, к которым он привык.  В кабинете постоянно проветривается, дома тоже, чтобы ничего не отвлекало от работы. А жизнь кипит, оказывается.  – Пойдемте? – она с трудом это произносит, Хироми сразу же убирает свои руки. Становится пусто и холодно. Они выходят из кофейни – Хигурума придерживает ей дверь – и неспешно идут в сторону её дома. Девушка закутана во столько слоев, что ей не холодно. Она поглядывает из-за шарфа на мужчину, думая, что бы сказать. Идти в тишине довольно неловко. – Вам нравится жить в этом районе? – спрашивает она первое, что приходит в голову. – Арендная плата невысокая, место хорошее, – равнодушно отвечает он. Снова висит пауза, а потом адвокат спохватывается и возвращает вопрос. – А вам?  – Место хорошее, арендная плата невысокая, – отвечает она его словами наоборот, улыбаясь ему из-за шарфа. – Вы знаете, что тут недалеко есть галерея? "Тэнри гярэри". Там периодически выставляются интересные экспозиции. Я писала о них для одной колонки в журнале. – Вы разве работаете не в правовом издании? – удивляется Хигурума. В тех журналах, которые читает он, заметок о культурной жизни не бывает. – У меня очень широкий круг интересов, – улыбается Норико. – А у вас? Хироми недоумевающе приподнимает бровь. Она забыла или проигнорировала весь предыдущий диалог? – А, – спохватывается, – точно, извините. Ну, может, вы хотели бы его расширить? – Вы приглашаете меня на свидание? – неожиданно спрашивает адвокат. Ойкава не ожидала, что он будет настолько прямолинеен. Приходится выкручиваться. – Нет, – качает головой, – пока просто встретиться не по работе. А там будет видно, – она подмигивает. Они подходят к её дому, и больше можно не испытывать неловкости. – Спасибо, что проводили. – Говорит она, поворачиваясь к нему лицом. – Извините, что отвлекла, когда вы устали. Надеюсь, что какао немного вас взбодрило. – Я расскажу, буду ли хорошо спать после него.  – И если нет, предъявите иск? – шутит Ойкава.  – Предъявлю. Хорошей ночи, – говорит он и уходит. Девушка посмеивается.  Она изо всех сил сдерживает порыв позвонить сегодня же. Больной мозг даже придумал, как это можно обосновать: “Не усну без звука Вашего голоса. Расскажите свою любимую сказку.” Но здравый смысл побеждает, и она засыпает в тишине и одиночестве. Хироми несколько раз повторил, что он устал – по нему было это видно, так что создавать лишнее препятствие между ним и сном казалось ужасным злодеянием. Норико засыпает быстро – какао действует на ура. В соседнем доме мужчина, у которого и так явные проблемы со сном, ощущает их ещё острее. Хироми засыпает с телефоном в руке – вдруг, его помощь и правда понадобится этой розовой девушке?  Он как раз вспомнил любимую сказку из детства.