Зависимость.

Парень не дал возможности даже договорить быстро проскальзывая внутрь. — Выпивка не ждёт! — Восторженно проговорил Зуев скидывая с себя лёгкую куртку. Девушка никогда не понимала, как он может в такой мороз ходить в такой тонкой курточке, она никогда не была мерзлячкой или что-то в таком духе, но сейчас стало ужасно холодно, то ли от того, что организм со временем перестроился, то ли от того что стало совсем пусто. — Я не ждала тебя так рано ты в курсе? Даже прибраться не успела. — Прибраться? Да забей болт, не чужие люди. — Проходя сразу дальше парень оглядывал всё скопившееся барахло по углам, на столе, кровати, но и словом не обмолвился. И правда не чужие, его это не заботит. — Что за повод пить в восемь утра? Неужели так не хватает моей компании? — А ты такой важный весь из себя так посмотрю. Больно ты мне сдался. Быстро ты прискакал услышав слово "выпивка". Вальяжно разместился на стуле разваливая свои руки на стол, что тянулись к заветному чёрному пакету. — Тёплое? Когда домой пришла? — Ммм, минут 40 назад. — Смотря на время на экране телефона Ася округлила и без того большие глаза. Сколько?! 40? За всё это время успела прибрать только одну часть комнаты пребывая в своих мыслях, не так уж рано Гена и припёрся если посудить. — Ну поставь в холодос пока я уберусь здесь. — Да накой мне ждать. Садись давай, рассказывай, кто обидел? Если бы тот только знал, кто причина этого беспорядка не только в комнате, но и в голове, в сердце, душе. Кто так крепко застрял, успел покрыться слоем пыли, а потом внезапно снова напомнить о себе. А рассказывать и не пришлось, за пивом забылось всё. Они дружно включали песни в голос подпевая, пытались угашенные убрать весь срач, копившийся несколько недель, выходили на балкон курить, заказывали доставку, догнаться уже чем покрепче, чем пивом и выходили на прогулочки в парк, развеяться, протрезветь, а после по новой. Асе было хорошо, она смогла полностью расслабиться и отпустить тревоги. Завтра девушка точно не скажет себе спасибо, просыпаясь в семь утра с мигренью и ужасным сушняком, но сейчас можно не думать об этом, незачем. — Давай, рассказывай, чё у тебя случилось? — Тёмная фигура немного освещалась светом фонарей с улицы, лицо было плохо видно, но девушка туда и не смотрела отпуская свой взгляд куда-то за горизонт, где недавно опускалось солнце. — Да нечего говорить, Ген. Всё, как всегда, и никакого разнообразия. — Не думаю, что у тебя были какие-то планы на сегодня, чтобы выпить. Заранее предупреждаешь. По тебе прям видно, что что-то да есть, знаю же тебя и не первый день, конечно я может дурак и ты таким меня считаешь, но не совсем уже. Купол разлетелся на части, рикошетом оставляя царапины на лице. И правда знает, как облупленную. Знакомы какой год уже, почти второй пошёл. Выпал как-то случай пересечься где-то на тусовке и так всё закрутилось. Он много замечает, понимает, говорит только когда видит, что сама она уже не может тащить на себе всё накопившееся дерьмо. Вот только она может, может и дальше делать вид, что всё хорошо, всё в порядке, зарываться под ещё сотню таких же прочных слоёв кожи, только вот Гена не дурак, всегда ходит со скальпелем и обезболивающим, нежно разрезая каждый из них докапываясь до самой сути. Поймёт и оставит если не захочет говорить, но всегда поможет, когда это нужно. Горький вкус табака витает в воздухе, сегодня не чапман с шоколадом, сегодня предложенный другом красный мальборо. Терпкий вкус крутится на языке до тошноты, что хочется сплюнуть в сторонку. Холод не чувствуется под градусом согревающего алкоголя. — Я просто не знаю как дальше. — Дальше что, жить? Как обычно, как все. Окончить школу и свалить куда-нибудь подальше отсюда, поступить в приличный университет и наладить личную жизнь, там муж, коты. Как ты любишь. — Нет, нет, нет. Как двигаться дальше, жить знаю, даже если бы не знала, шла по течению. Вот только хочется с человеком, сейчас, как раньше рука об руку и не о чём ни тревожиться, ни думать что всё потеряно и верить в завтра. Знаешь, когда просыпаешься в его объятиях и понимаешь, что ты счастлив только когда рядом он. — Это больше походит на зависимость. Знаешь как с наркотой, когда счастлив только угашенный, а когда просыпаешься на отходах, а её нет, тебя ужасно ломает и возвращает в суровую реальность, вырывая причём очень резко из мирка, такими железными плоскогубцами для вырывания зубов или как эта херня называется. — Тогда мои наркотики очень тяжёлые, а я никак не могу отказаться о них. Только недавно думала, что всё, свобода, как отпустило, а тут снова эта ебучая ломка. — Потому ли это ты ходишь такая убитая все эти несколько месяцев? Долго думал из-за чего это могло быть, но подумал, что сама сознаешься, но ты же у нас сильная такая. Всё в себе держишь и копишь пока не лопнет. — Я пыталась. Подавить эти чувства как минимум. Но сейчас я лишь удостоверилась в том, что этого не произойдёт. — Произойдёт. Однажды случится и ты будешь смотреть в прошлое и думать, какой была дурочкой думая, что всё покончено. — А я просто не хочу. Не хочу, чтобы воспоминания о моментах с ним переставали навевать тепло, не хочу забывать его образ, не хочу и не хотела терять так просто. Думала, что на долго с ним, что будем рядом не смотря ни на что, но не смогла не смотря ни на что..и поняла, что очень жалею. — Никогда не поздно всё вернуть. Если с ним было хорошо, а без него плохо, то выбор очевиден. Так обычно наркоманы и возвращаются к зависимостям ха-ха. Так ты одна из нас. — Парень рукой слегка приобнял девушку за плечи. Его одна рука казалась просто огромной по сравнению со сжавшейся от холода девушкой. Девушка рассмеялась только лишь медленно кивая. Так оно и было, одна из них, тоже зависима, только зависимость немного другая, так же способная убить, но только тогда, когда наркотика нет рядом, но если есть с ним хорошо, он залечивает раны, отгоняет тревогу и окутывает замёрзшую душу теплом, потому-то сам является лучом солнца, если не самим чёртовым обжигающим солнцем. Раннее утро не радует совсем, за окном всё те же тёмные тучи грозящиеся в скором времени метаться молниями и лить проливным дождём, всё тот же звук будильника, всё тот же срач дома разбавленный новыми бутылками алкоголя, валяющееся тело под ногами на полу, что мешает быстро собираться, потому-то уснули так поздно, что сложно было не проспать будильник играющий раз двадцатый с перерывами в десять минут. Жуткая головная боль и даже сладкая зубная паста плохо перебивает перегар, но поделать ничего не может, приходиться быстро натягивать джинсы и бежать в школу ко второму уроку. Гену будить не стала, пусть спит. Такое уже бывало, так что он просто проснётся когда сможет и уйдёт захлопнув дверь, красть всё равно нечего, да и никто не зайдёт. Без выговора не обошлось, классная руководительница Ольга Михайловна явно решила отыграться на ней за всех, кто ранее выводил из себя, хотя обычно она более спокойная и терпеливая, а сегодня будто узнала, что ей муж изменял последние несколько лет с ученицей ходящей к ней как к репетитору. Вместо того чтобы огрызаться, девушка молча всё выслушивала стискивая зубы. Урок, второй, сегодня их семь. Для выпускного класса это вполне нормально, если их больше семи Ася попросту уходит с последних или вовсе не приходит, потому что сидеть полностью до окончания совсем невозможно. Даже не успев выйти из класса её уже хватают за руку и тащат куда-то, вверх по лестнице, на самый последний этаж куда редко кто поднимается, там всего три кабинета с не самыми частыми уроками, отличное укромное место. Только вот ошарашенная девушка даже не понимает, что происходит. Слишком много вопросов, почему, кто и зачем. Парня этого в лицо совсем не знает, а сзади так тем более узнать невозможно. Может и видела его пару раз, но он точно даже не близко к её кругу общения. — Ты кто, мать твою?! — Девушка начинает раздражаться ещё больше, когда её отталкивают к стене, в лопатках отдаёт не сильная, но ощутимая боль от удара. — Тшш, не злись. Я Гриша кстати, приятно познакомиться. — А на лице его красуется улыбка, совсем дружелюбная, не похож он с ней на человека собирающегося навредить. — Да мне глубоко плевать как тебя зовут, что это за нахер ты творишь?! — Прости, что так внезапно. Я вот тут тебя вижу не первый раз, личико хорошенькое.. — Ты конченый? — Не в том плане, то есть да, ты красивая, решил познакомиться, давно ещё. Получилось как-то не очень.. — Рука легла на затылок, а сам он выглядел очень неловко. — Я не заинтересована в новых знакомствах, Гера, Гриша кто ты там. — Отстранилась от стены разворачиваясь в сторону лестницы и делая пару шагов её снова оттолкнули разворачивая к себе лицом. — Да чего ты, пообщаемся, узнаем друг друга получше, может что-то и закрутится и ты захочешь со мной и дальше проводить время.. — Забинтованный, ты как с девушками обращаешься. Слова "нет" совсем не понимаешь? А ну-ка свали по-быстрому, у меня к даме разговор имеется, ты сюда не вкатываешь. — Сбоку раздался мужской до дрожи знакомый голос. Тот который тревогу вызывает, который "я скучаю", который один из видов наркотика. — У нас более важный разговор с ней, я предлагаю тебе потом как-нибудь подойти, окей? — Гриша встал перед девушкой, тем самым загораживая её, а та просто стояла молча, смотря только прямо на брюнета через плечо, не моргая, оставить изображение на подольше. — Ты совсем не андерстенд? Вали я кому сказал. Да побыстрее, чтобы я тебя и близко с ней не видел, кадык те зубами выгрызу, усёк? — Почему сразу не сказать, что парень есть. Не трать на неё время, браток. — Уходя он похлопал Кислову по плечу. — Сука, свали уже от сюда! — Такой внезапный крик заставил Асю вздрогнуть, быстро одуматься и самой тоже поторапливаться к спуску вниз, лишь бы не оставаться здесь, снова наедине. — А ты стоять, не двигайся и на шаг. Я действительно хочу побазарить. Поговорить то-есть. Снова прикосновение, снова его рука нежно обхватывает запястье запирая в кандалы, что приходится остановиться. Он не держит сильно, Ася всегда может спокойно вырваться и убежать вниз, как вчера, но не спешит этого делать. — Звонок скоро, не хочу опаздывать. — Опускает голову вниз, уводит глаза подальше, чтобы не видеть. — Ты никогда не была прилежной ученицей. И тебе никогда не было интересно сидеть на географии, потому что училка всегда трогает твою мать и спрашивает где она на этот раз. Так что останься со мной. — Будь это предложение остаться на всю жизнь, девушка с уверенностью ответила только положительно и сбежала бы с ним куда угодно, подальше от мирского. — Нам разве есть о чём говорить? Мне кажется что нет, от слова совсем. Мы давно всё решили и обсудили. — Не всё. Сейчас всё совсем по-другому. — Что по-другому? Ты употребляешь, что-то другое, перешёл на что-то потяжелее? Что? Ну же. Может ты перестал забивать болт на свою нынешнюю девушку? Но так и не скажешь раз со мной здесь ошиваешься. — Взгляд устремился вверх, глаза в глаза, совсем близко. Парень подходит ближе заставляя девушку вжаться в стену. Ваня утыкается носом в макушку, зарывается глубже в волосы. Вдыхает и чувствует запах алкоголя смешанный со сладкими ванильными духами, прикрывает глаза. В таком положении Ася даже не может двигаться, не то чтобы спокойно дышать. А дыхание давно учащённое. В нос сразу врезается запах одеколона, такого привычного с шоколадом, пользуется всё тем же. — У меня нет никого, Ась, совсем. Всё это время не было и сейчас нет. Ты много пила? С кем? — Тебя не должно волновать с кем и сколько. Мы никто друг другу, прекрати делать мне больно. — Он тот единственный, кому девушка могла раньше сказать о своей боли, проблемах и тревогах. Тот единственный, кто знает о её тревожности. Тот единственный, которому она могла довериться и открыться полностью. Раньше. И по всей видимости даже сейчас. — Я хочу как раньше. Ась, помнишь? — Всё помнит. Абсолютно. До каждой незначительной мелочи. — Где ты был все эти месяцы со своим "как раньше", где ты был со своим "я скучаю"? Где блядь ты был. — Удар в районе груди, не сильный на сколько хватило пространства для замаха. — Что ты делал всё это время? — Теперь я чистый, как два с половиной месяца. Полностью, даже без травы. Меня прекратило ломать и тянуть на это. Всего лишь хотел поговорить с тобой. Показать, что вот я, изменился, постарался загладить вину. Исправить то что было. — Не ври мне. Ты всегда мне врал, я устала от этого. Сейчас ты снова будешь вымаливать прощения и всё повториться по новой..снова, снова и снова. Я не хочу опять чувствовать это.. — Ася, прости, девочка моя, прости. Я был полным ублюдком, самым убогим, который не ценил того, что имел, а в итоге потерял самое дорогое в моей жизни. Вчера, когда я тебя увидел и снова смог прикоснуться, моё сердцебиение настолько ускорилось, что я думал отключусь на месте. Мне стало так хорошо, впервые за три месяца, даже без помощи евы. — Парень немного отстранился кладя свободную руку девушке на подбородок, немного сжимал заставляя поднять голову на него. — Я не могу без тебя. И никогда не смог бы, после встречи с этой девушкой его мир полностью изменился. Все эти три месяца были ужасной пыткой, когда ты находишься совершенно один, без помощи и поддержки со стороны любимой, осознаёшь, что сам виноват в её потере, от этого тело ломит ещё больше в несколько раз. Приближаясь ближе к лицу он коснулся своим носом до кончика носа девушки, горячее дыхание опалило мягкую кожу, щёки залил небольшой румянец, совсем как тогда, несколько месяцев назад. Без слов можно было понять, что чувства вовсе не угасли, а на расстоянии стали только сильнее. Их тянуло друг к другу с неимоверной силой. Это действительно как их личная зависимость друг от друга, которую они совсем не могут оставить позади снова и снова возвращаясь.