Страх.

А парень злится только больше. Оборачивается на неё, сильно сжимает кулаки до побеления костяшек. Внутри желание разгромить всё что видит, а в глазах лишь гнев укрывает за собой всё сожаление, всю печаль и любовь какой бы она ни была. — Ну уж нет. — Тихий смешок, который показался Асе угрожающим. Отступать назад некуда, там только кухонная тумба в которую можно только сильнее вжиматься. — Я не собираюсь так быстро уходить. — Я не хочу тебя видеть! — Сейчас кричит уже девушка. Защищается, пытается скрыть страх, не хочет говорить, что страшно. Она не хочет осознавать, что боится его. Кислов сокращает между ними дистанцию в один шаг, кладёт руки на лицо, что лишь немного больше самих ладоней и сжимает, чтобы не вырвалась. Смотрит пару секунд, брови к переносице клонятся только больше. Она его, была, есть и будет только его одного. Та пытается оттолкнуть руки вперёд выставляет – безрезультатно. Кислов впивается в подсохшие губы с напором целует не получая ответа. Через поцелуй вымещает свой гнев, покусывает нижнюю губу и не замечает как пальцы сжимаются сильнее от чего девушке приходится разжать зубы приоткрывая рот, что только на пользу идёт Ване. Он проникает дальше, поцелуй становится мокрее, яростнее. Ася не находит ничего лучше, чем подчиниться отвечая взаимностью. Девушке самой этого давно очень не хватало, какой-либо близости с ним. Воздух из лёгких спирает, ноги подкашиваются, а тот будто и не спешит вовсе отстраняться, продолжая искусывать губы чуть-ли не до ранок и сплетать языки. — Говоришь, что не хочешь, разве не ложь? — Отстраняясь ослабляет хватку, глаза в глаза смотрит. — Уйди, пожалуйста.. — Тихо шепчет стараясь до последнего прогнать. — Я же сказал, не собираюсь. — Ты делаешь мне больно. — Свои руки поверх чужих кладёт, правда больно, скулы болят и губа. Языком по нижней губе проходит чувствуя привкус железа на нём. Парень руки с лица перекладывает на плечи, а потом и вовсе на бёдра спускает и к себе прижимает крепко. Звонок в дверь их прерывает. Парень первый ринулся к двери, чтобы узнать, кто там мог навестить девушку именно сегодня, а та в свою очередь осталась стоять на месте приходя в себя. Открывая дверь не удосужившись посмотреть в глазок, там стоит Гена такой весь из себя напыщенный, запыхавшийся, красное лицо от того что бежал. — Ты чё блять тут делаешь, Киса? — У меня к тебе тот же вопрос. Какого хера ты тут забыл. — Тело напряглось, не то ревность, не то непонимание. Скорее всё вместе. Никогда не знал, что он состоит в её друзьях. — Эт на тебя так кричали? Ты чё девушек пугаешь? Не думал, что вы знакомы так близко, домой к ней припёрся. — Какого хера ты тут забыл. — Снова повторяется. Хотя смысла в этом уже нет, но сложить два плюс два не может, сейчас не может. — Кис, не начинай, а? Я у тебя спрашиваю, Ася в порядке? — В полном, проваливай, мы не закончили с ней. — Прекрати. — В пределах небольшой прихожей появляется девушка. — Ген, ты чего тут? — Да ты ж мне позвонила, я твой крик услышал, так и побежал. Мало ли что случилось у тебя. — Ой, я позвонила тебе? Думала не успела, телефон выронила. — Вы схренали так мило общаетесь? — Киса влез в небольшой диалог, смотря то на одного, то на другую. То что его игнорировали только и делало, что добавляло запалу. — Придержи коней, Кис. Я может пройду? В пороге не охота стоять. — Даже не дожидаясь ответа Зуев вошёл внутрь растолкав всех. — И так, начинайте по порядку, что с кем произошло? Зуев прошёл сразу на кухню разваливаясь на своём излюбленном месте, на столе увидел пачку сигарет и сразу потянулся к ней. Рассмотрел фирму, вкус и откинул подальше, не курит такую ересь, даже пробовать не станет. Ася и слова не сказала больше, продолжая стоять в проходе пока Ваня проследовал вслед за самым старшим размещаясь рядом, только вот уже вынимая одну из сигарет. Шоколадный чапман, он даже немного удивился, ведь сам подсадил девушку на эти сигареты, не думал, что оставит хоть какое-то напоминание о нём, это вновь доказывало то, что Ася всё ещё хочет. В этой же пачке нашёл зажигалку быстро подкуривая. — Ты не обнаглел ли курить прям здесь? — Наконец подала голос девушка решившаяся подойти ближе. — Раньше тебя не смущало. — Он сделал явный акцент на слове "раньше", желая продемонстрировать Гене, то что между ними что-то было, совсем как маленький ребёнок в детском саду, который хочет обозначить, что это его игрушка. — Я могу закурить? Бежал всю дорогу. — На что получил кивок от девушки и уже полез в свой карман тоже прикуривая. — И так, я понимаю ты в порядке и я зря сюда бежал? Думаю в следующий раз мы будем пить пиво за твой счёт. — Договорились. — Подойти к столу девушка не успела, хотела тоже за компанию закурить как тут крепкая рука обхватила талию и притянула к себе усаживая на колени. — Отпусти меня, идиотина. — Девушка немного по сопротивлялась и всё же смогла выбраться пересаживаясь на место напротив этих двоих. Гена начал чуть ли не смеяться, потому что понимает с чем связаны такие порывы парня. — Бля, Кис, чё за детский сад ты устроил. Мы два года как друзья и я не претендую на твою девочку, не бузи. — Я не его. И не оправдывайся перед тем, кто не является мне кем-то. — А меня ты спросить не забыла? — А ты можешь как-то опровергнуть? — Кислов тут же заткнулся. — Так что же у вас такого случилось голубки мои, что ты начала трезвонить мне? — Гена, при всём моём уважении. — Понял. Так чё? — Мне стало очень тревожно, когда кто-то начал ломиться мне в двери. Причём не просто стучать, а ломиться. А потом в окно, я очень перепугалась поэтому и решила набрать того кто хоть как-то сможет помочь мне. — В окно? Ты на четвёртом этаже, Ась. — Я залез к её окну, потому что двери мне не открывали. — Да ты блять только представь, что какой-то полудурок будет ломиться тебе в двери, когда его лица даже не видно. Будь я на её месте или рядом, ты бы получил по таблу в тот же момент. Это всё доходило до крайней точки абсурдности. Почему сейчас происходит всё это? Почему это похоже на семейный совет. Почему становилось так тревожно от собственных мыслей и действий парня. Что могло бы произойти если бы Гена не пришёл именно сейчас. Всё стало бы хуже или вернулось на свои места. Почему Кислов ведёт себя при нём так, осознавая, что они больше не вместе. Слишком много "что" и "почему", и как на всё это ответить? И ещё дурацкий запах шоколада с табаком слишком уж дурманит голову навевая глупые дежавю. Находясь в собственных мыслях Ася пропустила большую часть разговора парней, поэтому совсем не вникала в суть, но как упомянули её имя сразу откликнулась. — А? — Снова тревожно? — Ахх, всё хорошо, что у вас там? — Когда у тебя это началось? — Ооо, Киса, как ты собираешься забрать Аську себе если не знаешь таких мелочей? — Гендос тихо посмеялся, а небольшая улыбка застыла на его лице. — А ты дохера будто знаешь. — Да побольше твоего точно. — Успокоились. Я слушаю внимательно. — Работёнка для вас есть. Одного его послать не могу, мало ли товар без вести уйдёт, а ты как доверенное лиц.. — Я не употребляю почти три месяца. — Да мне плевать сколько. Я достаточно тебя знаю, Кислов. Бывших нариков не бывает. — По себе не судят. — В том то и дело, что я по тебе, и сужу. — В этот раз всё иначе. — Посмотрим на твоё иначе. В общем, ты идёшь с ней как защита, потому что эти ребята тебя знают, девушку одну к ним отправлять словно мясо в клетку голодной собаке кидать. А ты с ним как присмотр, потому что доверенное лицо и если что сообщишь мне. Ты же у нас чиста и невинна. Если у тебя Аська всё более-менее, неплохо было бы сгонять сейчас. — Всё в порядке. — Я знаю твоё "в порядке". — А ты сам не хочешь закинуть? — Думаешь у меня других дел нет? — У тебя их никогда нет, раз тусуешься на базе постоянно. — Я одну девчонку нашёл, всё время на неё убиваю, а она никак мне не хочет дать, сегодня свиданка, всё должно получиться, я её так отъим.. — Можете не при мне обсуждать кто кого и как трахнет. Это вы между собой как-нибудь сами разберетесь. — Понял, мой косяк. А нам с тобой, моя дорогая ещё нужно будет встретиться за пивасиком и кое-что обсудить. — Гендос подмигнул, на что Кислов кинул раздражённый взгляд скрипя челюстью, а старший только на это и рассчитывал ухмыляясь. Подниматься на восьмой этаж Ася планировала в полной тишине, но планы быстро обрываются сначала когда видит бумажку о нерабочем лифте, а потом и пролёте на втором, когда рот Кислова снова открывается. — У тебя проблемы со здоровьем? — Тебе должно быть плевать. — Когда началось? Эта тревога или что там у тебя. Третий пролёт. — Мне повторить? — Я волнуюсь за тебя ничё так? — Почему я сразу должна растаять от этих слов? — Ты можешь просто рассказать. — Я не доверяю тебе. Пятый пролёт. — Это не то в чём нужно доверять, чтобы поделиться. — Это то, что я хочу сохранить в секрете. — Гендосу же доложила. — Он сам заметил и узнал об этом в экстренной ситуации. Шестой пролёт. — Я тоже хочу знать. — Ты всегда много хочешь. — Всего лишь хочу видеть тебя рядом с собой. — А я хочу чувствовать себя в безопасности и что дальше? — Ась, ты боишься меня? Седьмой пролёт. — Да. — Первая хоть какая-то искренность от девушки. Первое, что она смогла рассказать, выдёргивая крепко приросший язык к нёбу. — Ась.. — Отвали. Наконец восьмой пролёт. Стук в двери и долгое, напряжённое молчание. Кислов пытается всё переварить, понять и обдумать, а девушка жалеет, что это "да" вырвалось из неё так внезапно, когда договаривалась с собой же, что ни за что не будет поспешно раскидываться словами и открывать всю правду. Это ничего хорошего не даст. Он мог отреагировать по-другому, начать злиться или того хуже, что даже представлять не хочется. Двери открываются со скрипом, в лицо девушке сразу летит потоком омерзительный запах. Сильный перегар, запах табака и подожжённой травы, едкий такой, пахнет затхлостью будто вообще не проветривают и не убирают, хотя кому тут убирать, одни нарики и алкаши. — Какая мадама спустилась к нам с небес. — Противно охрипший голос, с таким ещё плохим зарубежным акцентом. — Я товар отдать, деньги не хотите принести, не? — А с каких это пор девки разносят? У Геныча люди все сторчались? ХА-ХА-ХА. — От души смешно. — Но деньги всё же девушке протянули, все смятые, замусоленные. Пересчитав убрала в карман в обмен доставая из кармана товар передавая из рук в руки. — Да не боись, не обманем Геныча, зачем пересчитывать. Малая не хочешь зайти к нам потусить немного? Заскучать не дадим. — Откажусь от такого удовольствия. — Чё такая напряжённая, да не ломайся, малых. Паренёк стоявший рядом с тем, на вид лет шестнадцати начал тянуть свои руки к девушке, на что чуть не получил травму от Кислова, который резко хлопнул дверью, только вот реакция хорошая, вовремя убрал руки. — Слышь, Максон отсосон, ты руки свои грязные на дам не распускай, а то переломает кто-нить рано или поздно. — Ооо, Кисаа, и ты тут как тут. — Будто совсем забывая о существовании девушки, переключился на своего друга. — Мой старый друг, ты то зайдёшь? Матри чё притащили, на всех хватит. — Обойдусь. — С каких ты стал таким борзым а, Кислов? — Ебало прихлопни, пошли. — Взял Асю под руку переплетая пальцы, лишь бы утащить подальше от сюда, подальше от всей этой мерзости и пакости. Когда ты трезв тебе самому начинает казаться это грязью. Начинаешь понимать какого было девушке находиться с тобой таким рядом и совсем перестаёшь осуждать за то что она ушла от тебя. Плохо, что это начало доходит только сейчас, а не хотя бы сегодняшним утром. — Ты ес чё заскакивай к нам, Кис! Устроим тёплый приём. — Доносилось им в след. Держа Кислова под руку уже направляясь к дому девушка дрожащими пальцами одной руки пыталась вынуть из кармана пачку сигарет, открыть и попытаться вытащить уже зубами, только вот она свалилась на пол. Парень взглянул на девушку которая остановилась, чтобы её поднять, ведь осталось всего две и это одна из них. Крепко сжимая вторую руку совсем не заметил как Асю начинало трясти. Но вот сигарета уже в зубах, Ваня отпускает руку, берёт пачку у девушки, вынимает зажигалку и аккуратно подкуривает. Та делает первую затяжку, следом за ней сразу вторую, не помогает, её как будто держит в тисках не позволяя расслабиться. Она снова тянется к чужой руке, сжимает крепко, не хочет отпускать, цепляясь за последнюю надежду, что он не её чёртова галлюцинация, а Кислов прижимает её к себе, обнимает так же крепко, утыкается носом в макушку и совсем не знает, что с этим делать, не знает от чего всё началось, где была эта отправная точка, но точно хочет помочь с тем, чтобы его любимая чувствовала себя хорошо. — Ась.. — Так тихо и совсем спокойно шептал ей на ухо. Она молчит, слушает, стараясь сконцентрироваться только на его голосе, а не на пожирающих мыслях и дрожи по всему телу. — Я защищу тебя от себя и от всего этого дерьма.