3. Немая печаль.

После того инцидента, что произошёл с его матерью, Андре был сам не свой. А когда тот узнал что она серьёзно захворала, впал в отчаяние, ревел ночами на пролёт, боясь, что он может её потерять. Слуги не осмеливались заходить в комнату юноши, так как боялись увидеть его обезображенное лицо, так ещё и покрытое слезами. Посему в его комнату уж как неделю, не ступала ноги, кроме его собственной. А что до короля Роберта?.. Роберт не отходил от постели жены. Лекари разное пророчили: от полного выздоровления, до самого худшего. Но королеве Анне становилось только хуже. На это врачи, которые пророчили полное исцеление, только руками разводили, да глазами по пять копеек смотрели. Король был очень зол. Зол на мир, зол на себя, зол на челядь, зол на лекарей. Он был обозлён на всех и вся. И никто не мог противоборствовать этому. И иногда посиживая в своих королевских покоях, при блеске свечи, Роберта посещали разные мысли, но самые частые из них его пугали: «За что мне сын урод?», «Лучше бы моего сына не было», «Вот не станет меня, его матери, и он с ума сойдёт от злых языков народа!». И как бы горестно это не звучало бы, но ведь по делу правитель думал. Как юный принц собирался править королевством? С уродливой внешностью-то? От злословия молвы ты куда не беги, да далеко не убежишь. Именно это и мучило Роберта. Его мучила судьба сына, после века его и жены. Его гложила мысль справиться ли он. Оправиться ли Андре от лжи, самых близких ему людей.

***

Бежало время, а королеве становилось только хуже. Вечер, кой был на вид безмятежен, унёс с собой очень много слёз людских. Этому вечеру все беды людей были досужим разговором. Он просто унёс одну жизнь из замка... Душу одного светлого и доброго человека, но увы маленького как слезинка. Дело было так: всех слуг начала тревожить мысль о том, что от королевы уж слишком долго нет вестей. Роберт же почти поселился в её комнате. Тогда под вечер одна слуга, решила наведаться в королевские покои, под предлогом, чтобы спросить нужно ли им что-то. Но когда та зашла в комнату, не сразу поняла что конкретно происходит. Король Роберт просто стоял склонившись над постелью жены, пока та крепко спала. Тогда слугу выгнали. А позже узналось, что королева Анна уж мертва как третий день. А муж её просто старался оттянуть момент, когда об этом узнают все.

***

Андре после того как узнал о гибели матери, которой он так боялся, сначала в пал в отчаяние, потом в бешенство. Но в конечном итоге тот просто закрылся и не показывался никому с неделю. Как бы гнусно это не звучало, но челядь была рада, что им не нужно «любоваться» его рожею. Роберт же утаил, и другим велел не говорить когда конкретно умерла мать Андре. Потому что, она умерла в его день рождения. На его семнадцати летие. Андре не выходил, из комнаты. Казалось что тот ни ел ни пил. Просто решил гнить там. Гнить среди великолепных позолоченные шкафов и балдахинов.

***

Юношу лишь заставляло иногда покидать покои, обычные человеческие нужды. Но этот случай стал исключением. Исключение по несчастью. Его позвали слуги. Сначала Андре хотел и выгнать и сказать чтобы те не беспокоили его, но они сказали, что хотят сообщить пренеприятное известие. Тогда Андре напрягся и подумал про себя: «Господи Иисусе, если опять что-то с ним, я не вывезу...». Король Роберт начал хворать постепенно: то в обморок упадёт, то давление понизится или повысится, в общем проблемы со здоровьем у него после кончины жены начались. Но в последние дни вс стало совсем плохо. Король уж как четвёртый день с постели встать не может, да еду с питьём отторгает. Роберт был изнеможён своей болезнью. Лекари же тоже здравостью ума не отличились. Обошлись с вельможею так же как и с его женою: диагнозы ставили разные, да к одному прийти не могли. И вот сейчас король, на своём смертном одре, решил призвать своего сына, на пару сладостных предсмертных слов. Когда слуги уведомили для чего Андре зовёт в свои покои батюшка, юноша набегу из комнаты разрыдался. Летя, почти не видя ничего кроме белой пелены сотканной из его горестных слёз, что лились из-за осознания о скорой потере уже второго самого дорогого человека на белом свете. Андре буквально на память и на ощупь нашёл покои отца. Еле слышно зашёл в комнату, и как прежде рыдая, присел на королевское ложе, скорясь взять поникшую, но ещё живую ладонь отца. — Сынок... — Послышался полуосипшый-полуохрипшый голос короля. — Да пап... — Я позвал тебя, чтоб сказать пару слов... И прошу: не смей меня перебивать. — Конечно, продолжай, — шептал Андре давясь слезами. — Тогда я начну. Надеюсь ты знаешь что я, и твоя мать, царство ей небесное, — безумно тебе любим. И вот, после того как я кану во тьму, ты Андре, унаследуешь мой престол, тем самым став правителем. И поэтому я хочу тебе сказать — не слушай никого. Не слушай злых языков. Слушай только добрых и порядочных граждан, и — тут мужчина закашлялся, но быстро взял себя в руки, —... и никогда не смотрись в зеркало. По крайней мере до совершеннолетия. Обещай. Обещаешь? — Роберт смотрел с полной мольбы глазами. — Обещаю, папенька... Обещаю никогда не посмотреть в собственные глаза. – До совершеннолетия. — До совершеннолетия... — Теперь я могу уходить на покой спокойно... Меня похоронят рядом с твоей матерью... И обещай по нам сильно те горевать и... — на сей раз предложению не довелось договориться. Отец умер прямо на руках у сына.