Часть 10

Глава 10 Дошëл до двери, достал из кармана слепок, чтобы проверить, открыл дверь. Оставил настоящий ключ в скважине, присел у двери, посмотрел на кровать стервы. Девушка в спальном белье ворочалась. Еë длинные волосы растрепались, одеяло смято. Явные признаки беспокойного сна. Пришëл я не любоваться. План очень глуп, но может сработать. Я осторожно потряс еë плечо и отошëл в сторону, чтобы не нависать над ней и не быть первым, что она увидит после пробуждения. Лишняя паника или крики с конфликтами ни к чему. Процесс пробуждения начался. Открыла глаза и завернулась в одеяло, промычав, но не заметила меня. - Простите, госпожа... Тихий спокойный тон, который обратит на меня внимание. Эвелин, сонная, лениво обернулась на меня. - Что ты... Тут делаешь? - Мне важно узнать, зачем вы послали меня повредить воздушную карету. Похоже, стерве быстро вернулась трезвость ума. Она нахмурилась и быстро осмотрела окно и дверь, прислушиваясь. От прошлой полубеспечности не осталось и следа. - Может, спросишь это у своего дружка за дверью? - Там никого нет, госпожа. Я показательно подошёл к двери и открыл еë нараспашку. Госпожа встала и в пижаме осмотрела коридор. После она с огромным подозрением осмотрела меня, когда поняла, что нас не подслушивают. - Какого дьявола тебе нужно знать о том, что тебе, слуге, знать не положено? Она берëт на себя ведущую роль в разговоре. Это плохо. - Мне это важно понимать, госпожа. Я хочу лучше знать ту, кому служу. - Госпоже не нужно, чтобы ты еë понимал, а потом случайно разбалтывал о ней чужим слугам, как вы все любите делать. Ей нужно, чтобы ты исполнял еë приказы. Или тебе хочется мне навредить? - Ни в коем случае, госпожа. Пытаюсь вставать слово, но моë мнение не собираются выслушивать, как будто оно ничего и близко не может стоить. - Тогда свободен. ...План был не сложным. Пойти против хитрости откровенностью. Но этот план работать в таких ситуациях не может. Я должен отступить. Но тело застыло, я не могу пошевелиться. - ...И всё же я хочу, узнать причину. Для меня это важно. Я не могу оставить этот вопрос без ответа. Мой тон стал менее любезным. Эвелин посмотрела на меня с очевидной насмешкой. - Мне всё равно. Такое вызывает злость. Стоит отступать, и быстро. Но я стою и сжимаю кулаки, стараясь избежать жестов или размахивания руками. - Мне всё равно, что говорят о вас другие слуги и что ко мне относятся как к какому-то преступнику. Но вы приказали мне сделать то, что может погубить чьи-то жизни только из-за того, что какой-то конкретный кучер, которому повозка даже не принадлежит, не смог исполнить какую-то глупую невозможную для него просьбу. Для тебя в принципе нормально убивать тех, кто родился в семье ниже твоей по положению, из прихоти? То ли подобранная формулировка, то ли грубый тон сделали дело. Еë глаза блеснули ненавистью. Она в холодной ярости начала доставать из сумки едва заметные иглы и парами втыкать их в стены, одна повыше и другая пониже. - Не вам, слизнякам, которые втираются в доверие к человеку и после втыкают ему нож в спину при любой удобной возможности, говорить. - Именно поэтому ты сначала думала отдать своему дяде человека, который спас тебя, в качестве подарка, а потом решила свалить на него задание, после которого он попадëт в тюрьму, а сейчас решила убить прямо здесь с помощью каких-то дорогих артефактов? Из-за того, что он что-то сказал не так? Когда иголки были воткнуты во все стены... Внезапно наступила тишина. Хоть ничего на вид и не изменилось. - Ко мне уже который год "случайно" липнут ничтожества, которые хотят стать моими слугами, чтобы получить безбедную жизнь и сломать мою. "Перевоспитать" они меня хотят, "повлиять на мой характер изнутри", "обличить во всех преступлениях". И ты несколько дней назад делал то же самое. Стоило кому-то согласиться поговорить с тобой, как ты начал выдавать всё, что обо мне знаешь, даже не задумываясь, как это будут использовать. Что слуга той шлюхи тебе сказала? Что поможет, что никому ничего не расскажет, что готова будет взять к себе, когда всё закончится? В тоне Эвелин себя на этот раз не сдерживала в громкости голоса. Я не стал уступать. - Я, блять, который год жил как собака и оставался человеком не для того, чтобы слушать, как кто-то считает себя центром вселенной. Всем людям плевать друг на друга, у каждого свои увлечения и занятия, в которых ты им и в хуй не упëрлась. Я собирался по-человечески поговорить, позаботился о том, чтобы никто случайно не подслушал, готовился узнать твою позицию, а ты решила послать меня нахуй за то, что тебе не понравилось, что я разговариваю с другими людьми? Позиции в споре сравнялись. - Какая мне разница, кто ты такой, когда я вижу твои действия и то, что тебе нельзя доверять? Ты без колебаний, плавно и просто выполнил приказ, который считаешь неправильным, а потом даже не заплакал. Думаешь, ты самый бедный здесь и я должна из-за этого к тебе прислушаться? - Ты говоришь, что мне нельзя доверять. Хорошо. Я не доверяю тебе и считаю твои действия опасными и ебанутыми на голову действиями стервы. Ты не подала ни единого намëка на то, что у них может быть оправдание. За такое обычных людей казнили бы, но ты, пользуясь мною и своим положением, решила совершить преступление и оставить его безнаказанным. Эвелин фыркнула. - Он заслужил это, как заслужил бы то же самое любой. Ты предпочитаешь... Хотя нет. Лично ты и любые как ты предпочитают терпеть, когда их оскорбляют за спиной. Я не собираюсь оставлять это безнаказанным. Я становлюсь более эмоциональным. - Слушай. Всем нет до тебя дела, пока ты не вмешиваешься в их жизни. А ты это активно делаешь. Тебе недостаточно просто чтобы над тобой не издевались - тебе хочется издеваться над всеми. Я знаю такой тип людей. И я его презираю. Еë эти слова задели. - Все и так смеются над тобой, если ты не ебаный маг! Отцу на меня плевать и он посылает меня куда угодно, лишь бы не видеть, матери на меня плевать и она предпочитает поливать цветы, а не говорить со своей заболевшей дочерью, всем моим друзьям стало на меня плевать как только мой магический дар не пробудился, и они разом все пошли прилизываться к моему брату! Шлюхи и слизняки с их прислугой решили открыто смеяться надо мной, когда я сказала то, что думаю, а не что говорят мои ебаные братья! Я даже не уверен, кто из нас эмоциональнее. - Так СХУЯЛИ ты решила из всех возможных судеб в мире стать одной из них? Думаешь, ты не похожа на своего брата, когда решаешь сломать чью-то жизнь? Думаешь, ты бы не поступила на их месте также, как поступают с тобой? Это задевает еë сильнее. Она не находит, что сказать, и из-за этого злится сильнее. Я пытаюсь успокоиться. - Что тебе, лживому манипулятивному слизняку, от меня нужно? - Я не был до конца искренен с тобой, но то же могу сказать и о тебе. Я не собираюсь врать - мне нужна твоя помощь, взамен на которую мог бы помочь в том, что сложно для тебя. И если ты собираешься жалеть себя, разводя паранойу, я уйду. Эвелин посмотрела на пол. Она трясëтся в ярости. Только сейчас я заметил, что в еë рукаве что-то выпирает. - Вы одинаковые. Однажды я доверилась одному человеку, который говорил то же самое. Ничего не поменялось. Он взял, что хотел, и ушёл, как только перестало получаться. Похоже, она немного успокоилась. - Ты хочешь от меня гарантий. У меня ничего нет. И ты уже раздавила то, что оставалось и давало спать по ночам. Я привык доверять людям. И я увидел, что ты не такая мразь, коей кажешься. Мне хочется помочь, это то, как я живу, когда вижу, что могу это сделать. Но я не собираюсь делать что-то за тебя. У меня есть своя жизнь, в которой надо разобраться. В комнате воцарилось молчание. Неестественно тихое из-за игл в стенах. Эвелин развеяла его первой. - ...Ладно. Ты потеряешь больше, если решишь предать меня, и ты это знаешь. Я подумаю над этим. Убирайся из моей комнаты. ...И я молча ушёл.