Часть 4. Горесть или счастье.

От всех переживаний у Елены поднялась температура. Екатерина Анатольевна, несмотря на негодование мужа, оставила её дома. У женщины почти весь день были свои какие-то припадки. А Лена девушка, которая не может ничего не делать. И как только она вставала, чтобы хотя бы книжку взять, её быстро укладывали на кровать. – Леночка, ангел мой, из-за нас божья сила тебя наказала, – говорила Екатерина Анатольевна, сидя на табуретке рядом с больной. Она уже сделала для дочери компресс, а сейчас, сгорбивший, целовала её руку. – О, Господь наш Иисус Христос! К Тебе обращаю молитву свою и молю о прощении грехов своих. Прости Андрея за не верование в тебя. Прости Елизавету за стихи жестокие. Прости Максима за уронившую им твою икону. Прости меня за не уследивших мной детей. Но дай здоровье твоему приспешнику. Елена уже спала, когда она говорила эти слова. И произнеся молитву, поцеловала её руки, оставив отдыхать. Около трёх дней Белова билась в лихорадке. Екатерина Анатольевна ни на шаг не отходила от своего "ангела", читая ей каждый день несколько молитв. Постепенно ей становилось лучше, отец благодарил в этом медицину, а мать Бога. Вахит не видел Лену уже пару дней. Он подумал, что она его избегает. Ну, это было не удивительно. Какая послушная, умная, симпатичная(какой сама Лена себя не считала) девушка захочет связать свою судьбу с группировщиком? Да никакая. Обычно такие, как она, выходят замуж за военного или милиционера. Ни к одному, ни к другому он не относился. Казалось бы, надо сразу принять и понять это, что неоднократно говорил Турбо, да и сам Вахит это понимал. Но почему-то образ Елены постоянно появлялся в его голове. Её чёрные, словно бездонные глаза, в которые он с каким-то наслаждением смотрел. Выпирающие из под платка, каштановые кудрявые волосы. Худенькие и холодные руки, которые хотелось бы согреть. И самое главное, милые розовые щёки, под которыми она скрывала смущение. Почему он не мог выбросить её из головы? Потому что она не такая, как все? Возможно. Вахит жаждал встречи с Леной. Хотел увидеть её улыбку, прикоснуться к оголённой части тела. Валера видел страдания друга, но, увы, ничего не смог сделать. Зима(как оказалось, это прозвище Вахита) плохо воспринимал информацию, о которой говорили универсамовские. Конечно, многие заметили смену настроения у их старшего, но ничего ему не говорили, дабы не получить по лицу. И только спустя несколько дней Турбо предложил спросить про неё у её мальца – Максима. Вахит тяжело выдохнул, хмуря брови, потерял переносицу. Как он сам до этого? После сборов Зима наскоро пожал всем руки и убежал из помещения. Когда Максим заходил музыкалку, Вахит не успел его остановить, поэтому решено было ждать, пока он закончит, снаружи. Но и так подловить его не получилось. За ним пришел какой-то неизвестный ему мужчина, юноша предположил, что это их отец. И чтобы не навредить на всякий случай Лене или этому мальцу, подходить не стал. Он цокнул языком, после чего пошёл домой, пиная по дороге глыбы льда. На протяжении всей недели, Вахит ходил к музыкальной школе, надеясь её увидеть. Но с каждым разом надежды всё погасали и погасали, но на душе у юноши становилось тоскливо. Не понимая зачем, он вновь идёт на тоже место, где впервые встретил её. Каждый день он себе обещал, что больше не придёт, что смириться с этим. Но каждый раз нарушал его. От чего и не мог дать "слово пацана", ведь понимал, что не сможет его выполнить. Сегодня было также, как тот день. И все это невольно напоминало юноше про Елену. И только он хотел уходить, как на горизонте появилась она. Ангел. Она почти не изменилась: всё те же чёрные глаза, всё те же выпирающий кучерявые волосы, всё те же маленькие ручки, несущие какую-то папку, всё те же розовые щёки. Изменилось ли что, что она стала немного бледнее, появились синяки под глазами, это не было заметно сразу, но Вахит увидел. По какой-то причине, увидев её, Зима не мог произнести ни слова. Он стоял, как оловянный солдатик, смотря на неё. Девушка подходила ближе, и уже была на расстоянии вытянутой руки. – Здравствуй, – с улыбкой на лице проговорила Лена, посмотрев на знакомого. На самом деле, пока она была в лихорадочным году, она часто вспоминала Вахита. Екатерина Анатольевна говорила, что она во время часто бормотала по кого-то. Но Елена списала это на сон. – Привет, – после пятнадцати секундного молчания, ответил он. Зима хотел её обнять крепко-крепко, чуть до хруста костей. Но сдержался. Не желая напугать девушку. Почему-то он не мог завести разговор с ней. Он не понимал о чём с ней разговаривать. Они посмотрели друг другу в глаза ещё минуты две. Но повернув голову к двери, Лена поняла, что надо уже идти. Она вновь обернулась на Вахита. – Мне пора, – сказала Белова. – Тебе лучше тоже пойти домой, мой младший брат не одобрит, если увидит меня с тобой. Боюсь скажет родителям. А если расскажет, будет плохо. Поэтому, так скажем, у нас запретная дружба. Елена, как прошлый раз, вместо слов прощаний, начала махать рукой. И только собиралась отходить, как её мягко взяли за локоть. Девушка вопросительно посмотрела на юношу, ожидая того, что он скажет ей. – Может, в знак нашей дружбы, в кино сходим? – спросил тот, с надеждой смотря на Лену. – Завтра. Белова задумалась. С одной стороны, нельзя. Отец узнает – до свадьбы ходить с ней будет. Но с другой стороны, хочется посмотреть на его действия. Может пора перестать быть пай-девочкой? Следует уже что-то да менять. – Я не против, – робко ответила Ленка. Вахит растёкся в улыбке. В его жизни вновь появились цветные краски, а художник – Елена. – Тогда до завтра, – отпустив локоть девушки, он положил руки в карманы. – До встречи, – произнесла Белова, идя в здание. Парень проводил её взглядом, пока та не скрылась за дверью. После этого, закуривая сигарету, отправился к себе домой. В отличии от предыдущих дней, он наконец шел с улыбкой на лице. Позже, а точнее завтра, он обязательно расскажет об этом другу. Елена была погружена в свои мысли. Она безумно боясь разоблачения. Но ей надоело всячески слушать родителей, настала пора жить своей жизнью, а не той, какой хотят они. Передав папку преподавателю Максима, Валентине Владимировной, она поспешно помогла брату одеться и вышла из музыкалки. До этого момента, Лена ничего и никогда не скрывала от брата, ведь знала, что тут её не осудит. Но с этого дня, придётся это делать. Елена знает, что Максим за неё переживает, поэтому расскажет родителям, чем она занимается в свободное от учёбы время.