Глава 8 - Да прольётся же кровь!

      Шут был подавлен, всю дорогу бормотал что-то себе под нос и проклинал всех. От движений губ на его лице трескалась бордовая кровь пролитая из вен молодых парней, павших от рук Цербера. Грязь и сажа окружали глаза, суша кожу и делая её липкой, что больше напрягало его. Но всё же он был сконцентрирован на дороге, думал о плане и предполагал множество исходов. — Рано ещё сдаваться, Цербер. — Ни с того ни с сего сказал Тревор. — О чём ты, жирный?!       Глаза Тревора облились кровью, а сам парень готов был столкнуться с ним мотоциклами, разбившись насмерть. — Спокойно! — Злостно остановил обоих третий парень, ехавший с ними. — Всё же у нас есть дела поважней. — Ты прав, Джин. Этот корпорат ещё поплатится за то, что решил навредить Зику… — Тревор был твёрд, как камень, полыхая в жажде мести. — Тревор, ты что-ли про пиджака с кинжалом? — Да, того, что мы видели первым с камеры. — Аракири, Сайрон Аракири. Где-то я его помню, хоть Либерц что-то и говорил о нём. Тёмный тип, но нужно будет спросить и Металлика. А получит Сайрон не только за Зика, но и хотя бы за то, что он корпорат и та ещё сука, которую поискать нужно! Лицемерная, безразличная и хладнокровная сучка! Уверен, что на его счету множество грехов. — Да и мы не ангелы, Цербер… Сам знаешь.       За километр ребятам показалась верхушка радио башни близ рынка и вокзала. Тёмное небо, окрашенное фонарями города вместе с оранжевым солнцем, уходившем за морской горизонт, было заполнено лишь грузовыми ховерами, что неторопливо перевозили грузы. У врат одной из аллеи, куда и ехали ребята, стояли чёрные байки незнакомой банды. — Всё пока спокойно… — С опаской промолвил Цербер.       Они остановились и уже вблизи рассмотрели те мотоциклы. На них были выбиты японские символы красного цвета, украшая черные и элегантно-матовые мотоциклы. Ничего не приметив, Шут вышел на аллею мастерской Вайна и увидел, как группа людей в черных плащах с белыми клинками на спине стояли и увлечённо что-то рассматривали в гараже. На топот ботинок один из парней обернулся и вскрикнул своей группе: — У нас гости! — На шум с улицы из мастерской вышел высокий мужчина в таком же длинном плаще, но с вставками на плечах, похожие на адский огонь. — Сэм… О нет… — Самовольно выронили губы Шута. — Ахахаха! Шут Цербер! Рад тебя видеть! Так ещё сэр Тревор пожаловал… Жаль в приказ заказчика не входили ваши головы. Как же прошёл ваш день? Как себя чувствуете? А где же господин Зик? — Вы - свиньи из “Фудо”! — Указал он пальцем на группу. — Всю жизнь ваша религия строилась на смерти корпроратов, а не помощи им же! Так что проваливайте с севера обратно в свою яму и копайтесь там до смерти! — Шут сделал пару шагов в сторону Сэма и крепко встал. — Какого хрена вам тут нужно?! — Не бойся: все ещё живы. А нужно нам немного. Мелочь. Ехидная улыбка Сэма блистала на протяжении всего разговора с бедным парнем перед ним. На небольшой паузе за спиной Сэма из гаража вышли двое ребят с двумя чёрными ящиками с надписью “Amal’s Tech’” по бокам. — Вы переступили дорогу моим друзьям, забрав их вещь. А воровать - не хорошо! Я думал, что тебя должны были научить этому на просторах фавел, Цербер. Люди с севера, способные убить своего начальника, наверное, должны иметь гордость и совесть не влезать в чужие дела, так ведь? — Сэм наступил своей туфлей на кроссовок Шута, чуть ли не раздавив её всмятку, после он отошёл к парням с нейролинком, медленно проводя рукой по ящикам. — Сэм, какого хрена? С каких пор Фудо работает на корпов?! — С глазами огорчения спросил Тревор. — Спокойно, Тревор, Нам нейролинк не нужен, я знаю. Сэм! — Остановил его Цербер. — Да-да? — Кто... Кто заказал нас? — Шут предполагал разное, но всё же хотел узнать, кто они. — Никто. Но могу с уверенностью сказать, что отец Зика будет рад весточкой в нужное время. Я слышал, что Зик жив. Но я его не вижу. Так что в случае чего объясняться будете вы. — Гондон…       Сэм щёлкнул пальцами и из-за угла выехал фургон. Сразу же в него сложили ящики нейролинка вместе с каким-то хламом. Урагири встал одной ногой на порог фургона и обернулся к ребятам со словами: — Живите спокойно, под мирным небом. Белый окровавленный клинок с крыльями на спине плаща мелькнул в глазах перед тем, как Сэм скрылся в темноте грузового отсека фургона — дверь захлопнулась и он умчал на дорогу, сквозь извилистые переулки рынка. Символ величия, силы и хладнокровия был на его спине. — Что произошло?.. С ними…       Остальные члены банды потихоньку начали уходить, косо посматривая на Тревора и Цербера. Некоторые тихо смеялись в глаза Тревора с еле заметным шёпотом о его предательстве банды. — Лять, мужики!!! — Крикнул Шизу, вывалившийся с разбитым лицом из гаража. — Эти чмошники у меня поплатятся!       Цербер подбежал к товарищу и начал осматрвиать его. Он был ранен и избит до крови, но состояние было не угрожающее. Цербер остался общаться с раненым, а Тревор вошёл внутрь гаража и направился к мастерской, где он встретил сидящего на стуле Вайна, что был весь в поту, держась за грудь. — Ох, дитё моё! Подай старому кардио-стабилизатор!       Тревор молниеносно выдернул из старого металлического ящика красный ингалятор с иглой на конце и передал пожилому хирургу. Вайн вколол его в грудь, и после шипящего звука его дыхание успокоилось. Пустой баллончик упал на пол, медленно покатившись в сторону. — Что они хотели? — Сев на колено и положив руку на плечо друга, спросил у Вайна Тревор. — Они ворвались и начали избивать Шизукана, требуя отдать нейролинк. Я его практически сразу отдал, я же не желал конфликта и не видел смысла в нём. Но они не останавливались. — Он прокашлялся и вновь с удивлением продолжил. — А Сэм просто стоял у колонны и смотрел на меня, постоянно ухмылялся и о чём-то думал… Сэм будто другим человеком стал, Тревор… Я не видел перед собой того же добродушного парня, что был раньше. Было время, когда тебя с Сэмом приводил Зик и мы мило беседовали и смеялись над ребятами со двора. — Он чуть остановился, глубоко дышал и смотрел в сторону, кусая губы. — Я звоню в полицию! Это беспредел! Если они положили ревайв, то и Фудо положат!.. — Никому звонить не нужно. — Пришёл Цербер с окровавленными руками в штанах, медленно качая головой. — Всё будет в поряде, старик. Сами сможем с этим справиться и всё получится. Не в первой. Сам то как? — Лучше. Фух… Намного лучше. — Славно. Что они ещё взяли? — Абсолютно ничего, сэр. — Тогда Тревор пойдём мы с тобой вдвоём к одному человеку, что информацией располагает…       В сумерках весь рынок оживал: с различных заказов вместе с добычей приезжали охотники и расставляли её на витринах, раскрывались закрытые со дня магазины, а на тесных балкончиках сверху, попивая чай и куря табак, собирались ветераны, что лично помнят великие подвиги Валентина и его похождения, что защищают его наследие вместе с памятью о нём. Жизнь здешнего торговца спокойна и мирна. Обслуживая сотни клиентов за сущие копейки, полученные за продажу самодельных имплантов, они выбирают не выделяться и не вступать в конфликты. А те, кто острят, долго не задерживаются на рынке.       Цербер привёл Тревора к главной башне всего рынка — к старой серверной, где когда-то располагались сервера корпорации, но сейчас это лишь часть здешнего муравейника. Спустившись в подвал, они пришли к мужчине с полностью заменёнными на дырявые импланты руками, чёрными и длинными, как конская грива, волосами из прошитого металлом черепа и с безумно красивым глазом, что сиял как драгоценный рубин с миллиардом граней. Цербер продвигался к нему, раздвигая старинные магнитные ленты и сетевые провода, повисшие со всего потолка подвала. — Металлика, здравствуй. — С большим уважением и поклоном Шут поприветствовал человека, снаружи выглядящий как мужчина. — Что же пошло не так, Цербер? Кто помешал твоим планам? Я рада приветствовать тебя. — Лишь на последних словах он поднял взгляд на гостя. — Связан ли твой визит ко мне спустя столько времени из-за твоего провала? Что же привело тебя ко мне со своим другом, Цербер? — Металлика, мне нужно узнать информацию о парочке человек и всё. — Кха! Удивляешь. — Перебирая кожаные пальцы рук, он медленно ходил и всё время смотрел в пол, а в его глазу мелькали оранжевые искры. — Зачем же ты ещё мог придти. Хаха! Выкладывай! — Металлика была очень вежливым и добрым человеком — она постоянно смягчала свой голос и всячески избегала резких движений. — Встретили пару ушлёпков и вот хотели бы узнать о них побольше. А по максимуму и узнать их положение. Первый - какой-то корпорат с большой самооценкой и низким мнением о всех, Сайрон Аракири, а второй - это знакомый Зика, о котором мы ничего не знаем, Либе-е-ерц… — Сайлент… — Да, Либерц Сайлент. Спасибо, Трев. — Хм-м… Господин Аракири… Довольно светлая личность для тёмного мира Китая, заслуживающая уважения, как по-мне. Но он грешен, необычайно хладнокровен и жаждет крови, слышал, что и диктаторы стран позавидовали бы его осторожности. Сайрон владеет крупной корпорацией, что производит высокотехнологичное холодное оружие, даже экспортируя технологии за границу, в Японию и Западные Штаты. — Экспорт?! — Удивлённо задался Тревор. — Каким образом они выхватили это право? — Сэр Аракири занял своё место на доске почёта у государства, воюя за их цели на войне с Вьетнамом. Он червь, заползающий в головы верхушек и поглощающий их умы. График у него плотный, но могу сказать,что каждый четверг он ездит в колумбарий, ровно на рассвете, каждый раз… — Получается завтра. Ясно. — Мы поедем к нему? Не ища при этом Зика?! — Без Аракири мы и не найдём Зика. — Вообще слышишь себя, Цербер?! — Тревор начинал подкипать. — Спокойно, друзья. Тревор прав, Цербер. Вам сейчас нужен Сайлент, а не Сайрон. — Ты что-то узнал? — В тот же момент, как ты спросил. Либерц Сайлент - человек с тяжёлой судьбой, вспыльчив и крайне неприятен, но его можно понять, правда. Но вам больше интересно другое - его прошлое. Он работал личной охранной Зика в доме Рейнхард. С 254 года он работал у них, но с начала подросткового возраста Зика к Сайлент начали относиться с небольшим гневом. По официальным документам, Либерц числился в кандидаты “палачей” и отчислен по личной рекомендации. Я догадываюсь по чьей это было сделано, но уверять не могу. Сайлент полностью отражает свою фамилию - несмотря на его вспыльчивость, он абсолютно тих в инфополе и сети, его напросто нет в базах. Я не смогу рассказать где он сейчас… Простите. — Ахринеть… Мудак с детства, которого ты не помнил практически всю жизнь, схватывает тебя, избивает и опять увозит в неизвестном направлении. — Пытать, другого варианта я не вижу. — С уверенностью произнёс Цербер, как встал с пластикового стула у одного из серверов, после тяжело вздохнув. — И тебе не за что извиняться, Металлика. Я безумно благодарен, что ты до сих пор помогаешь мне. Удачи. — Моя задача в этом мире заключается в подаче информации, Цербер. Так что используй её с умом и береги себя. И помни, что люди, с лёгкостью способные стать мостами в мир киберхранилищ, крайне дороги, а Зик тем более. — Прощайте, сэр!       Парни попрощались с мужчиной и вышли уже на прохладные, укутанные лунным светом улицы. Проходя по одному из множества переулков, они зацепили звук драки в глубине мокрого и грязного коридора. Цербер, махнув рукой, пошёл дальше, а Тревор стоял. Стоял и думал. — Я так не могу, сэр. — Вуэ-э! Ну почему вы все как один: постоянно не можете оставить кого-то в беде? Неужто в рай попасть хочешь? Иль переродится без особого труда? Если, не дай бог, вера у тебя Евита. — Нет, в Еветизм я не верю, но… Зная, какого это, оказаться в опасности в тёмном переулке одному, я не могу остаться безразличным. Тот же Зик! Ты же сам знаешь, как его нашли. А что сейчас? Видел какой он сейчас человек? Если бы не решение Кеплера в тот день… — Я бы не уехал из своих родных пустынь и не рисковал своей шкурой за пацанёнка, которого я от силы пару недель знаю. Не ушёл бы с поста главы акул, а самое главное… не потерял бы брата. — Не под тем углом ты смотришь, Шут. Парень тебе нужен и он тебе помогает. Да и к тому же ты сам его нашёл и бегал за ним, как дворняга, не так ли? — Манипулятор хренов. — Сделав глубокий вдох, Шут ещё пару секунд медленно мотал головой в разные стороны и цокал губами. — А-А-А ну прекратили, мрази! — После последовали пару выстрелов в небо.       Цербер сорвался с места и метался из стороны в сторону, уворачиваясь от лежачего повсюду мусора. Выбежав на небольшую площадку, освещённую тёплой лампой накаливания, он увидел, как пара ребят в форме Акум убегали в сторону от мужчины, что лежал рядом на земле с избитым лицом.       За спиной Шута всё больше и больше начинал греметь различный мусор, а затем и вовсе начала дрожать земля — это Тревор рванулся догонять одного из солдат Акум. Он прыгнул на него и повалил на землю, от чего раздался звонкий хруст кости, после парень закричал: — А-А-А СДАЮСЬ! СТОЙ ТЫ, КОРОВА!!! БО-ОЛЬНО!!! — Ахахаха! — Смеялся Шут, качая пистолетом перед убегающим парнем в переулке. Он сделал выстрел, что попал рядом с ногой убегающего, и тот упал на землю, закрыв руками голову и сжавшись в комок. — Кто вы и от куда?! — Твёрдо спросил Шут. — 14-й взвод 3-й бригады военного подразделение Акум. Я - Бишеп Маркус, а мой товарищ - Страйк Билл. Прошу не троньте нас. Мы так больше не будем! — Плача, стонал тот парень в переулке. — Как дети малые, ей богу… Встань, Маркус, и сядь рядом с парнем, которого вы избивали. А ты, тревор, убавь пожалуйста силы, а то парня раздавишь.       После слов ухмыляющегося Цербера Маркус медленно, с поднятыми руками поднялся и, переступив через товарища, встал на колени перед лежащим парнем. Затем издался громкий выдох, отражающий облегчение от боли: Тревор пересел с груди парня на колени и достал сигарету — Чё сидишь? Извиняйся перед ним. А ты, мужик, вставай давай, хватит валяться. — Под дулом пистолета Маркус сделал поклон и попросил прощения, упомянув об отмене его долга. — Что за долг? — Незамедлительно спросил Шут. — Шут, — Начал тот мужчина. От этих слов Цербера ошарашило и он перевёл дуло на говорящего, — Я крайне благодарен за то, что спасли, но вы немного не поняли всей ситуации… — Цербер приподнял одну бровь и чуть повернул ухом в его сторону. — Я сам являюсь новичком в банде. Ну вот я и наложал немного в одном деле, а эти парни под предлогом умолчать попросили деньги. Больше чем у меня было на тот момент. — Дуло вновь направилось на Маркуса. — Я получил по заслугам, сэр. — Какая же шайка коррупционных и помойных крыс, боже! — После плюнул на пол Цербер и вновь направил дуло на мужчину. — Имя. — Согу Хотмэн, сэр… Я крайне извиняюсь за совершен…       Тут в его лицо прилетела туфля Цербера, после он начал им угрожать: — Слушайте сюда, кучка грязных ублюдков! Либо вы все миленько рассказываете мне с моим приятелем где находится один из ваших командиров, Либерц Сайлент, либо же вы не уходите из этого переулка и в последний раз в своей жизни видите лица людей в целом. — Либерц?! — Заикнулся Маркус. — Господин, Шут, прошу понять нас! Сайлент является важной шишкой в иерархии нашей банды, и поэтому мы не можем знать где он сейчас. Даже примерно! — Ха! Ребятки, подумайте получше. Иначе, если вы не скажите мне хоть что-то из своих пустых коробочек, я могу потерять очень важного человека, из-за чего вам тоже будет очень, очень и ещё раз очень плохо.       Почти нажав на курок, Цербер остановился от крика третьего парня, что лежал под Тревором. — Чего тебе Спайк? — Страйк, сэр! Я знаю где может быть Либерц… Но я не могу быть уверен. Сегодня мимо меня прошёл приказ, чтобы отряд Либерца направился к порту города и уже оттуда забрал возможных клиентов прямиком с кораблей. Он мог поехать на нашу базу в Алько-Лейке западнее от сюда… — Во-о-от! Другое дело, ведь так? Тревор, встань с него и иди за автоматами к Вайну. Мы поедем в Алько.       Троица выдохнула с облегчением, и уже через сорок минут они стояли на дороге в одном из самых опасных гетто страны прямо напротив заброшенного полицейского участка, где были видны силуэты людей с бронежилетами и плащами, что проявлялись я холодного света прожекторов у основания здания. Все улицы Алько-Лейка были засыпаны мусором, изрисованы граффити, наполнены заброшками и всячески несут отвратительный запах.       Шут взвёл своё ружьё, приказав Тревору гнать напролом. Со страшным грохотом и визгом колёс они пробили проволочные ворота, что мирно преграждали въезд. Молодые парни стояли в ступоре с отвисшими челюстями и просто пялили на ворвавшихся парней на мустанге. Один из более старших акум начал огонь с крыши полицейского участка, а в ответ моментально получил пулю в лоб.       Десять минут, прямо как на войне, наш дуэт прорывался через комнату за комнатой, иногда кидая молодых парней на пол и с полным гневом голосом спрашивали лишь одно — “Где Либерц?!”, но ответ они получать не успевали, в танце гнева Шут приканчивал тех ребят быстрее.       В одной из комнат Цербер остановился, сделав небольшой перерыв с глубокими выдохами. Тревор тоже опёрся рукой на дверной проём, поставив винтовку к стене. — Его здесь нет, Шут… — Тяжело дыша, обратился с опечаленным видом Тревор. — Должен быть… ДОЛЖЕН! — Цербер ударил по кафельному полу и крепко сжал куртку уже мёртвого парня на земле.       На его крик отозвался чей-то грубый голос из глубин коридоров. Имя Цербера и его настоящая фамилия прозвучали вновь. Шут встал и осторожно выглянул одним глазом из-за угла. Там стоял высокий мужчина с очень короткими волосами, как у ёжика. Сам он был похож на пельмень, а его пышное пузо, прикрытое белой футболкой, выпирало из под кожаной куртки с чёрным демоном на спине.       Он держал в руках крупную винтовку, что казалась маленькой в его руках, и медленно продвигался в сторону ребят, жуя что-то во рту. Цербер спрятался за угол и докричался до мужчины: — Где Либерц, мудак? — Как не культурно, Немцов! Тьфу на таких невоспитанных мальчиков! Сначала нужно познакомиться, спросить о здоровье, поздороваться в конце концов! — Ну здравствуй, демон, которого я впервые вижу, а сам он знает мою настоящую фамилию. Кто ты?       Мужчина сделал сильный плевок, выплюнув на кафель чёрный и десятки раз пережёванный табак. Прочистив горло, он представился: — Ким Бом. Цербер, тебе должно быть знакомо это имя. — Впервые слышу. Не дай бог очередной демон из шайки акум? Кха! — Я бы выразил большое осуждение в твою сторону из-за незнания тех, кому ты обязан за свою жизнь, но я делать этого не стану. — Бом продолжал медленно приближаться к двери комнаты, где и сидели Тревор с Цербером. Цербер оттопырил свои глаза, удивлённо мотая головой, пытаясь вспомнить кто этот человек. — Я и мой брат Бим - одни из самых важных людей в новой истории Китая. Благодаря нам сейчас существует наша банда, а также именно от наших рук полегла банда “Браво”. — Точно!.. — Прошептал себе Шут. — Я вспомнил тебя, жирдяй! Ты тот самый брат-аутист, что вместе со своим кровным братом слушаешься престарелую бабку, которой давно пора на тот свет от безумия, что втирает вам обоим. — Не смей говорить так про нашу _найну_! — Со всей силы этот мужчина ударил по полу ногой и произвёл один выстрел в угол дверного проёма. Цербер же тихо посмеялся от заметного китайского акцента этого парня, что так и исходил из его маленького и пухлого рта. — Бом, давай по хорошему? Ответь где находится Либерц Сайлент и Зик, тогда я и мой напарник оставят всех остальных на этой территории в живых. — Зик? Кто это, Цербер? А вот Либерц уехал ещё утром на встречу с директором одной корпорации, так что я не знаю где он. — Ты врёшь! — Цербер надрывал связки и крепко сжимал пластиковую рукоять своего ружья. Резко выскочив из-за угла, он прострелил колено пухляшу, также увернувшись от выпущенного выстрела в ответ. Шут встал ногой ему на шею и нацелился прямо ему на лоб. — Где он, мразь?! Признавайся! — Цербер, он не знает… — Тихий и грустный голос Тревора донёсся из-за спины. — Заткнись! А ты говори!       Ким лежал на земле, тяжело кашляя и пытаясь выронить хотя бы одно слово сквозь слюни, что уже заполнили его рот. Он задыхался, но пытался произносить слова: — Немцов!.. Кхе. У Либерца… — Он сделал глубокий и хриплый вдох в уже пустые лёгкие. — Где-то есть склад… Он любит там сидеть часто… — Шут убрал ногу, от чего Ким долгое время кашлял и набирался воздуха. — Продолжай, скот. — После войны с “Браво”, когда они распались, Либерц забрал себе один из складов по неизвестной нам причине. Ну вот он где-то в районе, но где, я не знаю. Это всё, Немцов… — Цербер взвёл пистолет и прислонил его к голове Кима. — Стой, прошу. — Шут, спокойно! Он всё рассказал! Ты же сам говорил, что оставишь всех в живых, если узнаешь, где Либерц! — Пытался остановить его взволнованный Тревор. — Такие мудаки, как ты, должны годами гнить в выгребных ямах, впитывая вонь той грязи, что сотворяли ваши руки, напитываясь кровью тех людей, что погибли из-за вас! Пусть твой брат наконец придёт в себя и хоть на секунду попробует стать разумным. Пусть же твоя смерть пойдёт на благо будущего Китая без ебучих корпораций и банд, что разгрызают наши глотки от грешного удовольствия.       Цербер выстрелил. Звонкий хлопок разразился на весь ночной полицейский участок и ещё долгое время звенел по бетонным и обветшалым стенам. Бездыханное тело медленно истекало кровью из маленького отверстия у виска. Шут облегчённо выдохнул и распрямил спину, скинув пистолет на пол и убрав ногу с пуза толстяка. Тревор же с дрожащим подбородком и ошарашенными глазами смотрел на тело, практически не двигаясь. — Ты убил демона… — Дрожал Тревор. — Я знаю. Просто так это с рук не сойдёт, поэтому попрошу тебя держаться в своих силах и быть, как никогда прежде, осторожным. — Тревор молчал. — Пошли на крышу…       По пути к лестнице они встретили пару парней, что сжались в углу. Цербер махнул рукой в сторону выхода, намекая на то, что они свободны. С ужасом на лицах и с полной неосторожностью они убегали прочь, переступая через лужу крови умершего толстяка.       На крыше открылся прекрасный вид на ночной город, украшенный неоном, что жил свою медленную и разбавленную жизнь, скрываясь под ночной тенью небоскрёбов. Цербер облокотился на перила и начал наблюдать за горизонтом в поисках чего-то знакомого. В такой обстановке они вместе с Тревором и провели ещё какое-то время, ожидая невесть что.