Глава 16 - Плакать будут дети

      — Где Хонджи!? — дьявольский крик раздался по офису Сайленс.       Хладнокровный взгляд пиджака в кожаном кресле пронзал полыхающего Норио, кулаки которого были тверды как бетон. Приторный запах апельсина, перемешанный со стерильной чистотой в комнате, ещё больше бесил южанина.       — О ком вы, сэр? — спросил мужчина напротив, пока на его лоб потихоньку начал сползать золотистый закат.       — Сука, где, мать его, Хонджи!? — вдруг на традиционном китайском прокричал Норио. — Не Прикидывайся, будто ты не знаешь!       — Норио, — корп принял подачу, — мистер Хонджи давно покинул данный пост, переместившись в другое место. По какому поводу он вас побеспокоил?       — Чмо корпоратское, я с моим напарником с лёгкостью можем…       — Норио-сан, — тут командира прервал Брэд, обратившись к нему на японском, — прошу, не надо. Нам нет необходимости с ними вступать в драку.       — Я снесу им бошки за совершённое, — тоже на японском отвечал Норио с косым взглядом. Ито подошёл к тяжёлому деревянному столу и нагнулся ближе к корпорату. — Хонджи нарушил договорённости с нашей бандой, так что мы должны обсудить с ним данный поступок.       — Он больше не работает с таким… “мусором”. — от этих слов глаза Норио расширились, а на виске задёргалась вена; он выпрямил спину и приподнял подбородок, продолжая смотреть на пиджака перед собой. — Боже, кто-нибудь может уже ответить на эти вызовы?! — Тут корпорат отвлёкся на действительно долго продолжающиеся звонки в соседнем зале. — Можете ответить, что происходит?       В этот момент из аварийного радио донёсся оповестительный гудок, а за ним слова:       — Жители Китая, просьба выслушать наше сообщение. Я обращаюсь к вам, хранителям нашей великой страны…       До этого стоявший в относительном спокойствии, Брэд встал в ступор и его глаза набухли, уставившись в пол. Все в помещение нахмурились и слушали. Алые блики заката разлетались по двум мужчинам, как кровавое полотно. Белки глаз Норио окрасились в красный, нахмуренное лицо пиджака же начало блестеть кровью.       Короткая минута монолога Зика растянулась на долгую вечность, вечность, наполненная жаждой конца и терзанием сбиться с места; все стояли прикованными к земле и замершими как камни; неописуемая тишина распласталась на всю округу: не было слышно ни машин, ни ветра, ни кондиционеров, ни дыхания людей - всё ждало сигнала, сигнала начала смертельной гонки, награда за которую будет стоить не подъёмных усилий. В ухо Норио вонзился механический звук золотых часов корпората перед ним, он переметнул свой взгляд на них, стиснув зубы. А на комнату расплылось фырканье воздушных поршней в протезе Ито, что жадно глотали кислород, заряжаясь по полной.       Раздался гром:       — Ханс… Ты сдохнешь от моих рук. Остальным, удачи…       Норио резко замахнулся, голова корпората разлетелась будто от выстрела дробовика. Все сдвинулись с мест, потянувшись в кобуру. Ито схватил на вторую руку тяжеленный стол и швырнул его в первого сбоку. Брэд не замедляясь выхватил два револьвера и молниеносно обезглавил двоих по углам. Двое оставшихся начали стрелять во всеоружии, промахиваясь с испуганными гримасами на лице. Прыгая с ноги на ногу, будто зверь, Норио подбежал к молодому блондинистому парню и схватился за его правую руку, без усилий отодрав её и швырнув вместе с пистолетом в сторону; оставшейся рукой Ито схватился за шею и челюсть: парень орал изо всех своих сил, но после его череп превратился в смузи. Последнего охранника Брэд уничтожил дьявольским ритмом из десятка залпов из двух револьверов по всему туловищу жертвы, после он спустил магазины, поворотом кистей вышвырнул их в стороны и подцепил новую пару со своего пояса.       Слыша, как за дверью происходит полный переполох, Норио вышиб дверь, чем зацепил подходящего мужчину; без руки и в агонии он упал на пол. Перед двумя демонами бежал десяток одетых в чёрные, углаженные костюмы мужчин с не менее дьявольскими взглядами. Кто-то перепрыгивал через стеклянные перегородки, а кто- то раскидывал работников из стороны в сторону, дабы пробраться к офису босса. Норио мгновенно отодрал от стены трубчатый светильник и швырнул её, как копьё, в голову парня напротив. Двумя хедшотами Брэд положил следующую пару и нырнул ближе к углу, чтобы занять выгодное положение. Норио же разбежкой быка рванул вперёд по коридору. Он вонзился плечом в грудь очередного крепкого охранника, подцепил его, подбросил над собой, и, выпрямив пальцы, прострелил рукой его грудь, захватив с собой ошмётки сердца на металлических ногтях.       Использовав тело как щит, Норио продвинулся к следующему испуганному худенькому парнишке: его судьба окончилась не лучше. Брэд и Ито энергично продвигались сквозь длинный этаж небольшого офисного здания “Сайленс” в отдалённом от центра районе. Рядом с лестницей Норио кулаком проломил перегородку в стене и локтем сломал газовую трубу, от чего всё здание потихоньку начало заполнятся вонью.       Пробираясь всё дальше, Ито схватил очередного молодого на вид парня и жгуче спросил:       — Где Хонджи?!       — Вы про заместителя директора в главном отделе? Я ничего про него не знаю, клянусь! Прошу, поща… — Слово парня остановила безудержная свинцовая пуля.       Оставив за собой реки из крови и десятки трупов, парочка выскочила на душную улицу. Звуки выстрелов со всех сторон, далёкие взрывы и крики - звук апокалипсиса встретил их за порогом офиса. Алое небо начинало мутнеть от дыма многочисленных пожаров.       — Едем в центр, — быстро и коротко выкинул Норио, сразу же побежав на свой мотоцикл, стоявший в пыльном переулке.       Крепкой рукой Брэд схватил командира за плечо и остановил его, смотрев повисшим взглядом. Норио крайне недовольно обернулся и откинул руку другу.       — Чего?!       — Норио, я думаю это лишнее. Если в стране и вправду началась революция, то нам нужно занимать выгодное положение, без этого от нас дай бог кто-то останется, банде придёт конец. — Тот опустил взгляд и ненадолго задумался.       — Корпораты нам больше не друзья, да и ты слышал, что говорила старуха Ким: “я лично убью всех, кто навредит моим внукам! Эта страна запомнит на веки гнев семьи Ким!”. Мы лично возглавим доминирующую группу, Шут с его собачками ничего не смогут, а корпов мы как-нибудь порешаем.       — Мне очень не нравится вся эта затея, — будто от всего сердца с опаской отодрал Брэд. Норио вознёс голову и злобно-косым взглядом начал прожигать друга.       — Тогда тебе не место с нами… ублюдок.       Тихий и незаметный выстрел из переулка слился с общей симфонией в округе.       Следующие полчаса он пробирался через заблокированные улицы, оставленные машины и баррикады людей. Проезжая по переулкам меж домов, Норио наблюдал в щелях мчащиеся бронированные грузовики корпораций, снаружи которых держались четверо укомплектованных бойцов. Вечерний город заполнила нескончаемая сирена служб.       Уже в центре он выскочил из переулка на длинный проспект, слева и справа открылись колонны военных джипов с пулемётами и броне-пластинами, а перекрёстки были огорожены металлическими барьерами с ежами и шипами. За короткий миг один из офицеров зацепил взглядом мчащийся мимо мотоцикл и сразу же указал пальцем, рванув в джип. Свист шин раздался сзади, и Норио прибавили ходу.       На проспекте, идущему прямиком к дверям небоскреба Сайленс, Норио пришлось открыть огонь по джипу позади: удачная пуля впилась в колесо, и машину повело в стеклянный витраж. На входе тоже пришлось дать защиты и силой прорываться дальше. Укрепившись в холле, Норио вызвал подкрепление.       Дьявольский рой двигателей кричал из-за окон, неся за собой оркестр из выстрелов. Уже давно готовые к началу “акумы” остановились перед главным ходом. Сверху из окон пошёл ливень из пуль, и огонь поливая с земли. Толпа побежала к лестницам, дальше штурмовать этажи, а к Норио подошёл обвешанный в железо Либерц.       — Здравствуй, командир. — Либерц неохотно пожал протянутую руку. — Нежданное начало, не находишь?       — Твой малец слетел с катушек, Либерц.       — Надо было всё же прикончить… Кстати, где Брэд?       — Один ублюдок напал со спины…       — Ладно… — с небольшой скорбью проронил Сайлент. — Из важного: Ханс Рейнхард всё ещё в здании, так как всё небо страны перекрыто напрочь.       — Тогда нам нужно разорвать этим придуркам глотки. — Норио схватил оставленный у стойки автомат и взвёл его, положив на плечо.       — Постой. Какой у тебя план с учётом слов Зика? Нас обезглавят вслед за корпоратами, так что нужно что-то думать о выборе стороны.       — Я тебя не понимаю, Сайлент. Ты сейчас намекаешь на сотрудничество с акулами и остальным сбродом? — Ито был на взводе.       — Мы можем наоборот объединиться с Сайленс, взять их мощь в свои руки и после нанести удар изнутри, когда внешний агрессор падёт.       — Нет. Мы и Ким сможем сделать невозможное - встать против всех. — Либерц фыркнул.       — Ты новости смотрел? — Реакция Норио не заставила себя ждать. — Придурки из акул и работяг штурманули столичный военный завод и уже на всю едут к нам и в столицу. Нам нужны “Сайленс” в союзники.       — Я останусь при своём - сносим всё. Попытаемся в последний раз поговорить со змеями, но знай, твоя связь со свиньёй Аракири в данном случае роли не играет. Все корпорации не способны держать слово.       — Ха! Ещё на днях я удивился от твоих слов против корпов, но в этот раз ты ещё больше блеснул. Ты всё меньше и меньше походишь на южанина, Норио.       — Заткнись, — Норио развернулся и побежал к лестнице, — пока не закончил как Брэд, — хоть эти слова и были практически беззвучны, но, уловив их, Сайлент на секунду встал в ступор, а после со страхом посмотрел за спину ко входу.       Сомкнув глаза и ладони он произнёс:       — Спи спокойно, брат наш.       Зачищая первые этажи в страшном бою с немалыми потерями с обеих сторон, Норио спрашивал о делах у семьи Ким. Один из глав связистов банды сообщил, что Ким уже полностью мобилизовала свои связи вблизи Истрейва и на юге страны и что полной армией идёт на Когане и запад столицы. В её планах лежит захват золотодобывающей промышленности, уничтожение транспортной инфраструктуры за счёт выключения поддерживающей её электросети, и главной целью стоит захват права у государства на владение своей территорией.       Также связист доложил, что планы по убийству верхушек конкурирующих банд идут в штатном режиме. Из новостей прибыла весть о стычке банды песчаных акул с “Сайленс” на северных воротах столицы. В стычке было отмечено применение танков и артиллерии.       Поднимаясь на третий этаж, в запачканном в песчаной пыли окне Либерц узрел десяток возвышающихся сигнальных ракетниц по всему городу, среди дыма и песка взлетали огненные птицы и созывали всех своим криком. А где-то в десятке километров на склоне горы вырос огненный гриб от взрыва одной из основных электростанций города, от чего его половина обронила красивую обёртку из неона и голограмм.       Норио, Либерц и пару акум забежали в просторный зал с панорамными окнами, тёмно-синими шторами и одиноким деревянным столом по середине. За кожаным креслом сидел мужчина в синем пиджаке с длинными густыми чёрными волосами. Его взгляд был опечален, а руки - сомкнуты. Норио попросил закрыть высокие двери.       Разговор с корпоратом, у которого был спокойный и поставленный голос, продлился недолго, меньше минуты. За пару слов Хонджи сумел вывести Норио из себя, и тот сделал из головы пиджака дупло. Ито уже собирался уходить, но его взгляд привлекла незамысловатая дверь, будто ведущая в кабинет личного бухгалтера. Стальной хваткой Норио выдернул дверь с петель, и за ней оказался тесный кабинет с одиноким рабочим столом. С виду всё было чисто, но что-то в сердце Ито выводило его из себя, бесило с неизмеримой силой. Почти обойдя стол, он увидел трясущуюся седую голову до боли знакомую ему. Испуганные глаза обернулись на парня, и незамедлительно последовал удар, но Норио не усилил его за счёт поршней.       — Норио, стой! — просящим голосом вскрикнул старик, когда на него летел кулак.       Худой старикашка в дорогом костюме отлетел к стеллажам с бумагой. Норио стоял над ним, сжигал его глазами дьявола, наполненными злобой и желанием мести.       — Сын, прошу выслушай меня. — Либерц удивился и переглянулся с ребятами позади, после уставившись округленными глазами на парочку.       — Какого хера?! — Норио ударил отца в челюсть, от чего моментом полилась кровь. — Что я должен от тебя услышать?! Извинения за то, что ты выкинул нас на улицу?! — Теперь он переломал кисть и сделал ещё один удар в лицо.       — Я хотел, чтобы вы с Митихиро добились высот! Надеялся, что вы будете жить лучше без меня! Я верил в Вас! — Отец Норио плакал, изливался всей душой, а тот приподнял отца за ворот. — Я же не думал, что у тебя так поедет крыша, сынок!       Удар. Удар! Удар-удар-удар! Окровавленное лицо старика металась из стороны в сторону от нескончаемых ударов.       — Норио! — С жалостью в голосе пытался остановить того Либерц.       Удар, ещё удар, и… Шипение поршня. Норио отбросил обезглавленное тело и поднял взгляд к потолку. Десять секунд он истерически орал в небо, и руки его дрожали       — Ты его этого хотел, ублюдок?! Чтобы ты закончил так же как и мой никчёмный брат?! Ахахаха, — Уже наклонившись над телом смеялся Норио. — “Норио, братец мой, за свободой человека без корпораций лежит истина наша”, — Ито кривлялся, наигрывал голос и продолжал смеяться. — Да что ты знал, сука?!       Норио пнул бездыханное тело и уверенно зашагал в выходу, растолкав ошарашенных Либерца и демонов.       Через полтора часа, когда на улице война шла в полную катушку, акумы приблизились к верхнему этажу, потеряв значительную часть состава. Тридцать человек уставилось винтовками в величественные двери в главный зал заседаний. Уже почти готовых начать резню бойцов прервало оповещение из радио:       — Мы в эфире? — с надеждой спрашивал какой-то молодой мужчина по ту сторону. — Да? Ура. До-о-обрый вечер, Свободный Китай, с вами студия “кэпитал ньюс” и мы с радостью заявляем, что мы наконец вышли в эфир спустя столь долгое время. Сейчас наш эфир распространяется на все каналы, так как нам с этим помог один из хакеров-революционеров. Перед тем как мы обсудим все интересующие темы, мы должны в оплату выхода в эфир дать возможность передать сообщение этого хакера. Цитирую: “Здравствуйте. Меня зовут Металлика, я - человек-киборг, что на данный момент контролирует уже всю сеть нашей большой страны. Обращаюсь к вам с превеликой просьбой отнестись к революции с большим энтузиазмом и верой к её реализацию. Сейчас, вероятнее всего, после прочтения моего послания, вы и так услышите новости, убеждающие в успехе нашей авантюры, но я могу пообещать, что жить без всевластных корпораций, без посмертных кредитов, что поедают всю Вашу зарплату, без страха за следующий день возможна и она намного ближе, чем вам может показаться. Для достижения этого нам просто следует приложить все усилия. И последнее - если кто-то из вас желает вернуть своих знакомых или близких из цифрового пространства, то вы можете обратиться в любой из лагерей сопротивления, там вас свяжут со мной и я лично помогу вам. Удачи.”       Опять. В полной тишине толпа запаханных мужчин с оружием внимательно слушала вещание.       — А теперь небольшая сводка. Как вы уже могли заметить, на улицах нашей страны идёт революция! — с позитивом озвучил ведущий. — И к счастью одной из сторон, она идёт вполне успешно. Весь материковый Истрейв, как заявляют штабы из банды “песчаные акулы”, уже полностью зачищен от вооружённых корпораций, а все высшие посты привернуты к самосуду. На данный момент у моста к исследовательскому центру “Амальс текнолоджис” по обе стороны собрались две армии: со стороны Истрейва порядка тысячи самовольных солдат с оружием, танками и бронетехникой готовятся к битве за захват острова, на нём же, как передаёт нам всё тот же Металлика, около двух тысяч солдат, оперативно переведённых из резервов и согнанных за время боёв в “северной столице”. Говорят, что намечается одна из самых красочных битв всей революции. Столкновение будет проводиться на узком мосту, где, вероятнее всего, пули будут летать, как капли во время шторма. Также золотодобывающий центр Когане был полностью захвачен семьёй Ким, что уже давно стаяла на слуху у верхушек корпораций, как обязательная к вытаскиванию заноза в жопе. — Ведущий прочистил горло и продолжил воодушевлённо посвящать жителей. — Весь север и юг обесточены, магнитные дороги не работают, большинство магистралей стоят, озверённые толпы граждан набрасываются на небольшие посты корпораций по всей стране, а в столице происходит самый сок: — ведущий произнёс это с подачей, будто он комментирует какой-нибудь спортивный матч, — в момент перехвата эфира, по всей столице, да и в стране в целом, произошло порядка сотни покушений, вдумайтесь! Все депутаты, директора корпораций, высокопоставленные чиновники и главы банд, что, как пишет оппозиция, напоминали о старом устое общества с корпорациями и организованной преступностью, были убиты за считанный час! А сейчас там идут ожесточённые бои с многочисленной армией корпораций, и, к счастью, всё проходит практически без порчи инфраструктуры и без разрушения зданий, в отличие от того же Истрейва. Как сообщают свидетели, да и наши корреспонденты, на улицах разворачивается сюжет одного из фильмов-боевиков с низким бюджетом на сюжет. Пули, взрывы, выстрелы, крики, авиация, ховеры и сирены - всё это настоящие декорации с ужаснейшими потерями и ценами. Но, — тут голос ведущего потускнел, — я и наше издательство передаём соболезнования тем, чьи близкие и знакомые потеряли свои жизни. Война - это ужасно, помните. Но ладно! — энергичный голос вернулся в эфир. — Сейчас мы можем со всем энтузиазмом наблюдать и обсуждать данное представление! Шок, сенсация! консервативная федеральная полиция встала на сторону оппозиции и помогает всем своим арсеналом с зачисткой от проклятых корпораций. Правительство бойкотирует происходящее, до сих пор не сообщив нам свои мысли. Некоторые из аналитиков в нашем издательстве считают, что президент может быть мёртв или вовсе тайно перевезён на Японский остров. Из интересного, главы банд заявили, что, после окончания революции, они распустят все свои банды…       Эфир продолжался и продолжался, заждавшийся ведущий с полным энтузиазмом и радостью рассказывал своим слушателям о чём угодно, будто без разговора ему было не по себе. А наши тридцать ребят уже со слов о зачистке города руками “акул” ворвались в зал заседаний. После распашки дверей, под дюжину шумовых гранат начался оркестр из выстрелов. За полминуты всё утихло, остались Ханс, его сын, Либерц, Норио и один охранник из “Сайленс”.       Никто не стрелял, никто не двигался, лишь переглядывались друг с другом, держа в руках опустошённые оружия. В моменте Либерц посчитал количество выстеленных пуль и по-детски обрадовался, когда вспомнил об оставшейся. Холодный выстрел положил испуганного охранника на землю и       — Так как мы оказались в таком положении, — знакомый Либерцу джазовый, басистый голос раздался из дали стола на весь зал, — предлагаю пойти путём дипломатии, заключить какой-то взаимовыгодный союз. И. Здравствуй, Либерц… — Тот издевательски кивнул и отвернул на мгновение взгляд, после сразу вернув на мушку.       — Этому не бывать! — вскрикнул Норио, стукнув ногой.       — Я и вы, господин Норио Ито, находимся, давайте признаем, в довольно плачевном состоянии. “Сайленс” терпит крах, вы потеряли весь свой состав в бессмысленной попытке зачистить бесполезный офис. У вас не было необходимости жертвовать столькими душами ради достижения фантомной цели.       — Убийство твоей пухлой рожи довольно ахринительная цель! — будто маленький ребёнок, продолжал кричать Норио.       — Сайлент, тебе я предлагаю отправиться с Аракири в бега. Сейчас он жив и знает, что ты можешь прилететь к нему. В здании ещё есть три ховера, так что ты можешь уходить…       — Что с сыном делать будешь? — задумчиво спросил Либерц. От слов напарника Норио немного взвёлся.       — Если Зик и вправду доберётся сюда, то мне нужно будет с ним поговорить. Он не станет меня убивать. — Либерц фыркнул.       — Думаешь? — Сайлент был игрив. — Твоя голова отлетит первой, когда он зайдёт в этот зал. — Уверенная улыбка собеседника не пугала Рейнхарда.       — Норио, отпустите своего помощника и мы поговорим лично.       Глава акум кипел, извергал пар и дрожал от внутреннего давления.       — Можешь уходить, бесполезный кусок предательского мусора. — Норио смотрел на Ханса, а Либерц закатил глаза и улыбнулся, бросив автомат.       — Лестницу ты, я думаю, знаешь. Там тебе всё расскажут и довезут. За гарантию безопасности могу отвечать, прошлые обиды уже не важны, и время нынче другое. Приятно было работать, Сайлент. Прощай.       Либерц удивился. Столь лояльного члена семьи Рейнхард он никогда не видел и даже представить себе не мог, что такое вообще реально. Кивнув на прощание, он ушёл обратно в коридор и растворился среди гор трупов и рек крови.       — Так что скажете, Норио? Способны ли мы пойти на контакт?       — Вы, корпораты, - гниль человеческого общества, что считают себя всемогущими, безнаказанными и защищёнными от этики. — Норио пылал, а Ханс спокойно слушал другого, положив подбородок на скрещённые руки. — Ничего не будет, я просто напитываюсь энергией от вида твоего говна, изливающегося из ушей, глаз и рта.       — Норио… ты и я сильно не отличаемся.       — Да что ты обо мне вообще знаешь, кусок дерьма?!       — Я знаю о тебе многое: сегодня меня навестил один… интересный человек и он рассказал и о тебе, и о всём, что сейчас происходит снизу. Я такая же бездушная мразь, как и ты. Просто каким-то образом я сумел это увидеть.       Норио взлетел с места, молнией подбежал к Хансу и повалил того на пол. Сделав пару ударов, он остановился: в коридоре прозвучал звонок лифта и последующее открытие металлических дверей. Мужской шёпот медленно подползал, производя хлюпающие звуки шагов по лужам. Из-за угла с выставленной винтовкой вылез Зик, а за ним выкатился Тревор. Оба удивились, увидев повёрнутого лишь головой Норио с огненными совиными глазами.       Опустив оружие, они прошли через порог. Зик увидел испуганного брата, что стоял рядом с Норио, и сказал:       — Привет, Леонард. А плакать будут дети...