Глава 5

Он не навещал Беннет в больнице, однако слышал о ее состоянии и оно его сильно тревожило. Она неделю провалялась на больничной койке с сильнейшим истощением. Больше информации из медсестры молодой лорд Малфой не смог вытащить. На глаза самой Беннет он старался не попадаться. Когда она снова появилась в Большом зале, ничто не говорило о ее состоянии. Как ни в чем не бывало она огрызалась на сокурсников и шастала по коридорам. Но внимательный Ник заметил, что делала она это уже с меньшим жаром. Словно ей стало все равно или не хватало сил. Иногда он замечал, что она слегка шатается или чуть приваливается к стене, но быстро берет себя в руки, словно одной лишь силой воли, и несется куда-то дальше. Николас же проникся к этой ситуацией больше, чем ему хотелось бы. Он присоединился к Блэку в поисках мерлиновских трактатов, заказал из домашней библиотеки несколько книг. Судя по всему на Беннет лежало какое-то отложенное проклятье, которое могло в конечном итоге ее убить. Такого исхода молодой лорд очень бы не хотел. Эта душа была бы на его совести, он был уверен. Спустя время он стал замечать ответный взгляд серых глаз со стола Рейвенкло и следить за девушкой незамеченным стало сложнее. Он внутренне готовился к тому, что она подойдет, чтобы снова осыпать его оскорблениями или хотя бы просто поговорить, но этого не происходило и Ник слегка расслабился, продолжая с головой окунаться в книжную пыль. Как ни странно, все чаще компанию с Марком им стала составлять Айла. Она не спрашивала что с ним случилось тем вечером, когда он явился на порог ее дома весь в крови, но узнав от Блэка чем они занимаются, изъявила желание помочь в свободное время. Так что заходя в библиотеку, Ник уже не удивлялся, видя две склоненные над очередным древним свитком головы. Николас был не особо разговорчив с ней, но с облегчением отмечал, что в его присутствии она ведет себя уже более раскованно, чем пару недель назад. С началом декабря на замок опустился плотный покров пушистого белого снега. Еще неделька и Хогвартс начнут украшать к Рождеству, а Николас наконец поедет домой. Сидя за завтраком этим пятничным утром, он меланхолично, что ему совершенно не свойственно, ковырялся в привычной овсянке и глядел на медленно опускающиеся крупные снежинки с зачарованного потолка Большого зала. Ему нестерпимо хотелось на улицу, вдохнуть полной грудью морозного воздуха и гулять, пока бледные щеки не покраснеют от холода. Глотание библиотечной пыли не принесло больших результатов. Они нашли с десяток различных Мерлиновских ритуалов, несколько упоминаний о тайниках, которые Маркус поклялся отыскать, как только они разберутся с Селеной. Но ничего, ни малейшего упоминания о том, что произошло той октябрьской ночью. Его напарники не опускали рук, даже как-то сдружились на почве энтузиазма к этим исследованиям, но Ник уже отчаялся. Он не прекратил украдкой следить за рейвенкловкой, но рецидивов больше не случалось. Однако Ник не спешил радоваться. Отложенные проклятья - дерьмовая вещь. С ними всегда стоит быть бдительным. От этой постоянной напряженности и ожидания, молодой лорд чувствовал себя истощенным и перманентно раздраженным. Его последний год в Хогвартсе! Он должен наслаждаться им, дышать замком, учиться, блистать, завести какую-нибудь последнюю школьную интрижку, а лучше несколько. И не следить, чтобы какая-то мелкая плоская выскочка не откинула копыта посреди пары по Травологии. Николас с тяжелым вздохом отложил ложку и отодвинул тарелку. Не подозревающий о страданиях друга Марк удивленно уставился на него. Но не успел он и рта раскрыть, как Ника окликнули с преподавательского стола. - Мистер Малфой, подойдите, будьте любезны, - благожелательным тоном позвал директор. Настала очередь Ника метнуть удивленный взгляд на Маркуса. Но тот лишь пожал плечами и Ник уверенно двинулся к директору, еще не подозревая, каким интересными окажутся следующие два дня. ** Ранним субботним утром он неторопливо прогуливался возле центральных ворот Хогвартса, с удовольствием вдыхая морозный воздух и отгоняя неприятные воспоминания о последнем разе, когда он был тут. Сбылось его желание вырваться из каменных стен и он наслаждался этим от всей души, тем более что зима в этом году выдалась особенно живописная. Еловые лапы были укрыты плотными шапками снега и окружающий пейзаж напоминал парню картинку с рождественской открытки. Впрочем окрестности Хогвартса всегда вызывали в нем детский восторг. Вчерашнего плохого настроения как не бывало, даже не смотря на обстоятельства его прогулки. Он поддел концом сапога замерзший камешек и обреченно вздохнул. Он ждал свою спутницу уже минут двадцать и если первые пятнадцать он наслаждался спокойствием и прохладой, то теперь начал уже откровенно скучать и слегка замерзать. Но вот на горизонте, на дороге ведущей от замка показалась знакомая фигура…Ну конечно бегом...как иначе. - А! Мисс Беннет, - кивнул он, подскочившей и согнувшейся в три погибели в попытке отдышаться девушке, - смотрю, в твоем гардеробе не только лохмотья имеются. Очень изящно - похвалил он. Девушка выпрямилась и он смог оглядеть ее повнимательнее. Неизменный брючный костюм, добротно сшитый и переливающийся глубоким синим.Из под укороченного облегающего пиджака виднеется белоснежный рюш. Вероятно сатин. Высокие кожаные сапоги ботфорты, изящные бархатные перчатки и красивое зимнее пальто с отворотами, украшенное золотистыми пуговицами. Вечно растрепанные волосы сегодня аккуратно уложены и кажется на лице даже присутствует макияж. Не смотря на обычный мальчишеский стиль, сегодня она выглядит очень женственно. Она досадливо поморщилась, принимая комплимент за очередную насмешку. - Малфой, все бы тебе зубоскалить, пойдем уже, - она махнула рукой, первая спускаясь по склону в долину. - Эй, не я между прочим опоздал. - Я вообще не пойму, начерта нам это все... Ник безразлично пожал плечами. Они на все выходные отправлялись в деревушку, чуть дальше Хогсмида. Там состоится благотворительный вечер с участием членов школьного совета и директор послал их с Селеной как лучшего ученика и ученицу налаживать контакты, как он выразился. Николас понимал, что это переводится как "лизать богатеньким задницы". Им предстояло два дня проводить время в светском обществе, общаться, делиться своими успехами на учебном поприще и всячески ублажать их, дабы выболтать у них грант на новый телескоп и повышение стипендии для учеников. Николас был как рыба в воде на таких сборищах, но Селене, как полагал молодой лорд, такие собрания были не по душе или в новинку и она скрепя сердце согласилась, только из-за возможности помочь малоимущим ученикам. С небольшими чемоданами, собранными на пару дней, они пешком не спеша шли до станции, чтобы проехать буквально пару остановок и прибыть в деревню. Ник зашел в вагон и с удобством расположился у окна, наблюдая как девушка сама закидывает чемодан на багажную полку и демонстративно садится к двери, подальше от него. - Мы сейчас поедем мимо очень красивых деревушек, - начал Ник, продолжая наблюдать за спутницей. Та выудила из полы пальто газету и скрылась за ней. - Без тебя знаю, - донеслось из-за газеты. - Думаю это стоит даже того, чтобы сесть напротив ненавистного слизеринца, - тихонько ухмыльнулся Ник. Газета хранила молчание. - Кстати, удивлен, что ты у нас оказывается в лучших учениках числишься, с твоей то репутацией. - Я вторая. Первый - староста школы, и как тебе известно - это не я. И вообще-то, как вы тут любите козырять своими факультетами, я в Рейвенкло. Мозги есть, - уязвлено ответила газета. - Ага, но что ты тут-то делаешь, раз вторая? - продолжал ухмыляться Ник. - Директор Блэк решил, что тебе должна составить компанию девушка. - Ах, да, - понятливо протянул Ник, - я не староста и даже не лучший ученик на самом деле и директор это знает, зато у меня отлично подвешен язык и я как рыба в воде на таких мероприятиях и выбью ему эти деньги, а ты, получается, мой довесочек. Мой кхм, так сказать, декоративный элемент. Газета с возмущенным шуршанием резко опустилась и Николас имел удовольствие лицезреть красное от гнева и возмущенное лицо собеседницы. - Ну знаешь, это уже слишком... - начала она, но резко замолчала, когда Ник, поймав наконец ее взгляд, указал на окно. Поезд двинулся и, слегка покачиваясь, проезжал мимо Хогсмида и окрестных домиков, укрытых снегом и похожих на пряничные домики. Стояло солнечное утро, снег искрился всеми цветами радуги. Многие дома уже были украшены к Рождеству. Селена уставилась в окно, на губах ее заиграла улыбка и она, уже не обращая внимания на их взаимную неприязнь, пересела ближе к окну. Ник наблюдал за ней и впервые за месяц чувствовал, что сковывающее его напряжение отступило. Может сказалась прогулка и красивые виды, а может быть тот факт, что сидящая напротив девушка впервые с октября была по-настоящему румяна, не приваливалась в бессилии к стенам и глаза ее горели живым огнем. К полудню они заселились в комнаты небольшого, снятого специально для благотворительного вечера коттеджа и весь день не пересекались. Селена категорически отказалась спускаться в зал для приемов с ним под руку и они должны были встретиться уже на месте. Так что предоставленный сам себе Ник с удовольствием поспал пару часов, сытно пообедал и ушел гулять по деревне до самого вечера. К назначенному часу, он вернулся, переоделся в парадный костюм и приготовился очаровывать нужных людей белозубой улыбкой, манерами и широким кругозором. В разгаре вечера Ник с удовольствием беседовал с научным руководителем его брата, который сейчас был в экспедиции где-то в Швеции. Мероприятие было отлично устроено, договориться о финансировании школы не составило большого труда и парень попивал вино и беззаботно оглядывал гостиную, когда его взгляд привлекла небольшая кучка людей возле камина. Заинтересованный, он подошел ближе и ошарашенно замер. - И тогда нюхлер, разумеется, полез дальше, - с вежливой улыбкой, очевидно, заканчивая какой-то уморительный рассказ, в окружении хохочущей толпы, стояла Селена. Девушка выглядела спокойно и уверенно, плечи расправлены, подбородок приподнят, в глазах выражение, которое он частенько видел у людей на официальных приемах - абсолютная уверенность, что ты на своем месте. - Ох, милая, - посмеиваясь, какая-то пухленькая женщина положила ей руку на плечо, - почему я прежде не видела вас? Вы настоящая находка! Я бы с удовольствием познакомила бы вас со своим сыном. Селена с достоинством улыбнулась. - Я не так давно переехала из Франции, мадам, пожалуй это единственное объяснение. Кстати, почту за честь познакомиться с вашим сыном, - подмигнула она. - Ах детка, после такого дебюта, уверена, приглашения посыпятся, что не будете успевать принимать сов. И компания снова дружелюбно рассмеялась, включая и Селену. Ник, стоял чуть ли не с открытым ртом, слушая этот мелодичный грудной смех, девушки, которая, как он думал, ни разу не бывала на таких встречах. О, как он ошибался. Да она здесь своя от наклона головы до жеманного взмаха руки! Он снова осмотрел девушку совсем другим взглядом. Платье из нежнейшего шелка, выгодно подчеркивало фигуру, казалось, она совершенно комфортно чувствует себя в нем. Ее не смущало ни декольте, ни высокий каблук. Походка мягкая и уверенная. Он сопоставил этот образ с вечно всклокоченной девчонкой, носившейся по школе в мужских брюках, бегом скатывающейся с лестницы в какой нибудь причудливой шляпе и плаще с заплатками, крича на бегу, что это наряд древнего звездочета, который она нашла в какой-то заброшенной крипте. Вечно обветренные губы сейчас были нежными и припухшими от вина и смеха. Николас был совершенно сбит с толку. Находясь словно в тумане, он подошел к смеющейся компании. - А, мистер Малфой, - его добродушно поприветствовали, но он глядел только на Селену, - ваша сокурсница рассказала нам такую историю, но вы наверняка уже ее слышали... - Да, конечно, - пробормотал он, даже не вслушиваясь, - мисс Беннет, не удостоите ли меня минуткой внимания? Может пройдемся, подышим воздухом? - обратился он, не сводя с нее глаз. Она повернулась к нему и на ее лице он увидел сначала недоумение, а потом пришедшее понимание и обреченность от ожидания непростого разговора. - Конечно, мистер Малфой, с радостью. Действительно, душновато стало. Он помог ей накинуть пальто и придерживая за локоть вывел в сад. Степенно прогуливаясь и кивая встречным парам, они добрели до самого отдаленного и безлюдного уголка, где с Селены будто разом спала маска. Она слегка ссутулилась и устало выдохнула. Посмотрела на него, и в ее глазах уже не было ни следа той бравады, что он видел минуту назад. Такой резкий переход ошеломил его, у него вылетели все слова. Но девушка казалось поняла его без слов. - Во Франции такие сборища были нелюбимой частью моей жизни, - пояснила она не дожидаясь его вопроса. Она стряхнула снег с садовой скамейки и присела, с удовольствием вытянула ноги, шевеля ступнями в узких туфлях. Из ее груди вырвался облегченный вздох. - Моя бабушка постоянно устраивала такие званые вечера, - начала она, - и сама бывала приглашена очень часто. И меня с собой таскала. А уж манерам и этикету меня учили едва ли не с пеленок, - усмехнулась девушка, глядя на вытягивающееся лицо Малфоя, - я умею танцевать, разбираюсь в политике и могу поддержать любую беседу. И даже знаю каким прибором едят улиток. - Прости...кажется я относился к тебе предвзято, - пробормотал Ник, присаживаясь с ней рядом, невольно отмечая, что так откровенно они разговаривают впервые. - Ты и сейчас предвзят, - улыбнулась она, - у тебя в голове не укладывается как такое может быть, а такие случаи везде, - вздохнула она, - Поэтому мне и не нравится такое топорное разделение на факультеты. Пуффендуй - добряки? Я видела как пуффендуец пытается вырвать книзлу усы, потому что они хорошо продаются на черном рынке. Рейвенкло - умные? Мой сокурсник прекрасно вызубривает учебники, однако начни с ним беседу и ты поймешь, что своих размышлений и выводов в этой голове нет. Гриффиндор - храбрые? Уверена, там найдутся беспринципные предатели, а в Слизерине чистейшие души. И это выходит далеко за пределы школы. Все так озабочены манерами, кровью, Мерлин, да что вам мешает быть просто людьми? Ты обязательно встретишь маглорожденного с гениальным умом и великолепными способностями к магии. Увидишь оборванца, который носит титул герцога. Увидишь и добродушного кентавра и щедрого гоблина. Я видела их, Малфой. Я знаю их имена. Я столько шаталась по здешним лесам и столько историй могу тебе рассказать, что и тысячи ночей не хватит. Но все, что вас беспокоит так мелочно, так узко. Эти светские приемы, на которых только и делают, что сплетничают и обсасывают кости какой нибудь ведьме вышедшей замуж за бедного маггла, меня от них тошнит! Я стараюсь не быть такой, несмотря на воспитание гранд-мама, но почему то и в английском магическом обществе чистокровность автоматически делает тебя узколобым снобом и засранцем. Вы же никого кроме себя просто не замечаете. Пыль под ногами. Хотя здесь уже я противоречу сама себе, - горько усмехнулась она, - наверняка, я встречу и чистокровного, которому наплевать на свою кровь. Ник опустил голову. Она была права. Даже то, что он два года не обращал на нее внимания это подтверждает. Если бы ему сказали, что она благородных кровей, его отношение было бы другим. Даже ее выходки воспринимались бы иначе. Нику стало стыдно. Однако вбитые годами привычки взяли свое и он поспешил поднять подбородок. - Встретишь. Я тебя с ней сам познакомлю, - ответил он, - Ты превосходно держишься, кстати говоря. - Угу. Хочу стипендию для малышей. Основная часть денег пойдет все таки первокурсникам, которым не на что учиться в школе, а остатки на старшие курсы распределят. - Селена, - процедил вдруг Ник, чувствуя как трещат по швам вбитые с пеленок ориентиры, - откуда ты, черт возьми, такая взялась? - резко вскочил он, - ты рушишь к мерлиновой маме весь привычный мне устрой мира! И Моргана тебя задери, ты права! Как же ты бесишь, - рыкнул он, широко вышагивая перед ней взад вперед, - ты носишься по школе в обносках, ругаешься как маггловский сапожник, смеешься над правилами, над магами, да надо всем и оказываешься аристократкой и сидишь учишь тут меня жить! Он резко замер, тяжело дыша и глядя на нее. Она просто грустно наблюдала за ним, в ее глазах, казалось столько знания и печали за весь мир, что он не выдержал и широко шагнул к ней, наклонился и схватил ее за плечи. Слегка встряхнул ее и спросил, пристально глядя в глаза: - Кто ты такая? - Я просто обычная девчонка, - шепотом ответила она, неловко пожимая плечами. Он еще секунду вглядывался в ее глаза. Ему так хотелось стереть это знание из ее глаз, так хотелось увидеть в них растерянность и злость, которую он ощущал сейчас сам, что он прижал ее к себе и поцеловал. Она протестующее пискнула и попыталась отстраниться, но он держал крепко. Ее губы были мягкими и такими сладкими, что он на секунду потерял голову. Он хотел лишь стереть с ее лица это выражение и уж точно он не собирался тонуть в этом поцелуе. Он резко отстранился, снова заглядывая ей в глаза, в которых теперь не было ничего, кроме ярости. Она размахнулась и врезала ему кулаком в челюсть, так, что у него искры посыпались из глаз. Он отступил на шаг, держась за горящее огнем место удара. - Ублюдок, - выплюнула она, вытирая губы тыльной стороной ладони. Вихрем промчалась мимо и скрылась в тепле особняка. Ник так и остался стоять, даже не повернувшись ей вслед, он невидяще смотрел перед собой и пытался восстановить дыхание. Сначала нос, теперь челюсть. Хоть один разговор у них закончится так, чтобы после него он не отплевывал собственную кровь? По крайней мере цели своей он добился…вспомнить бы теперь заклинание, сводящее синяки. - Съездили, бл****