Часть 7. Человек императора

Пэйринг и персонажи: Енхва/дети (Чу - наследный принц. Суен старшая дочь принца Ван Джона. Чхе и Хонэ старшие дети принца Ван Ука). Ван Джон. Время действия: празднование десятого года правления императора Кванджона Парадное платье сжимает грудь, не давая вздохнуть. Ее облачили рано утром еще до рассвета, а сейчас солнце стоит уже высоко и воздух становится горячим даже в комнатах. Енхва ступает медленно и осторожно, чтобы рассчитать силы и дыхание на следующий шаг. Почти все официальные торжества позади, остался церемониальный пир, где будут присутствовать только главы кланов и их супруги, поэтому площадь перед дворцом полна пришлых шумных и беспардонных чужаков, чье положение либо слишком низкое, чтобы быть допущенными на банкет и, которые надеются еще передать прошение на имя государя, либо ожидающих своего господина членов семей, кому по возрасту или рангу не позволено присутствовать на празднике. Но здесь, в саду императрицы, как всегда спокойно и тихо. И это то, в чем она сейчас так остро нуждается, чтобы перевести дух перед последним приемом. Енхва, взмахом руки приказав служанкам ждать, уже выходит из покоев, когда слышит снаружи громкий девичий голос. - Ну и зачем ты нас сюда привел? - Я тебе говорил, что во дворце много деревьев, по которым можно лазить, говорил? Ты можешь выбрать любое. Наследный принц Чу стоит в центре двора, скрестив руки на груди в компании двух девочек и долговязого мальчишки. Из сумрака комнат незаметная для них Енхва с любовью смотрит на сына. С тех пор как он обучается и живет попеременно в доме то брата Ука, то Ван Джона она редко имеет возможность видеть его. Сейчас стоя вполоборота к ней и скрестив руки на груди, он с гордостью демонстрирует огромный клен растущий посередине сада. - Отец строго-настрого запретил во дворце драться, лазить по деревьям и подкладывать жуков в чью-либо еду. Девочка стоит к Енхве спиной запрокинув голову, и рассматривает дерево словно и правда подыскивая удобное место, чтобы взобраться. Енхве не видно ее лицо, только аккуратно заплетенная коса с ярко красной лентой, змеится по спине, опускаясь до пояса. - Чу, сегодня дядя особенно просил воздержаться от шалостей, чтобы им с тетушкой не было стыдно за нас. Вторая девочка, стоящая поодаль, делает шаг к ее сыну , но словно не решаясь приблизиться к нему замирает на расстоянии. Но Чу не замечая ее смотрит в спину девчонке с красной лентой в волосах. - А я говорю, что можно. Это дворец, а я наследный принц. Ты можешь делать, что хочешь. - Сестрица Хонэ права, Чу - ты наследный принц, но сейчас мы гости императора, твоего отца. Мальчишка рядом с сыном поворачивает голову и сердце Енхвы пропускает удар. Брат. Но нет, мальчику не больше десяти. Время, когда Ван Ук выглядел так же бесследно прошло и затеряно в глубинах памяти. - Нам не стоит здесь задерживаться, надо подождать дядю Джона вместе со всеми, - говорит между тем мальчик похожий на брата Ука и поворачивается, чтобы уйти. - Я вас пригласил! - от злости сын топает ногой. - Никто не посмеет вам ничего сказать. Суен, ты остаешься здесь! Он хватает за руку девочку с красной лентой. Все внимание Енхвы тут же переключается на маленькую ряженую в яркие розовые одежды нахалку. Суен. Даже имя выбрали такое, что вечно будет напоминать императору и ей о тех событиях, которые она сама желала бы похоронить в самых темных закоулках памяти. А еще лучше просто забыть, как будто ничего этого никогда и не было. В памяти остальных все, возможно, давно стерлось Но они помнили, еще как помнили, что Суён - имя, полученное при рождении, возлюбленной первого императора Тхэджо, придворной дамы О, что управляла Дамивоном до самой своей трагической гибели. Как будто самой девчонки было не достаточно, ее имя напоминало о предательстве императором своей возлюбленной. Оно множило вдое грех, который передался через поколение, от отца к сыну. Как будто все мужчины семьи Ван, заполучив дворец, получали вместе с ним и проклятье - вместо брачного пира дарить своим возлюбленным отчаяние и гибель. Енхва бросилась прочь, в свои покои, шелестя тяжелыми шелками и парчой. А в голове плясали и бесновались строки, сплетенные в кружевную удавку вокруг ее шеи. И горела огнем пламенно киноварь Подвенечных богатых нарядов. Шёл жених, и слегка поправляя вуаль, Шла невеста с улыбкой рядом. Пир гремел на весь свет, свадьба пышной была. Люд гулял, о делах забывая. До утра одна дева горько слезы лила, Платье алое крепко сжимая. От любви ничего не осталось почти. Лишь парча да заколка с пионом. И забытые где-то дорогие мечты, Погребённых холодом трона.. Нет, от той любви не только воспоминания остались. А кое-что намного более важное и страшное для нее, Енхвы. И если она позволит этому страху взять над ней верх… Императрица останавливается, замирает на миг, а потом разворачивается и решительно идет назад. Шаг за шагом. И вот, сделав еще один, она выходит на солнечный свет. *** Всю дорогу из дворца домой дети ехали притихшими, и непривычно молчаливыми. Джон направив лошадь к повозде, некоторое время ехал рядом прислушиваясь к тишине внутри. Дети молчали. Когда уже он начал не на шутку беспокоиться, то заговорил Чу. - Матушка вовсе не имела это ввиду, Суен, - его голос звучит непривычно расстроенно и словно извиняющийся. - Она устала после празднования. - Все хорошо, - голос же Суен надтреснутый и высокий, словно она пытается проглотить слезы. - Императрица сделала мне комплимент, сказав, что я очень похожа на мою маму Су. - Но… Чу хочет продолжить, но Чхе прерывает его. - Мне кажется, что император сегодня был в особенно хорошем настроении. Он что-то сказал тебе Суен, когда остановился рядом с тобой? - Он сказал, - Суен вздыхает и Джон чувствует облегчение, слыша, что она говорит уже более спокойно, - что рад меня видеть в этот день во дворце. - И правда! - голос Чу тоже преисполнился надежды. - Отец к тебе благоволит. С тобой он всегда очень добр. Матушка же не любит людей, к которым отец хорошо относится. А отец терпеть не может матушкиных родственников. Он умолкает понимая, что вероятно сказал лишнее. Но Чхе смеется. - Суен, ты оказывается человек императора. И Джон успокоившись, пришпоривает коня, отъезжая и слыша за спиной, как веселые детские голоса, перебивающие друг друга начинают разносится над дорогой.