Эленор

      Combien de gouttes d’eau peut-on mettre dans un verre vide? *       Сколько капель яда нужно нанести на смычок виолы для того, чтобы он перестал быть чистым, честным музыкальным инструментом? Сколько капель яда нужно, чтобы превратить его в смертоносное оружие?       Сколько капель нужно для того, чтобы превратить Бернара в подлого убийцу?       Старая детская загадка никак не хотела выметаться из головы трубадура. Он вертел в пальцах склянку со смертью, ощущая за спиной привычную тяжесть виолы, которая так доверчиво прижималась к его плечу.       Интересно, как действует яд? Эленор сразу же рухнет к его ногам мертвой? Сбежится стража, и его сорвавшееся свидание с виселицей все же состоится?       Или тихо умрет во сне? Или будет угасать в мучениях?       Разумеется, Бернар не верил в то, что яд не смертелен. Болезнь герцогини и даже развод никак не помешает царственному супругу завладеть ее землей. А вот внезапная гибель — это дело другое. Не успеет тело остыть, как ее права будут мигом оспорены, и король останется с носом… И Аквитания будет свободной от гнета короны.       Так сколько капель можно налить в пустой стакан?        Под рубахой что-то мешало. Поэт вытянул за шнурок перстень - подарок своего учителя. Гладкая поверхность камня матово засветилась, будто бы сама по себе.       … Бернар решился.       Когда девочка-служанка проводила его к Эленор, он твердым шагом прошел через покои, не глядя ни на юного ее супруга, полулежащего на подушках, ни на старуху-служанку, согнувшуюся над вязанием, ни на потного рыцаря в кольчуге сверху донизу. Он поклонился королеве, и протянул ей плотно закупоренный флакон:       — Кто-то желает вам зла, ваша светлость.

***

      Королева широко распахнула глаза, и Бернар понял, что должен, просто должен написать о них песню. Если, конечно, его голова останется на плечах сегодня. В чем он отнюдь не был уверен.       Побледневшая, сжавшая губы в тонкую нитку, Эленор медленно поднялась. Жестом остановила рыцаря, стиснувшего рукоять меча.       — Это... - едва шевеля губами, спросила королева. - Это... яд?       Бернар кивнул, начиная чувствовать себя глупцом.       — Да, ваша светлость. Неизвестный вручил мне это, дабы я отравил свою виолу.       "А что, если человек в плаще сейчас здесь, в этой комнате? Или его шпион? Или его сторонник?" - поразила поэта внезапная мысль. Он украдкой огляделся: Людовик растерянно хлопал глазами, старуха невозмутимо вязала, страж тупо глядел на ладонь Бернара. Поэт покосился на рыцаря, но все же решил, что тот ни при чем.       На глаза Эленор навернулись слезы, она смахнула их, и Бернар поразился, как она еще на самом деле юна. Совсем еще дитя. А на нее уже и корону надевают, и убийц подсылают. Расплачешься тут.       — Тибо! - вдруг выкрикнул король. Бернар вздрогнул, едва не выронив склянку.       В комнату тихо проскользнул сутулый парнишка с узким лицом, склонил голову. Людовик уже стоял на ногах, приказывая:       — Позови сюда графа Рауля. Скажи, что это срочно, неотложно! И еще солдат. И герцога.       "Надо же, как быстро он освоился со своим титулом," - поразился Бернар.       Эленор опустилась в свое кресло, по-прежнему тихая и похолодевшая. Молча поглядела на мужа с неясной благодарностью и вновь потупилась. Сердце Бернара кольнуло: как непохожа она была сейчас на ту отважную воительницу, выпорхнувшую из родительского дома!       Хлопнули двери, по каменному полу застучали каблуки. Бернар обернулся.       В сопровождении двоих солдат вошел тот самый человек, рекомендовавший Эленор скорее разделаться с бродячим трубадуром. Его ввалившиеся в череп острые глаза впились в лицо Бернара. Своим сухим каркающим голосом он проговорил:       — Что же! А я предупреждал вас, ваша светлость! Что это добром не кончится! Заберите у него яд!       Один из солдат робко принял в свои дрожащие руки флакончик. Бернар незаметно перевел дух.       — Хорошо! - зло прищурился вошедший и поклонился королю. Затем выпрямился, и махнул рукой на поэта, - А этого негодяя сопроводите в темницу!       Бернар онемел. Эленор вскинула голову, сверкнула глазами, почти как тогда, на дороге...       ...но ничего не сказала.