Часть 45. На балу срывают маски

      Лили давно не бывала в столь шикарных поместьях. Раньше ее отца приглашали на званые ужины, куда он иногда брал всю семью. Тогда задача была проста — вести себя тихо и скромно. Малышка Лили молчала почти весь вечер и открывала рот только, чтобы ответить на вопросы или немного поесть.       Сегодня суть операции была иная. Лили должна блистать, очаровывать и развязывать языки богачам, пока специальный отряд обшаривает поместье. Очередной хитроумный план Эрвина. Очередная крупная ставка.       Стоун неловко вышла из экипажа, поправила перчатки и двинулась вверх по лестнице. Летящее голубое платье смотрелось на ней идеально. Но длинные полоски ткани так и норовили запутаться между ног, а пусть и небольшие, но каблуки, сказывались на походке. Да, с УПМ управляться гораздо проще!       Лили постаралась убрать с лица смятение и натянула на него маску беззаботности и приятную улыбку. Нужно помнить о поставленной задаче. Как хорошо, что на руках были перчатки, и никто из будущих партнеров по танцам не заметит, насколько холодные и влажные ее ладони.       Прошло немало времени с предыдущей операции в Тросте, когда ей также пришлось прибалтывать людей Джерома. В этот раз все воспринималось гораздо проще. Людей было больше. Лили прошла долгий путь, ломая себя из раза в раз. Полностью втянулась в работу Разведкорпуса. Доверилась командующему. И даже больше.       Стоун изящно достала из маленькой сумочки приглашение и протянула его портье. Тот с восхищением посмотрел на гостью и без лишних вопросов пропустил внутрь. Главный зал уже был готов к приему. Столы ломились от угощений, в том числе из мяса. Пир во время чумы, учитывая, что стена Мария пробита. Чем дальше проходила Лили, тем более нереальным, даже лживым, казался этот праздник.       Играла музыка, гости танцевали. В одном из углов зала толпились мужчины-аристократы, что-то бурно обсуждая. Вероятно, новую крупную сделку. Женщины же находились по другую сторону, обмениваясь сплетнями. Некоторые дамы с тоской глядели на мужчин и тяжело вздыхали, прикрываясь веерами. Типичный высший свет. Остальных разведчиков еще не было. Не важно, все равно нельзя с ними пересекаться.       Непонятно было, то ли это правда, то ли паранойя, но Лили казалось, будто все смотрят только на нее. Может, тому виной был рост. Или же яркое платье. Тоже не важно. Сейчас она примеряла образ благородной леди. Как она в прошлый раз назвала себя? Эмбер, кажется? Стоило придумать другое имя, сочинить легенду. Отсутствующий палец был надежно спрятан под перчаткой, ничто не должно выдать ее игру. Снова притворяться кем-то, когда Лили только-только нашла путь к себе настоящей, — непросто.       Внимание играло на руку. Даже толком осмотреться не получилось, как Стоун уже пригласили на первый танец. Но то был совсем молодой парень, что не представлял интереса. Это давало время освоиться, прежде чем открывать охоту на кого покрупнее.       Через пару минут прибыла Ханджи. Как и планировалось, бывалая разведчица перевоплотилась в мужчину. Она не спеша прогуливалась по залу, останавливалась у столов и вслушивалась в разговоры. Разведкорпусу требовалась информация с разных точек зрения.       Появлялись и другие действующие лица. Сам лорд Джером размеренно беседовал, окруженный кучкой заискивающих перед ним. А комендант Пиксис нашел в себе силы прийти, и теперь утолял жажду вином, в ожидании развязки истории.       Стоун продолжала работу, ведя светские разговоры с вельможами. Уж кому, а ей ответственности не занимать.       — В Тросте так спокойно… И это несмотря на падение стены Мария, — как бы невзначай обронила она.       — У людей все еще есть надежда, — уверенно ответил ее партнер. Как его зовут Лили даже не запомнила. — Культ Стен хорошо справляется с поставленной задачей.       — Прошу прощения за мою неосведомленность, но что вы имеете в виду?       Лили приняла максимально невинный вид, даже пару раз удивленно похлопала ресницами. Аристократ же принял это за глупость и без настороженности говорил то, что думает.       — Пока народ верит, что Стены могут спасти их скорбное существование, не устраивает бунтов, мы можем жить спокойно.       Что ж, понятно. Как и предполагалось, основной интерес аристократии — сохранение их состояния несмотря ни на что. Все очевидно. Но командующий подозревал, что за культом скрывается нечто большее. Тайна Стен, тайна титанов. Хотя навряд ли среди этого веселья и пьянства кто-то будет болтать на подобные темы.       Разговор за разговором, танец за танцем…       Леви со скучающим видом наблюдал за веселящимися.       — Ты уверен, что нам обязательно нужно быть здесь?       Вся эта напомаженность никогда не нравилась Аккерману. Потому в своем прошлом он даже с некоторым упоением забирал излишки у богатеев. Именно забирал, а не крал, — так он себя успокаивал.       — Да. Если бы мы не пришли, то лорд Джером мог подумать, что мы действуем против его интересов. Сегодня придется изобразить предельную заинтересованность и любезность. — Эрвин отвечал спокойно и уверенно. — Иногда стоит идти навстречу противнику, чтобы достичь результата.       — Придется, раз ты приказываешь. — Леви поправил свое неизменное жабо, коих наверняка у него была целая коллекция, и надеялся, что будет привлекать как можно меньше внимания.       Смит старательно высматривал в толпе своих подчиненных. Даже немного переживал за них. Он не видел девушек со вчерашнего вечера и не имел представления, как они будут одеты. Ханджи тяжело вычислить. А вот Лили…       Даже со спины ее фигура была узнаваема. Длинные волосы собраны в ниспадающую прическу. Легкая ткань платья колыхалась от каждого движения. Разговоров, конечно, не было слышно из-за музыки и прочего шума. Но по внешнему виду окружавших Стоун мужчин, по их лицам, читался неподдельный интерес.       — Смотрел бы ты туда поменьше, а то всю операцию запорешь, — как будто издалека раздался голос Аккермана.       Он не мог не заметить, как изменилось лицо Эрвина, стоило ему отыскать в толпе Лили. Смесь эмоций, столь редких, промелькнула в глазах Смита. Кажется, до Леви стало что-то доходить. Пусть Стоун не была ему симпатична вовсе, казалась чересчур исполнительной и услужливой перед командующим, со стороны то видно лучше. Не столько Лили тянулась к нему, сколько Эрвин тянул ее за собой.       — Пойдем, нам еще нужно поприветствовать лорда Джерома. — Смит хлопнул по плечу Аккермана и они отправились к самой большой толпе в этом зале.       Отыскать лорда было нетрудно. Очередь желающих выказать ему почтение никак не иссякала. Разведчикам пришлось подождать, прежде чем поприветствовать хозяина вечера.       — Очень рад, что вы выделили время в своем плотном графике, командующий Эрвин. Людям полезно увидеть, что Разведкорпус может себе позволить праздник, а значит, все не так уж и плохо. — Лорд покрутил один из перстней на своем толстом пальце. — Вам нравится мое мероприятие?       Смит утвердительно кивнул, натянув дежурную улыбку.       — Действительно, то что нужно в такие непростые времена, в том числе и нам. Ведь в ближайшее время мы планируем сделать все возможное для возвращения Стены Мария.       Было заметно, как в голове Джерома перекидывались счеты. Туда-сюда. Он участвовал в формировании бюджета Разведкорпуса. И с его же подачи на последнем совещании в столице зашел вопрос об отправке мирного населения в Сигансину.       — Стоит признать, что многое изменилось, как вы сменили Шадиса на посту командующего. — Голос лорда стал слегка заискивающим, а его глаза перебегали то на Эрвина, то на Леви, что выглядел незаинтересованным, тем не менее слушавшим разговор.       — Вы правы. Раньше мы уделяли внимание только уничтожению титанов и несли колоссальные потери. Теперь наша главная цель — их изучение. Даже несмотря на сложившиеся обстоятельства. — Смит перевел взгляд с Джерома куда-то выше, поверх головы собеседника. — Если бы только можно было получать информацию не покидая предела стен…       Эрвин сделал опасный ход. Но лорд не был в настроении делиться тайнами. А может, и не заметил намека вовсе.       — Никто не знает этих монстров настолько же хорошо, как Разведкорпус. Внутри Стен люди пытаются жить обычной жизнью, отдав спасение мира на откуп вам. Уменьшение потерь — это уже большое достижение.       Последнюю фразу Джером произнес с особым напором. Как будто в его интересы не входило сохранение жизней разведчиков. Меньше ртов — меньше финансирование.       — Благодарю за поддержку. Так мы приближаем день, когда человечество вернет утерянные земли и уничтожит угрозу. — Эрвин положил ладонь на плечо Леви, как бы показывая, что у них есть способные бойцы. — Каждый, приложивший к тому руку, в конце окажется героем.       Лорд недобро улыбнулся.       — В таком случае, выражаю надежду увидеть это на своем веку. — Джером сделал паузу, после чего его лицо стало чуть более напряженным, как только он увидел кого-то в толпе. — Господин Ноа, можно вас на пару слов? — Лорд мимоходом глянул на стоящих рядом разведчиков. — Прошу прощения, — и был таков.       Смит и Аккерман переглянулись. Обоим не понравился разговор. Слишком уж любезным оказался вельможа. А причина, по которой он так хотел видеть Леви, осталась загадкой.       Больше командующий старался не ввязываться в долгие разглагольствования, оставаясь лишь сторонним наблюдателем. Операция шла своим чередом. Леви уже куда-то исчез, наверняка чтобы укрыться от тех, кто так и норовил назвать его сильнейшим воином человечества. А окружающим не то чтобы было дело до главного разведчика. Кроме еще одного человека. Стоя у окна, Эрвин увидел, как к нему приближается пожилой мужчина в костюме, в котором он сразу же узнал…       — Комендант Пиксис! Рад вас видеть.       — Зачем же так официально? — усмехнулся старик. — Думаю, нам пора сменить тон общения. — Дот остановился прямо напротив Эрвина. — Ты думал, что я пропущу такой спектакль? В коем-то веке Разведкорпус скинул свои плащи. Приятно смотреть на красивых молодых людей. Да и тут угощают прекрасным вином, это даже более важная причина моего появления, хе-хе. — Кончики его усов уже успели окраситься в красный.       — В любом случае, хорошо, что вы здесь.       Смит даже испытал некоторое облегчение, увидев Пиксиса. Чем больше здесь людей, поддерживающих его начинания, тем лучше.       — Есть что рассказать? — поинтересовался глава Гарнизона, заложив руки за спину.       — Полагаю, все идет своим чередом. Отряд проникновения еще не подавал никаких сигналов. — Смит перевел взгляд с зала на своего собеседника. — Укладываемся в срок.       — А?.. — Пиксис кивнул в сторону танцующих, среди которых легко было найти Лили, кружившуюся в вальсе с очередным толстяком.       Эрвин не смог отказать себе в удовольствии взглянуть в ее сторону еще раз. Казалось, что за последние два года он научился считывать реальные эмоции Лили. И та улыбка, что играла на ее губах сейчас, была совсем иной, нежели он привык видеть один на один в своем кабинете.       — Пока все спокойно. Мы прибыли раздельно, за исключением Леви, который приехал со мной. Не стоит вызывать излишних подозрений. Что опрашиваемые успели разболтать, мы сможем узнать гораздо позже.       Комендант удовлетворенно кивнул. Природное любопытство разрасталось в нем. Он долгие годы следил за всеми подковерными играми, а новый командующий вносил изрядное разнообразие в них.       — Хорошо… А ты не думал, что было бы странно, если эта молодая особа потанцует со всеми важными шишками, что здесь присутствуют. Со всеми, кроме тебя? Я вот лично готов занять очередь.       Огонек хитрости, зажегшийся в глазах Пиксиса, вызвал в Смите легкое смятение. Он хотел приложить и свою руку к этому плану?       — Уверен, всем будет абсолютно плевать, учитывая количество алкоголя. В том нет необходимости.       Пиксис покачал головой.       — Даже я, после двух бутылок вина, замечаю здесь все. Например, как в дальнем углу около лестницы, слуги активно что-то обсуждают. И есть множество других, кто не употребляет алкоголь и сможет запомнить детали приема. Сейчас тебе никто ничего не скажет, операция пройдет успешно. Но твои будущие задумки окажутся под угрозой. А ты стоишь на одном месте и явно что-то высматриваешь.       Крылья носа Эрвина чуть расширились, выдав в нем нарастающее напряжение. Он привык смотреть на ситуацию с разных сторон. Однако червячок сомнения всегда подтачивал его изнутри. И заставлял рисковать.       — Мы уже успели переговорить с лордом Джеромом. Навряд ли он заинтересован в слежке за гостями.       — Но здесь полным-полно его людей, что станут плести паутину сплетен позже.       Смит окинул взглядом зал. Слова Пиксиса посеяли в его ум еще больше семян сомнения. В такой толпе действительно кто угодно может следить за тобой.       — И вообще, как давно ты отдыхал, развлекался? Молодость мимолетна. Может тебе стоит задуматься о Первой Леди Разведкорпуса. — Глаза Пиксиса украсились морщинами, но взгляд выдавал его молодую душу. — Какой мощный политический инструмент окажется в твоих руках! Народ бы наконец увидел, что ничто человеческое тебе не чуждо…       — Вы уже перегибаете палку, комендант! — чуть повысив голос, ответил Эрвин, непривыкший, что кто-либо лезет в его личную жизнь. Которой, собственно, и не было уже давно.       Пока эти двое беседовали, они не заметили, как закончилась мелодия. Лили уже ощутимо устала. Ей были противны прикосновения этих мужланов, чьи руки так и норовили коснуться ее в неподобающих местах. Но что не сделаешь, ради общей цели.       Кое-как выскользнув из хватки нового кавалера, она присела на свободную скамейку неподалеку от эпицентра событий. Большей частью здесь обитали скучающие дамы, все никак не прекращающие трещать на свои темы. Но только Стоун успела сделать пару глотков воды, как заметила, что к ней снова кто-то приближается. Разведчица была готова вновь изобразить интерес, однако подняв глаза, увидела Пиксиса и Смита. Усталость как рукой сняло.       В череде танцев она лишь мельком видела Эрвина и только сейчас смогла рассмотреть его поближе. На нем были темные брюки, более свободные, нежели обычное одеяние разведчиков, ослепительно белая рубашка с двумя расстегнутыми сверху пуговицами. Лаконичная одежда, тем не менее она ему безумно шла. Лили почувствовала, как у нее загорелись кончики ушей, надежно скрытые под локонами.       — Добрый вечер, господа, — Стоун поднялась со скамьи и присела в небольшом реверансе. — Чем могу вам помочь?       — Рад с вами познакомиться, юная леди, — Пиксис взял руку Лили, поцеловал ее, но не отпустил. Вся сцена выглядела так, будто они и не познакомились еще вчера. — Мы наслышаны, какой фурор вы произвели в этот вечер. И хотели тоже урвать немного вашего внимания. — На этом моменте комендант сделал паузу и чуть сильнее сжал ладонь разведчицы. — Понимаете, мой коллега несколько неопытен в общении с женщинами, поэтому, я прошу вас подарить ему всего один танец. Вы не против?       Губы Лили чуть приоткрылись, но она не произнесла ни слова. Планируя операцию, разведчики договаривались не пересекаться по ходу вечера. Что за игру затеяли эти двое?       Прежде чем Лили смогла что-либо ответить, к ним подошел еще один мужчина, очередной богач из столицы.       — Не хочется прерывать ваше общение, но я бы украл у вас эту милую леди.       — Боюсь вас разочаровать, — ответил Пиксис, — но леди уже занята. Девушка согласилась провести танец со мной.       И, поскольку комендант так и не отпустил руку Стоун, он сразу же повел ее дальше в зал. Богач расхохотался.       — Старый пройдоха! Везде пролезет без смазки! Неужели и сам командир Разведкорпуса положил глаз на даму? — оскалил тот желтоватые зубы. — А я-то думал, что вас интересуют только титанши!       Мужчина расхохотался собственной шутке, и, закинув в рот закуску со стола, отправился дальше. Эрвин снова остался один. Он так и не понял, к чему ведет комендант.       Тем не менее… Мысли о близящемся танце беспокоили его. Смит уже давно запретил себе думать о Стоун больше чем о подчиненной, несмотря на симпатию к ней. И просто ли симпатию? Порой, Эрвин обращался с Лили жестоко, заставляя выполнять приказы, что вынуждали ее преодолевать себя. Он не удивится, если узнает, что та в тайне ненавидит его, скрываясь за уважительной улыбкой и осторожностью в общении.       А Пиксис не терял время даром и наблюдал за своей спутницей. Она стала выглядеть напряженнее, чем раньше.       — Расслабьтесь, это всего лишь небольшие изменения в нашем общем плане. — Ощутимый запах вина присутствовал в дыхании коменданта. — Тем более танцевать даже с таким стариком, как я, гораздо приятнее, чем с вашими предыдущими кавалерами.       На лице Лили мелькнула тень улыбки. Разговор напомнил ей о былых временах, когда даже с ровесниками сложно было разговаривать. А Пиксис был в сотни раз выше ее по званию.       — Разумеется, общение с вами прельщает меня больше. — Лили чуть прикусила нижнюю губу. — Только я не совсем понимаю, что происходит. По плану мы не должны контактировать между собой, чтобы не вызывать подозрений о моей причастности к Разведкорпусу.       Пиксис не сразу ответил, наслаждаясь танцем с юной девушкой. Уж кто-кто, а он умел брать от жизни все.       — Я позволил себе внести небольшую корректировку в ваш план. Раз уж вы сегодня общаетесь со всеми высокопоставленными людьми, то и командующего не должны обойти стороной.       Ах, вот в чем дело… На секунду Лили вдруг представилось, что если бы не было никакого плана. Если бы Эрвин сам пригласил ее на танец. Не потому, что так нужно, а потому, что захотел сам? Уши загорелись еще больше из-за разбушевавшейся фантазии.       — Что ж, как скажете. — Дрогнувший голос едва не выдал нетерпение Стоун.       — Больше энтузиазма, — подмигнул старик, приняв эмоции Лили за страх. — Выполнять задание и получать удовольствие никто не запрещал. Но будьте осторожны. Эрвин ведет опасную игру. Любой, кто задействован в его планах, оказывается под угрозой.       Стоун уже давно поняла, что идет скользкой дорожкой, выполняя приказ за приказом. Иногда она даже чувствовала себя лишь послушным инструментом для выполнения задач. Но ведь так было нужно? Чувства ослепляли ее и не давали поставить под сомнение решения командира. Только бы быть рядом, только бы дотянуться до него…       Когда танец завершился, Пиксис повел Лили в сторону главного разведчика. Для Стоун эти мгновения показались бесконечными. Сердце рвалось наружу, ноги отказывались идти. Казалось, горят уже не только уши, но и все лицо. По телу пробежала дрожь, вызванная крайней взволнованностью.       Глава Гарнизона протянул руку спутницы командующему.       — Что ж, не смею больше задерживать юную леди. Теперь она полностью в вашем распоряжении.       Эрвин принял ладонь Лили, тогда как Пиксис взял новый бокал вина и приготовился любоваться танцем это парочки.       Разведчики на мгновение встретились взглядами, после чего Эрвин повел свою партнершу в толпу веселящихся людей. Лили покорно следовала за ним, совсем позабыв каково это — дышать. И если всего лишь прикосновение рук, да еще через перчатки, вызывает такой трепет, то что будет, когда начнется сам танец?       Стараясь идти ровно, Стоун опасалась сжать ладонь командующего сильнее необходимого. Каждую секунду приходилось контролировать все, что обычно делаешь не задумываясь. Страх сделать что-то не так, перейти черту, накрывал с головой.       Смит остановился, найдя подходящее место, и повернулся к подчиненной. Аккуратно положил свою руку к ней на талию, мгновенно ощутив тепло тела сквозь ткань, и притянул ближе, но в рамках приличия. Ладонь же Лили оказалась на его плече. Началась музыка, гораздо более медленная, чем раньше.       Поддавшись искушению, Лили посмотрела Эрвину прямо в глаза. Ее возлюбленный выглядел спокойным, но без обычной стали в глазах. Ему даже как будто нравилось то, что происходит.       «Хорошо играет», — подумала она.       Долгое время Стоун мечется среди двух крайностей. Между тем, чтобы наконец сдаться и рассказать все, что у нее на душе, и отрицанием, где не стоит даже надеяться на какую-то взаимность. Будто существует стеклянная стена, за которой все видно, но никак не пробиться, сколько ни старайся.       В голове же Эрвина шла борьба. Борьба между желанием прижать Лили еще ближе и собственными принципами. Но отрицать нельзя, он давно не ощущал себя настолько хорошо. И этот взгляд… Эрвин подметил, как блестят глаза Стоун. Как румянец проступил на ее щеках. Сейчас Лили была совсем другой. Не зажатой и серьезной, как в обычной жизни, а открытой и нежной. Не солдатом, а девушкой. Как тут отвести взгляд?       Усилием воли Эрвин заставил себя переключиться на то, зачем они вообще тут собрались. Лили была немногим ниже, а каблуки добавляли ей роста. Смиту не пришлось сильно наклоняться, чтобы прошептать на ухо:       — Есть успехи?       Разведчица с трудом сглотнула, прежде чем ответить. Голос Смита звучал мягко. Тепло от щеки Эрвина она чувствовала на своей. Его дыхание скользнуло по ее шее, что еще больше лишало способности мыслить ясно, превращая ее в обмякшее от избытка чувств тело.       — Да. Я получила нужную информацию и даже чуть больше. Доклад будет после.       Только услышав свой тонкий голос, Лили наконец смогла прийти в чувства. Она позволила себе слишком много. Нельзя. Запрещено. Стоп.       — Хорошо. — Он отстранился и вновь взглянул в глаза Лили. — Ты устала? Тебя всю трясет.       И ведь только она подумала о том, чтобы не спалиться! Будучи настолько близко, он не мог не заметить эту дрожь.       — Все в порядке, я доведу дело до конца… Мне… — Сбивчивое дыхание не давало четко говорить. Прикосновения, тепло, запах его тела сводили с ума. Как хотелось бы позволить себе чуть больше. Прижаться еще ближе. Переместить руку с плеча на щеку или затылок… — Тут слишком душно. Следующее знакомство стоит завести в саду.       Командующему не терпелось, чтобы это мероприятие побыстрее закончилось. Лучше завалить пару титанов, чем продолжать вариться в высшем обществе. Но очень не хотелось, чтобы танец закончился. Эрвину было горько думать о том, что он больше не сможет позволить себе такие вольности. Ложка дегтя в бочке меда.       Пока каждый был в своих мыслях, Лили постепенно приходила в себя и начала анализировать ситуацию.       «Сейчас мы играем роли. Да, приятные роли. Я бы отдала все оставшиеся пальцы на руках и ногах, чтобы провести еще один танец. Он — командующий, я — подчиненная. Ничего не должно мешать выполнять обязанности. Эта минутная слабость должна остаться лишь воспоминанием.»       Но от таких мыслей настроение стало стремительно портиться. На глазах едва не проступили слезы. А следующие слова застряли костью в ее горле.       — Командующий, после этого танца вам стоит провести еще несколько, для отвода глаз. Думаю, большинство присутствующих девушек не откажут вам.       Такое заявление тупой болью в сердце Эрвина. После близости с Лили ему было противно думать, чтобы кто-то другой оказался на ее месте. И снова это «вы».       — Ты права. Может быть и мне удастся еще что-то выяснить.       Несколько кругов по залу они провальсировали в молчании, стараясь не смотреть друг другу в глаза. Напряжение возрастало и, казалось, становилось осязаемым, столь же крепким, какими были мускулы Эрвина под пальцами Лили.       Одна секунда сменяла другую, отдаляя танцующих друг от друга. Не физически, но мысленно.       Нет, нет, музыка, не прекращайся!       — Через час будь у северного выхода из поместья, — прошептал напоследок Эрвин, в этот раз склонившись не так близко.       Прозвучали последние ноты. Лили нехотя сделала шаг назад. Как того требует этикет, Эрвин поцеловал руку партнерши — единственный поцелуй, который можно себе позволить. Слегка сжав ее ладонь, приободряя, он ушел в противоположном от выхода в сад направлении.       Оставшись посреди зала, Стоун проводила взглядом того, чьи прикосновения заставляли ее так трепетать. Она все еще чувствовала на себе его ладони, а на своей руке — его губы. Не дожидаясь, пока кто-нибудь снова пригласит ее на танец, Лили стремглав бросилась в дамскую комнату.       Там никого не было. Прекрасно! Отойдя в самый дальний угол, Стоун вся сжалась и заплакала. Слезы неудержимо текли по ее щекам, скатываясь вниз по подбородку и даже капали в декольте. Лили снова трясло, но уже не от предвкушения, а от горечи и боли. Тыльной стороной ладони, именно там, где ее поцеловал Эрвин, она прикоснулась к своим губам.       «Почему все так? Зачем судьба подкидывает ложные надежды? Почему так больно?»       До этого дня Лили спокойно тешилась мечтами о командующем, стремилась выполнять приказы старательнее, развиваться и становиться лучше. Теперь, оказавшись настолько близко к запретному плоду, она не знала, что делать. А вдруг он все понял? А как быть с этими шуточками от Пиксиса? Черт возьми, как теперь вообще держаться рядом с Эрвином?       Эта молчаливая истерика продолжалась не одну минуту, пока в туалет не заглянула одна из гостей вечера. Она увидела сжавшуюся Лили и поспешила к ней.       — С вами все хорошо?       Стоун будто вышла из транса и подняла голову на незнакомку. Миловидная девчушка, видно, что еще подросток, озабоченно смотрела на нее.       — Ох, прошу прощения за беспокойство… Да, все в порядке. — Лили утерла лицо перчаткой. — Просто очень сильно заболел живот. Женские дни, понимаете…       Девчушка пожала плечами, вымыла руки и покинула помещение. Разведчице тоже пора было возвращаться к делам. Увидев свое заплаканное лицо в зеркале, она на мгновение ужаснулась, но потом сразу подумала, что такой вид может помочь привлечь больше внимания и разговорить собеседника. Умывшись, Лили достала веер, чтобы прикрывать лицо, и отправилась в сад. На улице ей действительно стало лучше, а новые поклонники не заставили себя ждать.       Неподалеку можно было увидеть Пола, окруженного женщинами. Тот упивался вниманием. И не исключено, что Джонс уже позабыл о главной задаче. А вот мысли Лили то и дело возвращались в зал, где начинали играть последние мелодии. Где, скорее всего, Эрвин танцует с другой.       Солнце медленно заходило за горизонт, и в его алых лучах заплаканные глаза уже не выглядели так ужасно.

***

      Через час, как и договаривались, Лили стояла у северных ворот поместья. Народ потихоньку разъезжался, в основном через центральный вход.       Вскоре перед ней оказался экипаж. Кучер спрыгнул на землю, поспешив открыть дверь перед леди. В нем Стоун признала Алекса. Тот улыбнулся своей пассажирке, закрыл за ней дверь и повозка тронулась.       Наконец-то можно было расслабиться! Лили тут же сняла туфли с перчатками и откинулась на спинку сиденья. Единственно, что она сейчас хотела, — сходить в душ и лечь спать. За окном становилось темнее. Стоун смотрела, как сгущается тьма снаружи и чувствовала ту же пустоту внутри себя. Она все еще не знала, что делать дальше. Одна мелодия разделила жизнь на до и после. А еще ведь отчет впереди…       Карета остановилась на углу безлюдной улицы. Еще несколько секунд, и двери экипажа открылись, внутрь поднялись трое в плащах. Сначала Лили испугалась и уже была готова схватиться за что угодно ради защиты. Но позже выдохнула, признав в незнакомцах Леви, Ханджи и… Эрвина.       Теперь стоило вести себя максимально естественно. Если сейчас ее не станут расспрашивать, Лили просто откинется назад и закроет глаза.       Первой заговорила Ханджи.       — Ты молодец! Так ловко крутила всеми этими мужланами! Я смогла подслушать парочку ваших разговоров, они вообще не поняли, что из них пытаются вытащить информацию! — протараторила Зое, сняв осточертевшую ей шляпу.       — Сейчас обойдемся без обсуждений, подождите, пока вернемся. Нам еще нужны данные от группы проникновения, — осадил командующий Ханджи. Воцарилась тишина, прерываемая цокотом копыт и скрипом колес.       Остаток поездки прошел в молчании. Стоун выходила из экипажа последней, босиком и в плаще, который ей передала Зое, чтобы не привлекать внимание роскошным платьем. Все четверо отправились в одну из комнат штаба, где их уже ждали ребята из группы проникновения и Пол. Лили подсела к ним с дальнего края, лишь бы не оказаться прямо напротив Эрвина.       — Полагаю, всех можно поздравить с успешным окончанием операции. — Смит обвел своих подчиненных взглядом. — А теперь, начнем с группы проникновения.       Несс откашлялся.       — Мы обшарили большую часть комнат на верхних этажах. К счастью, там практически никого не было. В основном, комнаты не содержали в себе ничего интересного. Только в одной мы нашли записи, где указывались суммы пожертвований в адрес церкви. На все это можно было бы прокормить целый город! К сожалению, в покои лорда мы не успели пробраться.       Все же Нотту привычнее сражаться с титанами, а не выведывать информацию. Во многом он не стал рисковать. Мысль, что они могли наследить, точно не даст ему покоя сегодня ночью.       — Ханджи?       Зое сначала протерла свои очки и только потом стала рассказывать все, что увидела и услышала. Теперь уже спешить было некуда.       — Настроения неоднозначные. О культе практически никто не говорил. Зато Разведкорпус упоминался неоднократно. Многим не дают покоя беженцы стены Мария. Ратуют за то, чтобы мы занимались восстановлением Стен, а не экспедициями.       Разговор все больше походил на перестрелку. Факты, немного деталей. Письменные отчеты дополнят картину. А сейчас нужно было знать только самое главное.       — Пол?       Вот кому вечер пришелся по душе больше всех. Из присутствующих разведчиков, он выглядел самым расслабленным. И не в последнюю очередь благодаря вину.       — Может, я и не узнал чего-то ценного, зато нашел тех, кто поможет пополнить бюджет. Несколько дам обещали убедить своих мужей профинансировать Разведкорпус. — Хитрая улыбка растянулась на губах Джонса. Он был доволен собой. — А одна богатая вдовушка…       Эрвин поднял ладонь, призывая Пола остановиться. Финансы — это хорошо. Но есть информация, которая дороже любых денег. Следующим заговорил уже Леви.       — К твоему сведению, под конец вечера меня поймал один из людей Джерома. Важная шишка, судя по всему.       Весь прием Аккерман пытался найти наименее людные уголки. От восхищенных вздохов совершенно незнакомых дам, ему становилось тошно. Он сто раз выругался про себя, что согласился на эту авантюру. Однако приказ есть приказ. Пришлось терпеть.       — И что же человек лорда хотел?       Эрвин вдруг испытал прилив волнения. Неужели сейчас он узнает что-то действительно стоящее? Внешне это было незаметно, но пульс участился.       — Он спросил, не хочу ли я отомстить за своих друзей.       Остальные разведчики на мгновение тоже замерли. Все помнили ту злополучную экспедицию, когда в тумане полегло немало хороших бойцов. О друзьях с тех пор Леви больше никому не говорил, разве что пару слов лично Эрвину.       — Вельможа это как-то аргументировал? — Смит склонился чуть ближе — явный признак его заинтересованности.       — Он сказал, что со стороны руководства было крайне опрометчиво отправлять за Стены тех, кто не проходил подготовку в Кадетском корпусе, — безэмоционально ответил Леви.       — Так эти прихвостни Джерома сами себе противоречат! — моментально возмутился Пол. — Хотят заслать гражданских, чтобы Марию отбить, а тут всех собак на разведчиков вешают.       — Это же очевидно, некоторые продолжают точить зуб на Эрвина, — хлопнула ладонью по столу Ханджи.       — Я посоветовал ему самому хоть раз выгулять свою жирную задницу за Стенами и ушел.       Командующий был несколько разочарован, что Леви так резко оборвал разговор, что у него не хватило терпения узнать больше. Но это все компенсировало удовлетворение. В верности Аккермана можно было не сомневаться.       — Что ж, Стоун, тебе есть что добавить?       И снова машинальная встреча взглядами. Лили собрала остатки своего мужества, напоминая себе, что сейчас она солдат, а не представительница прекрасного пола, и вокруг нее сидят серьезные люди.       — В беседах один на один большинство поддерживали идеи культа. Но в том плане, что они успокаивают беженцев и те требуют меньше, не организовывают бунты. Финансируя сектантов, они в итоге сберегают больше средств, чем если бы направляли их на помощь людям.       Стоун отвела глаза в сторону, так как ее рассказ максимально приблизился к моменту танца.       — Уже в саду я вновь встретила того мужчину, от которого меня спас комендант Пиксис. Он без умолку рассуждал о Разведкорпусе, что об этом думает сам и его партнеры. И даже поделился слухами, будто в высших кругах столицы говорят о нашем роспуске.       Лили постаралась ни словом не обмолвиться о вынужденном изменении в плане. По большому счету, это отношения к делу не имело. Только что… Узнал ли сам командующий что-то еще, танцуя с другими дамами? Нет, лучше об этом не думать.       А вот Эрвину предстояло над многим поразмыслить, проанализировать полученную информацию. Знание о возможной угрозе из столицы давало фору. Смит не переживал за собственную жизнь, но остальным тоже может прийтись несладко в случае чего. Особенно приближенным.       — Тогда на этом все.       Сам командующий немного замешкался, пока собирал бумаги, где конспектировал всю добытую информацию. Лили же сидела дальше всех и выходила последняя. Эрвин пошел следом за ней.       — Постой.       Стоун остановилась в дверном проеме и повернулась на голос. Оставаться один на один она не планировала, поскольку не придумала, что же делать дальше. Смит был всего лишь в метре от нее. Близко и бесконечно далеко одновременно.       — У тебя все хорошо? — опустил руку с бумагами он. Голос прозвучал неожиданно низко и тихо.       — Да.       Пальцы Лили сжались на крае плаща, за который она неосознанно схватилась, как только услышала Эрвина. Это добавило ей толику уверенности и сил. В закромах еще остались слезы, которые некстати вновь захотели на выход.       — Мне показалось, ты хотела еще что-то сказать.       О, сколько слов ждут своего часа. Но она не может позволить им вырваться наружу, чтобы не разрушить то, что так долго и упорно строилось.       — Никак нет, господин командующий, — Лили отдала честь и двинулась на выход.       Смит крайне удивился такому официальному ответу. Провожая подчиненную взглядом, он только сейчас обратил внимание, что та была босиком все это время. Не может он ее никак понять, разгадать головоломку. А он любил головоломки.