Чудо 3. Белый танец (Голод/Вики)

Он просто щёлкает пальцами — и белая комната сменяется главным залом, где на Рождество обычно проводились балы. Закуривает, пока она рассматривает застывшие фигуры, вот-вот готовые закружиться в вальсе вокруг огромной ели. — Как давно это было, — выдыхает Вики, приближаясь к замершим Сэми и Ади, но не касается их в страхе, что они рассыплются пеплом воспоминаний. Снова щелчок — и фигуры оживают под нарастающий рождественский вальс. Мимо беззаботно кружат Дино и Лилу, Мими обменивается шутками с каким-то малознакомым демоном, Люцифер и Ости наблюдают за всеми, не осмеливаясь присоединиться к всеобщему веселью. — Как такое возможно? — неверяще спрашивает Вики. — Это твоё воспоминание, — поясняет Голод. — Я просто воспроизвёл его. Ну конечно. Вики помнит тот бал, её первый бал в качестве Непризнанной — когда не было Всадников, не было Мальбонте, когда она просто училась вместе с другими ангелами и демонами. Когда они все просто… жили. Ей хочется снова оказаться в том далёком прошлом. Темп мелодии нарастает, и тело будто само вспоминает необходимые движения: шаг, ещё шаг, поворот — и так по кругу. Вот бы это и правда оказалось реальностью, а не ловко воссозданной иллюзией. Она прикрывает глаза. Раз-два-три. Раз-два-три. Раз-два-три. Она открывает глаза и ловит на себе чужой взгляд, с интересом — даже жадностью — рассматривающий, как она выводит незамысловатые па. Шальная мысль заставляет действовать раньше, чем приходит осознание. Там, откуда пришёл Голод, не было балов. И всё же Вики отбрасывает страх — сейчас он ни к чему, — когда подходит ближе и, как положено, приседает в неглубоком реверансе. — Потанцуем? В его глазах плещется сомнение, но и оно отступает, а Голод лишь кланяется в ответ и протягивает руку. Ещё пара минут, чтобы встать в правильную позицию и разобраться в шагах — к радости Вики Голод оказывается весьма способным учеником, — и они кружат в вальсе. Раз-два-три. Раз-два-три. Раз-два-три. На мгновение ей кажется, что всё это — правда. Скоро закончится вальс, и они с Мими пропустят следующий танец, чтобы сделать перерыв на глифт. Дальше объявят полонез — который, вопреки земным традициям, не открывает бал, — и Ади предложит совершить какую-нибудь шалость и только Сэми будет его отговаривать. Бал будет продолжаться, старомодные композиции уступят более современным и популярным у их поколения, а они все вместе будут веселиться, чтобы потом, после полуночи, продолжить праздник в чьей-нибудь комнате за задушевными разговорами. Вики хочется, чтобы мгновение остановилось и они бы замерли в нём, как те фигуры. Она хочет остановить время и не придумывает ничего лучше, чем просто коснуться губ Голода своими и попробовать их на вкус. Целует медленно, будто это и правда способно заморозить момент. Едва ощутимое движение за спиной — и на плечи неторопливо обрушиваются сотни переливающихся снежинок. Мелодия вальса стихает. Они замирают. Снежинки застывают в воздухе. Вики сильнее прижимается к Голоду, позволяя одинокой слезинке скатиться по щеке. — Спасибо, — шепчет она куда-то в шею, — что напомнил об этом. Это лучший подарок на праздник. Он неловко гладит её по спине, а после постепенно отступает, выпутывая из объятий и забирая тепло. Тишина обрушивается на зал, фигуры застывают и тускнеют, пока их не сменяют белые стены. Последний щелчок пальцев — и они оказываются в заброшенном крыле школы.