Омак пятый. О психологических проблемах.

                   Эвелин шла по коридорам Бикона, и сама не верила, что действительно собирается совершить это.              Пойти к психотерапевту.              Да, она может быть иногда импульсивной, вспыльчивой, не контролировать себя, срываться, и сбегать, а также, начать превращаться в гримм…              Если смотреть с этой стороны, то ей, действительно, давно стоило сходить сюда. Джек отправила её сюда, под предлогом заботы. И она, не смогла найти аргументов, кроме того, чтобы снова начать беситься. Однако, у неё же больше нет её проявления! Значит, она легко сможет справиться с этим испытанием, а после, вернуться к своим занятиям.              А чем она занималась все то время, пока они были в Биконе? Эвелин на секунду задумалась, а после, недовольно покачала головой. Не стоит погружаться в воспоминания. Психотерапевт может ей помочь.              Она подошла к нужной двери, и наткнулась на странную табличку.              «Доктор по опытам над людьми Уизерд ван Готт, и его ассистент, доктор Фуф.»              Однако, она была зачеркнута, и снизу была другая подпись.              «Доктор по психологии Уизерд ван Фуф, и его ассистент, доктор Готт.»              Эвелин пожала плечами, не замечая в этом ничего странного, и толкнула дверь, собираясь поскорее с этим разобраться. Правда, она совсем не ожидала увидеть в кабинете…              — Блейк? — спросила она с удивлением, смотря на спящую кошку. Та медленно открыла разноцветные глаза, и быстро заморгала, смотря на Эвелин. — А почему у тебя глаза разноцветные?              — Переспала. — невозмутимо пожала плечами Блейк, и те, тут же стали желтыми. Как и положено.              — А, ну да. Знакомая проблема. — закивала Эвелин, понимая её. Иногда, когда она слишком много спала, у неё могли быть подобные проблемы.              — Ты по записи? — спросила Блейк, открывая журнал на столе. У неё, даже не было постоянной книги. А также, отсутствовал бантик, так что, её кошачьи ушки сейчас были всем и каждому. Возможно, этот доктор Уизерд ван Фуф, и его ассистент, настолько хорошие специалисты, что помогли ей?              Абсолютно ничего подозрительного.              — Нет. Меня отправила сюда Джек. Сказала, что мне стоит здесь появиться. — пожаловалась Эвелин. Блейк посмотрела на неё ироничным взглядом, но не стала ничего говорить, а просто, записала её, и показала на дверь.              — Доктор Уизерд ван Фуф, и его ассистент, доктор Готт, обязательно тебе помогут. — прозвучал голос Блейк в комнате. Пока она не открывала рта. Но Эвелин не видела в этом, ничего странного. Она же сказала, что просто, слишком много спала. Возможно, она сейчас продолжает спать?              Эвелин зашла в кабинет доктора, и сразу, наткнулась на очень странную картину. Доктор пытался провести скальпелем какие-то операции на своем ассистенте, а тот, поправлял его. Они были настолько увлечены этим, что даже не обратили на неё внимание.              Эвелин глянула на них с удивлением. Разве так, должна выглядеть психотерапия?              — Кхм. — прокашлялась Эвелин, привлекая к себе внимание. Доктор и его ассистент, тут же повернулись к ней, и попытались спрятать следы их деятельности. Крайне неумело. Скальпель вообще, оказался за спиной.              — О! Новый посетитель! — радостно воскликнул доктор, пока его ассистент, поднимался с кушетки. Эвелин подозрительно посмотрела на неё, а особенно, на несколько кровавых пятен.              Это было… странно.              — А вы точно, новые психотерапевты, нанятые Озпином? — спросила с подозрительностью Эвелин.              — Ja Ja… То есть, да, да. — оговорился доктор, начиная медленно перемещаться, и пряча скальпель под стол, пока его ассистент, с крайне странной, треугольной головой, занимал положенное рядом с ним место, и открывал тетрадку, как будто он находится на уроке. — Мы, новые психотерапевты, и готовы помочь вам, с любой проблемой!              — Точно? — спросила с ещё большей подозрительностью Эвелин, которая начала что-то подозревать.              — Если хотите, то можете позвонить Озпину. — сказал доктор. Эвелин послушалась его, и достав свиток, набрала директору Бикона.              — А2, А4… — шептал Озпин себе под нос, двигая фигуры. — А после, мат слоном… Но это невозможно!              — Озпин? — позвала его Эвелин.              — Это невозможно! В этом, нет никакого смысла! Все шахматные партии… Они бессмысленны! — кричал Озпин от отчаяния. Эвелин тяжело вздохнула, и сбросила вызов. Иногда, директор Бикона, мог вести себя, очень странно. Особенно, когда пытался анализировать все произошедшие в последние несколько месяцев, шахматные партии. И практически все, с Генрихом.              Это было странно. Очень.              Но Эвелин заставила себя успокоиться. Она же хочет исправиться! И получив заветную справку, прийти к Джек, и гордо заявить, что она не психованная дура, а нормальная девушка! Или это претензии не от неё?              — Прошу, ложитесь! — указал доктор Уизерд ван Фуф на кушетку.              — Там кровь. — брезгливо указала Эвелин.              — Ничего, ассистент Готт, сейчас все поправит! — радостно сказал доктор, и его ассистент, достал специальную тряпку, и прямо при ней, убрал несколько кровавых пятен. Эвелин надеялась, что они, хотя бы используют спирт для борьбы с инфекциями. А после, смело шагнула, и легла на эту кушетку. — Итак, какая у вас проблема?              — Понимаете, доктор… — доверительно начала говорить Эвелин, когда услышала скрип ручки его ассистента. — Мне кажется, что меня, все ненавидят.              — Ага, понимаю. — записывал доктор вместе с ассистентом. — Это вам только кажется, или есть какие-то признаки?              — Ну… — затруднилась Эвелин с ответом, когда успела заметить красную точку у себя на лбу. Уже шестой на этой неделе. — Меня последнее время, многие хотят убить.              — Убить? Вас? Какая жестокость… — покачал головой доктор, продолжая записывать сведения.              — Да, доктор. Некоторые из них, даже говорят, что лучше, если бы меня пристрелили. — продолжала признаваться в проблеме Эвелин.              — Какое бескультурье, переводить такой эксклюзивный материал… Кхм. В смысле, я не вижу для этого, никаких причин!              — Точно. — подтвердил ассистент. — Вы, абсолютно нормальный и здоровый крольчиха.              Эвелин поморщилась от его разговора, но решила принять за факт, что он иностранец. На Ремнанте, где везде, используется только один язык. Однако, это явно понятнее, чем какие-либо другие объяснения.              — Можно закрыть шторы? — спросила Эвелин, так как снайпер, уже слишком долго времени держал красную точку неподвижно. — Мне так спокойнее.              Ассистент подошел, и посмотрев внимательным взглядом на снайпера, просто пожал плечами, закрывая шторы. Где-то вдалеке, послышался недовольный возглас на несправедливость судьбы, но теперь, Эвелин было гораздо спокойнее.              — Так. — вернулся к теме доктор. — Вы можете сказать, почему к вам такое отношение?              — Ну, они обвиняют меня в импульсивности. — пожала плечами Эвелин. — И то, что я абсолютно нелогичный персонаж.              — Да, согласен, это серьезная проблема. — с волнением начал кивать доктор. — Меня тоже, очень долгое время, не могли понять.              — Вообще-то, чисто технически, вас так и не поняли. — послышался голос Блейк из передней комнаты.              — Она что, все слышит? — спросила Эвелин.              — Да, она же наш секретарь. — кивнул доктор. — Не беспокойтесь, она высокий профессионал.              Эвелин задумалась, а после, пожала плечами. Это было, не самое странное событие в её жизни.              — Что же, думаю, нам придется глянуть на вашу историю, и посмотреть, как все было на самом деле. — сказал доктор, и залез в стол, доставая оттуда пыльную папку, с подписью «Самый лучший сюжет, не про Жона Арка.»              Эвелин покачала головой, думая, что они льстят себе.              — Итак, вы появились в самом начале, и сразу, заявили о себе громко. — начал говорить доктор, когда Эвелин кивала, подтверждая его слова. — Вы устроили скандал с Нео и Генрихом.              — Она украла мой кошелек! — возмутилась Эвелин.              — Это понятно, но после, вы попытались воздействовать своим проявлением на главного героя. Это абсолютно неправильная позиция! — высказал свое мнение доктор.              — Вообще-то, в оригинале, я тоже сразу пыталась использовать свое проявление. И там, я ещё и залезала на главного героя! — попыталась объясниться крольчиха. — Так что, он ещё легко отделался!              — Особенно с учетом того, что вы не смочь ничего узнать. — подсказал ассистент.              — Согласен, это выглядит накрученным. — согласился доктор, перелистывая страницу. — После, вы устроили ссору с Джек, прямо во время Посвящения.              — Нет, ну а что? Она попыталась меня отравить!              — Ваш лучший подруга, пытаться отравить? — с интересом спросил ассистент.              — Ну… не совсем. — смутилась Эвелин. — Это так и не было, нормально объяснено в сюжете.              — Хорошо, тогда, мы спишем это на раздражение от разговора с Озпином, волнении от Посвящения, а также, общую нервность пациента. — согласился доктор. — Далее, вы почти целую неделю, продолжали ссориться со своей подругой.              — Но мы же с ней помирились?              — Да, это так. Значит, это был рост персонажа, а не просто попытка избежать перегруженных сюжетных линий? — с интересом спросил доктор.              — Ну… А зачем? Как потом создать конфликт, где с одной стороны, находятся я и Джек, а с другой, Генрих и Нео? — риторически спросила Эвелин. Блейк чихнула в соседней комнате.              — Сквозняки. — послышался голос Блейк за стеной. Эвелин не видела в этом, ничего странного или подозрительного.              — Далее… Вы продолжали что-то вызнать насчет Генриха, и в конце концов, сорвались на нем.              — Да. — легко согласилась Эвелин. — Он скрытный, таинственный, опасный, я тогда его, вообще не знала. И тут, ещё Озпин подлил масла. Конечно, я сорвалась.              — Но до этого момента, вы старались держать себя в рамках. — заметил доктор.              — Ну, в этот день, у меня отошел один шов на одежде, и мне пришлось её исправлять… А также, целую кучу всего остального. У меня нервы, стресс!              — Ладно, допустим. — перелистнул страницу доктор. — Далее, вы участвовали в стычке в порту. И там, несмотря на все ваши сложности в отношениях, смогли помириться.              — Он же меня спас. — спокойно сказала Эвелин. — Это же классическая схема. Главный герой спасает девушку, и та, влюбляется в него.              — Но не этот сюжет. — покачал головой ассистент. — Это тяжелый, драматический история. А значит…              — Да, я в него не влюбилась. — с сожалением признала Эвелин. — Это будет дальше.              — Дальше, вы смогли с ним немного сблизиться. И после, по указке Озпина, отправились проверить, как чувствует себя Блейк. В итоге вы узнали, что произошло убийство Таксона. А зачем?              — Ну, если бы она просто, после налета на порт, стала параноидальной, это был бы странный поворот сюжета. Нужно нагнетание! — эмоционально воскликнула Эвелин, а её зубы на мгновение показались, заставляя доктора и его ассистента, нервно сглотнуть.              — И после, вы попытались её успокоить. А также узнали насчет прошлого Генриха. Но не стали ничего делать.              — Вот! Вот! Доказательство, что я не просто импульсивный персонаж, а способна на благодарность! — зацепилась за эту тему Эвелин. — А значит…              — Подождите, мы даже половину не прочитали. — остановил её доктор, перелистывая страницы. — Вы встретились, и сразились с Говардом. И от него, узнали про кличку Генриха. Почему вы так резко на него набросились, если это знали?              — Ну, давление, эмоции от боя, да и насчет его тайн, ничего так и не разрешилось. Когда узнавать, если не сейчас? — спросила Эвелин, и наткнулась на оглушительную тишину.              — Звучать… логично. — признал ассистент. Доктор стал яростно листать страницы, и остановился на одном моменте.              — Вот! Вы отправились в Пик, и сразу начали вести себя странно! Почему?              — Ну… Эм… Я… — замялась с ответом Эвелин, когда совершенно неожиданно, и абсолютно не своевременно, послышался звук открываемой двери.              — Жон. Ты достал. — тяжело прозвучал голос Блейк за стеной.              — Ты не понимаешь! Я психолог! Я должен был быть там! А ты, моей секретаршей! — прозвучал настойчивый голос Арка.              — Жон, ты это говоришь каждый раз. Пожалуйста, оставь нас в покое. Там сейчас, другой пациент.              — Ага! Значит, я смогу доказать, что являюсь настоящим психотерапевтом, а они, лишь шарлатаны! — ответил Арк, и послышались тяжелые шаги. Блейк тяжело выдохнула, а после… — Какого черта?!              — Жон тебе уже сказали. У тебя навязчивые идеи, что ты должен быть директором Бикона, и одновременно, психотерапевтом. Пожалуйста, прими, что ты обычный студент.              — Ты моя секретарша! И я приказываю тебе, пустить меня в офис! — прикрикнул на Блейк Жон, но зря он это сделал. Наступило секундное затишье, а после, несколько очень хороших ударов. И громких.              — Пшел нахер отсюда! — послышался чей-то другой голос за стеной.              — Вы не понимаете… — трагично звучал Жон, продолжая идти по коридору. — Это должна была быть моя история. А в итоге…              И он скрылся за поворотом, переставая быть слышным для них. Эвелин задумалась над тем, что ей, было очень странно слышать такие слова от Блейк. Тем более, другим голосом. Но похоже, Жон Арк, действительно, всем уже надоел.              — На чем мы остановились? — спросил доктор.              — На том моменте, где мы встретили ван Готта. — подсказала Эвелин. Доктор на секунду задрожал, а после, стал быстро листать. Пропуская момент схватки.              — Не думаю, что нам это надо. — быстро объяснил он свое решение. Эвелин посмотрела на него внимательным взглядом, думая, что что-то тут не так.              — Это драматический выбор главный герой. — подсказал ассистент, и Эвелин, тут же успокоилась. Это абсолютно логичное объяснение.              — После, вы вернулись в Бикон, и там, стали вести себя очень агрессивно. — продолжал доктор. — Почему вы стали оскорблять своих спутниц?              — И как вы сметь оскорбить Руби? Это быть настолько жестко, что мы, вынуждены вырезать этот кусок. — пристально вцепился в неё ассистент. Обеими руками.              — Эй, эй! — попыталась успокоить их Эвелин, вырываясь из рук. — Если что, я тогда была под влиянием своего проявления. Не контролировала себя.              — Это… может служить оправданием. — признал доктор. — Но, после этого, вы продолжали вести себя очень мерзко.              — Проявление. — покачала головой Эвелин.              — Почему вы отказались идти за Генрихом в Пик?              — Проявление.              — Почему вы так отчаянно сопротивлялись помочь ему?              — Проявление.              — Почему вы убежали за своим братом в одиночку?              — Проявление.              — Почему вы напали на своих товарищей?              — Проявление.              — Почему вы после этого, предлагали переспать с собой, главному герою?              — Проя… А, нет. — Эвелин обиженно опустила свои кроличьи ушки. — Он спас меня, уже во второй раз. А я ему взамен, ничего не дала. А так, хотя бы расплатиться своим телом.              — Вы понимаете, что заставили главного героя, пройти через испытание искушением? — спросил доктор, всматриваясь в её глаза. — И если бы он согласился, то тогда, стал бы самым обыкновенным главным героем? С гаремом и прочим. И вся вина, легла бы исключительно на вас!              — Слушайте, я девушка! У меня должны быть, какие-то непонятные эмоции! И абсолютное непонимание, а зачем мне это? — почти взорвалась Эвелин.              — Это… — задумался доктор.              — Это… — поддержал его ассистент.              — Это… — прозвучал тихий голос Блейк за стеной.              — Это… — на всякий случай, повторила за ними Эвелин.              — Это восхитительно! — воскликнул доктор, вскакивая из-за стола, роняя даже книгу с сюжетом. — Таким образом, можно объяснить все её поведение!              — Гениальный ход, коллега. — поддержал его ассистент, и они, оба, дали друг другу пять. А после… в комнате появилась Нео. Очень раздраженная и злая Нео.              Она посмотрела на всю эту сцену, прислонила руку к лицу, и ничего не говоря, вошла в стену, пропадая из этого мира. Эвелин посмотрела на это, а после, просто пожала плечами. Нео была странной девушкой. Если она хочет ходить в стены… Это абсолютно не странно.              — Но так, мы не сможем продолжить историю. — признался доктор, начиная ходить по комнате. — Нам нужно дать вам нормальные поступки.              — Мне? Нормальные? Доктор, вы доктор? — не выдержала Эвелин. — А как тогда мы будем двигать сюжет?              — Может быть, попытаться найти другой злодей, или конфликт… — попытался подсказать ассистент, когда резко остановился, попав под разъяренный взгляд Эвелин.              — Да весь сюжет, двигается вперед, только благодаря мне!              — Чисто технически, Говард напал на нас всех, а не только на тебя. — прозвучал голос Блейк за стеной.              — А ты, разве там была? — спросила Эвелин с подозрением. Блейк ненадолго замолчала, а после, немного рвано засмеялась.              — Ага. Пряталась в тени. — сказала она, и Эвелин кивнула, понимая эту логику. Конечно, это абсолютно неподозрительно.              — У меня есть другой метод! — признался доктор ван Фуф. И достал из своего халата часы на цепочке.              — Серьезно? — спросила Эвелин. — Гипноз? Когда наш сюжет, стал превращаться в порнуху?              — Мы? Пор… Порн… Это настолько отвратительное слово! Почти на уровне, если бы мы признались, что являемся злобными учеными! — обиженно произнес доктор Фуф, пряча часы. Эвелин внимательно на них посмотрела. У одного есть очки, у другого, треугольная голова. Нет, вряд ли они злобные ученые. Скорее, просто сумасшедшие.              И тут, послышался грохот. Дверь в приемную была выбита.              — Генрих? — спросила Блейк за стеной. Доктор и его ассистент, мигом сглотнули, а после, стали искать выход. К огромному сожалению, окно было закрыто шторами, и поэтому, они не смогли увидеть такой исход. — Что ты тут делаешь?              — Я услышал, что здесь моя цель для мести! — крикнул он, и послышались тяжелые шаги, прямо по направлению к их кабинету. Доктор и его ассистент, переглянулись, а после… Доктор отдал свои очки коллеге, который тут же одел их на свою, треугольную голову. Послышался очередной грохот, и дверь в кабинет была выбита. — Ага! Я наконец-то нашел в…              Генрих остановился, смотря на этих, абсолютно неподозрительных психотерапевтов.              — Вам что-то надо? — спросил доктор.              — Да… Я ищу доктора Уизерда ван Готта. И его коллегу доктора Фуфа.              — Ну, вы ошиблись. — пожал плечами доктор. — Я доктор Уизерд ван Фуф. А он доктор Готт.              Ассистент кивнул треугольной головой, так, что очки с него почти слетели. Но удержались.              Генрих посмотрел на них, и после, виновато опустил взгляд.              — Простите. Не хотел мешать. — сказал он, аккуратно закрывая дверь. Ученые выдохнули, и поменялись очками.              — Мне так стыдно. — прозвучал голос Генриха за стеной.              — Бывает. — философски заметила Блейк. — Тебе навести чай?              — Давай. Посижу, подожду Эвелин.              Эвелин снова посмотрела на то, как напряглись доктора, пытаясь найти выход. Они очень эмоционально отреагировали на Генриха. А также их имена.              Подозрительность развернулась во всю силу.              — Подождите… — прошептала она, начиная о чем-то догадываться. — Вы не доктор Уизерд ван Фуф, и его ассистент, доктор Готт. Вы доктор Уизерд ван Готт, и его ассистент, доктор Фуф!              Эвелин догадалась о таком обмане, и ткнула в них пальцем. Два доктора посмотрели на неё с удивлением, так, будто бы это было совсем невозможно. Однако, они забывали, что связались с подозревающим всех и вся персонажем.              Они оба зашипели на неё, пытаясь показать, что нужно говорить тише. И у неё, мигом созрел план.              — Вы даете мне справку, что я психологически здорова, а я не сдаю вас. — сказала она шепотом. На секунду, они остановились.              — Мы что, выдадим справку, такому нездоровому человеку? — спросил доктор у своего коллеги.              — Иначе, нас мочь выдать. — подсказал ассистент. Ван Готт поморщился, но быстро написал нужную справку, и выдал её Эвелин. Она с достоинством её приняла, и сразу направилась на выход.              Она вышла из кабинета, аккуратно прикрывая его, и посмотрела на Генриха и Блейк. Они сидели также, как сидели бы Генрих и Нео. А учитывая её разноцветные глаза и голоса…              Она с улыбкой вышла из кабинета психотерапевта, чувствуя, что заново родилась. Мимо прошел Андреа, с маской гримм на лице, которая смирилась с таким поворотом судьбы, и помахал ей рукой. Она также сделала это, ощущая, как это странно, что он перешел на светлую сторону. Но, если сюжет повернулся именно так…              Эвелин посмотрела в свою справку, и удовлетворенно улыбнулась.              Как хорошо, быть психологически здоровой.