Глава 52

На следующий день мы со Стефано все же встретились в библиотеке. Ровно в восемь часов вечера, хоть и другого дня, я стояла у самых дверей, чувствуя, как трясутся поджилки. Стефано уже ждал меня внутри. Там, где когда-то я сидела и рассматривала его фотографии из прошлого. Я молча подошла к креслу, в котором сидел ведьмак, закинув нога на ногу. В бордовом костюме, он равнодушно наблюдал за моими неловкими движениями. — Сегодня без вечерних купаний? — иронично произнес он, сложив подбородок на руку. Я, поджав губы, промолчала. Мне самой не верилось в то, что я едва не совершила. Точнее, совершила, но не до конца. Всю ночь меня тревожили страшные мысли. Я ворочалась, не в силах даже сомкнуть глаз. Стоило мне задремать, как перед глазами тут же мелькали эпизоды с озера. Я вновь чувствовала, как задыхаюсь, легкие горели, а тело не слушалось. Мне было страшно даже представить, что случилось бы, не окажись Стефано рядом. Конечно, я бы не умерла. Особняк Фарнезе не отпустил бы меня просто так. Однако есть вещи куда страшнее смерти. Например, муки, что меня ожидали впереди. Или четкое осознание моей слабости. Попытавшись умереть, я всем своим существом признала победу Фарнезе. Я поддалась в их беспощадной игре и подтвердила, что моя жизнь действительно ничего не стоит. От одной этой мысли было в сто крат больнее, нежели от той агонии, что я испытала, когда тонула. — Присаживайся, — Стефано по-хозяйски махнул на кресло, стоящее у самой стены. Я послушно села и скосилась на лампу, зажженный огонек которой набрасывал затейливые тени вокруг себя. В полумраке лицо Стефано выглядело зловеще: скулы обострились, глаза почернели, а на лбу собрались хмурые морщинки. В полной тишине же мне казалось, что мои мысли оглушительны и слышимы даже Стефано. — Ну… — я была не в силах терпеть затянувшееся молчание, а ведьмак, кажется, наслаждался неловкостью, что я испытывала. — Розалинда… — протянул мужчина наигранно. — Или правильнее Мартина? Как мне к тебе обращаться? Я сконфуженно отвела глаза в сторону. Моя легенда была разрушена. Еще тогда, когда я помогла сбежать Габриэлле, Стефано услышал мое настоящее имя. С тех пор он обращался ко мне только по нему, но никогда не задавал вопросов. Сейчас же он требовал правды своим красноречивым задумчивым взглядом. — Меня зовут Мартина Инганнаморте. — Вот и первые новости. Ну, расскажи о себе, Мартина Инганнаморте. — Мне восемнадцать лет, — я начала рассказ против своей воли. Уже несколько месяцев я не произносила вслух своего имени. Для кого-то другого. Да и, возможно, долгое время не делала этого раньше. Это имя, такое чужое и родное одновременно, резало мне слух. На долгие месяцы моей личиной стала история Розалинды Бруно. И я помнила лишь о ее судьбе, совершенно забыв о своей. Рассказывать же собственную историю Стефано было до ужаса неприятно. Он был совершенно не тем человеком, которому я хотела бы довериться. Учитывая, что даже Кристиану я не смогла раскрыть всей правды. — Всю жизнь я прожила в Таранто. Сначала с родителями, а после их гибели присоединилась к Цитадели. — К Цитадели? — удивленно произнес Стефано. — Борделю? — Да, — я сморщилась от сквозившего в тоне ведьмака сомнения. — Но я не была проституткой. Слышал ли ты о шпионках? — Загадочные шпионки Цитадели… — протянул Стефано задумчиво. — Незаметные, словно тень, ловкие, словно дикие кошки, но опасные, как Сирены. Неужели ты была одной из них? — Да. — В это сложно поверить, — взгляд Стефано оценивающе проскользил с моего лица до самых ног. Я едва не сжалась под его пристальным вниманием, но сдержала себя. — Тем не менее, я была лучшей. — И как же лучшая шпионка Цитадели оказалась так далеко от дома? — Шпионки были мной недовольны. Меня подставили. Они натравили на меня жандармов, поэтому теперь по всему Таранто развешаны плакаты с моим портретом. — Так тебе еще и завидовали? — Стефано едва не рассмеялся. — Ты уверена, что все это — не плод твоих фантазий? Мои ноздри раздулись от гнева. Я едва не вскочила на ноги, чтобы выбежать из библиотеки, но мужчина вовремя одернул себя. — Хорошо, продолжай. — Во время побега от жандармов я и встретила Розалинду Бруно. От нее услышала про ваш особняк, нашла ее приглашение и выкрала его. Так я оказалась здесь. — Удивительно… — протянул Стефано. — Цитаделевская шпионка оказалась в моем доме. Разве ты не знаешь, что здесь делают с лгунами? Я вспомнила три нерушимых правила мадам Кавелье, которые услышала еще в первую нашу встречу. — У нас есть определенные правила, которых обслуживающий персонал должен придерживаться. За нарушение этих правил вы получаете предупреждения. Три предупреждения — и на выход, — начала домоправительница строго. После этих слов даже мне стало не по себе, а остальные горничные, задержав дыхание, вовсе замерли на месте. Энтузиазм в наших рядах как-то поубавился. — Первое правило — пунктуальность. Вы везде и всегда должны быть вовремя. Если мы встаем в шесть и завтракаем в пол седьмого, значит вы должны встать с кровати ровно в шесть и сидеть в столовой ровно в пол седьмого. Особенно это касается ваших рабочих обязанностей! Если вы собьетесь с графика — вы нарушите работу всей системы дома. — Второе правило — исполнительность. Вы выполняете все обязанности, которые на вас возлагаются. Никакого отлынивания и неположенного отдыха. Если я хоть раз увижу, что вы днем пьете чай или бездельничаете — тут же получите предупреждение. — Третье правило — честность. Никакой лжи, притворства и умалчивания. Умейте нести ответственность за свои поступки. Ну, а если я поймаю кого-то из вас на воровстве… Простым увольнением не отделаетесь. Тут же окажетесь за решеткой Реджины Чели. Это понятно? — Да, — прозвучало неуверенно. — Я не услышала, — потребовала мадам, скрестив руки на груди. — Понятно! — отозвались мы уже увереннее. — Знаю. — Здесь была еще одна горничная. Мими, кажется. Она тоже соврала Кавелье когда-то, поэтому и стала первой. Я сжала кулаки до побелевших костяшек. С явной ненавистью взглянула на Стефано, едва сдерживая себя. Ведьмак говорил об убийстве Мими с повседневной скукой, словно обсуждал блюда, поданные на завтрак. Я вновь пожалела о том, что согласилась на помощь Стефано. Хотя он и не давал мне выбора, но я пришла сюда сама. Я потребовала от него клятву. Решилась принять предложение, хотя противилась ему всем своим существом. Заметив перемены в моем лице, Стефано нахмурился. — Не говори, что ее смерть тебе небезразлична. Ты — шпионка из Цитадели, для тебя потери должны быть естественны. — Она была моей подругой. Стефано рассмеялся. Откинул голову так, что я увидела его дрожащий кадык. — Из тебя получилась ужасная шпионка. Я гневно сощурилась. Стефано вновь взглянул на меня и прокашлялся. — Что же, твоя история ответила на многие мои вопросы. До сих пор мне было непонятно, почему твой длинный нос можно заметить в каждой двери. Теперь же я вижу твою истинную суть. — Я не слишком и скрывалась. — Но у тебя получилось одурачить Кавелье, — хмыкнул Стефано. Чуть помедлив, мужчина вдруг спросил: — Кристиан обо всем этом знает? — Нет… — ответила я после небольшой паузы. Стефано промолчал. Я исподлобья взглянула на него и столкнулась с ироничным блеском в темных глазах. Несмотря на отсутствие слов и вопросов, ведьмак высказал все молча, одним своим взглядом. — Как ты снимешь заклятье? — я попыталась переменить тему, всеми силами игнорируя выпады Стефано. Лишь находиться с ним в одной комнате было невыносимо, а разговаривать… — Снять заклятье, написанное моей семьей больше сотни лет назад, не так уж и просто. Я не могу сделать это по щелчку пальцев. Поэтому будь готова, что потребуется время. — Нельзя просто сжечь вашу книгу? — неуверенно проговорила я. — Что? — Ну… Почти неделю назад я нашла одно пророчество. В нем говорилось, что избавить мир от вашей магии можно лишь предав книгу заклинаний огню. Мы с Кристианом собирались сделать это перед тем, как… Как начали проявляться мои симптомы. Стефано внимательно посмотрел на меня. Сейчас в его карих глазах не было ни капли привычной надменности или усмешки. Лишь проницательное сомнение. — Кристиан не сказал тебе? — Не сказал чего? — Ты нашла лишь часть пророчества. А самое интересное оказалось оборвано. Стефано набрал в грудь воздуха и тихо заговорил. От слаженных строчек стихов у меня перехватило дыхание. «В древних землях, забытых и темных, Где магия правит людским ремеслом, Тихое слово звучит безмолвной ночью О гибели людей в проклятом грехе. Лживые обещания ведьм и колдунов Приводят людей в свой зловещий плен. Там, где светил лишь путь прекрасный, Они теряют себя в бездонной тьме. В древних страницах книги таинственной, Спрятано зло, плененное в греховной сети. Чтобы сделать свободу и волю единственной, Книга счастье в огне должна обрести. Пусть пламя заключит злую силу, Исчезнет она, где сперва рождена. Под сгорающей обложкой забьется жила, Увидится будущее без волшебства. Время придет, как звезды блекнут, И в книге магии секрет осыпется прахом, Тот, кто смело его уничтожит, Судьбой своей, смертью заплатит. Рожденный в колдовстве, мир внешний нерушим. Он часть, единство и судьба колдовства. Кто руку протянет к пламени, Того ждет судьбы жестокий огонь. Грядет заклятье, никем не забытое. И тот, кто осмелился уничтожить книгу, Среди пепла своего погибнет, Не найдя спасения от ужасных мук». Я озадаченно вдумывалась в услышанные слова. Их значение, спрятанное за пеленой метафор и чередой сравнений, доходило до меня с трудом. Но чувство скрытого подвоха въелось в груди… Та часть пророчества, что была мне известна, легко рифмовалась и слетала с уст Стефано связными плавными строчками. Продолжение же звучало оборвано, колюче, резко. Заметив мои тщетные потуги, Стефано тяжело вздохнул и объяснил: — Тот, кто сожжет книгу, погибнет. Я изумленно уставилась на Стефано. Попыталась уловить в его мимике или интонации отголоски лжи, но столкнулась лишь со взглядом, полным серьезности. — Так значит… — Кристиан бы погиб в том зале. И ты, возможно, тоже. — Но откуда ты знаешь о пророчестве? — Его написал… — Стефано умолк на полуслове. — Я знал человека, который его написал. — Зачем? — Книгу заклинаний нужно было уберечь от чужих рук. Она стала сосредоточением силы моей семьи и привлекла слишком много внимания среди других ведьм и магов. Пророчество должно было остановить их. — И это сработало? — Как видишь, книга все еще на месте. Стефано задумчиво зажал подбородок между пальцев. — Только вот чего я не понимаю… Где ты взяла это пророчество и почему нашла лишь его часть? Я промолчала, вспоминая Александра. Юноша принёс мне грязный кусок пергамента весьма кстати, именно когда я была в полнейшем отчаянии. Он сунул его мне в руки, сетуя на свое неумение читать. Однако… Какова вероятность, что мальчик знал, о чем там написано? Я качнула головой, избавляясь от сомнений. Нет, Александр, светловолосый юнец с большими детскими глазами, совершенно точно не мог так поступить. Вряд ли он вообще осознавал, как меня подставляет. — Я просто нашла его на заднем дворе. Стефано промолчал, но в его глазах я отчетливо рассмотрела подозрение. Мужчина мне не верил. Тем не менее, ведьмак не стал заострять внимание на таких мелочах. Он пригладил черные, блестящие от сполохов свечей волосы и продолжил: — У меня есть план. И теперь я знаю, как ты мне поможешь.