Глава 6

***

Горячо, обжигающе жарко. Все тело пылало и приятно тянуло. Поцелуи беспорядочной россыпью ложились на щеки, губы, плечи… Хотелось больше, жарче, ближе. Еще, еще, еще!

***

Ия осторожно зашла в квартиру через открытую дверь. Внутри было удивительно тихо, и только пройдя на кухню, девушка различить едва слышное бормотание и всхлипы. — Теть Лен? — отчего-то собственный голос показался Ие слабым и тихим.

— А-а-а! — увидев племянницу, заплаканная женщина вскочила с места и подбежала к Стрелецкой. — Нашлась, живая! — рыдала Елена.

— Ну, вот. Сама вернулась. — изо стола поднялся мужчина средних лет, одетый в служебную форму.

В нем девушка узнала Ильдара Юнусовича. От вида этого персонажа внутри поднялась волна необъяснимой неприязни.

— А мы, Иенька, чуть ли не все отделение на твои поиски подняли. А ты вон, оказывается, жива здорова.

— Меня чуть не украли. — вырвалось в свое оправдание из девушки. От подобного заявления женщина залилась новыми слезами.

— А почему домой сразу не вернулась? Смотри, как мать напугала. — нарочито спокойным тоном упрекал девушку мужчина. — Можно мы с ней поговорим, Елена Витальевна?

— Д-да. — женщина отпустила племянницу из цепкой хватки, позволяя остаться с милиционером наедине.

Когда Елена покинула комнату, внутри воцарилась тишина.

— Ну.

— Что?

— Говори. Имена, фамилии, клички — все что знаешь, вообщем.

— Я ничего не знаю. Только то, что парень из «Хади-Такташа» был. Все.

— А меня не столько это интересует, сколько твоя дальнейшая компания, универсамовская моя.

Сердце забилось быстрее, а дыхание сперло. Откуда?..

— Ты же девочка умная, хорошая. Только не с теми повелась, вот и нашла себе проблемы.

— Этот парень ко мне давно пристает. Чуть ли не с моего переезда сюда.

— А что же ты не обратилась за помощью? — фальшиво улыбнулся мужчина.

— А что бы вы сделали?

— Ну, что-нибудь да предприняли бы. — развел руками Ильдар Юнусович.

— Сами говорите, что я умная, а пытаетесь за идиотку держать. — Ия резко встала с кресла и направилась к выходу. — Со мной все хорошо. Домой дошла живая и здоровая, никто со мной ничего не делал, и ни на кого я заявлять не собираюсь. — отчеканила Стрелецкая. — Спасибо за уделенное нам время, до свидания.

***

Дождавшись ухода милиции, женщина закрыла входную дверь. — Теть Лен, я…

— Тварь… Тварь ты неблагодарная! — сорвалась женщина. — Бессовестная блядь! С кем ходила? Кто это был, я тебя спрашиваю?!

— Н-никто. Я потанцевала, пошла домой, а за мной увязался один на машине… Меня запихнули, а я на ходу выпрыгнула и побежала, куда глаза глядят. Меня нашли, помогли отогреться…

— Мне-то хоть не ври! От тебя табаком за версту несет! Курила?! Отвечай! — не успокаивалась женщина.

— Нет!

— Кто? Кто?!

— Я правду говорю, теть Лен!

— Не ври!

— Да меня свои нашли! — сдалась девушка. — Старший помог…

— Так это правда? — снова начала плакать Елена. — С кем ты связалась? Кто тебя?..

— Никто, правда никто! — уже сама дрожащим голосом говорила Ия. — Я им помогла много раз. Их ребят спасла, от смерти спасла, теть Лен. Они защиту взамен предложили. Я чистая, правда! И старший их меня не трогал. До дома своего проводил, их мать накормила и спать уложила в гостиной. Правда, ты позвони им…

— Я тебя отпустила… ты хоть знаешь, что случиться могло, а? Я поклялась тебя уберечь. А ты… такая девочка милая была, что случилось?.. Не выпущу больше! Под присмотром сидеть будешь!

***

Остаток дня Стрелецкая провела под замком в комнате, изредка выбираясь поесть и сходить в уборную. Развлекать себя приходилось малым. Ия прокручивала воспоминания минувшей ночи.

***

— Ха-а-а, стой… Вова, подожди, стой! — девушка лениво пыталась дать отпор, по-настоящему не желая лишаться тепла, но остатки разума кричали о неправильности происходящего. — Нельзя, Вова.

— Почему? — в интервалы между поцелуями спросил парень.

— Сам прекрасно знаешь. Девушка скинула с себя чужие руки и встала с дивана. До гаража, «секретного» места Суворова, они добрались быстро. Почти не ощутимо. Вова поймал девушку за талию и притянул ее к себе. Ия развернулась лицом к парню и прижала его голову к своему животу, нежно поглаживая отросшие волосы, в которые зарылась пальцами. Они молчали. Было тихо и до ужаса интимно. Но там не было похоти, нет. Только всепоглощающее чувство доверия и спокойствия.

— Я тебя сколько угодно готов ждать. Буду защищать и пылинки сдувать. — прошептал Суворов.

— Слишком громкие слова. — так же тихо отвечала девушка. — Это не любовь.

— Верно, для нее время нужно. Это — судьба, вот что это.

— «Ха! Наташе ты говорил похожие слова…» — при мысли об этой девушке настроение немного упало. — «Интересно, если ты ее встретишь, то влюбишься?» Выражения лица Ии стало меланхолично грустным. Она с легкой улыбкой поглаживала чужие волосы, погруженная в свои мысли.

— Ий. — позвал ее Вова.

Он, заметив состояние Стрелецкой, перехватил ее ладошку и сжал в своих, целуя тыльную сторону.

— Все у нас будет хорошо, я тебе обещаю. Слово пацана.

— «Не верю я в ваше слово, Адидас, не верю.»

— Иди сюда.

Парень потянул девушку на себя, и та, поддавшись давлению, упала в чужие объятья. Вова долго гладил ее по спине, укачивая и говоря всякую чепуху Ие на ухо.

— Мы собираемся Кащея отшить. — вдруг сказал Адидас. — Пока только я, правда, но собираемся.

— «Не зря танцы с бубном устраивала.» — Таких людей стоит держать к себе так же близко, как и далеко. Он умный и хитрый, пусть и излишне самоуверенный. Его можно запугать, но не унижать. Иначе тебе грозит страшная месть.

— А я укуса крыс не боюсь.

— Ты можешь не боятся, но занесенная ей инфекция может поразить не только тебя, но и других. — немного помолчав, девушка сказала. — Ты — старший, Вова. Ты должен защищать их, людей из них вырастить. Вы Кащея отшиваете не просто так, а потому что он перестал чувствовать границы и забыл понятия. Только понятия эти давно уже прогнили, как и улица твоя. Если не хочешь до конца жизни за асфальт грызться и свести в могилу этих несчастных, то прими нужные меры. Они ведь сюда не от хорошей жизни идут. — Ия аккуратно выпуталась из ослабевших объятий, смотря точно в глаза Суворова. — Они защиты пришли у тебя искать. Потому что время страшное. Этим детям слишком рано повзрослеть пришлось. Так обеспечь им будущее. Воспитай из них мужчин, а не пацанов. Меняйся и меняй этим мир. Покажи правильный пример. Вы не сможете вечно грабить и уходить от ответственности. Лучше построй честный бизнес. А я помогу чем смогу.

— Маленькая. — Вова попытался обратно притянуть девушку, но она не поддалась.

— Обещай.

— Обещаю.

— Обустройте зал. Сделайте вход платным, пусть ребята ходят, оздоравливаются. А я разрешение достану.

— Предлагаешь к себе чушпанов водить? А нам где время проводить?

— Ты тоже когда-то чушпаном был, Вова. И брат твой. И Андрей-Пальто. Теперь свои. И вообще, для кого чушпаны, а для кого кошельки. Адидас улыбнулся.

— Не зря тебя приняли, Стрела. — он подмигнул девушке.

— Краску я тоже достану. И кисти. Насчет мебели какой уточню. О! И еще, у меня столько идей!

— Расскажешь, маленькая.

Ия, наконец, позволила себя притянуть. Вова нежно коснулся ее щеки, после чего утянул в поцелуй.

***

Дни тянулись один за другим, размазано и скучно. Утром дядя отводил ее до школы, после забирал оттуда. Гулять ее больше не отпускали, чуть ли не запирая в комнате наедине с учебниками. Но девушка не отчаялась, найдя свою альтернативу. Она стала принимать заказы у девочек, желавших выделиться какой-нибудь «дизайнерской» вещицей, за определенную плату, конечно. После того, как Айгуль подсобила девушке на прошлой дискотеке, Ия смогла сделать себе какое-никакое имя. Так она заработала свои первые деньги. Молва разнеслась сама собой. Так она занимала свои холодные вечера. Пару раз приходил Андрей, но Елена всегда с криками прогоняла бедного парня. Так любому знакомому стал запрещен вход в ее дом. Ия только благодаря Ахмеровой сохраняла связь с «Универсамом». Все новости Стрелецкая узнавала из уст подружки Адидаса-младшего. Так одним вечером, когда девушку изнутри пожирали разного рода мысли, раздался звонок. — Теть Лен, я возьму! — в надежде, что это может кто-то из знакомых, Ия опередила женщину на пути к телефону. — Да?

— Маленькая ты?

— Вова? — шепотом уточнила девушка.

— Да. — самодовольное. — Попросил подружку твою помочь. Айгуль, эту.

Улыбка сама растянулась на губах.

— Ты как?

— Нормально. — девушка продолжала улыбаться. Елена осторожно выглянула из-за угла. Нет, она вовсе не хотела подслушивать, но убедиться, что все в порядке, она считала необходимым.

— Скучаем по тебе. — тоже перешел на шепот парень.

— Все вместе? — хихикнула девушка.

— Ну, как… Турбо может быть и не очень скучает.

— Ха-ха! — громче положенного посмеялась Ия. Женщина, наблюдавшая за разговором, забежала на кухню и крикнула оттуда.

— Все хорошо?

— А? Да, теть Лен. Это одноклассница, позвонила узнать, что задали. Я уже все. — потом тише добавила. — Пока, Вов. Я тоже скучаю.

— Пока, маленькая. — Стрелецкая не видела выражения лица Адидаса, но могла поспорить, что он улыбался. — Когда завтра в школу пойдешь, посмотри на стену.

— Хорошо? — смутилась Ия. — Зачем?

— Увидишь.

Девушка положила трубку. На сердце стало радостно и легко. Приятное тепло разлилось в груди. Елена, наблюдавшая эту картину, замялась. Видя все происходящее, ей стало слегка совестно. Она не знала, кто именно был на том конце провода, но замечала окрыленность племянницы. Конфликт уже давно был замят, но наказание есть наказание. Они уже успели все сто раз обсудить и помириться, несмотря на то, что женщина видела, что ее подопечная не очень то и раскаивается. Что ж, яблоко от яблони недалеко падает. Так она думала.

***

— Галина Петровна, что у вас тут происходит? — мило спросила Елена, чей черед сегодня был провожать девушку.

— Да, вот! Какой-то вандал написал на стене краской. Не оттирается, зараза! Романтик, хренов…

Девушка подбежала к надписи, чуть ли не сбивая всех стоящих с ног.

— Ну, что за манеры! — причитала женщина.

На стене жирными красными буквами было написано — «Стрела, люблю и скучаю!» Из Ии вырвался громкий искренний смех. Никто из присутствующих не понимал природу этого хохота, но это не было нужно. Она все понимала. Этого заразительного счастья ей хватило на весь день. Она ходила и улыбалась, окрыленная чувствами. И никто не понимал природу этого счастья, но это не было нужно. Она все понимала.