Часть 4

Утро. Эмма проснулась раньше Пятого, и ей очень хотелось что нибудь съесть. Тихо встав, стараясь не разбудить мальчика, Восьмая прокралась к выходу. “Так, надо бы найти что-то поесть. " Но, посмотрев на уже привычную ей картину опустевшего города, Эмма поняла, что придётся потрудиться, чтобы найти здесь что-то съедобное. Она ухмыльнулась, подумав о том, что эти развалины похожи на её комнату в реальной жизни. Немного побродив, Эмма решила передохнуть. "И всё таки, эта тишина умиротворяет" Усевшись на ближайшую груду кирпичей, девочка достала из кармана сигареты и спички. Не зря она прописала себе это в скрипте. Сигареты были тонкими, шоколадными. Положив одну в рот, можно почувствовать на губах сладкий привкус. Медленно поднеся спичку к кончику сигареты, Эмма затянулась. Рот наполнился горечью. Не сказать, что Восьмая очень любила курить, просто это единственное, что её успокаивало. Корчась от неприятного привкуса, девочка кое-как докурила сигарету, потушив бычок об один из ближайших камней, думая, мол,зачем? Какая разница? Всё равно здесь гореть нечему. Конечно, Эмма знала, что апокалипсис рано или поздно наступает в этой вселенной, но она не думала, что ей необходимо будет его пережить на своей шкуре. Её не очень оптимистичные раздумия прервал сонный голос Пятого. "Видимо, только проснулся" – подумала она. –Чем так странно пахнет? Эмма покрутила в руке прямоугольной пачкой. –Ты что, куришь? –Вау, а как ты догадался? –Иди к чёрту. Лучше давай поищем что-нибудь перекусить. –Так "иди к чёрту" или "поищем"? Пятому, видимо, надоело препираться, и он просто вздохнул, уходя в противоположную сторону от девочки. –Да ладно, подожди меня! Побродив некоторое время, ребята нашли продуктовый магазин. Ну, вернее, его остатки. Вся еда была не в лучшем состоянии, так как лежала под грудой кирпичей, но лучше они бы всё равно ничего не нашли. Взяв пару смятых пончиков не первой свежести и изрядно помятую, но на удивление целую бутылку воды, Восьмая и Пятый сели на землю:сейчас им не до приличий и ухоженности. Жадно поедая пончик, Пятый завёл разговор. –Есть ли у тебя идеи, как выбраться отсюда? Эмма решила продолжать притворяться. –Ну, если честно, то нет. Может, нужно подождать, пока твои силы начнут работать снова? –Но сколько нам, чёрт возьми, придётся ждать?! Мальчик попробовал переместиться, но нет, не получалось. –Ну, может.... Стоит попробовать чуть позже? –Вряд ли у меня получится. –Кто знает. Восьмая чуть не усмехнулась, ведь именно она знает, что ничего у них не выйдет. Но, решая пока повременить с этим, продолжает разговор: –Хочешь сигарету? –Ммм, я не уверен. –Просто попробуй. Пятый не хотел показаться слабаком, и поэтому взял сигарету. –Наклонись ко мне. Эмма позволила Пятому прикурить от своей сигареты, ведь спички надо экономить. Их лица в этот момент были довольно близко друг к другу. А потом мальчик начал кашлять. –Господи, что это за дрянь такая? –Ну не знаю, мне нормально. –И давно ты куришь? Она не знала, как ответить на этот вопрос, поэтому соврала. –Относительно недавно. –И зачем тебе это? Что это даёт? –Ну, знаешь, не так то просто ужиться с папашей, которому срать на нас всех, матерью роботом и семью детьми в семье, не считая себя. –Да, ты права. Докуришь за меня? –Какой ты нежный. Ну давай. Докурив сигарету, Эмма мысленно отдала честь своим лёгким за то, что они ещё не откинулись. –Ну что, пошли к нашему "дому"? Уже темнеет. Дойдя до библиотеки, Восьмая благосклонно решила пожертвовать одну спичку на разведение костра. Благо, материала для этого было много–библиотека ведь. Эмме было немного жалко сжигать то, что когда-то тяжким трудом было написано другими людьми, но сейчас было главное выжить. Из-за того, что все здания были разрушены, ветер гулял без каких либо проблем, и подростки постукивали зубами от холода, укутавшись в одеяло. Собираясь подкинуть очередную книжку в костёр, Эмма заметила знакомую обложку и имя автора–Ваня Харгривз. –О, это же книга Вани. –Что? Серьёзно? Давай прочтём. Вместе, проглатывая страницы одну за другой, ребята удивлялись. В этой книге было описано всё, что происходило в их семье, а точнее печальная судьба Вани, отгороженой от всех детей. Пятый, после страниц двадцати, нарушил тишину: –Как она могла написать про нас такое, ещё и всем напоказ? –А мне её даже жаль. –Мне тоже, но я не понимаю зачем она так поступила. –Может, ей хотелось, чтобы её наконец-то услышали и воспринимали всерьёз? –Может. Что-то я устал. Я спать. –Спеть тебе колыбельную?) –Ой, завали. –Спокойной ночи, братец. Пятый промямлил что-то нечленораздельное, но явно недовольное, и засопел. Кое-как отвоевав часть одеяла, Эмма улеглась рядом, даже не затушив костёр. –"Хоть бы не сгореть". И всё таки, спать вдвоём было намного теплее. Девочка надеялась, что они не подхватят простуду. С этими мыслями она провалилась в сон.