VII ВОЛЯ

VII ВОЛЯ

      — Катерина Павич, вы обвиняетесь в убийстве капитана отряда Фатуи, Станислава Вольнова. Признаёте ли вы свою вину?        — Да, Ваша Честь.       — Согласно заключению расследования, вы были найдены на месте преступления рядом с телом убитого и не выказывали сопротивления при аресте. Это так?       — Да, Ваша Честь.       — Что вы можете сказать в свою защиту?       — Спасибо, Ваша Честь. В свою защиту обязана обозначить, что покойный господин Вольнов был опасен для общества. Если бы я не пошла на убийство, пострадали бы невинные люди — мирные граждане Фонтейна.       — Откуда же вы знали, что покойный, как вы сказали, был опасен и мог нанести вред гражданам Фонтейна?       — Ваша Честь… Я состояла с ним в одном отряде разведки Фатуи, находясь у него в подчинении…

Зал разразился возмущениями.

      — Тишина в зале суда! Мадемуазель, не значит ли это, что вы шпионили в пользу Фатуи на территории Фонтейна?       — Вы правы, Ваша Честь. Но информация, добытая здесь, не дошла до моего руководства.       — Что же побудило вас убить господина Вольнова?       — Разочарование, Ваша Честь… Разочарование в методах Фатуи и жизненных идеалах…

***

      — Погоди, то есть этот твой капитан хотел спалить к чертям Дебор Отель с людьми внутри?       Ризли взмахнул сигаретой, от чего по воздуху поплыло дымное кольцо. Они беседовали уже достаточно долго, чтобы чай в чайнике успел закончиться, а портсигар опустеть на половину. Начали они беседу издалека, но когда Кит спросила о причине появления герцога в крепости Меропид, тот попросил поделиться в ответ историей её преступления. Не той, что он вычитал в газете, а той, какой её видела сама Кит.       — Именно. Как только вся информация, все грязные секреты фонтейнского правительства дошли бы до руководства, наш отряд и десяток другой мирных жителей подверглись бы «ликвидации» на жаркой вечеринке. Вольнов психопат, Ваша Светлость. Был им, точнее. Он не брезговал раскидываться жизнями невинных, не брезговал и пускать в расход мелких агентов вроде нас, когда те выполняли всю грязную работу.       — Но он этого не сделал.       — Он наткнулся на меня, — она глубоко затянулась, — Я выкрала тот конверт. Конверт со всем, что не должно было покидать границ Фонтейна. Я его выкрала и спалила к чёртовой матери, — Кит смяла окурок о стеклянную пепельницу. Ей приходилось курить через боль, но драгоценный никотин стоил того, чтобы потерпеть.       — Зачем?       — Чтобы капитан взбесился и лично пришёл оторвать руки любимому агенту-предателю, конечно же! В том конверте было всё. Абсолютно всё. — Кит, уже не спрашивая разрешения, подпалила очередную сигарету под обеспокоенный взгляд Ризли. — В итоге события развернулись как и ожидалось: псих мёртв, операция сорвана, за действиями Фатуи бдительно следят, Дебор Отель стоит целый и невредимый, а я гнию в тюрьме, будучи по уши в крови своего бывшего начальника.       — Я поражён, что тебе дали всего год.       — Я поражена не меньше вашего. Я боялась, что вообще закончу на виселице. — она одним глотком допила остатки остывшего чая.       Кит поставила чашку на стол и отвела взгляд в сторону. Такое откровение давалось ей с трудом, поэтому сигареты Его Светлости поглощались с большим энтузиазмом. Ризли кинул взгляд на напряжённое лицо своей подчинённой и решил попробовать зайти чуть дальше. Он начал мягко.       — Могу я поинтересоваться, как ты вообще попала к Фатуи?       — Ваша Светлость, у нас же был уговор: я рассказываю вам причины убийства, вы рассказываете, как попали в Меропид. Вопрос о моём начале в Фатуи не входил в сделку.        — Я помню, Кит. Мне просто… Мне это правда не даёт покоя.       — Чего вы добиваетесь? — отрезала она, — Почему такое желание залезть поглубже в грязь? — губы её были искривлены улыбкой отчаяния.       — Я хочу знать человека, что сидит передо мной.       — Вы меня знаете.       — Но мне хочется знать, что сделало тебя такой. Что сделало тебя тобой. — он подался вперёд, опираясь локтями о поверхность стола.       — А вы не учли того факта, что мне не хочется делиться этим с вами? — она судорожно жестикулировала дымящей сигаретой. — Почему вы не можете просто строить отношения со мной нынешней, в отрыве от моего прошлого?       — Да как я могу строить отношения с человеком, который даже не доверяет мне? Почему тебе так сложно открыться?       — Да потому что я боюсь! — вскочив со стула, чуть ли не прокричала она. В глазах блеснула тревога, — Я не хочу, чтобы и вы смотрели на меня сквозь призму моих ошибок. — Кит перешла на сиплый шёпот.       — Я всё равно захочу быть с тобой. Несмотря ни на что.       — «Быть со мной», — уточнила она скорее для себя самой.       — Да, чёрт возьми! — он всплеснул руками, — Да, Кит! Я честен перед тобой. И хочу, чтобы ты тоже была честна со мной.       Его слова были словно увесистая пощёчина. Щёки покраснели, а ногам её не было покоя: она молча и хаотично металась по кабинету, докуривая последнюю сигарету и запустив руку в волосы. «Нет-нет-нет», — Кит остановилась спиной к герцогу, у металлических перил лестницы, и шумно выдохнула последнюю порцию горького дыма.       — Нет, Ваша Светлость. Никаких «быть»…       — Кит… — выдохнул Ризли.       — Дайте договорить, — остро зыркнув через плечо, осекла она, — Никаких романтических отношений. Не здесь. Не между нами. Вы — герцог крепости Меропид. Я — жалкая убийца без будущего. Мы встретились в самое неподходящее время и в самом неподходящем месте. — Кит медленно подходила к столу своего начальника, пока её слова острыми искрами обжигали его душу.       — И? Мне всё равно на наше положение, на мнение окружающих или ещё что. Мне важно только то, что между нами.       — Ага, вот только окружающим не всё равно, — она вздёрнула подбородок и нервно усмехнулась, видя растерянность голубых глаз перед собой. — Как думаете, почему я вообще сцепилась с теми ублюдками, а? Да-а, Ваша Светлость. Их бесит наше близкое сотрудничество. Они считают меня вашей шлюхой.       — Я защищу тебя…       — Довольно. — очередной окурок полетел в пепельницу, — Я сказала своё «нет». Потому прошу: давайте мирно и без глупостей работать так, как работалось до этого. До конца моего срока, — она отошла от стола, вызывающе глядя Ризли прямо в глаза. — Ну, или можете просто уволить меня. Я не в праве ставить тут свои условия.       Кит нервно бродила из стороны в сторону, заложив руки за спину, в то время как Ризли не спускал с неё полный льда и обиды взгляд. Он обмяк в своём кресле, скрестив руки на груди. На нём не было лица. Часы противно тикали. «За что ты так со мной, чертовка?» — ядовитая досада и злость на упёртость человека перед ним пустили свои корни в сердце герцога. Он больше не хотел ластиться.       — Сколько у тебя купонов? — гнетущий голос разрезал тишину.       — Это здесь вообще причём? — Кит остановилась посреди кабинета. Она была на взводе.       — Я спрашиваю, сколько всего купонов сейчас при тебе? — тон стал жёстче, заставив Кит поумерить свой пыл. Шутки кончились.       — Сорок тысяч.       — Отдавай все. Я подпишу тебе УДО.       — Очень смешно, Ваша Светлость.       — Я не шучу. Ты разве не этого хочешь? — к его столу метнулись.       — Это же взятка! — прошипела Кит в лицо герцогу.       — Не взятка, а доказательство того, что ты отработала своё наказание, — он медленно встал, упираясь руками в стол, — К тому же, я здесь решаю, кому и когда выходить, — монументальная фигура мужчины нависла над заключённой, — Ну так что? Это твой шанс, Кит. — он протянул ей руку.       Они оба были на взводе. Только Кит шипела и извивалась как дикая кошка, а Ризли был невозмутим. Это заставило буйную подчинённую прикусить язык под ледяным взглядом и лишь испепелять своего начальника угольками карих глаз откуда-то снизу. Он ждал, он хорошо это умел, а она снова думала, скрипя шестерёнками своего мозга на весь кабинет.       — К вечеру купоны будут на столе. — Кит пожала его руку и хотела уже уйти, как Ризли рывком потянул её на себя.       — Сорок тысяч и твоё прошлое. Отдай мне эти вещи и ты будешь свободна. — шёпот раскалил ухо. Герцог был жесток в хладнокровности своего гнева.       — Вы не посмеете… — тонкие стенки доверия с оглушительным звоном разбились о пол. Глаза на момент ущипнули слёзы.       — М? Уже не хочешь? Что ж… — прикрыв глаза, Ризли медленно отстранялся назад и выпускал руку Кит из рукопожатия, когда его ладонь сдавили вновь. Манипуляция сработала.       — Идёт. Вечером. Всё будет у вас. — процедила сквозь зубы она.       — Буду ждать с нетерпением.

***

      Она выполнила свою часть уговора, молча метнув тугую стопку премиальных купонов на стол. Он выполнил свою, поставив подпись и печать на документе о досрочном освобождении заключённого №8356. Подъёмник с гудением и скрежетом полз к поверхности. Они ехали молча, не глядя друг на друга.       Импульсивность, продиктованная гневом, отпустила обоих, но никто не захотел признать поспешность последних поступков, когда всё зашло настолько далеко. Двери с шипением распахнулись, открывая перед взором мокрый после дождя брусчатый мост, величавый силует оперного театра и небо, по которому разлили закат. Кит, вдохнув настолько глубоко, насколько позволяла тугая повязка на рёбрах, шагнула за порог подъёмника, когда на её плечо легла тяжёлая рука.       — Уверена? Ты всё ещё можешь вернуться. — не зная зачем, спросил Ризли.       Она лишь молча пошла дальше. Чужая рука соскользнула с плеча. Под ногами всхлипывали лужицы, в воздухе стоял запах моря и свежести. Это так опьяняло после удушающей сырости подводной тюрьмы. Кит остановилась в нескольких шагах от подъёмника и, запрокинув голову, вдыхала запах свободы снова и снова, в надежде опьянеть настолько, чтобы в забвении упасть в объятия бурлящей воды под сводами моста. Но за ней ещё оставалась часть сделки. Кит обернулась.       — Ваша Светлость. Ловите. — достав руку из кармана пальто, Кит кинула нечто в руки герцога.       — Это? — в руках Ризли держал небольшую записную книжку в мягкой кожаной обложке.       — Последняя часть нашего уговора. В этой книжке всё, что вы так рвались узнать. Всё с самого начала и до последнего дня в крепости, — губы Кит тронула грустная улыбка. — Удачи разобрать мой почерк.       Ризли растерянными глазами глядел то на книжку в руках, то на уходящую фигуру в чёрном пальто. На душе было гадостно. Почему? Он же так хотел узнать о ней всё. Хотел вывернуть ей душу наизнанку, залезть в самые потаённые уголки. Хотел поглубже впиться клыками в мягкую плоть и крепко держать, пока не перестанет брыкаться. Хотел распробовать сладкую и сочную мякоть, больно ударившись зубами о косточку. Он же так хотел! И вот его желания материализовались в виде этой маленькой книжечки в его руках. Так почему же так мерзко?       — Кит! — фигура остановилась. — Пиши. Хоть иногда, но пиши!       «Что я несу!» — Ризли хотел побежать. Хотел утопить эту сраную книжку в глубинах фонтейнского моря и схватить эту упрямую и холодную девушку в охапку, увезти обратно в крепость, в свой кабинет и защитить о всех бед открытого мира. Ну не может всё закончиться вот так. Так глупо.       — Ничего не могу обещать, — она оглянулась через плечо и ухмыльнулась. — Ещё увидимся, Ваша Светлость. Я в этом уверена.

На кожаном переплёте остались вмятины от ногтей.