Часть 2

~Ненавижу города, в которых я никогда

В которых ты никогда, в которых мы никогда

Ненавижу, но отдам, всё за тебя отдам

Чтобы быть рядом, чтобы быть рядом~

Поезд с Москвы прибывает в холодную и снежную Казань. Всего лишь 8 утра, а на улицах уже суматоха, кто-то спешит на свою работу, дети бегут в школу за новыми знаниями, студенты торопятся на лекции и пары. И вот, поезд достиг своей конечно станции и люди выходят в город. Их встречаю родственники, друзья, знакомые, все улыбаются. Их улыбки говорят о долгой разлуке и долгожданной встрече, а объятия словно спасательный жилет, без которого человек утонет в пучине серых многоэтажек. Виднеются две женские фигуры, выходящие последними с вагона поезда. У них в руках большие чемоданы и сумки, со стороны людям могло бы показаться, что девушки просто сменили место жительства, уехали подальше от шума столицы, проблем большого города, вечной загруженности и отчасти они были бы правы. Но если посмотреть в глаза этим девушкам, то можно разглядеть разные и неподдельные чувства. В карих глазах можно увидеть что-то родное, радость, детское ребячество, азарт и чувство уюта, словно ей опять 14 лет и она бежит со школы домой к своей семье, чтобы рассказать о пятерке по литературе, а после поужинать в теплом кругу своих родных. В серых глазах можно увидеть холод, который пробирает до костей, отстраненность, апатию, безразличие к рядом стоящим людям и вечную скорбь… — Наконец-то добрались до дома, а то я уже заколебалась трястись в этом поезде, — сказала брюнетка, положив свои вещи на тротуар. — Кому дом, а кому-то дурдом какой-то, я смотрю людям вообще не сидится на месте, всё прут куда-то. — Ой, Лен, у тебя настрой как всегда, на все сто процентов. А как же крики «Ура, новая жизнь, Казань жди меня». — по театральному произнесла Настя раскинув руки в стороны. Она всегда любила подкалывать Лену, отвлекать её от привычных ей забот своими шутками. — Настя, сходи-ка ты в жопу. — Лена часто отправляла свою подругу в разные интересные места. У них были свои приколы, шутки, которые многие не понимали. — Я лучше схожу нахуй. — сказала Настя, подмигнув подруге. После этого высокоинтеллектуального разговора они отправились на поиски такси, чтобы поехать домой к Насте. Вряд ли люди, которые краем уха слышали их разговор, могли подумать, что эти девушки представители благородной профессии — врачи. Мы уже едем в такси, мимо мелькают обшарпанные дома, маленькие киоски и магазины. Казань встретила нас пасмурной и ветреной погодой, кругом снег, голые деревья. Не могу сказать, что этот город чем-то примечателен… Обычный, такой же как и все, возможно я ошибаюсь, ведь сложно увидеть красоту улиц, смотря через окно такси. Слышу как Настя рассказывает про Казань, как у них хорошо здесь и какой замечательный у них парк около дома. Но я не вслушиваюсь в её рассказ, мои мысли далеко отсюда, где-то в Ленинграде… Хотелось бы вернуться домой, к родителям, школьным друзьям, но я выбрала другой путь. Возможно пожалею, хотя нет, я уже пожалела, особенно, когда Настя начала говорить о том, как она скучала по своей семье. Из моих мыслей меня вывела она… — Елена Александровна, выходим, мы приехали. — А, да, хорошо. Как-то мы быстро приехали. — Говорит Лена, выходя из машины и забирая сумки с багажника. — Да не сказала бы, 20 минут тюлюкались. Девушки вышли с машины вместе с сумками и стали заходить в подъезд. За это короткое время они успели ощутить на себе взгляды людей, которые были во дворе дома. Конечно, ведь нечасто встретишь столичных фиф. Это было легко определить по их одежде, походки, осанки. Ровные, прямые спины, качественная одежда и походка от бедра. На брюнетке была коричневая норковая шуба, её Насти подарили родители на окончание университета, высокие сапоги и пушистая шапка. Лена не любила шубы, считала, что это самое настоящее преступление, ведь убийство животных ради какой-то шубы — ужасно. Она носила черное пальто, ботинки со шнурками и кожаный платок, из которого виднелись волнистые блондинистые волосы. Четвертый этаж. Квартира 49. Стук в дверь. — Ну привет, красотки. Мы уже вас заждались. — это была мама Насти — Екатерина Петровна. Стройная женщина средних лет, в домашнем платье. Главный врач кардиологического отделения, мировая женщина, если можно так выразиться. Очень добрая, отзывчивая женщина, всегда поможет, отдаст последнее нуждающемуся. Открыть приют для животных была её идея, с детства она подкармливала и лечила уличных животных, воображая себя доктором Айболитом. А муж Екатерины Петровны помог ей открыть приют. Виктор Константинович всегда поддерживал свою жену во всем, начиная открытием пристанища для бедных животных и заканчивая безрассудными поступками молодости. Они пример самой настоящей и чистой любви, вместе со школьной скамьи, вместе поступили и закончили один университет…вместе до конца… Каждую неделю Виктор радует свою любимую цветами, осыпает комплиментами, признается в вечной любви. Спустя столько лет их чувства не угасли, а наоборот, открываются все новые и новые грани этого прекрасного чувства — любовь… — Привет, мам, пап. — говорила Настя обнимая своих родителей. — Леночка, я так тебе рада, уже триста лет не видела. — сказала Екатерина, подойдя и обняв Лену, поглаживая ее по спине. — Здравствуйте, Екатерина Петровна, я тоже очень рада вас видеть. — сказала она улыбаясь. — Ой, ты так сильно похудела, я из-под пальто чувствую твой позвоночник. Заболела что ли? — отстранившись спросила женщина. — Я? Да нет, что вы, я наоборот набрала, окончание учебы, аккредитация. Мы с Настюхой заедали стресс как моги. — Ну ладно, показалось. Давайте тогда проходите, разувайтесь и бегом мыть руки, а то уже всё остывает. И вот мы уже сидим, на столе много салатов, запеченная в духовке курица и вареная картошка. По гостиной раздаются звуки бокалов и стуканья столовых приборов о тарелки. Идет непринужденная беседа о переезде, работе, планах на будущее. А я всё гипнотизирую свою тарелку, в которой лежит куриная ножка и оливье. Из моего недотранса меня вывела мама Насти. Спросила почему я ещё недоела салат с курицей, действительно… Сколько уже можно жрать, и так наелась, как не в себя. — Кстати, Ленок, у нас с тобой завтра много дел. Надо сходить в бюро, тебя показать главному врачу, сказать, что ты уже приехала и готова приступить к работе. Но хочу тебя сразу предупредить о небольшой загвоздке. Так как ты молодой специалист сразу официально устроить тебя не получится. Четыре месяца придется поработать без оплаты, получить опыт, посмотреть как идет работа, побывать на вызовах к месту преступления, поработать с микроскопом. — Виктор Константинович говорил медленно, делая акцент на последних словах. Лена уже хотела что-то сказать, но мужчина ее перебил. — Но ты не волнуйся, без денег тебя никто не оставит. Я уже устроил тебя в нашу поликлинику на полставки терапевтом в своё отделение. График работы хороший. С понедельника по среду работаешь с девяти до пяти, в четверг у тебя будет дежурство в приемном отделении и всё, отдых. А в бюро тебе надо приходить только по пятница на вскрытия и освидетельствования, ну и по договоренности с главным судмедэкспертом. — мужчина говорил всё на одном дыхании, не упуская ни одного важного момента. — Ого, большое спасибо, Виктор Константинович, я вам прям очень благодарно. Без вас мне бы пришлось фотосинтезировать и бомжевать. — Лена была рада этой новости, в любом случае ей бы пришлось искать работу, но вряд ли она смогла бы её найти на таких условиях. Пациентов всегда много, а врачей не хватает. Никто бы не согласился её принять на полставки, так и ещё с одним дежурством, загрузили бы по полной и скорее всего пришлось бы перерабатывать. — Бомжевать тебе тоже не придется, молодым специалистам больница представляет жилье, конечно не хоромы, но жить можно. — Ну все, Лена, будем у тебя тусоваться. — сказала Настя, подмигнув своей подруги. — Я тебе дам тусоваться, ешь давай, ты у нас тоже пристроена, так что загружать тебя будем по полной, аж тусовалка отпадет. — с некой издевкой сказала мама Насти. Она и правда хотела загрузить свою дочку работой, не только ради получения навыков клинициста и чтобы держать около себя. В Казани сейчас очень не спокойно, а зная характер дочери она могла легко связаться с дурной компанией. Настя очень любили дискотеки, частно знакомилась с парнями, каталась с ними на машине, приходила выпевший в общежитие. Комендантша постоянно звонила её родителям и жаловалась, что их дочь ведет себя легкомысленно, нарушает порядок проживания. Но бесконечные разговор не приводили ни к чему хорошему, Настя как была тусовщицей, так ей и осталась. Наконец-то это день закончился, мы с подругой уже легли спать, а время близится к двум часам ночи. Я никак не могу уснуть, всё думаю о завтрашнем дне, хотя уже о сегодняшнем. Очень много дел. Надо заселиться в новую квартиру, разобрать вещи, посмотреть район, в котором я буду жить и конечно же сходить в бюро и показаться главному врачу. Надеюсь всё пройдёт хорошо и с понедельника я приступлю к работе в больнице. Очень волнительно, на самом деле, как я впишусь в коллектив, будет ли мне сложно общаться с пациентами, как частно меня будут брать на вскрытия, не допущу ли я ошибки в протоколах. Время далеко за два часа ночи и я наконец-то проваливаюсь в сон… ~Захотел убежать очень быстро Оказавшись случайным туристом Видно, мне не понять всей харизмы Сей священной Земли коммунизма Но твой взгляд средь толпы безумной Вдруг увидел той ночью лунной И я понял: пусть будет трудно Но я за тобой вернусь~