Глава 13.

— Я так скучала по тебе, — повисла я на шее Мин Юнги. Водился за мной один грешок — если уж чувствовала, то на полную, не скрывая эмоций. Руки Юнги автоматически сомкнулись на моей талии. Я вдохнула его аромат, будто это был настоящий воздух, жадно, заполняя легкие полностью. — Я… Тоже скучал, — осторожно ответил Юнги. Спустя пару секунд он добавил, — Ты вкусно пахнешь… Я смутилась, отступив на шаг назад. — Да, спасибо тебе… Спасибо за подарок. У меня нет подходящих слов, чтобы выразить свой восторг. А Хаджин, вероятно, просто еще таких слов не знает, — засмеялась я, сместив взгляд на дочь, играющую в снегу. Мин Юнги одарил меня одной из тех редких своих улыбок, что преображает даже самый пасмурный день. — Я рад, что вам понравилось, — сдержанно проговорил он. Этот понедельник был поистине прекрасен. В чудесном настроении, не омраченном присутствием сталкера, мы завезли Хаджин в детский сад и поехали на работу. В обед Даын и Йонг наперебой делились, как отмечали праздники со своими семьями. Рабочие задачи были интересными и разнообразными: мне приходилось работать с иностранцами по всему земному шару. В конце дня Юнги отвез меня в тренировочный зал, где мне пришлось изрядно напрячься, вспоминая все, чему он меня обучал до Рождества. Предельно довольная собой, я тепло попрощалась с ним у своего подъезда и, спев Хаджин колыбельную на ночь, безмятежно уснула в ожидании нового утра. А на следующий день Мин Юнги не пришел. Внутри меня все похолодело, когда я не заметила его у дома, а позже и в офисе. Повезло, что Джи Ук решил сделать перерыв в слежке и нам с Хаджин удалось безопасно добраться. Рабочее кресло Юнги непривычно пустовало, и это были не единственные изменения, произошедшие за ночь. Чонгук, почему-то надевший шапку-бини и маску, старательно меня избегал. Ни привычного «Привет, Джунг!», ни приглашения на кофе и игру в теннис. На задворках сознания крутились мысли, что Чонгук, возможно, чувствует свою вину за Рождественский бал, но не знает, как сказать мне об этом. Очень в его духе — избежать проблемы вместо того, чтобы ее обсудить. Однако волей судьбы нам все равно пришлось столкнуться — я задела Гука плечом, проходя мимо и балансируя со стопкой документов в одной руке и бумажным стаканчиком с кофе в другой. — Прос… — Смотри по сторонам, Ни, — перебил Гук. Я ошарашенно глянула на него. С каких пор Чонгук обращается ко мне по фамилии? — Я случайно. Извини. — недоуменно произнесла я. Гук продолжал злобно буравить меня одним глазом, торчащим над маской — второй был скрыт за челкой. — Так что, ты теперь с ним? — неожиданно прошипел он. — Подружка Мин Юнги, Мистера Идеала, — с издевкой продолжал выплевывать парень слова, смысл которых едва доходил до моего сознания. — Всегда вместе, сладкая парочка… — Прекрати, — отчеканила я. — Что за муха тебя сегодня укусила? Чонгук блеснул черными вишнями и отвернулся, оставив вопрос висеть в воздухе. Уже уходя, я услышала: — Так ли ты хорошо его знаешь, Джунг? День становился все более странным. Осторожно поинтересовавшись у Даын и Йонг, где может пропадать Юнги, я получила лишь пожимание плечами. Юнги работал сам по себе, лишь изредка мы обращались к нему, если требовался перевод документации. В течение дня я несколько раз звонила ему и писала сообщения, но все оставалось без ответа. Набравшись смелости, я постучалась в кабинет Намджуна. — Войдите, — прозвучало из-за двери. Я несмело шагнула в помещение. — А, Джунг, — вежливо улыбнулся Намджун. Со времен коттеджа мы не разговаривали наедине. Я ощущала некоторую неловкость, но твердо решила делать вид, что ничего не было. В конце концов, он мой начальник. Ни к чему портить рабочие отношения. Я знала, что так будет правильно, и была уверена, что Намджун считает так же. — Привет, Намджун. Извини, что отвлекаю, — начала я. — Что ты. Всегда рад выслушать. — Я беспокоюсь, Юнги нет на месте, и он недоступен по телефону, — выпалила я без подготовки. Намджун замолчал, внимательно глядя на меня из-за стекол очков. Пауза была довольно долгой, после чего он произнес: — Я и сам не знаю, где он. Честно сказать, за Юнги ранее не было замечено прогулов. Это непохоже на него. Намджун выглядел взволнованным. — Ты можешь дать мне его адрес? — внезапно для самой себя сказала я. — Я поеду и проверю, что с ним. Джун нахмурился. — Джунг, не хотелось бы это обсуждать, но Юнги сказал мне, что за тобой следит неуравновешенный мужчина. Это не безопасно. — Но ты также и в курсе наших тренировок, — настаивала я. — Поверь, я уже могу за себя постоять! Вчера он научил меня удару в челюсть. Непрошенное воспоминание нахлынуло на меня. Мин Юнги, в расстегнутой белой рубашке, стоящий близко, слишком близко, твердо просит меня попытаться его ударить, а я все никак не могу сосредоточиться, рассматривая темные глубины его глаз. Вчерашняя тренировка длилась дольше обычного, и мы чуть успели забрать Хаджин перед закрытием детского сада. — Хорошо, — помедлив, сказал Намджун. — Пообещай сообщить мне, что с ним произошло. Я волнуюсь не меньше твоего. Я энергично закивала, записывая адрес Юнги. Глубоко вдохнув свежий воздух, я села в машину, привычно озираясь по сторонам. Ук по прежнему не маячил в окрестностях, что означало мою относительную безопасность. Вбив необходимый адрес в навигатор и проложив маршрут, я двинулась в направлении дома Юнги. Он жил в элитном небоскребе. Это удивило меня. Почему-то я ожидала увидеть неприметный дом в пять или девять этажей, такой же, как и множество других. Такой же, каким пытался казаться Мин Юнги. Еще раз сверив адрес, я убедилась, что приехала именно туда, куда нужно. Охранник на входе поинтересовался целью моего визита, и услышав имя Юнги, открыл дверь и указал рукой в направлении лифта, не задавая дополнительных вопросов. Чувство иррациональности происходящего не покидало меня. Поднявшись на четырнадцатый этаж, я опасливо выглянула из лифта, словно находилась здесь не по праву, и тут же одернула себя. Ты посетила уже все жилые комплексы Сеула и не по одному разу, сказала себе я. В том числе и этот. Любопытно, что, приезжая на показ апартаментов в этом доме вместе с Юнги и господином Аль Тани, я не услышала от него, что он тоже живет здесь. Зная Юнги, это было не удивительно. Хотя… Знала ли я Юнги? Направляясь к его квартире, я вспоминала, что действительно о нем знаю, и не могла привести никаких четких фактов. Занимался единоборствами? Ну а кто из корейских мужчин ими не занимался? Тот же вопрос относился и к изучению языков. Юнги всегда либо молча слушал собеседника, либо задавал аккуратные наводящие вопросы, очень мало рассказывая о себе. Я почувствовала укол вины. Он так заботился обо мне, а я даже не удосужилась узнать его поближе. Наконец я приблизилась к нужной двери. Осторожно постучав, замерла, ожидая ответа. Мне еще не приходилось видеть Юнги в домашней обстановке. Какой он? Такой же взъерошенный, как Чонгук, или, верный себе, всегда выглядит с иголочки? Выждав пару минут, я не выдержала и нажала на ручку двери. Она оказалась не заперта и это напугало меня. Что должно было случиться, чтобы Мин Юнги, адепт безопасности и перестраховки, забыл запереть собственную входную дверь? Стараясь ступать неслышно, я вошла в просторную прихожую. Свет был выключен и только слабое желтое свечение из глубины квартиры сигнализировало о том, что в ней кто-то находился. Бесшумно скинув ботинки, я прошла дальше, чувствуя себя глупо и неловко. Прелестное зрелище: врываться в чужую квартиру без предупреждения, еще и показавшись на глаза охране. Я представила, как гипотетическая девушка Юнги, слыша шаги, уже нажимает тревожную кнопку. Боги, я даже не знала, есть ли она у него. Чонгук был прав. Я ровным счетом ничего не знала о Мин Юнги. Он лежал посреди огромного дивана в гостиной в неестественной позе. Глаза Юнги были закрыты, он тяжело дышал. Пятна крови контрастно алели, неровно размазанные по светлой кожаной обивке дивана. — Юнги… — Мой голос сорвался на шепот, когда я бросилась к нему. Он не открыл глаза. Не уверена, что он вообще заметил мое присутствие. Моя рука замерла над его лицом в нерешительности. Казалось, что на нем не было живого места. Области вокруг глаз распухли, нос был разбит, за ухом запеклась кровь. Рука со сбитыми в месиво костяшками лежала на животе. У него даже не хватило сил раздеться… Осторожно дотронувшись до его лба, я почувствовала сильный жар. Воздух, выдыхаемый Юнги, сопровождался нездоровым свистом. Я в ужасе отшатнулась от него. Паника застилала все мои мысли. Насильно приказав себе успокоиться, я проследовала на кухню и дрожащими пальцами набрала номер мамы. — Мам… мам, пожалуйста, можешь забрать Хаджин? — умоляющим шепотом попросила я. — Конечно, дочка. Что-то случилось? — встревожилась мама. — Одному… человеку очень плохо. Ему нужна моя помощь. Я не знаю, насколько задержусь. Ему нужна моя помощь. Эта мысль неожиданно отрезвила меня. Судя по всему, Юнги некому больше помочь. — Не беспокойся, милая. Мы присмотрим за Хаджин. — мамин голос действовал успокаивающе. — Позвони мне, как сможешь. — Спасибо, мам, — прошептала я, тут же набирая следующий номер. — Слушаю. — Намджун, он… Он сильно избит и, похоже, без сознания. — Вызывай скорую, — моментально сориентировался Джун. — Видимо, Юнги решил разобраться с твоим преследователем. Холодный пот проступил на моей спине. Джи Ук не появлялся сегодня весь день. — Не может быть… — тихо проговорила я, обращаясь к самой себе. — Сообщи, что скажут врачи, — сухо велел Намджун. — Поторопись, Джунг. Положив трубку, я вернулась в гостиную. Юнги лежал все так же, хрипло дыша и не шевелясь. Быстро набрав номер неотложной медицинской помощи, я продиктовала им адрес и сбросила вызов. Пальцы плохо слушались, но я, как могла, бережно освободила Юнги от верхней одежды и обуви. Стараясь не смотреть на грязную порванную футболку, я убрала мокрые волосы с его лба и положила голову на подушку. Скинув свое пальто и бросив его на кресло, я закатала рукава и направилась в сторону ванной. В ней царил идеальный порядок. Вполне в стиле Мин Юнги. В другой ситуации я бы даже посмеялась над этим, но сейчас единственная мысль, преследующая меня, была направлена на облегчение его состояния. Разглядывая немногочисленные баночки и гигиенические принадлежности, я безуспешно пыталась отыскать хоть что-то, похожее на чистую тряпку, и плюнув, стянула свой джемпер, а затем и футболку. Прости, Юнги, это лучшее, что я могу придумать. Вернув джемпер на место, я тщательно ополоснула свою футболку в холодной воде, и вернувшись к Юнги, осторожно, еле касаясь, умыла его. Раны без налета грязи выглядели еще хуже. Красивое, точеное лицо было обезображено многочисленными кровоподтеками и ссадинами. Чувство вины сжимало моё горло костлявой рукой. Повторно промыв импровизированную тряпку, я положила холодный компресс Юнги на лоб. Черты его лица немного разгладились. Нервно поглядывая на часы, я терялась, не зная как поступить дальше. Внутренние повреждения могли быть незаметными, и своими действиями я боялась сделать еще хуже. Услышав стук в дверь, я облегченно выдохнула. Сотрудник скорой молча проследовал в комнату. — Что произошло? — бегло осмотрев Юнги, повернулся он ко мне. — Не знаю, доктор. Я только пришла. Врач, действуя точно и быстро, осторожно измерил пульс и температуру Юнги, проверил его зрачки. Нахмурившись, поднял футболку, и тут у меня внутри все перевернулось. Огромная гематома сине-фиолетового цвета растекалась от грудной клетки Юнги. Неровное пятно уродовало белоснежную фарфоровую кожу, но я не могла оторвать взгляд. Мне хотелось забрать всю боль Юнги себе, ведь это я стала ее причиной. Он не должен так страдать. — Его необходимо срочно доставить в больницу на рентген. Вероятно, ребра сломаны. Температура повышена из-за шокового состояния, вызванного резким получением травмы и сильным болевым синдромом. — каждое слово, произнесенное ровным голосом, молотком било меня по голове. — Мы сделаем укол обезболивающего, зафиксируем грудную клетку и погрузим его на носилки. Вы поедете с ним? Я продолжала не отрываясь смотреть на Мин Юнги, а мое сердце обливалось кровью. Сложно было представить, какую боль ему пришлось испытать. — Девушка? — окликнул меня врач. — Что?.. Да, я поеду. Конечно, поеду… — еле слышно отозвалась я. Смотреть, как его, бессознательного, бинтуют, было невыносимо. Пытаясь найти, чем отвлечься, я подумала, что нужно будет закрыть квартиру, и отправилась на поиски ключей. Нехорошо шарить по чужим карманам, но выбора не было. Юнги меня простит. Хотя бы за это. Я извлекла ключи из кармана его пальто и затем осторожно накрыла Юнги сверху, после чего врач и медбрат выкатили его в коридор. Оглядев квартиру перед тем, как ее закрыть, я наткнулась глазами на небольшую фоторамку, стоящую на тумбе под телевизором. Ноги сами понесли меня к фотографии. Уже подходя, я знала, кто там изображен. Внутренности скрутило в настолько тугой узел, что мне стало трудно дышать. Красное платье с открытой спиной. Черный костюм с черной рубашкой. Я, стоящая вполоборота к Юнги, и он, глядящий в камеру тем самым взглядом, проникающим прямо в душу. Я не знала, когда Намджун успел запечатлеть нас. Знала лишь одно: это было единственное фото, украшающее аскетичную квартиру Мин Юнги.