Часть 2

Скатившаяся со стола и звякнувшая об пол поварешка выдернула Фан Добина из сладкого сна. Он резко вскочил со стула, но тут же замер в удивлении, так как его взору предстала странная процессия, шествующая по направлению к терему. — Это что ещё такое? А-Фэй себе невесту что ли выкрал?! — захлопал глазами Добин и решительно выскочил им навстречу. Поравнявшись с честной компанией, юноша пару секунд недоуменно переводил взгляд с девушки на А-Фэя и обратно, а затем напустился на Лянъхуа: — Так это и есть ваши важные дела? Что это всё значит? Что вообще происходит? — У нас возникли… некоторые затруднения, — ласково и немного виновато улыбнулся доктор Ли, стараясь успокоить младшего товарища, затем добавил, кивнув на девушку — Это Цзысэ. На неё напали люди из клана Мэйгуй. — Слышал о таких? — обратился к юноше Ди Фэйшэн, поспешно плюхнув новую знакомую, выпуская из своих объятий, так как только сейчас осознал, что до сих пор держит её на руках. — Ау… — простонала бедняжка, хватаясь за больную ногу, и сердито глянула на А-Фэй. — Нельзя поаккуратнее? Но мужчина проигнорировал её замечание, повторив свой вопрос Фан Добину. — Мэйгуй? Хэй Мэйгуй? «Черная роза»? Конечно, знаю, — горделиво выпрямившись, заявил тот. — Я ведь сыщик Байчуаня. Такие вещи мне, разумеется, известны. — Фан Добин, — представился он, наклоняясь к девушке и протягивая руку. — Цзысэ, — она мило улыбнулась и легонько сжала его ладонь. — А про огненный цветок слышал? — продолжил расспросы Ди Фэйшэн, прервав церемонию знакомства. — Огненный цветок? — Фан Добин задумался и даже наморщил лоб, — Мм, нет, не уверен. — Мэйгуй ищут огненный цветок, — констатировал А-Фэй. — Она наверняка что-то знает, но не говорит. — Что?! Да не знаю я ничего! — возмутилась Цзысэ. Ди Фэйшэн медленно повернул голову в её сторону и одарил девушку таким холодным и сердитым взглядом, что она невольно поёжилась. — Я, правда, не знаю… — добавила Фиалка почти шепотом, боязливо косясь на мужчину. — Ладно, пойдемте в дом, обсудим всё спокойно внутри, — решил разрядить обстановку доктор Ли. — К тому же я должен осмотреть Цзысэ. Ди Фэйшэн, не дожидаясь остальных, тут же направился в терем. Ли Лянъхуа последовал за ним, жестом приглашая молодых людей присоединиться. Фан Добин хотел подать девушке руку, но та, не успев сделать и шага, рухнула на землю, скорчившись от боли. — Лянъхуа, что с ней? — испуганно воскликнул юноша, склоняясь над Фиалкой. — Я не знаю, как раз собирался это выяснить, — озадаченно заметил доктор Ли. — Помоги отнести её в дом. Фан Добин осторожно подхватил Цзысэ на руки и поспешил за Лянъхуа. — Клади на кровать, — скомандовал доктор Ли. Юноша аккуратно уложил стонущую и всхлипывающую девушку, куда тот велел. — Мне нужно осмотреть тебя. Для этого потребуется поднять подол платья, хорошо? — обратился к ней Лянъхуа. Фиалка молча кивнула. Боль всё усиливалась, и ей уже некогда было думать о приличиях. Но в последний момент она всё же опомнилась, слегка потянув доктора за рукав. — Только пусть они не смотрят, — попросила Цзысэ, кивая в сторону стоявших неподалеку Добина и Фэя. — Отвернитесь, — велел им доктор Ли. Фан Добин тут же поспешно развернулся на 180 градусов и толкнул в плечо А-Фэя, который и не думал шевелиться. — Отвернись, она же попросила, — сердито шикнул он на упрямого товарища Лянъхуа. Тот презрительно хмыкнул и уселся на стул в дальней части комнаты. Между тем взору доктора Ли открылась странная картина. На правой ноге девушки, с внешней стороны бедра, располагалось какое-то черное пятно, похожее то ли на родинку, то ли на клеща. От этого пятна под кожей во все стороны тянулись тёмные вены-прожилки, постепенно разрастаясь. — Что это ещё такое? — недоуменно и озадаченно пробормотал Лянъхуа. — Возможно, какое-то отравление. — А-Фэй, — позвал он своего приятеля. — Подойди сюда, взгляни. Ди Фэйшэн неохотно поднялся со своего места и, поравнявшись с импровизированной больничной койкой, склонился над девушкой и уставился на её обнаженную ногу, рассматривая загадочное пятно. — Он лучше меня знаком с кланом «Черной розы» и их оружием, — поспешил объясниться с зардевшейся от смущения Фиалкой доктор Ли. Та молча кивнула, нервно сглотнув. — Это ментальный шип, — наконец вынес свой вердикт А-Фэй. — Если его не удалить в ближайшие несколько часов, яд распространится по всему телу, поражая нервную систему и мышечные волокна. — Я что, умру? — дрогнувшим голосом спросила Цзысэ. Слёзы тонкой струйкой потекли по её щекам. — Нет. Просто станешь бесполезным овощем, — «утешил» её Ди Фэйшэн. — Не волнуйся, я удалю его, — тут же поспешил успокоить девушку доктор Ли. — Нет, — Ди Фэйшэн перехватил его руку, потянувшуюся было за хирургическими инструментами. — Малейшее механическое повреждение шипа или его отростков спровоцирует немедленный выброс большой дозы яда, и тогда она точно умрёт. Цзысэ почувствовала, что ей не хватает воздуха, а глаза защипало от слёз. — Лянъхуа, спаси меня! — взмолилась девушка, хватая доктора за руку. — И… Что делать? — обратился тот к Ди Фэйшэну. — Я достану, — спокойно ответил мужчина. — Держите её и не мешайте мне. — З-зачем держать? — ещё больше разволновалась Фиалка, вцепившись в рукав Лянъхуа. — Будет больно, — отозвался А-Фэй, пристально глядя ей в глаза. И добавил, заметив, как сильно она побледнела. — Но другого выхода нет. Ли Лянъхуа и Фан Добин переглянулись и встали по разные стороны кровати, крепко придерживая руки и ноги девушки, как велел им А-Фэй. — Не бойся, Цзысэ, всё будет хорошо! — старался приободрить Фиалку юноша, хотя у него у самого сердце бешено колотилось. — Ты справишься. Мы рядом! — ласково улыбнулся ей Лянъхуа. Девушка молча кивала, заливаясь слезами и дрожа всем телом. — Давай, — обратился доктор Ли к Ди Фэйшэну. На секунду прикрыв глаза и совершив ряд подготовительных жестов, А-Фэй поднёс ладонь к пораженному участку на теле девушки. Затем он растопырил пальцы и, почти впиваясь в кожу, стал вытягивать инородный объект с помощью своих техник. Фиалка дёрнулась и закричала. Ей казалось, что из неё словно выдирают кусок плоти. Боль была невыносимой. — Хватит! Хватит! Я не могу! Я же умру! Прекратите это! — причитала и кричала Цзысэ. У Фан Добина дрожали руки, а сердце выпрыгивало из груди. Ему невыносимо было видеть, как девушка страдает. — А-Фэй, ты убьёшь её, остановись! — попытался было вмешаться юноша, но Лянъхуа строго одёрнул его: «Не мешай!». Обессилевшая от боли и крика Фиалка потеряла сознание. Рука А-Фэя дрожала от напряжения, на висках вздулись вены, а в уголках губ проступила кровь. Наконец ядовитый шип поддался и, выскочив из тела девушки, оказался в ладони Ди Фэйшэна, вместе с окровавленными нитевидными отростками, по полметра каждая. — Они проникли уже очень глубоко. Ещё бы немного и ей конец, — устало проговорил А-Фэй, вытирая рот тыльной стороной ладони. Он медленно поднялся и, пошатываясь, направился к выходу. Привалившись на секунду к дверному косяку, бросил через плечо: — Обработай ей рану. Мне надо восстановиться. Это отняло много сил. Фан Добин хотел напуститься на А-Фэя и обвинить в жестокости, но тут же осёкся, напомнив самому себе, что вообще-то тот только что спас девушку. Рискуя, как видно, и своим здоровьем. Так что юноша просто молча кивнул и принялся помогать Лянъхуа ухаживать за Цзысэ. Они обработали ей рану обеззараживающим раствором и наложили повязку. Затем доктор Ли велел Добину положить ей на лоб холодный компресс, а сам пошел к плите, чтобы приготовить восстанавливающий целебный отвар. Юноша заботливо и бережно обтирал лоб девушки мокрым полотенцем, аккуратно отодвигая слипшиеся пряди. — Кто эта девушка, Лянъхуа? — обратился он к товарищу. — Я сам пока толком не знаю, — отозвался доктор Ли, помешивая травяной настой в кастрюльке. — Она сказала, что её зовут Цзысэ. И она простая художница. Живет в деревне за лесом. — Что от неё хотели те негодяи из «Черной розы» и зачем ранили её этой штукой? — продолжал спрашивать Добин. — Это как-то связано с огненным цветком. Но пока не знаю, как, — ответил Лянъхуа. — Мы попробуем поговорить с ней, когда она очнется и немного придет в себя. Юноша согласно кивнул. Продолжая обтирать ей лоб, Добин невольно залюбовался девушкой. «Такая красивая. И нежная, как фиалка. Я непременно позабочусь о ней и не допущу, чтобы она снова страдала». — А что это за огненный цветок? — снова обратился он к Лянъхуа. — Древний магический артефакт. Я не знаю подробности и никогда не видел его своими глазами, но слышал о нём от… одного друга, — начал рассказ доктор Ли. — Есть легенда, что огненный цветок появляется раз в сто лет и тот, кто его найдет и овладеет им, приобретет силу и могущество. Но заполучить цветок не так просто. Нужно пройти какие-то испытания. Что-то связанное с чистыми помыслами и благими намерениями. И какой-то ритуал от сердца к сердцу. Это всё, что я помню. *** Ближе к вечеру Цзысэ пришла в себя. Мужчины договорились не донимать её пока расспросами и дать возможность восстановиться. Однако, чтобы не терять времени даром, было решено, что Фан Добин и Ли Лянъхуа наведаются в деревню, где живёт девушка, и попробуют осторожно разузнать что-нибудь о тайнах огненного цветка, а Ди Фэйшэн останется с Фиалкой. — Только не дави на неё, если вдруг всё же захочешь поговорить о цветке, — попросил доктор Ли перед уходом. А-Фэй безразлично пожал плечами, но кивнул в знак согласия. Ему явно претила роль сиделки, но его внутренние силы восстанавливались медленнее, чем ожидалось, и в случае непредвиденных стычек в деревне он вряд ли был бы полезен. — Спасибо! Что спас меня, — Фиалка решилась, наконец, поблагодарить А-Фэя, когда они остались наедине. Девушка хотела сделать это и раньше, но загадочный наёмник был то занят, то сердит, то сердит и занят. — Мне просто нужен огненный цветок, — равнодушно отозвался Ди Фэйшэн, не поворачивая головы. «Ну, разумеется», то ли грустно, то ли разочарованно хмыкнула Фиалка. — Зачем он тебя? — спросила она А-Фэя. — Спасти одного человека, — ответил тот. — Твоего друга? — воодушевилась Цзысэ. — Он мне не друг, — холодно бросил Ди Фэйшэн. — Не друг? Тогда зачем хочешь спасти его? — удивилась девушка. — Это моё дело, — раздражено ответил мужчина. — Он мне должен. — Ясно… — Фиалка поежилась, сидя в кровати и кутаясь в одеяло. «Он такой странный. Ощущение, что никто его не заботит и не волнует. Чем он живет? Для чего? Для кого? Его сердце — как железная дверь. Что за ней? Пустота? Или какая-то тайна? Может ли хоть кто-то войти туда? А может он просто боится открывать её?». Цзысэ не хотела думать об А-Фэе, но эти мысли почему-то сами лезли в голову против её воли. Девушка поймала себя на том, что уже с минуту смотрит на него. Было в этом человеке что-то цепляющее и манящее. Его загадочность? Неприступность? Холодность? Обычно Фиалка легко «читала» людей. Особенно когда рисовала портреты. За разговорами, мимикой, позой, жестами, движением глаз, тоном голоса перед ней развертывался внутренний мир человека. Часто она даже угадывала какие-то тяготы и проблемы и чувствовала, что у посетителя на сердце и очень осторожно, вежливо и тактично старалась утешить и дать совет. Ей даже думалось, что многие приходили к ней не только и не столько за портретами, сколько за разговорами по душам. Но девушка была не против. Если не только её кисть, но и её чуткое слово могло сделать людей счастливее, она с радостью бралась за это, рисуя новые картины в книге чьих-то судеб. Но А-Фэй был для неё закрытой книгой. Цзысэ не могла понять, что скрывается за этими нахмуренными острыми бровями и тяжелым взглядом тёмных глаз. Таких пронзительных и бездонных, и красивых глаз… Фиалка мотнула головой, отгоняя лишние мысли, и забравшись повыше в подушках, снова обратилась к А-Фэю. — Всё равно, спасибо, что спас, — проговорила она и добавила чуть тише. — Тебе ведь тоже было больно… Сидевший в это время за столом и делавший какие-то записи в блокнот Ди Фэйшэн поднял голову и внимательно посмотрел на девушку. — С чего ты взяла? — Я… почувствовала, — ответила та, отводя глаза в сторону. — Почувствовала? — Ди Фэйшэн поднялся с места и подошел к кровати. — Как почувствовала? — серьезным тоном переспросил он, присаживаясь рядом с девушкой и пристально глядя на неё. «Ох, ну почему я вечно чувствую себя такой глупой, когда он вот так смотрит», досадовала про себя Фиалка. — Просто почувствовала, — ответила она, наконец, поднимая глаза на А-Фэя. — Словно твоя боль смешалась с моей. Не говоря ни слова, Ди Фэйшэн взял девушку за запястье, нащупывая пальцами пульс. Фиалка сглотнула. Что он делает? — Твоя ци циркулирует с удвоенной силой, — заметил А-Фэй. «Ну, будешь дальше меня трогать, она ещё не так зациркулирует», подумала Цзысэ, но вслух ничего не сказала и только пожала плечами. Затем Ди Фэйшэн, также молча, не спуская с девушки глаз, дотронулся двумя пальцами до её шеи, прощупывая точку ци-шэ [так называемое «жилище энергии», расположена над верхним краем ключицы — из кит. народной медицины]. Щеки Фиалки вспыхнули, и на секунду у неё даже перехватило дыхание. — Что ты делаешь? — сдавленно пробормотала она, сжимая правой рукой край одеяла. — Твоя ци запустила процесс усиленной регенерации, — отозвался А-Фэй, не обращая никакого внимания на смущение девушки. — Ты знакома с техникой фусинь [复兴 — возрождение]? Та помотала головой, затаив дыхание и боясь пошевелиться, так как рука А-Фэя по-прежнему была на её шее. — Покажи ногу, — вдруг выдал странную просьбу загадочный наёмник. — Ч-что? — опешила девушка. Не тратя время на разъяснения А-Фэй встал, обошел с другой стороны кровати и, откинув одеяло, буквально выдергивая его из рук оторопевшей Фиалки, бесцеремонно задрал подол её платья, снимая повязку. Кожа была гладкая и ровная, от раны не осталось и следа. — И суток не прошло, — удивленно проговорил А-Фэй, дотрагиваясь до того места, где был шип. — Да хватит уже меня лапать! — взвизгнула Цзысэ, заливаясь краской пуще прежнего и накидывая на голову одеяло. Именно на этой пикантной ноте на пороге возникли вернувшиеся из разведки Фан Добин и Ли Лянъхуа.