Спасатели

И вот я стою перед внушительного размера рвом, оставленным змеей на том месте, где только что была стена и Аен. Вот так жизнь. И что прикажете делать? А что я могу? Я засунула руки в карманы и села обратно на шаткий стул, с которого вскочила, когда появилась эта тварь. Для моей войнушки с собственным гендиректором Аен был не нужен. Придется покупать нового раба, и что? Этот все равно был такой себе. Непослушный. И в неприятности постоянно втягивал. Явилась Нае. Она сразу поняла, что случилось, и начала крушить остатки несчастной хижины, которой не посчастливилось стать для нас временным приютом. Кошка вряд ли могла так легко разносить глиняные стены на куски, для этого ингу обратилась шестиметровым шестилапым медведем, буйство которого я наблюдала краем глаза, пока убеждала себя в том, что Аен мне нахрен не нужен. В конце концов, почему я должна бросать все и сломя голову мчаться спасать какого-то секс-раба, рискуя своей жизнью и заранее зная, что у меня ничего не получится? Я старательно вспомнила все моменты, когда он меня бесил и когда втягивал в неприятности. Не на шутку разозлилась и мысленно прокляла его ко всем чертям собачим. Мое лицо справа обдало мелкой каменной крошкой и щепками. – Хрена лысого я встану с этого места ради такого мудака! – заявила я. Нае мое заявление откровенно не понравилось. Она взревела, как наверно может реветь только гигантский шестилапый медведь, у меня аж уши заложило. Вот же ж! Какие с вами нервы нужны?! – Дьявол и все Архидемоны, Нае! Вали за ним сама! Я все-таки вскочила с треклятого стула, который в данный момент оставался для меня единственным оплотом безопасности. Я могла бы, конечно, на нем остаться, если бы могла хоть секунду продолжать стоять на своем. С досадой отмечая, что большая часть сказанных мной слов, как обычно, – пиздеж, я сжала в кулак жесткую шерсть на шее зверюги и с трудом вскарабкалась ей на спину. Нет, я все еще не решилась жертвовать жизнью ради какого-то там раба, но оставаться рядом с разъяренным ингу, которого лишили любимой игрушки, тоже было самоубийственным занятием. – Ладно, – буркнула я, наконец усевшись и искренне надеясь не свалиться, – пошли вернем твою мамашу. Невероятных размеров туша подо мной, покачиваясь, опустила свои шесть массивных лап на оставленную змеей широкую полосу в земле. Потом она вся напряглась и одним резким рывком, едва не скинувшим меня с ее спины, бросилась бежать. Я попыталась абстрагироваться от бешено колотящегося в груди сердца и сосредоточилась на рабской метке. Определенно наш незабвенный был еще жив. Но, штопанный носок, как же далеко он был и с каждой секундой все больше удалялся. Мы нырнули в несколько миров подряд, явно двигаясь обратно в сторону Демонических миров. Гигантская змея, которая, само собой, была не просто каким-то монстром, нам просто не могло так повести, а, наверняка, сильным демоном, двигалась не прямо, и, сделав крюк, оказалась прямо напротив нас. Благодаря метке Аена я чувствовала ее через тонкую границу между мирами. Стоило шагнуть вперед и мы бы столкнулись с ней нос к носу. Нае решительно рванула вперед и исчезла. Точнее это я осталась. Оказавшись без транспорта в виде шестиметрового монстро-медведя под собой, я недолго продолжала лететь вперед по воздуху. Преодолев некоторое расстояние по инерции, я свалилась на грешную землю и, сделав несколько кувырков в обнимку с сумкой с бластером, приземлилась на задницу. Почему? Да потому что нельзя человека переместить если он этого не хочет, ну если ты не демон, конечно. А я не хотела. Там впереди была невообразимо сильная тварь, одолеть которую нелегко будет каким-нибудь великим воителям, куда мне со своей пукалкой. За мной вернулась Нае и возмущено заревела, демонстрируя мне свои устрашающие зубы и разбрызгивая в разные стороны свою медвежью слюну. Я передразнила ее, продолжая сидеть на земле. – Что? – я вопросительно развела руками. – Чего ты от меня ожидала? Что я сражусь с этой махиной? Да от меня мокрого места не останется. Я так не делаю. Знаешь, как я делаю? Я убегаю. Я не сражаюсь, я даже не защищаюсь. Я не даю отпор своему убийце, а жду, когда он ошибется, – я взяла камень и от досады кинула в этого долбаного медведя, который задолбал многозначительно молчать. – Ясно? Мой враг рано или поздно, как все, оказывается на краю обрыва, а я легонько толкаю его в спину. Если получается, я сама его к этому обрыву подвожу, – я бросила в Нае еще один камень, все равно они были ей как мошки. – Так я выживаю. Сама. Не полагаясь ни на кого, кто может воткнуть мне нож в спину. В Темных мирах, где есть все, у меня есть все. Дошло? А знаешь почему? Потому что я не сражаюсь с ебаными демонами. Потому что не рискую, пытаясь спасти кого-то. Каждый сам за себя. Ясно? Естественно все мои слова были как об стенку горох. Не говоря ни слова, Нае обернулась одним крайне важным для меня хмырем и села на корточки передо мной. Просто смотрела мне в глаза, тварь такая. – Сука! Сука! – заорала я, раздавая поддельному Аену подзатыльники. – Сука, не делай так! Я поднялась на ноги, незаметно вытирая рукавом выступившие слезы, и не оборачивалась к ней, пока она не стала черной мантикорой, приглашая снова взобраться на ее, теперь шипастую, спину. «Нет она издевается!» – мысленно возмутилась я. Стало ясно, что Нае так просто не отстанет. – Почему ты сама его не спасешь? – все ещё пытаясь отделаться от нее, спросила я. – Ты можешь стать кем угодно. Стань гением и придумай гениальный план по спасению. – Если не поможешь – глотку тебе перегрызу, – предупредила мантикора, голосом похожим на гудение трубопровода, при этом ее устрашающая приоткрытая пасть, зияющая тьмой и пускающая лучи этой самой тьмы, совсем не двигалась. Я нервно сглотнула слюну, принимая тот факт, что выбора как такового у меня нет. – Ладно, – дрожащим голосом согласилась я, пытаясь скрыть страх, что получалось довольно плохо, вот что бывает, когда заводишь экзотическое животное, никогда не знаешь, когда оно решит тебя сожрать. – Только будем делать по-моему. В сражение не вступать, по крайней мере я, на рожон не лезть. Если слишком опасно – валим, то есть я валю, ты как хочешь. Договорились? – Придумай план, – все тем же жутким голосом потребовала Нае. – Да-да-да, – заверила я ее, взбираясь на спину монстра и стараясь при этом торчащими из ее спины колючками не наделать в своей заднице лишних дырок, прекрасно понимая, что хрен там я что-то смогу придумать. – Сейчас придумаю. Валить нахрен – вот мой план. Но деваться было некуда, поэтому вместо этого мы воспарили в небо и снова бросились в погоню. На долго моей решимости не хватило, и уже спустя пять минут я лихорадочно соображала, как сбежать. Но мантикора оказалась куда быстрее моего неповоротливого мозга, и вот мои пятки уже скользят по воздуху в полуметре от сверкающей белой змеиной кожи. От волнения Нае задергала своим маячащим за моей спиной как Дамоклов меч наводящим ужас скорпионьим хвостом. – Эй-эй-эй! – испуганно заверещала я, отчаянно дергая ее за гриву. – Не убей меня, ладно? – Какой план? – отозвалась она своим рокочущим голосом. – План? – я попробовала свои губы на вкус, у них был вкус страха. – Нужно вспороть ей брюхо и вытащить Аена. На такой скорости это не получится. Нужно подождать, когда она остановится, тогда ты ее отвлечешь, а я попробую разрезать ей бок бластером, не знаю получится ли у меня… – Не годится! – рявкнула Нае. – Ждать нельзя, нужно вытаскивать сейчас. С этим прекрасным заявлением она спикировала прямо на змеиную морду и принялась жалить ее своим жутким хвостом. Змее это понравилось еще меньше, чем мне, она начала извиваться, стараясь скинуть нас с себя и, как мне показалось от адской боли, вызванной ядом в мантикоровом жале. В общем решение Нае приняла великолепное. Демоническую змеюку расколбасило не по-детски. Она выгибалась дугой и крутилась на месте. Она нырнула в несколько миров подряд, окуная нас то в ледяную воду, то в кипящую лаву, от которой меня спасла Нае, завернув в свои неуязвимые мантикорные крылья. Я чуть не задохнулась в этом спасительном коконе, зато меня не зацепило ни пламя, ни кислота. Эти жилистые кожаные тряпки на суставчатых костях не пробили мощнейшие взрывы, когда змея в отчаянии выпрыгнула на какое-то поле боя, ни атакующие заклинания. Мантикора уступала врагу только в размерах и продолжала держаться несмотря ни на что, намертво вцепившись когтями в змеиную морду. Я с трудом раздвинула костлявые края своего укрытия чтобы вдохнуть немного кислорода – мы неслись прямиком на озаренную огнями гряду палок. Так из далека выглядело это демоническое поселение. Бесконечно глубокое ущелье щетинилось таким же бесконечным количеством деревянных строений. В этот сраный муравейник мы и вывалились на полном ходу. Падая вместе с тяжеленной змеей, Нае попыталась взлететь, но не успела распутать крылья, зато успела ослабить хватку. Нас отшвырнуло в одну сторону – змею в другую. Мелкая шушера поползла по нам как туча голодных тараканов. Нае взревела и отбиваясь ломала зубами их позвоночники. За руки, ноги и волосы меня вытянули из кожаного кокона и куда-то поволокли. Змея, извиваясь, избавилась от части заваливших ее своими телами демонов и благодаря своим размерам вырвалась из ущелья, разрушив огромное количество строений и раздавив много местных, что в процентном соотношении нихрена не изменило – мы до сих пор находились в сраном муравейнике. Меня раздели, точнее порвали на мне одежду, и подвесили за руки на цепях, что я вам скажу пиздец как больно. Кучка чертей, приковавших меня, болтали на каком-то демоническом диалекте. – Говорите на общем языке, нелюдь! – рявкнула я, пытаясь пнуть хоть кого-то из них. – Хорошая человечина, – радостно прошелестел один из них, морда которого больше походила на тюремную баланду. – Оставим тебя нашему великому вождю Евгагу. Он будет нам благодарен. Он нас озолотит. Нае между тем продолжала сражаться, все больше разрушая все вокруг. Она меняла образы один за другим, но не могла с ними справиться – их было слишком много. Она даже обратилась той же змеей, но это никак не помогло, потому что, по всей видимости, без меня Нае уходить не собиралась. Я была ей, конечно, крайне благодарна, но, если бы не ее упертость, мы бы не оказались в таком положении. Поэтому вокруг катался гигантский комок низших демонов, облепивших меняющего обличия ингу, а я флегматично смотрела на уродливого трехметрового тролля, черного в красную полосочку. Он не спеша полз в нашу сторону, и я откуда-то точно знала, что это тот самый Евгагу идет меня кушать. Спасибо, Нае!