Часть 8

Подходил к концу очередной рабочий день, во время которого они почти не разговаривали. Параллельно с работой Гермиона прокручивала в голове вчерашний диалог. Слова Снейпа о том, что ему «снова приходится спасать задницы гриффиндорцев» ее задевали. Она и так в последнее время часто чувствовала себя беспомощной обузой, а теперь это ощущение только усилилось. — Мы начнем работу над противоядием от оспы после рождественских праздников, в январе, — прервал ее размышления Снейп. — Готовить зелье нужно будет несколько дней подряд без перерыва. По ночам мы будем подменять друг друга. — Хорошо, — ответила Гермиона. На карниз окна села ворона с запиской и постучалась в него клювом. Северус встал из-за стола, приоткрыл окно и забрал записку. Он развернул бумагу, направил на нее палочку и прошептал трасляторное заклинание. Затем начал зачитывать содержимое. — Доброго времени суток. Надеюсь, пока я нахожусь в отъезде, у вас все хорошо. Восклицательный знак. В честь наступающего Рождества приглашаю вас обоих на вечеринку по этому поводу. На праздненстве будет почти все магическое сообщество Японии. Традиционная еда. Традиционные представления. Посещение обязательно, отказы не принимаются, — поморщившись Северус поднял выразительный взгляд на Гермиону. — Приглашенные должны прийти с парой. В скобках: возможно вам проще всего прийти вместе. Дресс-код — black tie. Чем наряднее и шикарнее, тем лучше. Приходите в эту пятницу к 19:00. Посткриптум: моя жена поможет Гермионе наколдовать платье, пока у нее проблемы с магическими способностями. Она зайдет к ней в пятницу в 17:00, — Северус перевернул бумагу. — Далее написан адрес мероприятия и подпись Масару. — Это… что-то вроде святочного бала? — Святочный бал — это мероприятие для школьников. То, куда нас пригласили, — мероприятие только для взрослых. Что на таких праздниках происходит в Японии — понятия не имею. — Значит, пойдем вместе? Или… вы хотите пойти с кем-то? — Вы где-то здесь видите толпу женщин, желающих провести со мной вечер? — спросил Снейп с сарказмом в голосе. — Пойти вместе будет проще всего. — Договорились, — согласилась Гермиона. *** Гермиона сидела на кровати в единственном длинном платье, которое она взяла с собой. Это было самое обыкновенное черное платье в пол на бретельках. Живот скрутило от волнения. Была пятница, и на часах было уже 17:10. Она услышала стук в дверь и ринулась к ней. За дверью показалась элегантная стройная женщина лет пятидесяти. — Гермиона, здравствуйте! Я так рада встрече! — японка в черно-красном кимоно широко заулыбалась. — Простите за опоздание. Столько дел! — Что вы, не стоит извиняться! Проходите, — Гермиона отошла с прохода. — Как… можно к вам обращаться? — Зовите меня просто Юки, — женщина осмотрела Гермиону с ног до головы с нескрываемым восхищением. — Ох, какая вы красавица! — Спасибо, — Гермиона засмущалась. — Ну что, займемся платьем? У вас уже есть идеи? — Честно скажу, я в замешательстве. Я еще никогда не была на подобных мероприятиях. Плюс ко всему, я плохо знакома с культурой, и боюсь ошибиться с выбором. В записке было написано «чем шикарнее, тем лучше». Правильно? — Дорогая, все верно! Считайте, что рождество в японском магическом мире — это единственный праздник, когда можно ни в чем себя не ограничивать и надеть такое платье, которое только у вас родится в фантазиях. Придерживаться традиционной японской одежды необязательно. Кто-то выбирает кимоно, к кто-то — платья европейского покроя. — Сегодня утром я специально сходила в магазин и скупила несколько модных журналов. Знали бы вы, насколько это для меня несвойственно, — Гермиона сделала неопределенный жест руками, показывая свое замешательство. — В любом случае… я вырезала несколько понравившихся вариантов. Хочу, чтобы вы оценили, насколько они уместны. — Давайте посмотрим! Гермиона неуверенно протянула женщине три листа тонкой бумаги с фотографиями. Женщина внимательно изучила их, постоянно кивая головой. — Все три платья прекрасные. Каждое по-своему. Но я рекомендую вот это, — она указала на темно-синее платье в пол. — С одной стороны, оно более простое и строгое, но с другой — оно действительно очень красивое и я бы сказала… сексуальное. — Из-за выреза. — Да, из-за выреза. Поверьте, ваш спутник никогда не забудет это платье. Он будет сходить с ума весь вечер, — она лукаво подмигнула. «А вот это вряд ли», — подумала девушка. — И я думаю, что строгость и простота будут выглядеть выигрышно на фоне женщин в ярких платьях, перьях и камнях. А таких там будет много, поверьте мне. — И все же я сомневаюсь на счет выреза. Он не будет выглядеть слишком вызывающе? — Нет, что вы! Доверьтесь мне. Я думаю, оно отлично впишется в формат праздника. — Ну, тогда выбор сделан! — Гермиона улыбнулась. Женщина подняла палочку и начала колдовать над платьем Гермионы, придирчиво оглядывая его от воротника до подола. Через 10 минут оно превратилось в копию платья с обложки. А балетки превратились в туфли на каблуке. Это было темно-синее строгое платье с длинными рукавами из очень плотной ткани — такой, из которой, наверное, можно было бы сшить пальто. К полу оно расширялось, хотя не было слишком пышным. Сзади воротник можно было бы назвать воротником-стойкой но спереди он постепенно сходил на нет и переходил в длинный разрез идущий вдоль груди и живота, почти до самого пупка. Это сложно было назвать декольте — грудь была закрыта. Но длинная полоска кожи шириной в сантиметр однозначно приковывала внимание. Вдоль выреза и края рукавов извивалась синяя вышивка. — Невероятно! — Юки широко заулыбалась. — Я предлагаю забрать волосы вверх и украсить их кандзаси — традиционным украшением для волос. Примерно как у меня. Она повернулась спиной показывая свою прическу. В высоко забранные волосы были вставлены две тонкие деревянные палочки, концы которых украшали цветы. — Я буду вам очень благодарна! Женщина взмахнула палочкой. Волосы собрались наверх в красивую прическу и открыли шею. В них появилось несколько голубых цветов. — Юки, спасибо. Я даже не знаю как вас благодарить. — Не стоит благодарностей. Вы выглядите сногсшибательно! Я могу чем-то еще помочь? — спросила женщина и Гермиона замотала головой в ответ. — Тогда до встречи сегодня вечером. А сейчас мне нужно бежать! Юки вышла и оставила Гермиону наедине со своим отражением. В зеркале она увидела взрослую, элегантную и сексуальную женщину. С которой она пока была плохо знакома. Немного накрасившись, она решила, что улучшать больше нечего. В дверь снова постучали. Сердце бешено заколотились. Гермиона открыла дверь, за которой стоял Северус Снейп. Его глаза соскользнули с лица Гермионы и проследили весь силуэт платья до самого низа, на обратном пути застряв в области выреза. Наконец он снова поднял глаза на лицо Гермионы. — Вы… прекрасно выглядите, — сказал он. — Спасибо, — засияла девушка. — Жена Масару убедила меня в том, что я буду выглядеть уместно. Надеюсь, она меня не обманула. Девушка вышла из дома. Северус поднял согнутую руку, приглашая к аппаратации. Он выглядел великолепно. Как всегда, в черном. Но это был какой-то более парадный и… дрогой вариант мантии? Трансгрессировав, они оказались перед большим современным зданием с большими окнами, излучающими теплый свет. На улице стояла небольшая группа мужчин и женщин с бокалами шампанского. Они смеялись и оживленно беседовали о чем-то. Северус и Гермиона зашли в большой зал с высокими потолками, наполненный нарядными гостями. По периметру зала стояли угощения и напитки. К ним тут же подошли Масару и Юки. — Гермиона, Северус! Вы выглядите великолепно! — воскликнул Масару-сан. — Вы тоже просто неотразимы! — воскликнула Гермиона. Юки коснулась плеча Гермионы и тепло улыбнулась. Затем она округлила глаза, оглядывая женщин в ярких платьях всех цветов и оттенков, и снова перевела глаза на платье Гермиона. Беззвучно, одними губами она произнесла «а я вам говорила». Гермиона хихикнула. — Мы так давно не виделись из-за моего отъезда. Как у вас дела? Как идет работа? — спросил Масару. — Все хорошо. Мы работаем в плановом режиме, отдаем заказы без задержек. С января начнем заниматься разработкой зелья от нового вида оспы, — обходительно сказал Снейп. — Отлично. Есть ли какой-то прогресс по восстановлению магических способностей? — понизив голос спросил мужчина. Гермиона и Северус переглянулись. После небольшой заминки, Снейп ответил: — Пока прогресса нет. Но у нас уже есть некоторые… наработки. Мужчина участливо закивал и протянул два бокала шампанского. — Давайте выпьем за встречу! — сказал Масару поднимая бокал. — Я считаю огромной удачей то, что мне удалось переманить вас к себе в лабораторию. — Это однозначно большая удача! — заулыбалась Юки. — Для нас тоже большая честь работать у вас, — приподняв уголки губ сказал Снейп. Все четверо отпили из бокалов. — Мы отойдем поприветствовать знакомых, — сказала Юки, и взяв под локоть мужа, повела его ко входу. Гермиона допила шампанское и поставила бокал на стол. В зале стало заметно больше людей. — Вам никого не напоминает Масару? — Дамблдора? — Снейп перевел взгляд на девушку. — Такой же оптимистичный, не в меру доброжелательный и немного сам себе на уме. — Точно, — засмеялась девушка. Она осторожно взяла Северуса под руку и они двинулись вдоль зала. Он согнул руку, чтобы девушке было удобнее. — В целом, как вам здесь? — В Японии? — спросил Снейп. — Да. — Идея о том, чтобы совершить «воскрешение» в Британии настолько мне противна, что жизнь здесь — это лучшее из возможного. Иметь работу, покой и свободу — уже немало. Впервые за много лет я не исполняю долг. Не веду двойную игру. Я даже не уверен, что когда-нибудь к этому привыкну. Гермиона внимательно посмотрела на него, удивляясь искреннему ответу. — Из очевидных плюсов — здесь красиво, чрезвычайно интересно и климат лучше, — сказал он не смотря на девушку. — Здесь правда очень красиво и интересно. Северус взял второй бокал шампанского и протянул еще один Гермионе. В этот момент свет в зале потускнел, а луч прожектора осветил кого-то в центре комнаты. Гости начали перешептываться и расходиться по периметру, освобождая место для стоящей в центре девушки. Стало понятно, что сейчас будет какое-то представление. Девушка была в белом платье из шифона, с распущенными черными волосами. В конце зала распахнулись двери и из них на нее подул ветер — это было заметно по платью и волосам, которые стало относить назад воздухом. Ветер усиливался и девушка пошла вперед, ступая босыми ногами в сторону дверей, из которых исходило синее сияние. Послышался струнный инструмент. Ветер все усиливался и девушка начала двигаться, то ли танцуя, то ли борясь с ветром. Иногда она продвигалась в сторону дверей, но потом ее снова относило назад ветром. Было непонятно, действительно ли ветер настолько силен, или девушка так искусно изображает его порывы. Танец не был похож ни на что из того, что когда-либо видела Гермиона. Зрители смотрели на происходящее затаив дыхание. Не в силах бороться дальше девушка упала на пол. Из двери в ее сторону выползли змеи. В зале послышалось несколько испуганных вздохов. Змеи начали обвивать тело девушки — ее талию, руки и тонкие щиколотки. Еще через несколько мгновений змеи превратились в красные толстые веревки. Они натянулись и длинным концом взмылись в потолок, поднимая девушку над землей. Теперь она висела, обвитая красными веревками, перетягивающими ее тонкое тело. Руки безвольно свесились по сторонам. Голова запрокинулась назад. Музыка стихла и воцарилась гробовая тишина. Что-то ёкнуло в животе Гермионы и она покосилась на Снейпа. Он сосредоточенно смотрел на девушку, зависшую в воздухе, практически не моргая. Еще минуту ничего не происходило — зрителям давали время разглядеть картину в подробностях. Через некоторое время зрители стали удивленно переглядываться друг с другом, и тогда канаты начали превращаться во множество красных бабочек. Они медленно и осторожно опустили тело девушки на землю и улетели в открытые двери на улицу. Девушка медленно подняла голову, встала. Ветра, которому нужно было сопротивляться, больше не было. Она беспрепятственно вышла в открытые двери вслед за бабочками. Зал взорвался аплодисментами. На глазах у Гермионы стояли слезы. Она смахнула их и допила шампанское. Тем временем послышалась музыка. Люди постепенно приходили в себя и начинали заполнять весь зал. Какие-то пары начали танцевать. То ли так сработало шампанское, то ли все дело было в шикарном платье, но Гермиона решила рискнуть. — Может быть потанцуем? — сказала она улыбаясь, и вставая прямо перед Северусом. Кажется, он хотел что-то возразить, но в итоге молча подал руку и вывел ее ближе к центру зала. Гермиона положила одну руку на его плечо, а другую вложила в его ладонь. Она почувствовала легкое давление на своей талии и придвинулась ближе, после чего Северус уверенно повел ее в танце. Она счастливо улыбнулась и отметила про себя, что ее способность к контролю эмоций исчезла напрочь. Вскоре музыка замедлилась, как и ритм их движений. Стало возможно разговаривать. — Этот танец… или правильнее сказать перфоманс никак не выходит у меня из головы, — сказала Гермиона поднимая глаза на Северуса. — Перфоманс девушки в белом? — Да. Он меня поразил. Такой красивый. Трагичный. И еще… даже не знаю как описать… — Эротичный? Гермиона посмотрела Северусу в глаза и ее прожгло от прямоты его взгляда. Они продолжали медленно двигаться в танце. — Наверное… можно так сказать, — девушка всеми силами постаралась скрыть свое смущение. — Дорогие коллеги продемонстрировали нам шибари — японское искусство связывания женщин. — Почему именно женщин? — Насколько я знаю, мужчин связывать никому неинтересно, так как в этом нет ни особой эротики, ни эстетики, — Северус опустил глаза вдоль разреза на платье Гермионы. Она сглотнула. — Танцовщица была в платье, хотя чаще связывают обнаженных женщин. По понятным причинам здесь это было бы неуместно. — Признаюсь, удивлена вашими познаниями. — Признаюсь, удивлен тем, что вам такое нравится, — Снейп чуть наклонился к ее уху. — Похвально. — В каком месте нашей беседы я сказала, что мне это нравится? — вспыхнула Гермиона. Снейп лишь расплылся в самодовольной полуулыбке. В этот момент музыка сменилась на более подвижную, они расцепили руки и подошли к столу с едой. Остаток вечера прошел спокойно и приятно — к Гермионе подошла Юки, с которой можно было поговорить о всяких глупостях. Тем временем Снейп о чем-то разговаривал с Масару. Женщина рассказала Гермионе про каждое из традиционных блюд, стоящих на столах и предложила продегустировать их. Она также рассказала о том, что на этом празднике каждый год показывают какой-то один номер, танец или перфоманс. Все гости с нетерпением ждут его. — Это не просто танец или перфоманс, — многозначительно сказала она. — Это зашифрованное послание на следующий год, которое каждый человек интерпретирует для себя сам. По моему мнению, сегодняшний перфоманс можно было бы интерпретировать так: «не всегда борьба — самый мудрый выбор. Тем более когда речь идет о стихии, или, в широком смысле, о природе. Иногда намного мудрее покориться этому». Гермиона на время погрузилась в размышления. Она подумала о том, что ветер можно интерпретировать и как внутреннюю часть психики, отщепленную вовне. И тогда эту борьбу с ветром можно рассматривать как отображение внутренней борьбы. Внутреннего конфликта. Тем временем она начинала чувствовать усталость. Гостей в зале становилось меньше. Гермиона и Северус попрощались с завлабом и его женой и вышли на улицу. — Предлагаю немного пройтись пешком, — сказал Снейп. — Я за, — кивнула Гермиона. На улице шел снег. Снейп наколдовал ей теплую накидку и она с благодарностью накинула ее на плечи. Тем не менее она продолжала чувствовать смятение после их медленного танца. Его самодовольная улыбка не выходила у нее из головы. Раньше Гермиона не верила в то, что Северус вообще умеет улыбаться. Теперь она удивлялась тому, что он может улыбаться так. Погруженные в свои мысли они прошли молча пару кварталов. — Первый снег в году, — подняв глаза к небу прошептала Гермиона. — Можно вопрос? — Можно. — Помните вечер, когда вы рассказали мне про самопроклятие? Вы сказали, что никакого выбора у меня не было. Что вы имели в виду? Северус поднял одну бровь, как бы спрашивая «неужели вы не додумались сами?». — Мне кажется, я поняла о чем вы, но до конца не уверена, — пояснила Гермиона. — Представьте себе девочку десяти-одиннадцати лет. С ней постоянно происходят странности. К примеру, когда она злится, что-то рядом взрывается. Такие случаи, во-первых, заметны родителям, во-вторых, министерству магии. Они повернули за угол. — К моменту одиннадцатилетия родители уже прекрасно видят, что их дочь — необычный ребенок. Она не делает ничего плохого сознательно, но рядом с ней происходят загадочные события. Которые в редких случаях могут вредить окружающим. Периодически на нее жалуются другие ученики. Родителей вызывают в школу. Их самих тем временем преследует ощущение, что они сходят с ума. Ведь они своими глазами видят нечто магическое, но не знают о существовании мира магии. Гермиона кивнула в знак понимания. — Как вам кажется, к каким негативным последствиям приведет продолжение обучения такой девочки в обычной магловской школе? — спросил Северус. — Если с ней будут происходить странности, возможно, ее станут избегать сверстники. Они будут считать ее сумасшедшей, и она станет изгоем. — Министерство магии считает так же. Поэтому важнейшей задачей для себя оно ставит приобщение маглорожденных волшебников в мир магов. Поверьте, люди, которые приезжают убеждать родителей отпустить их ребенка в Хогвартс, абсолютно уверены, что делают это во благо детей. С чем я, кстати, согласен. А теперь вспомните, кто к вам тогда приехал? — Это была Минерва МакГонагалл. — К вам сразу послали тяжелую артиллерию, прямиком из Хогвартса, — хмыкнул Снейп. — Как вы отреагировали, когда узнали о том, что вы волшебница? — Я была в восторге. И мне наконец стало понятнее, что со мной происходит. — Могли ли лично вы сделать в тот момент иной выбор? Гермиона задумалась и в очередной раз пришла к тому же ответу. — Именно в тот момент, пожалуй, нет. — А теперь представьте себе, что вы узнали о том, что вы волшебница, но родители решили оставить вас в мире маглов. Что бы вы чувствовали, живя со знанием, что вы волшебница, которую не отпустили следовать за своей природой? — Да, понимаю о чем вы. Я бы возненавидела родителей. Мне кажется, нет ребенка, который не хотел бы оказаться волшебником. А потом мне бы стало казаться, что я просто сумасшедшая. Что я сама придумала волшебство и встречу с МакГонагалл. — И никто, поверьте мне, не наслал бы на вас Обливиэйт. Во-первых, потому что такие заклятия не применяют на детях. Во-вторых, министерству выгодно, чтобы ребенок мучил своих родителей просьбами отправить его в Хогвартс. Но как правило все проходит гладко. В течение лета родителям показывают Косую Аллею, Хогвартс. Они своими глазами убеждаются в том, что этот мир реален. В том, что он по-своему прекрасен. И в том, что в нем их ребенок наконец-то будет чувствовать себя счастливым, принятым. Большинство родителей соглашаются отпустить ребенка. Хоть и с болью в сердце. — Но наверняка бывает так, что родители не хотят отпускать ребенка? — Опекуны Поттера, насколько я знаю, тоже были против. И что из этого вышло? Его из-под земли достали, — с иронией в голосе сказал Северус. — Министерство магии готово идти на любые ухищрения, чтобы забрать драгоценного ребеночка-мага к себе. Черная одежда Северуса была усеяна белыми снежинками. Они красовались и в его волосах. Девушка посильнее закуталась в накидку, начиная замерзать. — Предлагаю трансгрессировать отсюда, пока вы совсем не продрогли, — сказал Снейп, окидывая Гермиону внимательным взглядом. Гермиона обвила руку Севеурса двумя руками, и они трансгрессировали. Приземлившись на пол лаборатории, Северус подхватил девушку под руки, чтобы помочь ей удержать равновесие. Гермиона подняла на него глаза и замерла. От взгляда черных глаз внутри все снова перевернулось. Дыхание сбилось. Какая-то неведомая сила заставила ее подойти чуть ближе и поцеловать его. Это был невесомый поцелуй — легкое соприкосновение губ. «Сейчас он вышвырнет меня. Или останется холоден как лед», — пронеслось в голове. Сначала Северус был неподвижен, но потом все резко изменилось. Одной рукой он крепко прижал к себе девушку за талию, а другую руку запустил в ее волосы. Заколка со стуком упала на пол. Его горячий язык ворвался в рот Гермионы. Он требовательно проникал внутрь ее рта медленными, глубокими движениями, прижимая ее к себе за затылок так, чтобы она не могла отодвинуться. Что-то невыносимо мучительное разлилось внизу живота Гермионы. Стоять становилось все сложнее и она вцепилась в его плечи. Северус отодвинул голову, продолжая прижимать девушку к себе, и затуманенным взглядом посмотрел в ее глаза. Перевел взгляд на губы. Затем он повторил этот откровенный, пошлый поцелуй. Он раз за разом проникал в нее настойчивым языком, создавая прямую аналогию с сексом. Не в силах больше сдерживаться, Гермиона громко застонала в его рот. В этот момент неожиданно Северус разжал объятия и резко отпрянул. Тяжело дыша, Гермиона посмотрела на мужчину с непониманием. Его взгляд был все еще затуманенным и каким-то безумным. — Уходите, — сказал он. Он развернулся к девушке спиной и прошел несколько шагов от нее. Гермиона боролась с желанием пойти за ним и снова прильнуть к нему. Но она боялась ослушаться. Боялась столкнуться с отвержением. Она попятилась назад, нащупала руками за спиной стену и поспешно вышла из дома. Быстрыми шагами в одном лишь платье она пересекла двор и оказалась у своего дома. Ей было жарко. Она запустила руки в слой упавшего за день снега и прижала ледяные пальцы к своим пылающим щекам. Постояв так несколько минут, она зашла внутрь.