Этюд. (Бредовое состояние творит странные вещи с мозгами творческого человека)

Сирена огласила сбор на общий пир всех мимопроходимцев и известных мясников. Очередные людишки и им же подобные попались в ловушку кукловодов и плетущих судьбы. Поднялся гул из разных голосов, вскриков, ритуальных напевов и различных звуков зачищаемого, заряжаемого, призываемого и прочего, оружия. Мясники, проходимцы и им же неподобные готовились к веселой взбучке за возможность отведать вкуснейших душ, а на закуску, если вдруг и нежного мяска. Подготовка продолжалась недолго - вскоре на костяную сцену, освещаемую серым цветом нежитного солнца, представился распорядитель веселых распрей. Все неподобные и им же явные заорали, закричали, запищали, заунывали, запели в светлой радостной агонии своих глоток, но вскоре умолкли, почувствовав Небесное Око - присутствие его заставляло замолчать даже самых неумолкающих неверно упокоенных. Распорядитель, взяв высокую ноту сферического вакуума, представил действующим нелицам указание Вероятного Куба. Сегодня оно значило:"1d6+8, 1d10-4, 1d100-$%, 44d8-22d6" Заумно почесав что возможно было в знак принятия текущих бросков, неподобные взяли оружие наизготовку, и стали кто по двое, кто по четверо, кто по шестеро, а кто и десятером подходить до Распорядителя. Тот, сделав великое действо Куба, говорил им, насколько им повезёт или не повезёт и выпускал на арену. Дрались так - те, кто неподобны настолько, что вечно чувствуют запах разлагающегося света в близи столь иных, сходились в схватке, те, кто неподобны в наименьшей степени, предпочитали быть рядом - их запах друг другу оказывался неприятием наибольшим, нежели наименьший запах разложения, и потому они притягивались, как синее и красное, красное и синее. Бой длился до первого пролития непролитного - если войти в рамки того, что можно, то нужно было отступить, а если выйти в рамки того, что нельзя, то можно было наступать. Итак, победителем становился тот, кто более всего станет подобен неподобному и разделит с ним то, что Предназначено тому, кто должен быть одним из легиона Нежитного Солнца - но обязан быть лишь тем, кого выбрало Око. Бои были недолгими, долгими, скоротечными или столь медленными, что многие успевали неспать, пока смотрели на действо партий в шахматные поля. Случалось, впрочем, и так, что по итогу Боя неподобные сжимали руки обоих их и выдирали многие составляющие, чтобы совершить Особый Обмен Неравенства, в признание Памяти Неподобных - тогда, Распорядитель решал предоставление наград в порядке желаний поверхностного незнания изваяний из камня, кто говорили молниеносно, будто подобаясь Оконному Предателю. В любом случае - с Ынера никто не уходил обиженным, ибо обида равна поражению, а поражение - предательству. А то - забвению, что наивысший страх неподобных. Сложно сказать, что развинченные люди были безрадостны своей кончине. Беря в учтение, что с ними работали зачастую наилучшие из наихудших - те были глады на истерзание пытками отчинения функциональностей по косточкам их предов и будов. Что же ставалось после зачинения Ынеры? Неподобные и подобные неподобным сходились по развилкам ступеней и пировали в светах своих Лун, разматывая каждую отчиненную функциональность до мелких крошек хлебной досытости, преобладаясь в даниях оных дельцев, бывавших людьми и подобными людям.