Бомжиха

      Саша тихонечко закрыла дверь и на цыпочках прошла в квартиру. Она могла ходить тихо только в исключительных случаях, - когда боялась разбудить отца. Время ещё не слишком позднее, но отец Вениамин рано ложился и рано вставал, что свойственно пожилым людям.       В гостиной было светло. Наверное, отец забыл погасить свет. Саша завернула туда, чтобы забрать документы, которые она подготовила для развода. Завтра они с Денисом разводятся. Войдя в комнату, она увидела отца, сидящего в кресле и читающего Библию.       – Вечер добрый! Я думала, ты уже лёг, - сказала она. На что отец закрыл книгу и, поправив очки, строго взглянул на дочь.       – Добрый вечер. Если добрый. Саша, что это? – вынув из Библии «закладку», отец показал ей документ в кожаной обложке.       – Мой паспорт. – Саша сразу почуяла чем дело пахнет.       – Вижу, что паспорт. Это что? – Отец открыл его на странице «семейное положение» и показал большую прямоугольную печать.       Саша сжала губы, завела руки за спину и посмотрела в стену, мимо отца.       – И как долго ты собираешься молчать?       Оказалось, что в исключительных случаях Саша может не только тихо ходить, но ещё и долго молчать.       – Пап, это фиктивный брак. У нас с ним брак по договору. Завтра мы поедем в ЗАГС и разведёмся, – корила себя, что не убрала паспорт и оставила его на видном месте.       – Саша, сколько раз я тебе говорил, чтобы ты Дениса не трогала?       Отец Вениамин говорил тихо и спокойно, но Саша знала, что ссоры не миновать. Если бы она зарегистрировала брак не с Денисом, а с любым другим мужчиной, то возможно бы её и пронесло.       – Пап, я его не трогала и не трогаю. Он сам согласился.       – Зачем тебе вот это было нужно? – потряс он раскрытым на всё той же странице паспортом.       – Это был эксперимент. Он оказался неудачным, поэтому завтра мы разводимся, - сухо отчеканила она.       – Ты ставишь на Денисе эксперименты? А ты о его чувствах подумала? – Отец Вениамин снял очки.       – Ой, да какие там чувства? – хотела она посмеяться. – Пап, я же тебе объясняю: у нас с ним фиктивный брак. Он меня не любит, у него девушка есть.       – А ты его? – отец прищурился, слегка закусив заушник очков.       – Блин, пап…- хотела она хихикнуть. – Ты отстал от жизни. В наше время можно свободно заключить брак по расчёту с кем хочешь. Для этого не нужно кого-то любить.       – Ты не ответила на мой вопрос. Я спросил: что ты к Денису чувствуешь?       – Ничего. Пап, я же тебе объясняю, - закатила она глаза. Что 13 лет, что 48, - для отца она остаётся ребёнком.       – А если ничего к нему не чувствуешь, тогда зачем вот это всё? – не выпускал он из рук паспорт. – Саша, брак – это не игра и не шутка! Выйти замуж – это не к парикмахеру сходить!       Саша громко выдохнула, рассматривая икону Божьей Матери на стене. Отец редко, когда читал ей нотации. Он был удобным родителем: не ругался, не вмешивался в жизнь своих взрослых детей, не болел, не требовал к себе внимания, сам зарабатывал, умел вкусно готовить и преданно ждал, когда взрослая дочь вернётся с работы. Поэтому Саша с ним и жила.       – Пап, давай завтра поговорим. Уже поздно. Ты с работы, я с работы – оба устали. Давай не сейчас.       – Нет, давай поговорим сейчас, потому что завтра тебя здесь не будет, - вздохнул отец Вениамин, протягивая ей паспорт.       – В смысле? – встревожилась Саша. – Почему это не будет?       – Потому что ты сейчас соберёшь свои вещи и уйдёшь. – С грустью ответил отец, опустив голову.       – В смысле? Куда я уйду? Пап, ты чего? Никуда уходить не собираюсь. – Эти психиатры такие странные люди.       – Не собираешься, а придётся, - повелительным тоном произнёс отец.       – Пап, я не поняла, ты меня из дома выгоняешь, что ли? – Саша выпучила глаза.       – Не выгоняю, а прошу переехать. Ты уже взрослый человек, ты замужем, у тебя есть своя квартира, там и живи.       – В смысле? Где у меня своя квартира? – Раньше, при разговорах с отцом она так не волновалась. – Пап, с тобой всё хорошо? Может что-то на работе стряслось? Я могу тебе чем-то помочь? – включает опцию «заботливая дочь».       – Можешь, - кивнул отец. – Избавь меня от своего присутствия. Буду тебе очень благодарен.       – Ясно. Значит всё таки выгоняешь. – Саша собрала всё своё мужество в кулак, чтобы казаться непоколебимой. – Гонишь меня из дома на ночь глядя? Знаешь, что майские праздники и что сейчас все отели забиты. Где прикажешь мне ночевать? У подъезда на скамейке?       – Зачем же на скамейке? – По-доброму улыбается отец. – У тебя муж есть. Вот к нему и иди.       – Пап, ты издеваешься?       – А ты над Денисом не издеваешься? Как тебе кажется? Обманом затащила его в ЗАГС, а потом таким же обманом хочешь с ним развестись?       – Я его не обманывала!       – Разве? А машину ему кто обещал?       – Откуда ты знаешь? Это он тебе на меня нажаловался?       – Нет, не он. Какая же ты всё таки…       Отец Вениамин огорчился, покачал головой и вынул из Библии ещё одну «закладку» - ещё один документ. То был брачный договор, в котором было прописано, что машина марки Тойота Аллион, в случае расторжения брака, переходит в пользование Саши.       – Знакомо? – протянул он ей документ.       Саша его не взяла и отвернула голову. Она прекрасно знала, что там написано.       – Тебе не стыдно? – Отец призывал её к покаянию.       – Денис тоже об этом знал! Я от него ничего не скрывала! Он сам согласился пойти со мной в ЗАГС. Я его волоком туда не тащила! Отец, скажи, ты Дениса любишь больше, чем меня?       – Раньше тебя любил больше. А теперь люблю и Дениса, и тебя – одинаково. Теперь он твой муж и я обязан любить его, как родного сына, - улыбнулся батюшка.       – Мда… От тебя, пап, я не ожидала такого подвоха.       – И я от тебя такого подвоха не ожидал. Я столько раз просил тебя не трогать его. У него за плечами очень трудная жизнь, трудное детство…       - А у меня была не трудная жизнь? Не трудное детство? – давила она на жалость.       – У него труднее. Можешь мне поверить, - устало вздохнул батюшка. – Саш… Ты давай не стой, а собирайся и поезжай к нему.       – Щас, ага! - психанула она. – Не поеду я к нему! На лавке возле подъезда лягу, как бомж! Пусть все видят!       Не взяв никаких вещей и даже паспорта, она выскочила из дома. Ни на какую лавку у подъезда она, разумеется, не легла, а села в свою Тойоту Рав-4 и принялась обзванивать отели. Свободных мест, как она и предполагала, не нашлось. Ольга – девушка с фитнеса, которая работала в гостинице «Закат и рассвет», смогла выбить ей люксовый номер за 25 тысяч рублей за сутки, но Сашу задавила жаба и она от него отказалась. Она опустила кресло в горизонтальное положение и заночевала прямо в машине.       Спала она плохо. К утру спина затекла, а руки-ноги занемели, что не повернуться. Она еле как дождалась шести утра и поехала в бассейн. Утренней пробежке она предпочитала плавание. Заодно в бассейне можно принять душ и сходить в туалет, что для Саши, как для бездомной, было теперь крайне важным. Принадлежности для бассейна и для других видов спорта она возила с собой в машине, отчего та была захламлена пакетами и коробками.       После бассейна она заехала в кафе и позавтракала. Потом поехала на работу, где её ждал Денис с паспортом и с нервирующим её вопросом: «А во сколько мы сегодня поедем в ЗАГС?»       - Не поедем мы сегодня никуда! – С раздражением ответила она, небрежно бросив свою сумку в кресло. – Я документы дома оставила, - включила компьютер и повернулась к Денису спиной.       Семь пятниц на неделе. То едем, то не едем. У неё всё так легко и просто. Можно оставить дома документы и никуда не ехать. Можно выйти замуж, а через месяц развестись. Можно купить машину, а потом сказать, что она ей на хрен не нужна. Сегодня хочу, а завтра – не хочу. Вот что она за человек? Как она – столь непостоянная в своих желаниях, смогла добиться успехов в спорте и в карьере?       Денису было скучно. Лины нет на работе вот уже третий день и чудесные слойки с малиной ему дегустировать не с кем. Опять придётся обедать с этой психопаткой, которая сперва грубит, а потом подмазывается и просит сбегать до кафешки. Хоть бы Викторовна с Петровной зашли на обед, чтобы разрядить обстановку. Дениса напрягало оставаться с Сашей в офисе наедине. Та была в плохом настроении. И куда делась Лина? Может ушла в отпуск? А вдруг Саша её уволила?       – На больничном твоя подружка, - сказала Саша, когда Денис за обедом осмелился спросить её об этом. – Она ребро себе сломала.       – Как? – Денис перестал жевать.       – Как, как… Пить надо было меньше! В субботу, когда ты меня из гостиницы забирал, она налакалась и упала с кровати. А ты думал, Линка не пьёт? – усмехнулась, увидев шарообразные глаза Дениса. – Она это дело уважает, - щёлкнула себя по подбородку. – Она ещё и агрессивная такая становится, когда выпьет, ты бы видел! Начинает мне всякую херню выговаривать. – Здесь Саша начинает изображать пьяную Лину: поворачивается в её сторону, как будто та сидит рядом за столом и, проглатывая окончания слов и некоторые буквы, начинает пересказывать Денису то, что Лина говорила ей по пьяни: - Думаешь, ты на рынке главная? Ты здесь не хозяйка, а хозяйка здесь – я! Я тебя запросто могу оттуда вышвырнуть! Я знаю каким путём ты сюда попала! Я всё про тебя знаю! – грозит пальцем. – Потому что я дружу с женой Николаича! – складывает пальцы в жест «коза», обозначающий крутость и превосходство. Она так смешно изображает пьяную Лину, что Денис не выдерживает и начинает смеяться. – Я могу через неё дать указание, чтобы Николаич тебя уволил! Заруби себе на носу, я тебя предупреждаю. – Медленно постукивает по столу указательным пальцем. – Запоминай, ты последний год здесь работаешь! Стоит мне только захотеть, и ты отсюда вылетишь! Прикинь? – Это Саша уже говорит от себя. – Мандавошка какая твоя Лина, да? – Денис смеётся и ей тоже становится смешно. – Она каждый раз, когда пьяная, мне такое выговаривает.       Странно. После такого, Саша должна была давно уволить Лину, но та до сих пор работала.       Навернув тарелку спагетти с двумя куриными крылышками, Саша заинтересовалась слойками, которыми похрустывал Денис:       – Что ты там хомячишь? – вытянула шею, чтобы лучше видеть.       – Слойки с малиной, - с набитым ртом отвечает Денис.       – Вкусные?       – Очень! - запивает их чаем.       – Это где ты такие купил?       – В нашей кафешке.       – Вот обжора! Хоть бы мне одну купил, – с завистью хмыкнула она.       – Но Вы же сдобу не еди́те, - сделал Денис удивлённые глаза.       – Ну ты мог мне хотя бы из вежливости предложить попробовать? Может я и захотела бы.       – Хотите попробовать? – предлагает ей целую, не откусаную слойку.       – Нет, не хочу, - обиженно пробубнила она, закинув ногу на стул. – Надо было предлагать, когда я хотела.       О Боже-е-е! Как с ней сложно! Но Денису почему-то это нравилось. Слегка напрягало, но нравилось.       – Денис, я смотрю, ты на машине сегодня приехал.       – Да, я вчера получил права.       – Я не поняла, а где тортик по этому случаю? – Вот любит она загонять в неудобные ситуации.       – Так машина по документам не моя, а ваша, - нашёл Денис выход из неудобного положения. Мол, пока машина моей не станет, тортика тебе не будет.       – Да, точно! Мне же машину на тебя переоформить надо, – хлопнула она себя по лбу. Умница, намёк поняла!       – Денис, заедь после работы ко мне домой, забери мой паспорт. Папа дома будет, у него спросишь про паспорт, он тебе его отдаст.       Денис удивился. А сама она разве не может за паспортом заехать?       – Отец меня вчера из дома выгнал же, - отвечает она на его удивление, отчего оно у Дениса только возрастает. – Увидел у меня в паспорте штамп, что мы с тобой расписаны, рассердился и выгнал меня. Представляешь? – грустно грызёт зубочистку. – Поэтому я домой больше ни ногой. А без паспорта я не смогу ни в гостиницу заселиться, ни квартиру снять, ни машину на тебя переоформить. Сегодня в Рафике спала. Девчонок просила, чтоб хотя бы на одну ночь пустили, а то после Рафика у меня всё болит, - потирает плечо. – А девчонки будто все против меня сговорились. У одной муж и командировки приехал, другой племянников подкинули, у третьей в семье кто-то короной заболел и т.д, и т.п. Я могла бы здесь остаться заночевать, - имеет ввиду офис, - но что про меня люди подумают? Охранники-то будут в курсе, что я здесь ночую. Потом рынок будет про меня говорить, что я бомжиха, - хочет посмеяться, но не смеётся, потому что ей не до смеха. – Пойдут сплетни, что у меня дома не всё хорошо, что у меня с отцом тёрки. Зачем мне это? Не хочу, чтоб кто-то знал. Я девчонкам сказала, что СЭСка в нашем доме тараканов и клопов потравила и что жильцам на пару дней рекомендовали съехать. Ну, это я так от балды придумала. Поэтому, зая, будь другом, заедь, забери мой паспорт, пожалуйста. Если отец какие-то шмотки мои соберёт, их тоже забери. Да, и ещё банки мои с протеином забери, пожалуйста. Отец знает, какие.       – Конечно, заберу, - пообещал Денис. – А Ваш отец на меня не сердится? Я же скрыл от него про ЗАГС, как Вы и просили.       – Нет, на тебя он как раз и не сердится. Это из-за тебя он меня выгнал. Решил, что я тебя этой печатью обидела.       – Извините, что так вышло, - разделил он с ней грусть, а потом предложил: - Если что, можете ночевать сегодня у меня, - смутился, когда она посмотрела на него настороженным взглядом и тут же добавил: – Если не найдёте гостиницу.       – Ну мне как-то неудобно у тебя ночевать, - взяла она очередную зубочистку. – У тебя же девушка есть. Вдруг она узнает, что я у тебя ночую? Некрасиво получится.       – У меня нету девушки, - опустил глаза Денис.       – Как нет? Ты же говорил, что есть.       – Я этого не говорил. Это Вы сказали.       – В смысле? – вынула она из рта зубочистку. – Когда я это говорила?       – В понедельник после тренировки.       – Ну ты же сам тогда сказал, что влюбился. Говорил или нет?       – Говорил. А про то, что у меня есть девушка, я не говорил.       – Так, подожди, - задумалась она. – Что-то у меня картинка не складывается. В кого ты тогда влюбился, если у тебя девушки нет?       – Она не знает, что я её люблю. Мы не встречаемся.       – А, теперь понятно, - дошло до неё. – А почему она не знает? Ты, что боишься ей об этом сказать?       – Да. – Он так же боится, как и она.       – А чего ты боишься-то? Тебе же не 16 лет. Ты же уже взрослый. Тем более, ты мужчина и инициатива построения отношений должна исходить от тебя. Девушка, даже если ты ей тоже нравишься, из-за своих стереотипов не может первая в этом признаться. В нашем обществе так принято, что первый шаг навстречу делает мужчина.       Ему послышалось, или она только что дала ему инструкцию, как ему нужно действовать? Она поэтому скрывает от него свои чувства? Из-за своих стереотипов? Ждёт, когда он сделает первый шаг навстречу?       Неловкая пауза. Вот он – этот момент! Денис, действуй, не упусти его! Скажи ей! Скажи, прямо сейчас, что ты её любишь! Признайся уже! Давай! Хватит тянуть канитель!       Н-н-нет. Как же ст-т-трашно! Он смотрит на неё и бледнеет, и понимает, что упадёт в обморок, если пошевелит языком.       – Это кто-то с фитнеса? – Саше хочется узнать, кто же та девушка, в которую влюблён Денис.       С фитнеса? Можно и так сказать. Она же, как тренер входит в группу фитнеса. Денис отводит глаза. Она подобралась очень близко.       – Камилла? Нет? А жаль. Ты ей очень нравишься. Только между нами, - ловит его ошеломлённый взгляд. – Она красотка. Приглядись всё таки к ней.       Как убедительно у неё получается делать вид, что она к нему ничего не чувствует. Ещё и Камиллу ему сватает. После таких слов, Денис начинает сомневаться, а действительно ли она в него влюблена? Может и правда она по-пьяни наболтала ему всю эту чушь? Когда она убежала на рынок, он ещё некоторое время колебался и, когда хотел загрустить, вспомнил про её телефон. Нет, она может врать сколько угодно, но её телефон не врёт. Зачем ей записывать его как «Денис любимый», если она его не любит? Денис не был пьян в ту ночь и ясно всё видел.       Уходя с работы, Денис зашёл на кухню, чтобы отключить чайник и микроволновку. Это было одним из правил пожарной безопасности в офисе: перед уходом все электроприборы, кроме холодильника выключать из розеток. Денис думал, что Саша уже уехала и ойкнул, когда зайдя на кухню, увидел её спящей на диване. Спала она не крепко, потому что сразу проснулась, услышав, как чпокнула вилка от чайника.       – Сейчас чуть-чуть полежу и поеду, - не открывая глаз, сказала она.       Диванчик на кухне был очень удобным, мягким и уютным. Денису самому хотелось хоть разок на нём растянуться и полежать, пока никто не видит.       – Денис, ты меня с той стороны закрой, а на сигнализацию я контору сама поставлю. Пока. До завтра.       – До свидания, - попрощался Денис, и осмелился напомнить: - Александра Вениаминовна, если что приезжайте ночевать ко мне.       – Хорошо. Я подумаю над твоим предложением, - сонным голосом сказала она.       Денис, как обещал, поехал к ней домой за паспортом. Пришлось рассказать отцу Вениамину об их с Сашей сделке. Денис отстоял честь любимой, убедив её отца в том, что Саша на него не давила и предложение вступить с ней в брак он принял сам. В принципе, так и было. Рассказал, что взамен получил от неё в подарок машину. О том, что он выплачивает за неё, не стал говорить. Натягивать и без того натянутые отношения отца и дочери, ему не хотелось.       После полуторачасового чаепития и разговора по душам, батюшка отдал Денису Сашин паспорт и чемодан с одеждой, который он для неё собрал.       Окрылённый надеждой, что Саша приедет и будет ночевать у него, Денис купил кофе, купил зубочистки, отварил рис и макароны, сделал салат из огурцов. До двух часов ночи он дежурил на телефоне. Ждал, что она позвонит. Но она не позвонила и не приехала.