Покажи член

      Вечер Денис снова проводил в одиночестве. Ждал, что Саша приедет пораньше, и они вместе посмотрят какой-нибудь фильм, какой она любит, или поговорят на темы, которые ей интересны. Но она не приехала. Денис расстроился. С горя достал синтезатор, что пылился в коробке под кроватью, как под кроватью в её доме пылились её медали и кубки. Денис стал наигрывать мелодию грустной песни «Hallelujah» Леонарда Коэна. В своё время эта песня стала саундтреком к мультфильму «Шрек». В ней поётся о божественном, о музыке, воздаётся слава чувствам, а в самом тексте присутствует лёгкий оттенок романтики.       Отыскав в интернете ноты этой песни, Денис сыграл её и даже немного спел. И в тот момент, когда он играл и пел, в его комнату вошла Саша. Увидев её, Денис испугался и убрал руки с клавиатуры. Будто она его застукала за мастурбацией, а не за музыкой.       – Ух, ты! – Её охватил полный восторг от увиденного и услышанного. – У тебя синтезатор есть!? Ты почему мне раньше не сказал?! – Она подошла к инструменту и бережно провела по нему рукой, как по старинному, дорогостоящему раритету. – Ой, а сыграй мне что-нибудь. Сыграй вот эту музыку, которую ты только что играл, - просит она, присаживаясь на его кровать, чтобы его послушать.       Денис сначала растерялся, но потом сконцентрировался и сел за инструмент. Если ей нравится музыка, нравится живое её исполнение, то это его шанс покорить её сердце. С телефона он открыл нотный текст «Hallelujah» и начал играть. А Саша подпёрла щёчку ладошкой и, затаив дыхание, стала слушать. Денис чувствовал её прикованный к нему взгляд и ощущал приятное волнение. Ей нравилось, как он играл, нравилась музыка.       – Спой её. – Неожиданно просит она его.       Денис от её просьбы так разволновался, что фальшиво взял последующий аккорд и застопорился на нём.       – Я... Я плохо пою, - хотел откреститься он от вокала.       – Ты классно поёшь! Я же только что слышала. У тебя красивый голос. Спой для меня. – Она положила ладошку под щёчку в ожидании.       Денис прочистил голосовые связки и увеличил на синтезаторе громкость, чтобы красивая музыка перекрывала его никудышный голос. Никогда он так не волновался перед выступлением. Он ведь не солист. А пел он только в церковном хоре и в колледже на уроках сольфеджио. Ну и когда принимал душ, тоже иногда пел в полголоса. А сейчас он должен спеть для НЕЁ! Спеть безупречно: без фальши, без запинки, без дрожания в голосе и без права на ошибку. Он стал играть «Hallelujah» с самого начала и спел Саше первый куплет. В этой песне пелось о его увлечении – о музыке. Было бы неплохо, если бы Саша тоже понимала, о чём в ней поётся. Вряд-ли ей интересна музыка так же, как спорт. «Now I've heard there was a secret chord (Послушай, как звенит струна,) That David played, and it pleased the Lord (Так царь Давид молил Творца.) But you don't really care for music, do you? (Но что тебе до музыки, спрошу я?) It goes like this (То вверх, то вниз,) The fourth, the fifth (В единый хор) The minor fall, the major lift (Взлетят мажор и ре-минор,) The baffled king composing Hallelujah (В печали кроткой он придумал: «Аллилуйя»)»...       Денис спел, как ему показалось, очень плохо, очень фальшиво и очень безэмоционально. Он мельком взглянул на Сашу, чтобы увидеть по её лицу, стоит ли ему продолжать. Она сидела, не шевелясь, и ласкала взглядом его руки, его пальцы. То, как они с трепетом перебирают клавиши и нежно нажимают на них. Денис решил сократить песню. Саша всё равно этого не заметит. Он очень волновался в её присутствии. Его бросало в жар, он чувствовал, как пальцы потеют и соскальзывают с клавиш, как горит его лицо, и как капельки пота стекают по спине между лопатками. Когда он взял заключительный аккорд и снял руки с клавиш, Саша осыпала его комплиментами:       - Офигеть, как ты круто играешь! И голос у тебя… Денис, он у тебя просто охуенный! Скорее научи меня играть на этой штуке, - подскочила она к синтезатору, - мы с тобой создадим крутецкую музыкальную группу, будем ездить по миру и давать концерты!       Денис рассмеялся. В ней столько позитива! Она, что реально хочет научиться играть на фортепиано?       – Ты меня научишь? – Она уже стоит над инструментом и бочком шутливо оттесняет Дениса в сторону, мол, теперь её очередь играть.       – Конечно. Садись.–Денис встаёт со стула, уступая ей место.       Она садится и сразу же начинает жать на клавиши. Совсем, как ребёнок, который у кого-то в гостях дорвался до пианино. Денис встал сбоку от Саши в роли учителя:       – Чуть-чуть раздвинь локти. Расслабь руки. Спина прямая.       – А у меня какая? Кривая, что ли? – Саша обижается, что Денис сделал ей замечание.       – Ты слишком вперёд наклоняешься, а надо держать спину ровно.       – Я первый раз в жизни села за пианино, а ты мне уже замечания делаешь, - цыкнула она.       Денис закатил глаза. Вот как её учить, если она совершенно не готова к критике?       – Поехали дальше! Что там делать надо? – На панели синтезатора она стала всё подряд крутить, нажимать и переключать.       – Нет, это всё потом. – Денис отключает все звуковые режимы и оставляет только режим "фортепино". - Сначала научимся правильно держать руки.       – А без этого никак? Нельзя просто взять и по ним потыкать? – Саша начинает тыкать по клавишам. О Господи! Совсем, как дитё!       – Можешь потыкать, - разрешает Денис. – Только это будет не музыка.       – Ладно, что там с руками? – На секунду она смиряется со своим положением ученицы. – Как их надо держать?       – Чуть-чуть разведи локти, - учит Денис. – Расслабь кисти. Расслабь запястья. Немного округли пальцы.– Саша не понимает, что значит «округлить пальцы».– Представь, что в каждой ладони у тебя находится теннисный мячик. – Денис старается объяснить по-простому. – Какую форму…       – Можно я тебя перебью? – перебивает Саша. – Я только хочу уточнить: мячик от большого или от настольного тенниса?       – От большого. Тот самый мячик, с которым ты нам устраиваешь пытки на тренировках и от которого у нас потом синяки на спине, - улыбается Денис, а Саша начинает ворчать:       - Ой, ой, ой, пытки!..Так вот значит, как ты обо мне думаешь: что я садюга?       – Я этого не говорил, - подавил смешок Денис. Он привык, что она не смеётся, когда ей смешно.       – Не говорил, но подумал. Так, что там дальше? Типа держу я этот теннисный мячик и что?       – Посмотри, какую форму сейчас имеют твоя кисть, твои пальцы.       – Закруглённую. Поняла.       – Такой формы твои кисти должны быть на протяжении всей игры. Они должны быть мягкими. Запястья не должны опускаться. Между запястьями и локтями старайся поддерживать прямую линию. – Денис вынул из кармана пятирублевую монетку и положил её Саше на правое предплечье.       – Нахуя это? – недоверчиво посмотрела Саша на эту деталь. – Денис, когда мы уже играть начнём?       – Играй, - разрешает Денис. – Только так, чтобы монетка не упала с твоей руки.       – Ты издеваешься? Я же так не смогу!       Да ладно! Неужели на свете есть что-то, чего она не может? Хоть в чём-то Денис может её превзойти. Она нажимает на клавишу, и монетка, как с горки, съезжает по её руке вниз. Саша успевает её словить, прежде, чем та упала бы на пол.       – Дай руку. - Она взяла и прилепила Денису эту монету туда же, куда он ей. Хочет, чтобы он доказал, что это вообще возможно, играть так, чтобы она не падала.       – Смотри, – показывает Денис,– локти и запастья должны быть на одном уровне. – Он чуть присел, чтобы его локти находились на одном уровне с клавиатурой и стал играть гамму одной рукой. – Тогда монета не упадет. А ты сильно опустила запястье, поэтому она упала.       – Да ну нафиг! – смотрела она на его игру с монетой на руке, как на нечто сверхъестественное. – Я так поняла, что ни на какие гастроли мы с тобой не поедем.– С наигранной грустью вздохнула она.       – Это не сложно. Попробуй. Можно без неё, - убирает монетку обратно в карман, и Саша начинает уверенно нажимать пальцами на клавиши. – Не стучи. Мягче. - Денис следит за её движениями.       У неё короткие и совсем не пластичные пальцы. Она легко может сесть на поперечный шпагат, но дотянуться с ноты «до» до ноты «ля» не может – растяжка её пальцев нулевая. Ногти у неё коротко подстрижены, как у профессионального пианиста. Обычно, женщины так коротко ногти не стригут. А ещё, женщины ухаживают за ногтями, покрывают их лаком, делают маникюр и постоянно борятся с кутикулой, о которой Саша, похоже, вообще ничего не знает. У неё типичные пальцы боксёра: короткие, с утолщёнными костяшками (что делает их корявыми) и очень сильные. Они оставляют на теле Дениса синяки, когда она его щипает. Денису нравится разглядывать эти синяки в зеркало, нравится нажимать на них и испытывать боль. Что с ним не так?       – Не бей так по клавишам. Касайся их подушечками пальцев. С небольшим нажимом. Вот так…       Денис взял её руку, повернул ладонью вверх и прикоснулся к ней подушечкой среднего пальца. Такое незначительное прикосновение, но Саша почему-то напряглась, как будто Денис сделал ей больно.       – Лучше сыграй мне ещё что-нибудь. – Она убрала ладошку и пересела со стула на кровать. – Можешь сыграть «Титаник»?       – С одним условием: если ты споёшь. – Денис стал искать ноты «Титаника» в интернете.       – У меня нет голоса. И слуха тоже.       – Ты говорила, что споёшь «Титаник», если я его сыграю. – Денис деловито выгнул бровь.       – Да ты гонишь! Когда я такое говорила?       – Говорила, говорила. Я помню.       – Хорошо, я спою. Только с соседями потом будешь разбираться сам. – Она входит в азарт и начинает искать в интернете текст песни «My Heart Will Go On».       Денис к этому времени знакомится с нотами песни и пробует играть аккорды. Звучание этой мелодии вживую заворожило обоих. Денис когда-то давным давно слышал эту песню, но был ещё слишком юным, чтобы оценить по достоинству её звучание и смысл. В ней выражается глубокая и вечная любовь героини, пережившей потерю возлюбленного. Несмотря на то, что он ушёл из жизни, его образ продолжает жить в её сердце, снах и воспоминаниях. Песня наполнена тоской и печалью, но в то же время надеждой и верой в то, что любовь преодолеет смерть и время.       Из-под пальцев Дениса полилась светлая музыка, наполненная чувствами боли и страдания, переживаниями и лирикой. Аккорды большой октавы пробирали до мурашек. Саша слушала первый проигрыш молча. Слишком красива была эта музыка, чтобы портить её своим безобразным, сиплым голосом. Таковым она его считала. На самом деле он у неё он был просто великолепным. Так считал Денис, когда услышал, как она поёт. Она пела вполголоса. Немного робко, но серьёзно, без ребячества и насмешек над собой. С хорошим английским акцентом. У Дениса сложилось чувство, что она наизусть знала эту песню, потому что пела без запинок и совершенно не смотрела в телефон, чтобы читать с него текст.       Когда эхо последнего прощального аккорда растворилось в вечерней тишине, они поаплодировали друг другу и посмеялись, что ихнему дуэту быть. В какой-то момент их лица сблизились, взгляды зацепились друг за друга. Идеальный момент для поцелуя. Чуть-чуть податься вперёд и их губы встретятся без каких-либо препятствий. Они молчали, смотрели друг на друга и всё понимали, когда Саша вдруг сказала:       - Покажи член.       Денис покраснел. Ну ничего себе она выдала!       – Да я шучу, расслабься, - хохотнула она, увидев, как парень залился краской.       Идеальный момент для поцелуя был упущен. Заколебала она своими нестандартными шуточками! Что у неё на уме? Она правда хотела увидеть его член, или просто хотела посмотреть на его реакцию? Она его дразнит? Испытывает его терпение? Она взрослая женщина и не Денису её учить тому, что должно происходить между мужем и женой, когда они любят друг друга. Саша охотно принимала внимание и заботу Дениса, но упорно избегала ситуаций, когда между ними могло возникнуть что-то интимное, к примеру, нежное прикосновение или поцелуй. Она либо убегала, либо бралась за телефон и начинала срочно кому-то звонить, либо говорила какую-нибудь нелепость по типу «покажи член», чтобы разрушить возникшую между ними романтическую атмосферу. Денис терялся в догадках: зачем она это делает? Потом Саша сама это прояснила за чашкой горячей воды вместо ужина:       - Денис, если тебе хочется секса, ты можешь встречаться с другими девушками.       Её слова повергли Дениса в шок, но следующая фраза буквально чуть его не убила:       - Я не возражаю. Я тебе уже говорила и ещё раз повторю: ты свободен. Ты можешь встречаться с другими женщинами, если хочешь. Ты молодой и горячий, тебе в твоём возрасте секс нужен, как воздух. А я не могу тебе его дать.       «Почему?» - возник у Дениса закономерный вопрос.       - У меня нет в нём потребности. Я не нуждаюсь в сексе, а ты – нуждаешься. Поэтому, чтоб у тебя не было простатита, найди себе кого-нибудь. Это твоя квартира и ты можешь приводить девушек сюда. Я не против. Если что, говори им, что я твоя мама, - хихикнула она.       Что?! Приводить сюда?! Она не против? Мама?.. Какая мама?! У Дениса пересохло в горле. Она его не хочет. Не хочет! Не хочет!       – Ты поэтому так поздно домой приходишь? Чтобы не мешать моей личной жизни?       – Твоей половой жизни, - поправила Саша. - Можешь считать, что так. Но не только поэтому.       Денис в шоке. Его моральные устои настолько высоки, что не позволяют принять то, что женщина собственноручно может толкать своего любимого мужчину на измену.       – То есть... Для тебя нормально, что твой муж будет спать с другими женщинами?       – Нет, не нормально. Но ты всё равно будешь это делать. С моего согласия или без, потому что долго терпеть ты не сможешь. Денис, не жди, что между нами что-то будет. Мне не нужен секс, я не буду с тобой спать. – Эти слова ранили Дениса, но он не подал вида.       – А ты меня любишь? – спросил он её прямо.       – Не знаю, - сухо ответила она и отвернулась. Денис смотрел на неё и ждал, что она скажет дальше. – Я ещё никогда не чувствовала то, что чувствую к тебе, но не знаю любовь ли это.       – А что ты чувствуешь?       – А хрен его знает. – Она поставила свою недопитую кружку с водой на стол и пальцами, как расчёской принялась зачёсывать чёлку назад. – Не могу объяснить. Я же говорю: со мной это впервые. Может это материнский инстинкт, - положила руки за голову и потянулась в спине. – У меня же нет детей, а ты по возрасту мне в сыновья годишься. Может это оно и есть.       Такой расклад Денису совсем не нравится. Он не хочет быть её сыном.       – Ты хочешь детей? – спросил он.       – А ты? – Бумерангом вернула она ему вопрос.       – Я бы хотел.       Саша одобрительно качнула головой, мол, желание иметь детей - хорошее желание, и не каждый парень двадцати трёх лет захочет заиметь ляльку в этом возрасте.       – От тебя, - сладким голоском добавил Денис.       Саша дёрнулась и испуганно вытаращила на него глаза:       – Ты с дуба рухнул?! Какие нафиг дети от меня?! Ты знаешь, сколько мне лет?       – А ты можешь?.. Ну это… Родить, - боязливо спросил Денис.       Жутко неудобно её об этом спрашивать, но должен же он удостовериться, что она ещё не вышла из детородного возраста. Ведь отец Александр пророчил ему сына.       Саша аж подавилась воздухом и раскашлялась. Она не на шутку перепугалась.       – Денис! Ты с ума сошёл? Даже не думай в эту сторону! Не буду я ни от кого рожать!       – Но ты ещё можешь?.. Ну это… Забеременеть, - прикусил он язык и покраснел.       Надо было видеть её лицо. Она вся задёргалась, закрутилась на стуле, потом вскочила, резко схватила кружку, пролила остатки воды на пол, потом поставила кружку обратно, схватила телефон, не зная, чем ей заняться, в какой угол смотреть и кому звонить. Вопрос Дениса про забеременеть, её дезориентировал в пространстве.       – Ну ни хуя себе у тебя вопросики! - Только и могла сказать она.       – Обыкновенные, - пожал плечами Денис. – Они же не пошлые. Я всего лишь спросил: «можешь ли ты забеременеть и родить?»       - Не знаю, я не проверяла! – окрысилась она на него.       – А чисто теоретически? – дожимал её Денис.       – Могу! Но только чисто теоретически! Губёшки свои тут не раскатывай! – грозно нависла она над ним, потому что Денис на слове «могу» мило заулыбался.       – Денис, не мечтай! Лучше иди и найди себе какую-нибудь бабу для утех!       – Не хочу я какую-нибудь бабу! Я только тебя хочу!       – Во! – Саша показала ему дулю с последующей трансформацией её в кулак. – Видел? – угрожающе приблизила кулак к его лицу и коснулась им кончика его носа. – Только попробуй меня своим двадцать первым пальцем тронуть, пиздюлей получишь! Денис, ты меня знаешь.       Страшно? Денису ни капельки. Он вытягивает губы в трубочку и с громким чмоканьем целует её кулачок. Он доволен своим поступком и продолжает мило улыбаться, а она… Саша одёргивает руку, как будто обжигается об его губы. С воплем «О Боже!», брезгливо скорчив лицо, она начинает обтирать об штаны то место, куда Денис её поцеловал. Потом открывает кран и начинает демонстративно мыть руки с «Фейри» и с губкой. Типа ей противен его поцелуй и она хочет смыть его себя. Пусть не врёт, он ей не противен. Если бы Денис был ей противен, она бы с ним не жила, не работала с ним в одной конторе и не звала на тренировки. Теперь Денис знает: секс у них будет. Нужно лишь немножко подождать.