Часть 5

Богиня Смерти медленно шла по большому дворцу, выстроенном в стиле классицизма, глядя в каждое окно и разглядывая высокие простые колонны без рельефа, потолок, увитый лианами с орхидеями, с росписями, отображающими жизнь разных рас, синий ковёр, устилающий всё помещение... Она максимально растягивала время перед одним разговором, связанным с душой девочки Амалии. Она принесла заснувшую на её руках Амалию в Пространство Богов и положила её в своей спальне. Но она дошла до нужной двери и, выдохнув, постучалась. - Войдите. - Смерть вошла. В большой комнате с арочными окнами, рельефными колонными и потолком без росписей стояли две женщины, которые были похожи и лицом, и телосложением. У первой женщины были волосы, напоминавшие космос. За её головой были светящийся золотой нимб. Глаза её были закрыты маской, соединённой с украшением на шее. Она была одета в иссиня-чёрное платье в пол с золотыми вставками. У второй женщины были чёрные волосы и светящиеся зелёным глаза. Она была одета вульгарно, но красиво. Тёмно-зелёное платье с множеством вырезов и практически открытым верхом, высокие каблуки с прозрачно-чёрные капроновые носки и плащ с украшением из белого меха.. - Привет, мам. Привет, тётушка. - Хель? Что-то случилось? Ты выглядишь так будто хочешь с нами что-то обсудить. - Мам, тётя Мелиодас. Если бы душа вас удивила, то что бы вы сделали? - Нам нужна вся ситуация, Хель. Рассказывай. - Мне сообщили о том, что в чистилище осталась душа, которая не села на поезд, чтобы переродиться. Я решила сама туда сходить, чтобы посмотреть на эту душу. Это маленькая девочка. Она отказалась и перерождаться, и возвращаться. Я не знала, что делать, решила обдумать всё за чашкой кофе, предложила и душе выпить любимый напиток. Когда мы допили, она сползла на колени и стала плакать, умоляя меня либо оставить её в чистилище, либо сделать так, чтобы она вообще не существовала. Я смогла её успокоить, она уснула. Я принесла её сюда. - Ты хочешь получить от нас совет? - Да, пожалуйста. - Хель, я бы взяла её к себе. Если она умоляла бы меня либо оставить, либо уничтожить, то это означает, что в её смертной жизни было мало радостей. Если она не захотела вернуться в своё тело, значит что-то было в её жизни... - Она сказала, что её убил собственный отец. Были и раньше такие же дети, которых убили собственные родители. Но они никогда не просили никого об этих двух вещах. - Тем более. Я бы взяла её к себе. Мели, а ты как думаешь? - У меня не было другой мысли, Алькандра. Я бы также взяла девочку. Но, Хель, прежде, чем решишься на это действие, поговори с Самди. Вы ведь супруги, и вы должны принимать решения вместе. - Я знаю, тётушка. Но мне нужно поговорить не только с мужем, но со Жнецами и Ангелами. Жнецы мне как дети, а Ангелы мои мне советники. - Тогда тебе нужно идти. - Да. Да, я пойду. - Иди. Смерть посмотрела на маму и тётю, а после развернулась и вышла. Она шла быстро, платье её шуршало по ковру, волосы немного трепались от темпа шагов. Богиня Времени Алькандра и Богиня Грехов Мелиодас смотрели ей в след. - Хорошо, что у Смерти есть советники и семья, с которыми она советуется. - Плохо то, что у Жизни нет такого, и она хочет и делает так, чтобы человеческая цивилизация, творения Магии и носители Магии исчезли навсегда. - Но думаю, теперь у Виты появится ещё один противник, маленький и бывший смертным.