Часть 2. Глава 3. Обрести и потерять

      Майкл проснулся с ужасной головной болью — оно не удивительно, ведь он полночи не мог заснуть. Не редко в своей жизни ему удавалось решать не простые задачки, но теперь певец чувствовал себя абсолютно беспомощным. Руководство аэропорта не позволяло ему узнать, в какую страну вылетела девушка, в миграционной службе он тоже получил отказ — все персональные данные строго защищались законом, да и у Джексона не было даже паспортных данных Камры. Всё, что ему было известно, это её имя и дата рождения, и то он не помнил наверняка год рождения своей возлюбленной. Ну, не требовалась ему ранее эта информация. Знай он, что однажды придется в полной растерянности угадывать местонахождение своей Шехерезады, то заранее изучил бы все её документы. В отчаянии артист прибегнул к помощи Николаса — бойфренда Ванессы, но и тот оказался бессилен. И всё же, у него оставалась маленькая надежда.       За окном прогремела гроза. Капли дождя резво били по стеклам, будто бы пытались пробить броню. Вот точно так же сейчас слёзы пробивали его хрупкую душу, только они были там, внутри, и не могли отыскать путь к глазам. Они душили, сжимали, топили в своих водах цветочные сады. Он не на долго снова провалился в сон, а когда открыл глаза, на улице уже светило солнце.       Не смотря на страшную агонию в глубине души, Майкл всё же помнил о том, что дети, о которых он так трепетно заботился всю жизнь, никуда не делись. Они по-прежнему нуждаются в нем, в его заботе и внимании, и как бы дико не звучало — в деньгах, которые спасали их жизни. Кроме этого, у него всё еще была работа — множество незаконченных песен-посланий для мира. Побывав в нищих кварталах, где жила Ариадна, он вновь увидел своё прошлое, вспомнил детство. Для певца всё так же оставалась значимой проблема расового неравенства, его беспокоили страдания планеты, возмущала жесткость по отношению к детям и животным.       Чтобы немного забыться, мужчина зашел в свою домашнюю студию и уселся за стол. Здесь по-прежнему господствовал бардак. Камра разозлилась бы. Ради нее Джексон решил изменить ситуацию и потому начал разгребать завалы. Журналы, большинство из которых он даже не открывал, сразу полетели на пол. Черновики с текстами и рисунками на полях мужчина выбрасывать не стал — он просмотрел их и всё годное сложил аккуратно в стопку. Книги нашли своё пристанище на полках, разбросанные диски упорядоченно теперь расположились в органайзере. Оказалось, что хлама в комнате скопилось куда больше, чем нужных вещей, поэтому одним маленьким мусорным пакетом было не обойтись. Майкл позвал на помощь свою домработницу Шарлотту, и вместе они упаковали не один килограмм макулатуры в коробки. Выбросить всё на свалку у него не поднялась рука, поэтому было решено сдать бумажные издания для дальнейшей переработки. Впервые за долгое время Джексон взялся за тряпку и стал протирать мебель. — Мистер Джексон, зачем же вы утруждаете себя? — разводила руками Шарлотта. До сего дня студия поп-короля была единственным местом, куда она не могла заходить и уж тем более что-то выбрасывать. — Сказали бы мне, я всё прибрала бы здесь. — О, боюсь, вы могли бы нечаянно выбросить что-то весьма ценное для меня — пояснил Майкл. — К тому же, я хочу навести здесь порядок сам. Это нужно мне. — Хорошо. Как скажете. Тогда, может, за одно и окна помоем? А то как-то запылились они. — Я сам. Принесите мне всё, что нужно — учтиво попросил певец. Шарлотта удалилась выполнять просимое.       Майкл прибирал свою студию со свойственным ему перфекционизмом. Все углы были выметены, пыль покинула подоконники, полки и шкафы, а сквозь чистые окна пробивались яркие лучи солнца.       Сегодня ему необходимо навестить вместе Ари её мать, которую он, как и обещал, определил в больницу. Кайя начала проходить лечение, однако, было ясно, что это лишь немного продлит ей жизнь, но не спасёт. Девочка пока не знала о том, что её ждёт и Джексон переживал за то, какой может оказаться реакция. Ариадна не сильно показывала свою любовь к матери, и больше старалась казаться холодной и колючей, но в её глазах нельзя было не заметить искреннего беспокойства и сострадания. Певец так же понимал, что он, пожалуй, останется единственным близким человеком для Ари после смерти Кайи. Камра, вероятно, была бы рада заменить девочке мать, ведь она всерьёз задумывалась удочерить её. Но у судьбы планы оказались чересчур коварны. Теперь Майкл считал своим долгом позаботиться об Ари. Джексон заметил, что девочка в последнее время стала менее сговорчивой и почти не хотела играть, даже учёбу забросила, а ей это было не свойственно, учитывая с каким энтузиазмом она всегда тянулась к знаниям. Вероятно, что Ари просто держит боль внутри себя и не хочет ни с кем делиться. В один из дней певец случайно обнаружил её плачущей возле бассейна. — В чем дело, Ари? Почему ты плачешь? — обеспокоенно спросил Майкл. — Тебя кто-то обидел? — Жизнь меня обидела — пояснила девочка, вытирая слёзы. — Я очень скучаю по Камре. Где она, Майкл? Почему ты не можешь её найти? Ведь для тебя нет ничего невозможного! — О, поверь. Есть — он опустил ноги в бассейн, следуя примеру Ари, обнял её и ласково стал гладить по пышным волосам, прижатым ободком. — Некоторые люди сейчас намеренно строят мне пакости или не хотят иметь со мной дела. Не смотря на то, что все обвинения сняты, многие до сих пор ставят на мне клеймо преступника. Я уже не столь любим и уважаем. — Они идиоты! Ты самый добрый человек на земле! — Ариадна стала крепче прижиматься к Джексону, словно птенец к матери. — Спасибо тебе — на лице певца проступила лёгкая улыбка. — Я благодарен тем, кто верит мне...— он на мгновение замолчал, после чего добавил: — А по поводу Камры не волнуйся. На днях в аэропорту появится мой человек, которого я намеренно подослал, чтобы он просмотрел все камеры видеонаблюдения. Таким образом, мы узнаем, куда уехала наша Камра. — Правда? — в глазах Ари блеснула искра радости. — Ох, скорее бы! Но, как только ты узнаешь, где она, ты поедешь за ней? — А разве у меня есть выбор? Конечно. Правда, там возникнет другая проблема. Где конкретно искать. Вдруг они уехали, скажем, в Россию. Эта страна необъятная. Кто знает, может у неё и имя то сейчас другое. Но я уверен, что найду её. Верь мне. — Я верю — улыбнулась Ари. — Кстати, извини, если лезу не в своё дело...Но эта женщина...Лиза...Вы близки с ней? — Она мой друг, мы очень давно знакомы. — Мне кажется, она метит на место Камры. Мне это не нравится. — Не беспокойся. Место Камры никто никогда не займёт. В этом можешь быть уверена. Её место в моём сердце особенное.       Прошло две недели. Камра шла на поправку. Вскоре ей сняли гипс, да и общее самочувствие стало гораздо лучше. Физически девушка была почти здорова, но вот душевное состояние оставляло желать лучшего. Всё чаще она уединялась, больше проводя времени лишь со своими племянниками. Дети её веселили, отвлекали от грустных мыслей, и тоска по чему-то неизведанному на какое-то время отступала.       В один из дней Аджмаль пригласил девушку на свою конеферму. Камра с удовольствием согласилась, ведь ей уже изрядно надоело сидеть дома, а брат пока не позволял устроиться на работу, желая, чтобы она до конца оправилась. Запреты со стороны Брайана сильно раздражали Камру, ей казалось, что брат чересчур много на себя берёт. Перелёт из Катара в Бахрейн занял чуть менее часа, и Камре показалось, что она всего лишь переместилась из одного города в другой, тем более, что климат здесь был точно такой же.       Лошади — эти грациозные и умные животные разных мастей сразу же вызвали у девушки восторг. Их шкуры переливалась на солнце разными оттенками от белоснежного до тёмно-гнедого будто бы их смазали тончайшим слоем золотой пыли. Среди всех сразу же выделялись чистокровные арабские скакуны: их выдавала длинная, "лебединая" шея и небольшая, вогнутая форма головы. Именно такой породы был личный жеребец Аджмаля. — Какой красавец! — восхитилась Камра и, смело подойдя к коню, погладила его по морде. — Как зовут? — Бруно. — Брат говорил, что у меня тоже в детстве была лошадь. Сапфира звали. Я, к сожалению, ничего не помню о ней, но видела фото. Она была красавицей. — Только пожелай, и любая из моих лошадей станет твоей — заявил Аджмаль. Камра вопросительно уставилась на него, поражаясь такой щедрости. — Почему ты так смотришь на меня? — усмехнулся мужчина. — Да, я хочу сделать тебе подарок. — Почему ты это делаешь? — Думаю, мне не стоит объяснять — дал ответ араб, робко коснувшись руки девушки. Камра смутилась и отвела взгляд в сторону. Ей не нравились эти явные намёки. Аджмаль был хорошим другом и вполне притягательным мужчиной, но сердце упрямо молчало.       Камре приглянулась ахалтекинская кобыла изабелловой масти со светло-голубыми глазами. Её шкура блестела на солнце подобно жемчужине и девушка сразу дала ей имя Жасмин — в честь прекрасного белого цветка. Лошадь была объезжена и вела себя спокойно. — Какая ты красавица...— шептала девушка, гладя лошадь по морде. Жасмин склонила голову будто бы знала, что сейчас творится в душе своей новой хозяйки. Не смотря на то, что рука еще требовала некоторого лечения, Камра решилась забраться на лошадь и немного покататься. — Позволишь на тебе прокатиться? — спросила она разрешения, будто животное могло дать ответ. Камра сунула ногу в стремя, чуть подпрыгнула и в следующее мгновение оказалась на лошади. Аджмаля, запрягающего своего коня неподалёку, мгновенно поразил страх. — Камра...Не нужно...— он спешно оббежал своего коня и устремился к девушке. — Слезай немедленно! Ты еще не до конца оправилась! — Но это же моя лошадь? — Да, твоя, несомненно — он попытался отговорить свою гостью от поездки. Но Камра уже взяла в руки поводье, легонько дала лошади ногами под бока и, разворачивая её, ответила: — Ну, раз моя, значит я могу на ней кататься, когда захочу! — Камра, ты же давно не...— араб не успел договорить, как девушка повела Жасмин рысцой вдоль манежа. — Хорошая девочка — похвалила девушка, склонившись к шее кобылы. Она очень давно не сидела в седле, однако, Камра не испытывала страха, складывалось ощущение, что тело помнит, как нужно управлять лошадью. Спустя минуту к ней подъехал на Бруно Аджмаль. Вместе они стали наматывать круги по манежу. — Ты смелая — подметил араб. — Далеко не каждый отважиться сесть на лошадь после стольких лет... — Мне кажется, что я её чувствую — поделилась мыслями девушка. — К тому же, она такая спокойная. Лошади — единственные животные, которые дарят ощущение свободы — добавила она.       После этого Камра еще несколько раз посетила Бахрейн только ради своей любимицы. Жасмин стала для неё отдушиной, она могла находиться рядом с лошадью целый день, вычищая её шкурку, выгуливая и преподнося различные вкусняшки вроде морковки или яблок. Постоянно наведываться в другую страну было затратно, да и несподручно, поэтому подаренную лошадь Камра перевезла в Доху и устроила её на конеферму, где за определенную плату животному был организован необходимый уход. Один раз конеферму посетила вместе с ней Айше. Заметив то, как двоюродный брат посматривает на её новую подружку, девушка стала подшучивать над Аджмалем и подкидывать ему некоторые идеи для того, чтобы завоевать сердце Камры. С развлечениями и достопримечательностями в Катаре дела обстояли не особо хорошо учитывая, что страна по сути выстроена на пустынное земле, поэтому Айше подкинула брату идею — посетить вместе с Камрой импровизированный лагерь, стилизованный под стоянку бедуинов. Там по вечерам, когда солнце садилось за горизонт, устраивались катания на верблюдах, восточные танцы, файер-шоу, так же можно было послушать музыкантов, что играли на разнообразных инструментах возле костра и пели тягучие, душераздирающие песни о любви.       Камра не хотела, но Брайан и Мария настойчиво рекомендовали ей принять предложение Аджмаля. Им казалось, что араб всё-таки сможет завоевать её сердце. После долгих уговоров девушка всё-таки согласилась...       Весь вечер она была невероятно молчалива. Аджмаль много раз пытался разговорить её, шутил и рассказывал разные истории и легенды, но большинство из них Камра пропускала мимо ушей. Ей было не интересно, а тоска вновь охватила душу, будто бы постоянно нависала над ней тенью и нападала в те моменты, когда она чувствовала себя уязвимой и беззащитной. Девушка чувствовала, как Брайан и Мария, а так же Аджмаль и, вероятно, Айше выстроились вокруг неё и медленно давили со всех сторон. Брат не разрешал ей одной гулять по городу, опекал, словно она маленький ребёнок. Араб душил своей трогательной, но какой-то ненужной ей любовью и чрезмерным вниманием. Мария тоже постоянно раздражала разговорами о том, что Аджмаль мог бы стать для неё прекрасным спутником жизни. Что еще нужно? Красивый, богатый, стихи красиво пишет, смотрит на Камру словно на богиню, но...что же не так? Диас и сама задавалась этим вопросом. Почему сердце не открывает свои двери перед столь достойным человеком?       Группа из нескольких человек сидела у костра и слушала, как трое музыкантов играли на скрипке, табле и флейте. Среди гостей лагеря были Аджмаль и Камра. С первых нот мелодия так тронула душу девушки, что она не смогла сдержать слёз. Они будто бы беспричинно потекли по её щекам. Она всматривалась в пламя костра, замечала, как мельчайшие искры поднимались в небо и гасли в нём. Казалось, в этом огне сгорала её прошлая жизнь, которой она не помнила. А может сгорает вовсе не прошлое, а настоящее? Настоящее, которое Камра не выбирала сама и которое ей насильно навязали. Никого особо не волновали здесь её чувства, её мысли. Поохают, поахают, скажут, что всё пройдет, что она ко всему привыкнет, и на том всё заканчивалось. Женщина без прошлого как заточённая в клетку птица, одинокая и молчаливая снаружи, но кричащая внутри, порой страшилась самой себя. — Почему ты плакала? — спросил Аджмаль после того, как музыканты перестали играть, и люди разошлись. Костёр догорал, но ещё освещал своими красными языками их лица. — Меня растрогала музыка — ответила Камра. — Мне будто рассказали грустную историю любви...Даже захотелось сейчас посмотреть какую-нибудь драму и наплакаться всласть — усмехнулась она. — Я могу рассказать тебе грустную историю любви, если хочешь? — Расскажи... — Ты слышала легенду о Лейли и Маджнуне? — Может быть, раньше и знала — пожала плечами Диас. — Эта история реальна — пояснил араб. — Однажды один арабский юноша-поэт влюбился в девушку по имени Лейли и хотел на ней жениться. Но отец Лейли отказал ему и выдал дочь за другого. Когда юноша узнал о замужестве своей возлюбленной, то покинул своё племя и удалился в пустыню. Его упрашивали вернуться, но он оставался непреклонен. Он много посвятил стихов своей Лейли, изо дня в день перечитывал их самому себе. Но вскоре Лейли перебралась с мужем в Ирак, там заболела и умерла. Юноша от горя впал в безумие и через много лет его нашли у могилы неизвестной женщины. Там он написал свои последние стихи. За это его прозвали Маджнун Лейли. Что переводится как "сведенный с ума Лейли". — Неужели это правда? — Камра не заплакала, но история действительно тронула её сердце. — Говорят, что да. — Очень грустно...       Брайан какое-то время не знал о планах сестры поехать в Африку, и потому был шокирован, когда та рассказала ему обо всём. Они долго ругались, так как брату совсем не понравилась такая идея. По его мнению, после аварии девушка должна больше отдыхать и восстанавливать силы, а дом покидать только в сопровождении кого-либо. Мало ли что может случиться? — Я чувствую себя прекрасно! — Глупости! Ты никуда не поедешь, Камра! Я, как твой брат, запрещаю тебе ехать в Чад! Смотри-ка что удумала! — ругался мужчина. — Да и зачем тебе это? Ты спишь мягко, ешь сладко, что еще нужно? Лучше тогда на работу устройся, если хочешь заняться чем-то! — Ох, ну спасибо, разрешил! — фыркнула Камра. Брайан всматривался в черты лица сестры и вновь узнавал в ней ту пылкость и непокорность, какой она всегда обладала. Пока болела, Камра мало спорила с ним, вероятно, просто сил было не достаточно. Теперь девушка снова выпустила коготки и мужчина переживал, как бы не начала что-то вспоминать. Точнее, он страшился, что сестра вспомнит одно злосчастное имя. — С какой стати ты мне запрещаешь? Может, ты мне еще паранджу нацепишь? Только помни, что я не мусульманка! — Неужели ты не понимаешь, что я переживаю за тебя? — Нет, это ты не понимаешь! Я задыхаюсь здесь! — И ты не нашла себе никакого другого занятия, как ехать в какую-то африканскую дыру, где нищета и болезни? — Да! — твёрдо заявила девушка. — Я хочу быть нужной! По крайней мере сейчас...Вернусь, обязательно найду работу. И жить буду отдельно от вас! Буду строить свою жизнь! — Камра, зачем ты всё усложняешь? — процедил озлобленно Брайан. — Тебя разве выгоняют из дома? Это твой дом! — Я не чувствую это место своим домом! Все мне здесь только указывают, как жить. Что делать, куда ходить и даже кого любить! — После травмы у тебя, видимо, разум совсем помутился! — огрызнулся Брайан. — Психика совсем расшаталась! Если не здесь, то где же твой дом? — он осёкся, боясь услышать слово Америка. — Я хочу жить одна! — Ах, вот оно как! Что ж, ладно. Живи как хочешь! — обиженно бросил фразу Брайан и вышел из комнаты сестры, громко хлопнув дверью. Камра вдруг почувствовала себя виноватой. Что брат сделал такого? Он ведь действительно просто о ней переживает! Она, пожалуй, повела бы себя точно так же, если бы оказалась на его месте. Чувство вины и огромное желание быть свободной во всех смыслах боролось сейчас внутри неё. — Ну, что за упрямая девчонка! — возмущался мужчина, влетев в их с Марьям спальню. Женщина раскладывала в это время чистое бельё на полки, и вздрогнула он внезапного вторжения мужа в комнату. — Что случилось? — Моя сестра с ума сходит! Она надумала в Африку ехать! — Аллах, Аллах! — удивилась Марьям. — Зачем? — Помогать там всем нищим и обездоленным! — Но с чего вдруг? — Ей, видите ли, тоскливо здесь, она здесь задыхается! — Я думаю, она просто чувствует, что не на своем месте — с сочувствием произнесла Марьям. — Может, стоило её оставить в Америке? — Что ты говоришь? — огрызнулся Брайан. — Разве мог я её там оставить одну после аварии?! — он с осуждением взглянул на жену. — Да еще и рядом с этим...— мужчина перешел на шёпот, боясь, что сестра может услышать лишнее. —...Джексоном...Будь он не ладен! — Ты будешь всю жизнь от неё скрывать это? Майкл был частью её жизни. Быть может, сейчас она неосознанно тоскует именно по нему? — И ты туда же? Моей сестре не нужна дурная слава! Я не хочу, что бы в неё тыкали пальцем и называли женой педофила! И мне тоже такая репутация не нужна! И ты, Мария, не смей ей ничего рассказывать. Предупреждаю: ты сильно пожалеешь, если расскажешь Камре о Джексоне! — пригрозил пальцем Брайан. Марьям тяжело вздохнула. — А если она однажды всё вспомнит? Что тогда будешь делать? Думаешь, она простит тебя за то, что ты разлучил её с человеком, которого она любила? — женщина нервно бросила стопку с постельным бельем на полку и захлопнула дверцу шкафа. — Надеюсь, Аллах не допустит! Нужно выдать её замуж. Там уже будет не до воспоминаний. — Мария в ответ лишь не одобрительно покачала головой и тяжело вздохнула. Чувство вины глодало ей душу, но пойти против указа мужа она не хотела.       Майкл узнал, куда увезли Камру. Услышав название страны, где теперь ему предстоит искать свою возлюбленную, он опустился на стул и пытался понять свои эмоции. Да, конечно, он рад, что ему известно местонахождение девушки, но Катар находился не близко и ему придется потратить не мало времени, чтобы отыскать адрес проживания. И хотя страна маленькая, найти одного человека среди более двух миллионов задача не из лёгких. — Майкл, ты спятил? — разводила руками Маргарет. А как же The Jackson Family Honors*? Ты всё бросишь и поедешь на другой конец света? Ты понимаешь, что подведешь всех? А записи песен? Съемки? Интервью? — Всё это подождет, Маргарет. Я должен поехать в Катар. Думаю Джермейн сможет помочь мне в поисках. Он знает кое-кого там. — Дети тоже подождут? — этот вопрос больно уколол Майкла. Ему действительно стало стыдно, что он не сможет посетить в ближайшее время детей в больницах и приютах. — Ох, не дави мне на больное место...Я ужасно виноват...Очень виноват перед этими детьми. Но сейчас я не могу разорваться. — Даже завидую этой женщине — пожала плечами менеджер. — Мужчина бросает ради неё все дела...И какой мужчина, надо заметить!       Джермейн Джексон — старший брат Майкла еще в восемьдесят девятом году принял ислам и имел несколько знакомых среди арабов. Они то и помогли ему через свои связи найти девушку по имени Камра Рей Диас. Адрес был в руках у Майкла через три дня.       Теперь он сидел в самолёте, ожидая вылета в Доху. Сердце бешено билось. Неужели уже меньше, чем через сутки он увидит свой Лунный свет? Но как она встретит его и что скажет? Помнит ли Камра, как он навещал её в больнице? Что сказать ей? А что, если брат девушки снова будет препятствовать их встрече? Джексон строил разные доводы, нервничал, но одно он знал точно: он не уедет, пока не поговорит со своей возлюбленной!       Когда он вместе со своими телохранителями приземлился в столицу Катара, уже был вечер. Дожидаться утра, чтобы нанести неожиданный визит, певец не хотел. Даже вещи, собранные на скорую руку, завозить в отель он не стал. Арендовав автомобиль, мужчина направился туда, где его совсем не ждали...       Марьям ругала своих старших за то, что разбили дорогую вазу. Весь день они носились по дому, задирая друг друга и в результате ссоры уничтожили предмет интерьера. Дети сделали попытку извиниться, но мать сегодня была совсем не в духе и совсем не слушала их. Неожиданно в дверь позвонили. — Ах, вот ваш отец вернулся! Сейчас он вам задаст! — грозилась она. София и Алекс спрятались за перилами, наблюдая за тем, кто же там явился. Дверь открыла их прислуга Жаклин. Следом к двери подоспела и Мария. Обе женщина остолбенели, увидев перед собой человека, известного на весь мир. — Ээм, я что сплю? — пробормотала Жаклин. — Иди, Жаклин, иди — Марьям слегка похлопала женщину по плечу, не отрывая взгляда от стоящего перед нею Джексона. Жаклин удалилась. — Добрый вечер, Мария — вежливо поздоровался артист. — Добрый — растерянно буркнула женщина. — Как вы...как вы нашли нас? — Думаю, это не столь важно. — Вы зря явились сюда — с осуждением заявила жена Брайана. — Я хочу увидеть Камру. Прошу, позвольте мне. Она очень дорога мне. — Её нет дома — Марьям начала нервничать. С минуты на минуту должен был вернуться муж, и если он застанет здесь Майкла, скандала не избежать. — Она уехала. — Куда уехала? — обеспокоенно спросил певец. — Когда? — Она уехала в Чад, в качестве волонтёра. Помогать нищим и больным. — Мой Бог! — Джексон сложил молитвенно ладони и прижал к губам. Тяжело вздохнул. — Я опоздал? — факт был очевиден. — Я опоздал...Что же мне делать? Когда она вернётся? — Я не могу сказать. Не знаю. Но не раньше, чем через месяц... — Месяц?! — Джексона хватил удар. — Это ужасно долго! — он понимал, что месяц не сможет торчать в Катаре. Дела не ждут, да и подопечных у него не мало. — Мария, можете мне дать её контакты? — О, нет! И не просите! Ни за что! — Почему? — мужчина умоляюще взглянул на жену Брайана. — За что вы так терзаете меня? Ваш муж наговорил вам обо мне много дурного, не так ли? Но это всё не правда! Клянусь, я не тот, кем меня сейчас считают! Скажите, что мне сделать, чтобы вы мне поверили? — Я и сама умею думать, мистер Джексон — заявила женщина. — Я солидарна со своим мужем. Уходите, пожалуйста! Я ничем вам не могу помочь! — Как я могу вам верить? Может, Камра дома или просто куда-то ушла? — Марьям фыркнула и подойдя к комоду, открыла ящик и вытащила от туда листок. — Вот, это анкета волонтёра — Майкл бегло пробежался глазами по листку, увидел фото Камры, прочитал имя, дату рождения, благотворительную организацию, в которой она состояла, и ответы на некоторые вопросы. — На днях выйдут репортажи из Чада. Можете посмотреть. Раз не верите. — Она взялась за ручку двери и стала закрывать её перед носом Майкла. — Постойте! — мужчина не дал ей захлопнуть дверь. — Я не хочу с вами ругаться. Но прошу, возьмите это — он протянул ей листок с номером. — Это мой телефон. Знаю, что ваш муж хочет разлучить меня с Камрой. Но я люблю её. Очень люблю. Если вы передумаете, прошу позвоните мне и дайте возможность связаться с человеком, которого я люблю больше жизни. — Марьям приняла что-то наподобие визитки. — Ничего не обещаю — холодно ответила женщина. Майкл с надеждой посмотрел ей в глаза, попытался улыбнуться, но Марии показалось, что он вот-вот заплачет. Через минуту король поп-музыки, которого даже не пустили на порог дома, уехал. Совесть снова начала душить жену Брайана. Внутренний голос твердил ей, что она поступает не правильно, но ослушаться мужа по-прежнему боялась. Марьям и сама толком не понимала, верит ли она тому, что пишут СМИ или же тому, что говорит сам Майкл. Певец казался таким добрым и искренним человеком, который и муху не обидит, но никто не исключал, что внешний вид может быть обманчив.       Майкл приехал в гостиницу подавленным, в горле стоял ком от настигнувшего разочарования. Он так мечтал увидеть Камру, поговорить с ней, но в итоге их пути разминулись. Снова. Почему он не узнал о её местонахождении хотя бы на день раньше? Тогда их встреча непременно состоялась бы! А что теперь? Камра вернется неизвестно когда! И как ни крути, а ему придется вернуться в Америку, потому что от него зависело очень много людей. После падения ему нужно подниматься! И как бы больно и жестоко это не звучало, теперь ему придется это делать в одиночку. Его Лунного света не будет рядом.       Джексон зарылся под одеяло и разошёлся рыданиями. Она была так близко, еще чуть-чуть и он ухватился бы за её руку, но упустил, опоздал. Прошло чуть больше месяца с тех пор, как их разлучили, а певцу казалось, что прошла целая вечность. И почему вдруг Камра уехала на африканский континент помогать страждущим? Что её заставило? О чём она думала, ведь сама совсем недавно попала в аварию? Однако, такая самоотверженность не могла не восхитить Майкла. Его любимая имеет чувствительное, сострадательное сердце, не страшится болезней, грязи и нищеты. Там она, вероятно, будет спать не на самых мягких кроватях, (если вообще там есть кровати), кушать простую еду, как и все, и много времени проводить на солнце...На том самом солнце, которое вредно для его собственной кожи.       На следующий день певец проверил благотворительную организацию "Иман"**, в которую была зачислена Камра и убедился, что Мария его не обманула. Он изучил некоторую информацию, которая касалась поездки в Чад и обнаружил на сайте фотографии, где среди других волонтёров находилась его возлюбленная. К вечеру на страницу загрузили небольшое видео, в котором женщина по имени Айше рассказывала о плачевном состоянии людей. У них грязная вода, они голодают и не могут получить должного лечения. У Майкла разрывалось сердце, когда он видел худеньких детей, смотрящих в камеру жалобным, просящим о помощи взглядом. Неожиданно на заднем плане, на фоне серой палатки он заметил до боли знакомую девушку, что держала на руках крохотную чернокожую девочку и кормила её из бутылочки. Глаза мужчины мгновенно увлажнились от боли и умиления. Камра. Вот она. Совсем не изменилась. Джексон ждал, что она скажет что-нибудь на камеру, как-то прокомментирует своё пребывание среди несчастных людей, но увы, всё её внимание было обращено на малышку. Покрывало из льна на голове девушки съехало, волосы высоко заколоты крабиком, длинное платье полностью закрывало тело, косметики на лице всего самая малость — слегка подведены глаза. Сейчас она выглядела так благочестиво, что окажись певец рядом, даже побоялся бы к ней прикоснуться. После аварии Майкл впервые видел её в здравии. Как бы ему сейчас хотелось пересечь пространство, пройти сквозь время и оказаться рядом. — Позаботься о них, мой Лунный свет — прошептал в пустоту Джексон, не отрывая взгляда от видеоролика. — Я горжусь тобой! — по сердцу разливалось приятное тепло. Он видел, в каком роскошном особняке жила девушка, но тем не менее ей оказалось почему-то важнее торчать в африканских хижинах. Камра за считанные минуты выросла в глазах Майкла, он и не думал, что она способна на такие подвиги.       Вернулся в Америку Джексон с чувством частичного провала в своей миссии. Но он дал себе слово, что непременно вернётся в Доху и теперь регулярно будет посещать сайт организации и наблюдать за их деятельностью. Сейчас это единственная нить, связывающая его с Камрой. Верить Марии он мог с трудом, а уж Брайан и того подавно не заслуживал доверия, ведь он однажды уже обманул.       На столе пылилась папка с недописанными песнями. Майкл открыл её и стал просматривать свои черновики. На одном листке: What about sunrise? What about rain?...На другом: Skin head, dead head. Everybody gone bad...Он начал эти песни не так давно и чувствовал, что ему ещё есть что сказать. Маэстро взял ручку и начал размышлять над текстами. Музыка лилась в его голове следом за стихами. Творчество позволяло ему на какое-то время уйти в себя, забыть о тоске, что подобно моли, глодала его душу.       Так прошёл месяц. Шоу, фотосессии, новые тексты песен, появление на церемониях, посещение детских домов и больниц. Изо дня в день Джексон ждал звонка от Марьям, но так и не дождался. "Иман" выпустило еще пару видеорепортажей с мест, где трудились волонтёры, рассказывала о мероприятиях, только Камра больше нигде не появлялась.              Но один день перевернул мир Майкла.       Ари вбежала на территорию Неверленда, когда певец сидел на своём Дарующем дереве и что-то мурлыкал себе под нос. Девочка запыхалась, и остановилась возле дерева, чтобы перевести дух. В руках она сжимала газету. — Ари, что такое? За тобой, что, гонятся? — недоумевал певец и спустился по ступенькам на землю. — Ты читал это? — Ариадна сунула ему под нос газету. — Что это такое? — музыкант принялся читать.       Заголовок гласил: "Загадочная девушка покорила сердце арабского поэта".       У Майкла подкосились ноги и он сел на траву.       Далее перед его глазами мелькали предложения из статьи: Аджмаль ибн Иса аль Мактум женится на Камре Диас — девушке с арабскими корнями... О дате свадьбы пока ничего не известно...После стольких лет мужчина, наконец, открыл своё сердце для любви...Тысячи женщин по всему миру остались с разбитым сердцем....       Сердце болезненно застонало, каменная корка постепенно обволакивала его. Джексон не верил тому, что читает. Бред какой-то. — Этого не может быть, Ари — обратился он к девочке и с надеждой поднял на неё глаза, будто она могла подтвердить его рассуждения. — Это какая-то ошибка...— мужчина взглянул на фото рядом со статьёй. На ней действительно была Камра. Она улыбалась и выглядела счастливой. Рядом с ней, чуть придерживая за руку, стоял незнакомец в восточном облачении. Тот тоже сиял от радости. — Этот мужчина...Я его знаю — заявила Ари. — Он однажды приходил к Камре в гости. Я видела, как он на неё смотрел. — Что?! — Майкла словно шибануло током. — Что ему нужно было? — Не подумай ничего такого — поспешила дополнить девочка. — Камра тебе верна. Они познакомились на свадьбе, где танцевала Камра. Этот Аджмаль помог нам добраться до дома, когда моя мать зарядила в Камру бутылкой. — Ясно — с каким-то безразличием ответил Джексон, поднявшись с земли. — Извини, Ари, я должен побыть один... — Ты уверен? — Ты можешь остаться в своей комнате, если пожелаешь...Завтра навестим твою маму — добавил он и удалился в дом. Он выглядел так, словно из него вырвали душу.       Он её потерял? Навсегда?       С рабочего стола, где царил порядок, вразброс полетели книги и папки. Ваза с засушенными розами разбилась об пол. Теми самыми розами, которые окружали девушку в день, когда он делал ей предложение.       К ней прикасается другой? Он целует её и...(сердце треснуло в груди) разделит с ней постель?       Джексон сжал в одной ладони бутон, а в другой осколок вазы. По запястью потекла тонкая струйка крови.       Она любит этого поэта? А как же Маэстро? Когда забываешь и разлюбить легче, не так ли?       Майкл включил пластинку с композицией, которую посвятил своему Лунному свету.       Собственный голос звенел в ушах, чувства, с которыми он сочинял стихи и музыку вонзились в память. Любовь, нежность, радость...сменились болью, отчаянием и тоской.

      Ты ко мне среди ночи пришла...Сердце без спроса моё забрала...

      Не покинь! Пожалей мою душу...

      Эти строки теперь не пелись, они ныли, рыдали...       Ему казалось, что в произошедшем виноват весь мир. Виноваты Чандлеры, что повесили на него клеймо преступника, СМИ, что до сих пор полощут его имя и продолжают писать статейки о том, как ему удалось избежать наказания. Виноват Джеймс, что нагло влез в их жизнь и растоптал мечты. Виноваты Брайан и Марьям, что насильно увезли Камру чуть ли не на другой конец света. Виноват и он сам, что не успел...Боль сдавила грудь и Майкл понял: он больше не дышит.       Камра в эти минуты спала и ей вновь снился кошмар. Кинжалы пронзали насквозь тело какого-то человека. Он не мог сдвинуться с места, словно обреченный на мучения. Внезапно во сне она увидела себя. Смиренно, без капли сомнений она подошла к мужчине и крепко прижалась к его спине. И тогда кинжалы пронзили и её тело. Проснулась девушка в ужасе. Пот покрыл её лоб и шею. Камра почувствовала, что пальцы сжаты в кулак. Когда она разжала их, то обнаружила на ладонях кровь...