Часть 2. Глава 8. Женщина из прошлого

      Камра сидела возле зеркала, и смазывала мазью два уродливых шрама на спине в области лопаток, что у неё остался после ожога. Месяц назад вместе с Айше она посещала Демократическую республику Конго. Женщины как правило занимались готовкой еды на кострах для голодающего населения. Диас до сих пор помнила несчастный случай, и крики женщин, бросившихся ей на помощь. — Камра, помешай пожалуйста рис — попросила её Айше. — А то сейчас подгорит. — Женщина подскочила к огромной десятилитровой кастрюле и начала мешать рис. Рядом на столе стояла еще одна кастрюля поменьше, где настаивался только что снятый с огня травяной чай. Одна из девушек-волонтёров подошла к столу, чтобы порезать овощи, но места оказалось крайне мало. Она сдвинула кастрюлю в сторону, не заметив, что прижала ею свою дупатту. Камра в это время опустилась на землю, чтобы почистить лук. Как только волонтёрша встала из-за стола, дупатта дёрнулась, а ёмкость с горячей жидкостью опрокинулась на спину Диас. Адская боль на мгновение парализовала, а в последующие часы мучительно выжимала из её глаз слёзы. Другие волонтёры бросились на помощь, только лёд и холодную воду найти оказалось не просто, учитывая, что местность окутывала тридцати пятиградусная жара. Всю ночь и еще следующий день Камра изнывала от боли, её одежду пришлось расстригать, кожа в двух местах покрылась огромными волдырями. Теперь на её спине остались кривые, уродливые шрамы в виде двух полос, и по виду напоминали такие, как если бы человек имел крылья, а ему их выдрали.       Зазвонил телефон. Высветилось «Никки». Женщина приняла вызов. — Да, Никки, здравствуй. — Камра, тебе поступило очень и очень крутое предложение. — Правда? Какое же? — приложив телефон к уху, Камра стала завинчивать крышку на тюбике с мазью. — Тебе предложили съёмки в клипе…— Никки смеялась и явно не могла унять свой восторг. — Кто же? — Оййиии! Ты только сядь! — пропищала девушка. — А то упадёшь! — Уже сижу — усмехнулась Камра. — Говори же! — Предложение поступило от самого…— она на миг замолчала. — Самого Майкла Джексона! — Что? — Камра встрепенулась, не веря своим ушам. — Подожди-ка, я не ослышалась? — Нет! Только что мне позвонил его менеджер и предложил твою кандидатуру в качестве партнёрши в клипе Джексона. Что скажешь? — Хм, неожиданно, конечно. Нужно подумать. — А стоит ли здесь думать? — Это же нужно в Америку ехать, верно? Ох, я там так давно не была. — Но ведь предложение интересное! Они ищут женщину с восточной внешностью. Говорят, что Джексон прочитал твоё резюме и был в восторге! — Неужели? — удивилась женщина. Ей немного льстило, что столь знаменитый певец отметил её среди других. — Сколько по времени будут длиться съёмки? — Около месяца — сообщила Никки. Камра обдумывала предложение до вечера и, в конце концов, приняла его.       Сегодня Маргарет сообщила мне о том, что модель Камра Рей Диас приняла наше приглашение на съёмки в клипе. Мне показалось, что земля под ногами исчезла, сердце заколотилось так бешено, словно я бежал целый марафон. Я не помню, когда в последний раз испытывал такой трепет и в тоже время тревогу. А что, если она передумает? Что если брат наговорит ей много всего дурного обо мне? Хотя я сильно сомневаюсь, что он упоминал моё имя при сестре. Камра меня не помнила, и, следовательно, говорить обо мне что-либо было ни к чему. А что, если её муж не позволит приехать? В резюме я читал, что она до сих пор замужем. Боже мой! Какую неосторожность и глупость я совершил! Нужно было связаться с ней тайком! Хотя, если так подумать, раз она согласилась на съёмки, значит она обо мне плохо не думает, она, вероятно, вообще никак обо мне не думает! Значит, единственное, что может её остановить, это родственники. Ах! Я молюсь, чтобы она скорее села на самолёт, и тогда уж её никто не догонит, а здесь, я распоряжусь, чтобы её встретили. Я до сих пор не могу осознать, что всё происходящее реальность. Неужели я увижу Камру? Столько лет прошло. Весь день и всю ночь у меня не выходит из головы мысль о нашей встрече. Как будет выглядеть Камра? Каким будет взгляд, первое прикосновение? Боюсь шлёпнуться в обморок, когда увижу её перед собой. Что сказать ей в итоге? Пожалуй, мне стоит отрепетировать речь. Не смотря на волнительный трепет в груди, я параллельно с этим испытываю и жгучую боль. Камра — женщина другого мужчины. Он прикасается к ней, он проводит с ней ночи. Сжимаю пальцы в кулак, стискиваю зубы от осознания, что та, кого я люблю, не помнит меня. Я ненавижу её за тот ад, что все эти годы царил в моей душе. Твержу себе уже в сотый раз, что вины её в том нет, но не могу погасить огонь внутри. Она жила спокойно и счастливо все эти годы, даже не зная о моём существовании, тогда как я загибался по ночам и метался в стороны, и от этой боли нет исцеления, нет таблетки, нет микстуры. Я отчаянно искал любовь, надеясь таким образом забыть обо всём, но черт побери, ничего не вышло! Она не выходила из моих мыслей, не покидала сердце. Я ненавижу её за это! Камра должна была страдать, как и я! Ненавижу! Наступил этот день. Мне сообщили, что она приземлилась в аэропорту, и к пяти вечера приедет в Неверленд. Ком стоит в горле. Мысли начинают запутываться всё больше. Текст на листке не задерживается в памяти, сколько бы раз не перечитывал. Я должен ей сказать о том, что от неё потребуется, какой я вижу постановку клипа, какой у неё будет гонорар, и еще хочу спросить об одной тонкости. Создатель земли и неба! Боюсь вообще не смогу сказать это, а если и скажу, то эмоции просто раздавят моё сердце. Вновь беру листок, перечитываю. Боже, чем я занимаюсь? Я могу перед многотысячной толпой произнести целую речь, а здесь теряюсь в десяти строчках. Осматриваю холл, гостиную, кухню, всё ли здесь прибрано? Пытаюсь предугадать, куда она захочет выйти? Хотя, с другой стороны, она сюда не на экскурсию едет, а на деловое собеседование. Гадаю, сможет ли она вспомнить здесь что-то? Если заглянет в кухню, вспомнит ли, как стояла здесь когда-то давно и готовила мне завтраки? Господи! Какое странное чувство. Мне кажется, всё это было только вчера, но прошло уже пять лет! Я ничего не знаю о её жизни, кроме того, что она замужем и что вроде как занимается благотворительностью.       Четыре часа. Боже. Не могу ни есть, ни пить, ни сидеть. Такое чувство, что я пытаюсь надышаться перед смертью. Через час...Всего час! Ловлю себя на мысли, что получил бы облегчение, если бы она, к примеру, приехала завтра. Я бы набрался сил, попытался бы успокоиться...Кого я обманываю? Завтра будет тоже самое.       Без десяти пять. Я хочу спрятаться. Хочу убежать. Подхожу к двери, прислушиваюсь. Не пришёл ли кто? Не слышу голоса прислуги. Тишина. Неожиданно раздался телефонный звонок. Звонит Майкл Буш. Насчет костюмов для клипа. Как же не вовремя. Беру трубку и отворачиваюсь к окну, стараясь немного успокоиться...       Мне пришлось тайком покинуть Катар, чтобы избежать проблем с моими родными. Знаю, что брат никогда бы не одобрил, если бы я работала с мистером Джексоном. Я говорила ему несколько раз о том, что у меня совсем иное мнение сложилось об этом человеке, но он оставался непреклонен. Что ж, его право. Пусть думает, как хочет. Сейчас я немного нервничаю, так как буду иметь честь познакомиться с человеком, который оказал на меня большое влияние. Не скажу, что я сильно увлекаюсь творчеством мистера Джексона, но он нравится мне как человек. Я в шоу-бизнесе не особо давно, но успела насмотреться на алчность и бесстыдство людей. Мистер Джексон кажется мне совсем иным, и я уверена, что мы с ним поладим. Именно по той причине, что он своим творчеством коснулся моего сердца, я приняла приглашение на съёмку в клипе. Чувствую себя немного странно, не верю, что встречусь с человеком, который стал для меня примером любви и милосердия.       Вылезаю из автомобиля и прихожу в изумление от размеров поместья. Его я видела только на фотографиях. Меня встречает Маргарет — менеджер мистера Джексона и провожает в дом. Здесь царит абсолютная тишина, и складывается ощущение, что он живёт затворником. Но насколько я слышала, он женат и у него есть дети. Вместе с Маргарет мы поднимаемся на второй этаж, подходим к комнате и вдруг она смотрит в свой телефон и сообщает, что ей нужно срочно отлучиться по важному делу. Она говорит, что мистер Джексон меня ожидает и спешно покидает дом. Чувствую, как моё сердце бешено колотится и в какое-то мгновение останавливается.       Тишину разрезает дверной скрип. Образовавшийся сквозняк колышет занавески, задевает незримыми крыльями лежащий на столе листок с Лунным светом Маэстро, скользит по волосам мужчины и женщины, что когда-то давно потеряли друг друга. Майкл тараторит по телефону, уточняя детали для костюмов и вдруг слышит негромкий, вежливый и до боли знакомый голос: — Здравствуйте, мистер Джексон — он оборачивается и теряет дар речи. Внутри сжимается сердце, кровь начинает разгоняться по венам. Взгляд медленно плывёт снизу вверх: подол платья, узор, подпоясанная талия, грудь, плечи, подбородок, губы и…глаза. Те самые, подведенные сурьмой. Те самые карие глаза. Вечность застыла в секундах... Камра... Он одновременно верил и не верил в происходящее. Нет, это не сон, это действительно она. Не чувствуя собственного тела, не осознавая, кто он есть, певец продолжал пристально смотреть на женщину. Он потерялся во времени и пространстве. Она появилась так, словно никуда не уходила и не было между ними этих долгих пяти лет разлуки. Будто бы она просто спустилась на несколько минут, чтобы приготовить чай, и вот теперь вернулась в комнату. Такая далёкая, и такая близкая, такая чужая, но в то же время своя. — Ало, Майкл? Ало! Ты меня слышишь? — звал в трубку Буш. Но Джексон не обращал на него никакого внимания, словно тот всего лишь комарик где-то над ухом. Певец оглушён собственным биением сердца, очарован той самой красотой карих глаз, её васильковым платьем в пол с белым узором по всей длине. Волосы заколоты в пышный пучок на затылке, две лёгкие волнистые прядки ниспадают к вискам. Камра смотрит на Джексона, и слегка хмурится, не понимая, что не так, и почему мужчина никак на нее не реагирует. Сложилось впечатление, что он увидел нечто инопланетное и незнакомое, и это погрузило его в ступор. — Мистер Джексон? — повторила она вопросительно. Майкл встрепенулся, словно только что вышел из транса. Телефон выскользнул из рук, но он ловко перехватил его в воздухе. Женщина сделала несколько шагов к нему навстречу, а певец продолжал стоять как вкопанный, тараня её взглядом. — Вы меня слышите? — спросила Камра, пытаясь прочесть эмоции на лице певца. — Лунный свет…— еле слышно проговорил он. — Что, простите? — не расслышала Камра. — Я вас ждал...— исправился Джексон, оклемавшись. — Проходите. Как же долго я ждал тебя, Камра. Сколько вёсен и зим, сколько дней и ночей, сколько секунд и минут...Ты даже представить себе не можешь, какую вечность я пережил...И вот, ты тут, живая, настоящая. — Камра Рей Диас — представилась женщина. Господь и Бог! Как я хочу её обнять! Как хочу рассказать о том, что связывало нас в прошлом. Чувства вырываются из груди словно бабочка из кокона, но я стараюсь затолкать их обратно, иначе выставлю себя глупцом, напугаю её. Нет, сейчас не время. Почему он так смотрит на меня? Я что-то сделала не так? А может, у меня растрепалась причёска? (как бы невзначай касается пучка волос на затылке) Или тушь потекла? Этот мистер Джексон немного странно себя ведёт. Он задерживает на мне взгляд всего на пару секунд, и после отводит в сторону или начинает смотреть в пол. Спустя несколько минут я осознаю, чем отличается взгляд мистера Джексона: в нём нет пошлости, с какой обычно на меня глазели другие мужчины, в них читается интерес к моей персоне. Кожей чувствую, что он робеет. Впервые вижу перед собой такого мужчину. — Кхм, что ж, присаживайтесь. — Певец ладонью указал ей на диван, рядом с которым стоял журнальный стол. — Хотите сок? Апельсиновый…— добавил он. Ты вспомнишь? И твой и мой любимый апельсиновый сок. — О, благодарю — Камра присела. — Апельсиновый мой любимый — Правда? — У Джексона забегали глаза. Она до сих пор любит апельсиновый сок? Может ли её память вернуться? Диас кивнула. Мужчина взял кувшин с соком и разлил по стаканам. — Как вы доехали? — Спасибо, без происшествий — женщина сделала пару глотков. — Благодарю, что вы согласились на наше предложение и проделали столь долгий путь — певец присел рядом. Ему хотелось быть ближе, но он понимал, что обязан держать дистанцию. — Скажу, что было весьма неожиданно услышать такое предложение — сообщила Диас, поставив стакан на столик. — Что ж, тогда давайте перейдем к делу. Ваш менеджер уведомила вас об условиях контракта? — Конечно. — Мой клип о восточной женщине, которая однажды исчезла из жизни мужчины, причинив ему страшную боль. Я хочу показать в своей работе всю страсть и боль между ними. И основой для этих эмоций будет танец — Майкл разъяснял сюжет картины, стараясь держать хладнокровие, хотя буря эмоций вырывалась наружу, заставляя порой голос дрожать. Он вспомнил вдруг, как много лет назад признавался ей в чувствах, робея как маленький мальчишка, а она была так спокойна и сдержанна, словно непробиваемая стена. Сейчас история повторялась. Она не тряслась от волнения, даже зная, что перед ней самый знаменитый человек на планете. Это слегка бесило, и заставляло Джексона почувствовать себя слабым. — Менеджер сказала мне, что будет два танца. Один из них сольный. А второй наш с вами? — Да. Мы будем с вами танцевать вместе — музыкант вновь вперил в неё взгляд. Он изучал мимику её лица. Как будут изгибаться брови? Блеснут ли глаза? Улыбнуться ли губы? Камра слегка облизнула нижнюю губу, и Майкл заострил на ней внимание. Как бы хотелось вспомнить этот вкус. — Каким вы видите наш танец? Вальс? Танго? — спросила она совершенно спокойно. Изгибы мягких губ манили, дурманили разум. Но тут их взгляды сошлись. Камра слегка нахмурилась. Она видела, что певец изучал её губы, и это немного напугало. Осознав, что его застали врасплох, Джексон резко отвёл взгляд в сторону и начал поспешно разъяснять: — О, это…Это импровизированный танец! Не нужно следовать каким-то правилам. Главное, чтобы мы станцевали с чувством. Понимаете? Показали любовь и страсть… — Я поняла вас. А где будут проходить съёмки? Мне сказали, что пока не определились с местом. — Локаций будет несколько. Одна из них точно в Неверленде. Будут также выстроены декорации дворца в студии. — Хочу заметить, у вашей композиции интересное название. Лунный свет Маэстро — Камра мечтательно обвела взглядом потолок, словно там уже транслировался готовый клип. — Вы будете исполнять роль Маэстро? А Лунный свет... — она на мгновение задумалась, но не успела озвучить свои мысли, как внезапно зазвонил телефон. Оба вздрогнули. — Простите, дайте мне минуту пожалуйста. — Не дождавшись разрешения, она приняла вызов. Лунный свет — это ты... — мысленно договорил Джексон. — Я слушаю, Аджмаль — произнесла она, слегка прикрывая рот ладонью. В мгновение ока мир утратил все цвета, звуки обернулись гробовой тишиной. — Да, я улетела…Не придумывай, пожалуйста… — Майкл вновь погрузился в ступор, ощущая, как всё тело стремительно проваливается в бездну. Это имя...Оно ненавистно ему. Этот человек отнял Камру. В глазах Джексона мелькнула ярость. Он помнил: она не свободна. Певец резко подскочил на ноги и отошёл к окну, стараясь скрыть подступившие слёзы. Сунув руки в карманы брюк, музыкант молчал, расшвыривая по углам своей души счастливые воспоминания. — Пожалуйста, объясни всё Брайану — продолжала Камра. — Извини, мне неудобно говорить. Всё потом... — Еще одно имя острой иглой вонзилось в грудь мужчины. Этот человек совершил подлость, обманул и установил на него клеймо преступника. Это он поспособствовал тому, чтобы разлучить их с Камрой. Интересно, как бы она отреагировала сейчас, если бы узнала, что сотворили с её жизнью? — Я прошу прощения, мистер Джексон — обратилась женщина, нажав кнопку отбоя. — Вы не наговорились со своими родными дома? — огрызнулся певец, обернувшись к ней. Слишком поздно он осознал, что слова слетели с языка, забыв пройти через мозг. — Что? — Вы пришли на собеседование. Все разговоры попрошу оставить за дверью — он счёл, что будет правильно излагать мысли честно. — Я понимаю. Извините. Просто звонок был важный. — Моё время расписано по минутам, Камра — продолжал возмущаться Джексон. — В последствии, прошу вас избавить меня от ваших телефонных разговоров. — Женщина опешила. Минуту назад Майкл казался вежливым и робким, а тут вдруг взъелся на ровном месте, словно она отняла у него пять лет жизни. — Прошу прощения. — Так что вы там хотели сказать на счет Лунного света? — Джексон немного смягчился, но вот настроение его испортилось в корне. — Ах, да. Я хотела уточнить: под лунным светом вы подразумеваете женщину? Верно? — Продолжила она, немного растерявшись. Майкл кивнул в знак согласия. — Как-то, на берегах Южной Африки мне приходилось видеть чудное явление — рассказывала Камра. — Светящийся океан. Думаю, это может быть отличной локацией для клипа. — Предлагаете нам поехать в Африку? — Ну, это просто как вариант. Это очень красиво. — Спасибо вам за идею. Но это не ваша забота. От вас требуется только танец. Как же это потребительски звучит. Что я такого сказала? Всего лишь предложила идею. Ну, нет, так нет. Чего огрызаться? — Мистер Джексон, что с вами такое? Я уже извинилась за этот звонок. — Он таранил её взглядом, мысленно подбирая ответ. Какая изнеженная! Если бы ты знала, сколько боли из-за тебя я испытал, сколько ошибок наделал в своей жизни. Ты заслуживаешь не только грубости. Ты заслуживаешь слёз. Когда-нибудь я всё тебе выскажу, я обрушу на тебя лавину своих разочарований, лавину жестокой правды, лавину унижений, через которые прошёл сам. — Я просто не нуждаюсь в ваших советах. Оставьте их себе. — Хорошо — вздохнула женщина. — Может, во мне вы тогда тоже не нуждаетесь? Я не уверена, что мы сработаемся с вами, мистер Джексон. — Камра поднялась, и Майкл мгновенно почувствовал, как электрический импульс пронзил всё его тело. Она направилась к двери. Она уйдёт? Господи! Она сейчас уйдёт! Язык мой — враг мой! Нет! Не позволю! Я пять лет ждал этого момента. Если уйдешь, лучше убей меня. Майкл подскочил к двери и захлопнул перед Камрой. Она вытаращила на него глаза, гадая, чего он всё-таки от неё хочет. Разве можно так грубо говорить с незнакомым человеком? Сейчас он вновь пристально смотрел в глаза, и будто бы мысленно пытался что-то сказать, но неведомая сила сдерживала эмоции и слова. — Почему вы так ведёте себя? — спросила Камра. Майкл молчал. Как оправдать свою ненависть? Как донести до неё ту вескую причину, по которой ему одновременно хочется поцеловать и придушить её? — Что ж, сочту, что вы просто сегодня не в настроении. Мы продолжим разговор? После того, как Камра чуть было не ушла, Джексон сдерживал свой гнев. Он всё еще не мог поверить в то, что женщина, которую он потерял много лет назад, сидит перед ним. Когда-то его вышвыривали с порога её дома, не давая возможности увидеть или поговорить. А теперь она здесь, рядом. Сама пришла к нему. Они закончили с обсуждением рабочих моментов, и перед подписанием контракта Камра сообщила: — Мистер Джексон, я много хорошего слышала о вас. Надеюсь, что у вас и правда сегодня просто что-то не так с настроением. Я не сержусь. Но хочу, чтобы вы знали. Я не работаю там, где мне грубят или унижают. Такое заявление было весьма понятно Джексону, и он узнавал в сидящей рядом женщине свою прежнюю Камру, которая умела отстаивать своё мнение. Ему всегда нравилось, что она ставила между ними знак равно. Да, он звезда мирового масштаба, но это не делает его особенным. Камра, пожалуй, единственная женщина в его жизни, кто не падал перед ним в обморок и не искал выгоду от знакомства. Он внимательно проследил, как женщина подписывает контракт, и вот уже через несколько секунд он получил его в руки, а в голове проскочила странная мысль: птичка в ловушке. — Отрадно понимать, что вы знаете себе цену — подметил музыкант. — Я понял вас. Скажите, где вы остановились, Камра? Давайте завтра проведем пробную репетицию. Я пришлю за вами авто. — В отеле. Но лучше скажите мне, куда подъехать? Я сама доберусь. — А разве у вас нет дома здесь? — недоумевал Майкл. — Есть, — чуть погодя ответила женщина. — Но дом сдан в аренду. Я не могу выгнать жильцов, ведь после съёмок я уеду обратно в Катар — сердце певца тревожно сжалось. Она уедет. После съёмок. Это значит, что у него есть всего месяц на то, чтобы рассказать всю правду. — Приезжайте сюда же. В Неверленд. — Договорились. Когда Камра вышла и дверь захлопнулась, Майкл громко и тяжело выдохнул. Он опустился на колени, вцепившись пальцами в рубашку. Слеза процарапала на щеке полоску. Появление женщины из прошлого разбередило старые раны. Он знал, что так будет, но осмелился заново пропустить через свою душу всё то, что убивало его много лет назад. И только сейчас он вспомнил, что забыл уведомить её об одном маленьком условии, которое не прописано в контракте. Но он обязательно это сделает. Позже. Лежу в постели сбитая с толку от сегодняшней встречи с мистером Джексоном. Не совсем понимаю, как он воспринял моё появление. Его томный, уставший взгляд пронзал меня, изучал так долго, что я почувствовала словно нахожусь под микроскопом. Было немного непривычно видеть его с прямыми волосами, я больше привыкла к его фирменному образу с кудряшками. Пусть мы сидели более, чем в метре друг от друга, но я заметила на его лице много косметики: подведенные карандашом глаза, кожа слишком сильно выбелена тональным кремом и пудрой, а губы подкрашены помадой. Вблизи этого всего кажется слишком много. Но Боже мой, я даже не смею осуждать мистера Джексона. Когда летели сюда, Никки достаточно много рассказала мне из его биографии, например то, что его отец тиран, который на протяжении долгих лет гробил психику своих детей. Жаль мне вас, мистер Джексон. Надеюсь, что я не зря проделала такой путь и мы с вами найдём общий язык. На следующий день Камра опоздала на свою первую репетицию из-за аварии на дороге. Майкл нервничал, предвкушая, как дотронется до её руки, обнимет за талию. Пожалуй, в танце он сможет коснуться почти каждой части её тела. Певец закрыл глаза, кусал губы, представляя как кончиком пальцев плавно проводит по щеке Камры, гладит шею и плечи, а потом, спускаясь всё ниже и ниже, прижимает её к стене. Он представляет на ней платье с большим разрезом вдоль бёдер, и в какую-то минуту рука начинает скользить по бархатной коже. Камра глазами выпытывает из него ответы, а он, желая поиздеваться, нарочно молчит. Она вздрагивает от каждого прикосновения, её грудь часто поднимается и опускается, насильно удерживая под рёбрами безудержное плотское желание. Он замечает, как в её взгляде вспыхивает пламя, и оно, соединившись с его собственным огнём, образует пожар. Вдыхая носом аромат волос, он нащупывает молнию на спине и медленно расстёгивает, попутно ловя возбуждённые стоны. Он медленно открывает глаза и видит, что кто-то идёт ему навстречу. Размазанное пятно постепенно приобретает четкие очертания, и мужчина понимает, что это она. — Я дико извиняюсь за опоздание, на дороге авария — сообщила Камра. — Вы могли бы предупредить — Я звонила Маргарет. Она не сообщила? — удивилась Диас. Майкл мысленно отдёрнул себя, ведь телефон где-то дома. Возможно, менеджер действительно звонила, но кто ж тут виноват, что он сам не отвечает? — Дам вам свой номер, в следующий раз звоните мне напрямую. Проходите — Джексон зашёл в кинотеатр, Камра последовала за ним. Мужчина остановился возле сцены, бегло осмотрел помещение, а потом перевёл взгляд на модель. Женщина тоже стала рассматривать убранство кинотеатра. Вспомни...Неужели ничего тебе здесь не кажется знакомым? Вспомни этот зал, усыпанный розами, вспомни, как я склонил здесь перед тобой колено, и ты согласилась стать моей женой...Заклинаю, вспомни... — Не знала, что здесь еще кинотеатр — певец внимательно наблюдал за реакцией Камры, надеясь на то, что в её памяти всплывут события прошлых лет. Но женщина смотрела так, будто видела всё в первый раз.       Сердце проваливается куда-то в пятки, даже не могу передать словами, как больно осознавать, что всё в её памяти начисто стёрто. Пока она разглядывает кинотеатр, отворачиваюсь к сцене, где уже стоит магнитофон. Слёзы душат, но стараюсь не допустить, чтобы они вырвались из глаз, после чего говорю: — Вам нужно прослушать композицию — и нажимаю кнопку. По стенам кинотеатра пробегают знакомые мне ноты, горько-сладким ароматом раскрываются в воздухе, окутывая разлучённые души. Я смотрю на неё, она смотрит на меня. Мне начинает казаться, что годы разлуки рассыпаются, отступают прочь, давая возможность нам вернуться в те минуты, когда мы любили друг друга, когда до счастья оставались считанные дни. Как же обидно понимать, что всё могло быть иначе, не случись та авария! Если бы Камра не потеряла память, всё могло бы быть иначе! Мелодия очень быстро пробивает мою броню и на глаза всё-таки выступают слёзы. Не могу сдержаться. Лунный свет Маэстро соткан из моих радостных чувств и мыслей, я писал композицию, когда еще был переполнен любовью и счастьем. Но все сгорело в огне разлуки, и оставшийся пепел разлетелся в отголосках памяти. Камра присаживается на кресло и молча слушает музыку. Она закрывает глаза, пытаясь прочувствовать переливы и уловить смысл песни. Как жаль, что я не могу сказать, что эта композиция посвящена ей, что каждый аккорд — это частица и моей души, и поцелуй, который я хочу оставить навечно для своей возлюбленной даже если покину этот мир. И пусть её подсознание не помнит ничего, как же я жажду, чтобы душа каким-то непостижимым образом услышала, что эта песня посвящена ей...Ей одной.       Смотрю на мистера Джексона и снова не могу понять, что с ним происходит. Он пытается сдержать слёзы, пытается казаться спокойным, но я чувствую, как его угнетает что-то. Он говорил о разбитом сердце мужчины. Вероятно, что мистер Джексон сам пережил какую-то трагедию в своей жизни и сейчас не может сдержать эмоции. Мне хочется подойти и что-то сказать, но всё-таки считаю своим долгом для начала дослушать композицию. В ней вроде бы нет ничего особенного, но мелодия удивительным образом кажется созвучной со струнами моей души. Словно каждая нота, что долетает до моих ушей, заставляет душу откликнуться на зов тем же звуком. — Мистер Джексон, с вами всё в порядке? — спрашиваю я, переживая о его чувствах и подхожу ближе. Он смотрит на меня немного испуганно, изучает моё лицо так внимательно, будто бы на нем нарисована карта и он по ней ищет путь к спасению или...к бегству? Чувствую себя так странно. Впервые работаю с человеком, эмоции которого мне совершенно непонятны. Не то он злится на меня, не то боится, не то что-то скрывает. — Я подобрал хореографию, которую нужно будет повторить — выдаёт вдруг Майкл. — Он включил на экране видеоролик, на котором танцевала пара. Вначале партнёры выполняли плавные движения, постепенно наращивая темп, их касания становились всё более откровенными, но не пересекали рамки приличия. Между ними вспыхивали искры страсти, они то отталкивали друг друга, словно испытывали ненависть, но тут же сходились, утопая в ласках. — Выглядит очень… — Камра не договорила. Волнение вдруг перекрыло кислород. Сможет ли она исполнить такой танец? — Могу я в процессе внести какие-то изменения? Ну, раз вы говорите, что допускается импровизация? — Давайте попробуем. — Мужчина протягивает ей руку, Камра принимает приглашение и они вместе поднимаются на сцену.       Она кладет руку поверх ладони Джексона. Их первое прикосновение друг к другу. Певец пристально наблюдает за этим движением, желая навсегда запечатлеть его в памяти, тонкие пальцы робко касаются его ладони, и ощущается, как каждая клетка тела постепенно начинает наполнятся трепетом. Он помнит её руки. Аккуратный нюдовый маникюр придаёт им ухоженности. На безымянном пальчике левой руки тонкое золотое колечко, на правой руке кольца отсутствуют. Почему...она не носит обручальное кольцо?       Вторая рука Майкла плавно опутывает талию Камры, притягивая женщину ближе к себе. Приятный аромат парфюма ударяет в нос, сводя с ума. Столько лет прошло, а у неё всё тот же запах. Он разглядывает прядки её волос, длинные ресницы, кожу на лице — всё такое родное, и сейчас он с огромным бы удовольствием проявил нежность к каждой частичке её тела, только разве он смел? Он для неё чужой, он для неё никто. Их соединённые ладони взмывают вверх, вырисовывая в воздухе завиток. Майкл делает шаг вперёд, Камра отступает, вырисовывая бёдрами восьмёрку назад. Женщина резко оборачивается, стремясь уйти, но он хватает её за запястье мягко и дерзко, прижимается к её спине, скользя ладонями по извивающейся талии. Она оборачивается, кладёт руку на плечо мужчины и кружась, обегает вокруг него, оставляя за собой приятный шлейф своих духов. Подобно тому как лебедь крылья, она раскрывает руки, предупреждая об опасности, медленно опускает их к шее, манящими движениями опутывает себя, через секунду загадочный взгляд обрамляется горизонтальными волнами локтевой части рук до кончиков пальцев. Майкл пожирает свою возлюбленную взглядом, негласно сообщает о том, как сильно желает обладать её душой и телом. Его терпение на исходе, он хочет целовать её так настойчиво, и даже грубо, чтобы она дышать не могла, чтобы мучительно томилась от каждого прикосновения. Камра кружится, манит, завлекает, и певцу кажется, что он оказался далеко не волком, а овечкой, это он угодил в ловушку женщины, которую любил и ненавидел. Теперь наступать начинает она, а мужчина избегает, боясь участи быть околдованным, но не успевает. Она так близко, что он не в силах убежать, и через доли секунды резко прижимает к себе за талию, их лбы соприкасаются. Шок словно удар молнии проскочил перед их глазами. Оба смотрели друг на друга, не понимая, как вдруг они неожиданно стали так близки.       Боже! Что это такое? Мистер Джексон раздевает меня глазами. В моей груди словно взорвалось солнце, и теперь по всему телу разносится жар. Он дышит мне прямо в губы. Сердце моё преисполнилось страха. Что происходит?       Прошло всего несколько минут, а я уже околдован ею, не могу здраво мыслить. Её глаза, губы, волосы, шея сводят с ума. Мне срочно нужно отлучиться на улицу и выдохнуть, иначе, боюсь, что не сдержусь и наброшусь на неё. Господь! Что сотворила со мной эта женщина? Чувствую, как моё вожделение начинает расти. Нет! Я не покажу ей свою слабость! С чего я должен страдать, когда она будет счастливой в объятиях этого араба. Хватаю её за запястье, сжимаю так крепко, насколько могу, и сжигаю наши тела в огне собственной ярости. Пусть ей будет больно. — Мистер Джексон! — молит Камра, но Майкл не реагирует. — Мистер Джексон, мне больно! — женщина пытается вырвать свою руку из хватки мужчины. — Мистер Джексон!!! — вскрикнула она так громко, что певец на несколько мгновений оглох. — Господи…— он резко отстраняется, в глазах читается растерянность. — Что вы творите? — выругалась Диас, потирая своё запястье, на котором уже виднелось посинение. — Что с вами происходит? — Майкл молчал, отвернувшись от неё. Ему было и больно, и стыдно одновременно. — Я не... — он закрыл лицо руками, в надежде спрятаться, убежать от собственной глупости. — Я не хотел...Мне нужен небольшой перерыв. Простите. — Певец пулей вылетает из кинотеатра, не желая более ничего объяснять. Он понимал, что в дальнейшем будет стыдиться своего побега, но сейчас находиться рядом с Камрой был не в состоянии. Его доверху переполняли позитивные и негативные ощущения, и каждая эмоция дёргала его душу на себя. Любовь занимала главенствующую позицию, но как только подключалась страсть, любовь отходила на второй план, а при появлении злости два прежних чувства сильно проигрывали. На пути Джексон столкнулся с Маргарет. Он тяжело дышал, а во взгляде отражался испуг, словно только что увидел перед собой монстра. — Майкл, в чем дело? — она обхватила его за плечи. Мужчина растерянно смотрел по сторонам, не зная, куда деваться. — Что произошло? — Я...Маргарет...Я...Схожу с ума... — неожиданно он обнял менеджера, чтобы хоть немного успокоиться, чтобы хоть с кем-то разделить свои противоречивые эмоции. Марго обняла его в ответ и мягко похлопала по спине. Она заметила у входа в кинотеатр Камру, и сразу поняла, в чем заключается причина такого состояния босса. — Всё хорошо, Майкл. Успокойся. Иди, проведай детей. Я пока обсужу с Камрой костюмы. Не переживай, я ничего лишнего не скажу... — девушка улыбнулась и заметила, как дыхание музыканта понемногу приходит в норму. Он кивнул, согласившись, после чего без оглядки поспешил уйти. — Добрый день, Камра — обратилась менеджер к модели и подошла к ней. — Добрый, Маргарет — она ещё раз взглянула на удаляющуюся фигуру певца, гадая, что с ним происходит. — Прошу вас отнестись с пониманием к состоянию мистера Джексона. Он переживает сейчас не самые лучшие времена. Но он придёт в себя, и вы продолжите работу. — А что случилось? — Извините, но я не могу распространять эту информацию. Если мистер Джексон захочет, он сам всё вам расскажет со временем — тут Маргарет обратила внимание на то, как Камра потирает своё посиневшее запястье. — О, Бог мой! Это...Откуда это? — Женщина промолчала, и лишь чуть улыбнувшись, качнула головой. — Это Майкл? — Мы танцевали, и он вдруг сжал моё запястье так сильно, что мне пришлось закричать... — Ох, Боже... — Маргарет округлила глаза и надула щёки, тяжело вздохнув. — Видимо работа окажется сложнее, чем я думала... — То есть? — Ах, не берите в голову. Давайте лучше обсудим варианты костюмов, в которых вы будете танцевать сольно.       Они присели на скамейку и Маргарет показала Камре примерные эскизы костюмов. По цветовой гамме они должны были гармонировать с декорациями клипа. У Камры была одна особенность, о которой она заранее предупреждала еще перед тем, как принять приглашение на участие в съёмках: шрамы на спине. Так как она должна была надеть восточный костюм, что оголял её спину, живот и руки, следовало решить, как скрыть уродство. Тональными кремами их не замазать, идти на операцию не было времени. Но вместе Маргарет и Камра нашли выход: она просто наденет топ, сшитый по типу индийской чоли.       Понимая, что продолжать репетицию сегодня будет затруднительно, Диас уехала из Неверленда. Она хотела попрощаться с Джексоном, но менеджер сказала, что не стоит его сейчас отвлекать — певцу нужно заниматься хлопотами, связанными с детьми. Проводив возлюбленную босса, Марго вошла в дом. Майкл качал на руках малыша Принса, параллельно преподнося ложку с кашей к ротику Пэрис, что сидела на стульчике для кормления. — Как ты? — спросила она. — Она ушла? — был ответ Майкла. Он сам не понимал, чего он хотел больше в данную минуту: чтобы Камра ушла, или всё-таки, чтобы они продолжили репетицию. — Ушла — ответила Маргарет. Джексон выдохнул. Всё-таки, он не готов сейчас снова с ней контактировать, нужно прийти в себя. — У меня вопрос к тебе. Ты уверен, что сможешь работать с ней? — Я не видел её пять лет. И сейчас до сих пор испытываю шок от того, что она рядом. Мне нужно привыкнуть к этой мысли. Мне нужно время. — Тебе нужно привести в порядок не только свои мысли, но и эмоции... — Она, наверное, думает, что я псих? Я оставил на её запястье синяк...Я потерял над собой контроль…Мне ужасно стыдно. — Я сказала, что у тебя просто сейчас проблемы и ты немного нервничаешь. Если так подумать, то у тебя и правда проблемы. Она вернулась в твою жизнь... — Это ведь ты её вернула...? — Джексон смотрел на менеджера с благодарностью, он прекрасно понимал, что анкета Камры не просто так появилась в папке. — Мне не следовало этого делать? — Нет! Напротив! Я благодарен тебе...Я не знаю, что будет дальше. Но Лунный свет Маэстро посвящен Камре, и когда я увидел её, понял, что только она одна может быть главной героиней этой истории. — Я понимаю. На самом деле, я совершенно случайно нашла её. Была удивлена, когда узнала, что она стала моделью. Я поняла, что обязана показать тебе её. И почему-то не сомневалась в твоём выборе. — Спасибо, Маргарет — улыбнулся певец. — Итак, мы закончили кушать — он склонился к Пэрис и утёр ей ротик салфеткой, Принса, чмокнув в макушку, усадил рядом. — Мы подобрали Камре костюмы. Завтра она идёт к Бушу, чтобы сделать замеры. И кстати, — девушка слегка прикусила губу, предполагая, что певец сейчас начнёт беспокоиться — её спину придётся закрыть. — Почему? — У неё шрамы. — Шрамы? — Майкл пытливо смотрел на Маргарет, требуя ответа. — А что случилось? Как она пострадала? — Ожог. — Откуда? — Подробностей не знаю. Сказала только, что несчастный случай. Так что будь осторожен, когда будете танцевать. Не то снова причинишь ей боль.       Весь вечер Камра думала о странном поведении Джексона. Складывалось ощущение, что он намеренно причинил ей боль. Но почему он это делает? Что она успела такого натворить, чтобы обидеть его, в каком месте перешла дорогу? Женщина много раз слышала о том, что Майкл Джексон обладает особенно чуткой натурой, он крайне застенчив и робок. Человек, которого она наблюдает рядом с собой, совсем не подходит под это описание. Камра начала предполагать, что, возможно, это двойник короля поп-музыки. Но нет, всем широко известен его вздернутый, узенький нос, вряд ли двойник стал бы ложиться под нож пластического хирурга, но даже если бы и стал, стопроцентной схожести достичь почти невозможно. Она вспоминала его взгляд — пронзающий, строгий, полный страсти и тоски. Была ли это умелая актёрская игра? Или же он...Нет! Камра категорически не хотела мириться с мыслью, что Джексон так же увидел в ней лишь красивую куклу. Она знала его душу по песням, по его призывам к человечности и любви, и отказывалась верить, что певец в сущности может оказаться таким же озабоченным мужчиной, который думает только о том, как овладеть женщиной. — Камра? — послышался голос Никки. Девушка заглянула в её комнату. — М? Да, Никки, входи — она отошла от окна и угнездилась в кресле. — Я принесла тебе мазь. — О, спасибо — женщина приняла пакетик с лекарством, и, стащив рукав, начала смазывать свой ожог. — Как ты погуляла? — Чудесно! Такое чувство, что я сто лет не была в Америке. Зря я тогда, три года назад уехала отсюда. Этот Рашид...Будь он не ладен! Столько всего наплёл, скотина! А потом бросил... — Что ж, это твой опыт. Впредь ты не будешь бросаться в омут с головой, не узнав мужчину. — А! Ну, их! Расскажи-ка лучше, как у вас сегодня прошла встреча с мистером Джексоном? — Ох, Никки. Я даже не знаю, что сказать... — вздохнула Камра. — А что такое? — в глазах Никки загорелось любопытство. — Он тебя обидел? Сказал что-то плохое? — Он постоянно не в настроении. И почему-то мне кажется, что я этому вина. — Ты? А чем ты могла ему не угодить? — Если бы я знала... — она задумалась, нахмурив брови. — Не придумывай. Бывают у людей невзгоды. Может, ты просто попалась под горячую руку. — Надеюсь, что только в этом причина. Стрелки часов показывают три минуты четвёртого, а я до сих пор не могу сомкнуть глаз. События вчерашнего дня заставили меня испытать целый спектр эмоций. Оценивая их, мне начинает казаться, будто ранее я был бесчувственным бревном. Камра лишила меня сначала спокойствия, а теперь и сна. Сердце колотиться в груди, предвкушая завтрашнюю встречу. Чем же мне оправдать своё идиотское поведение, и как не сотворить очередную глупость? Ловлю себя на мысли, что мне было бы гораздо легче работать с другой женщиной, однако, теперь, когда она рядом, я ни за что не отступлю. Проходит еще сколько-то времени, и я начинаю чувствовать, как моё тело слабеет и сознание проваливается в сон. Последнее, что помню: я снова не озвучил ей нововведенное условие контракта…