Часть 2. Глава 15. Шукран

      Сегодня утром я проснулся раньше обычного, и виной тому стал кошмар: в нём я бежал вслед за Камрой, но не мог догнать, сколько бы сил не прилагал. Мне казалось, что мой крик может оглушить каждого живущего, но при этом я понимал, что его никто не слышит, душа тонула в отчаянии, а всё живое в одночасье теряло свои краски. На моём лбу проступили капли пота, точно я был охвачен жаром, сердце беспомощной птицей билось в груди. Но стоило мне повернуть голову и увидеть Камру, лежащую рядом со мной, я облегченно выдохнул. Её длинные, волнистые волосы, небрежно раскиданные по обнаженной спине, прикрывали шрамы от ожогов в области лопаток. Я прислушался к её ровному, спокойному дыханию, перевернулся на бок и обнял, уложив руку на талию, укрытую одеялом. И хотя сейчас я чувствую себя безумно счастливым, где-то в подсознании всё ещё пробивается неверие, что происходящее — реальность.       Страшный сон постепенно отходит на второй план, его перебивает радостная мысль о наступившем Рождестве. Я предвкушаю, как мы будем петь песни, веселиться, поедать угощения и дарить друг другу подарки. Очень любопытно, что подарит мне Камра. Хотя, она и сама как подарок, подаренный мне Богом прямо накануне светлого праздника. Пожалуй, никто другой не сделает мне более ценного подарка.       Долго не могу снова сомкнуть глаз, осматриваю комнату, ища в каждом предмете признаки реальности, после чего заостряю внимание на шрамах своей возлюбленной — они представляют собой стянутые полоски разного размера и, несомненно, в первые часы доставляли ей адские мучения. Я уже видел эти отметины, и всё так же ловлю себя на мысли, что здесь когда-то были крылья. Кончиками пальцев максимально осторожно я провожу по её позвоночнику, ласкаю обожженную кожу нежным прикосновением губ. Так приятно осознавать, что я снова, спустя много лет, не смотря на испытания, стал владеть и душой, и телом своей возлюбленной. Восхитительный, живой трепет охватил сердце, на губах моих зацвела улыбка — я знаю, это и есть настоящее счастье.       Слышу тихий стон. Камра проснулась. Мои нежные прикосновения дотянулись до её сновидений, поцелуи выманили сознание в реальность. Она зашевелилась, перевернулась на спину и спустя несколько секунд приоткрыла сонные глаза. Кто бы мог подумать, что так приятно наблюдать за пробуждением любимого человека, а потом понимать, что ты являешься первым объектом, который предстанет перед его глазами. — Доброе утро, мой Маэстро — прошептала Камра. — Доброе — улыбнулся Майкл. — Счастливого Рождества! — поздравил он. — Счастливого Рождества! — Как тебе спалось? — Прекрасно. А тебе? — она прижалась к плечу певца, вдыхая аромат его кожи. — Не помню, когда я в последний раз так спокойно спал — признался Джексон. — Только под утро мне кое-что снилось. — Он выдержал короткую паузу, после чего добавил: — Мне снилось, что ты уходила, а я не мог до тебя дотянуться, догнать. — Не думай об этом — женщина погладила Майкла по щеке. — Судьба разлучила нас, но снова свела. — Не могу не думать. Всё это время я жил с пониманием, что никогда не смогу забыть о тебе, а, следовательно, и построить счастливую семью с кем-то другим тоже не получится. Это ужасное чувство обреченности — оно убивало. Понимаешь? — Всё это в прошлом. Да, много времени потеряно. Мы не так уже молоды. Но я хочу вернуть утерянное и попытаться построить счастливое будущее — заверила Камра и поцеловала Майкла в губы. Её слова звучали убедительно, вдохнули в Джексона надежду на то, что всё утраченное они смогут вернуть. — Мне кажется, я всегда буду бояться потерять тебя. Мне даже хочется приставить к тебе охрану, чтобы тебя больше не украли у меня из-под носа. — О, поверь, это лишнее — посмеялась Диас. — Я же сейчас помню тебя. — Но тебя могут увезти насильно. — Майкл, — она ласково провела пальцами по его волосам — не придумывай. Тем людям, которых считала родными, я больше не нужна. Они разорвали со мной все связи. — А тот араб? — Я тебе говорила: с ним покончено. Да, и на сколько я знаю Аджмаля, он не станет больше соваться в мою жизнь, зная, какую подлость совершил. — Хорошо, если так. — А могу я спросить: твоя вторая жена Дебби…Не отнесется ли она враждебно, если рядом с её детьми ними буду я? — Дебби сама выбрала этот путь, она ни на что не претендует. К тому же, я не запрещаю ей видеться с детьми. Иногда они посещают её вместе с Ари. — Я хочу, наконец, стать матерью. Мне жаль, что не я их выносила и родила. Однако я подарю им всю любовь и заботу, на которую только способна. — Я уверен, ты будешь замечательной мамой — улыбнулся Джексон, заправив прядку волос за ушко Камры. — Они, наверное, скоро уже проснутся? — спросила она. — Нужно им приготовить завтрак. Честно говоря, не помню, когда последний раз готовила для кого-то. Вероятно, когда ездила в Африку. А еще мы должны вручить подарки детям. — Ты что-то приготовила им? — удивился певец. Женщина кивнула. — Когда успела? — Из Германии привезла. Когда ты был в больнице, я многое успела, в том числе и прошвырнуться по магазинчикам. К тебе меня всё равно не впустили. — Почему ты решила сделать это, ведь тогда ты даже не знала, каков будет итог нашей встречи? — Не знаю. Мне просто хотелось верить, что мы объяснимся друг с другом, что я увижу детей, или по крайней мере передам им подарки через тебя или твоего менеджера. — А как ты узнала, где искать меня? Ты была в сговоре с моими телохранителями? — Не совсем. Я была на связи с Марго, и она сказала куда мне ехать. И она же твоим телохранителям дала команду отвезти тебя к реке Изар. — Ах, вот как! Значит она снова постаралась. Она столько сделала для нас. Век с ней не расплачусь. Она одна из немногих, кто не ищет собственной выгоды. — Нужно бы ей что-то подарить. Как считаешь? Что ей нравится? — Мм, я не особо много знаю о ней. Она, как правило, о себе не рассказывает. — Тогда давай выберем для неё что-то и приедем в гости, чтобы вручить подарок? — предложила Камра. — Непременно — согласился Майкл.       Понежившись в постели еще минут десять, Майкл и Камра направились на кухню, чтобы приготовить завтрак для детей. Холодильник оказался забит продуктами, некоторые из них на случай праздника уже были заготовлены поваром Майкла ещё вчерашним утром для вечернего праздничного стола. — Приготовим вафли? — предложил Майкл, завязывая себе фартук за спиной. — А ты умеешь? — посмеялась Камра. — Конечно. Я же готовил для Ари, Принса и Пэрис. — Оо, какой же ты заботливый отец! — Восхитилась Диас. — Хорошо, командуйте, сэр! Что нужно? — Итак, — Майкл закрутил рукава рубашки и полез в шкафчик с продуктами. — Яйца, масло, молоко…— перечислял он, доставая необходимые ингредиенты из холодильника. — Мука, соль, сахар…— добавил певец, разложив всё на столе. — Разрыхлитель — напомнила Камра. — О, конечно! Всегда о нем забываю — хихикнул мужчина. — И, чем мне заняться? — спросила она, ожидая указаний от Майкла. — Тебе нужно отделить белок от желтка, а я пока смешаю сухие ингредиенты и добавлю молоко — распорядился Джексон. Камра принялась разбивать яйца, отделяя желток от белка. Майкл взялся открывать упаковку с мукой, однако, как это часто случалось, при открывании облачко белого продукта разлетелось по столу, осело на лице и одежде повара. Камра засмеялась. Майкл хихикнул в ответ. Замесив тесто, они стали заливать его в вафельницу, и уже через десять минут на тарелке лежали первые ломтики. — Теперь нужно украсить! — дал команду Джексон. — Возьми ягоды в холодильнике. — Добавил он, а сам принялся поливать на вафли тонкой струёй растопленный шоколад и выдавил из баллончика взбитые сливки. Камра принесла голубику и малину, и аккуратно, словно ювелир, задекорировала ими вафли. — Красиво получилось — улыбнулась она, взяла малину и протянула к губам Майкла. Тот охотно проглотил ягоду. — Правда, смотри-ка, ты весь изляпался в муке — засмеялась она, смахивая с его фартука белую пыльцу. Не успела Камра опомниться, как певец оставил на её щеке отпечатки своих пальцев, предварительно измазанных тестом. — Эй! — воскликнула она. В ответ на это Джексон провернул такой же трюк и со второй щекой. Заливисто смеясь, он отскочил от женщины. — Так значит? — Камра рассердилась, через секунду улыбнулась, а потом и вовсе захохотала. Прихватив из пакета маленькую горсть муки, она швырнула в Майкла. Несколько прядей мгновенно окрасились в блонд. Мужчина радостно взвизгнул, пригнулся в надежде увильнуть от следующего броска, однако, это не помогло — белым облачком мука разлетелась по воздуху, и, медленно оседая, испачкала одежу Джексона. — Вот тебе, получай! — смеялась Камра, бегая вокруг стола в попытках поймать своего Маэстро. Неожиданно яркая картинка из прошлого всплыла перед её глазами: пух из подушек разлетался по комнате, слышался детский смех — то были дети Ванессы, и счастливый Майкл, заливаясь смехом, уворачивался от её ударов. — Боже! — воскликнула она, отшатнувшись. — Что такое? — певец высунулся из-под стола, но не сразу осознал, что произошло. — А, ну-ка, не прикидывайся! Хочешь, чтобы я подошёл ближе, да? — Камра ничего не ответила, схватилась за голову и медленно опустилась на стул. — Камра? Что такое? — Я…Кажется я кое-что вспомнила… — Правда? Что же? — Мы дрались подушками…— призналась она. — Это было у меня дома. С нами были дети… — Да, верно! — Майкл подлетел к своей возлюбленной и сжал её ладонь. — Что-то еще? — Потом пришёл мужчина…Итан…Он накинулся на меня…Боже! Майкл! Это ужасно! — Тише, не бойся, я с тобой, и всё это давно в прошлом! — он обнял Камру, ловя себя на мысли, что такие события ей бы лучше не вспоминать, только человеческая память непредсказуема — нельзя определить, что именно всплывет перед глазами в следующий раз. — Я знаю, ты защищал меня от этого человека — напуганная плохим воспоминанием, она прижималась к Джексону. — О, Майкл, не отпускай меня из своих объятий! — Никогда! — мужчина обнимал любимую, подстёгнутый еще большим страхом потерять её.       Утренний солнечный свет пробивается сквозь окно, освещая своими тусклыми лучами лицо Майкла. Не знаю почему, но каждый раз, когда вижу его столь близко, складывается такое ощущение, что на меня смотрит сама его душа, невинная и возвышенная, встревоженная и преданная, но вместе с тем такая земная и грешная. Его лицо уже не так молодо, и предстаёт передо мной таким, какое оно есть — без фильтров и масок фотошопа, со всеми морщинами после бессонных ночей и шрамами, что оставлены на белой коже руками врачей. Не помню, кто автор фразы «не красота заставляет нас любить, но любовь заставляет нас видеть красоту», и, пожалуй, я с этим соглашусь. Он для меня прекрасен, потому что любим, однако, любим он вполне заслуженно. Есть в мире мужчины намного красивее него, в странах ближнего востока я таковых повидала очень много, только смазливое личико — это единственное, что делало их привлекательными, в остальном, они походили на сосуды, переполненные пустотой, но зато обильно украшенные драгоценностями. Майкл был, есть и будет другим. Со мной или без меня он всегда оставался неизменным: чувствительным к бедам других людей, он старался приносить радость и поддержку всем, кто в этом нуждался. Я беру его ладони в свои руки, разглядываю их под лучами солнечного света — они, испещренные множеством линий, тоже стали жертвой неумолимого течения времени. Столько раз эти руки были инструментом танца! Столько раз эти руки обнимали мир — раз за разом они прижимали к душе своего хозяина тысячи страдальцев, разбросанных по планете. Мои пальцы проскальзывают сквозь длинные, словно выточенные искусным мастером пальцы Майкла. Эти слегка шероховатые, местами нежные руки мне не хочется отпускать ни за что на свете. — Как ты? — обеспокоенно спросил Джексон. — Голова не кружится? — Нет, всё хорошо — ответила Камра. — Давай продолжим. — Если нужно, отдохни. — Не переживай, Майкл. Я в порядке. — Они продолжили готовить. Помимо вафель на столе появился омлет с овощами и свежевыжатый апельсиновый сок. — Так-так, — в дверях кухни показалась Ари в компании своего младшего брата и сестры. — Пахнет чем-то вкусным. Папочка снова готовит вафли? — Дети, доброе утро, вы уже не спите! — поприветствовал Майкл. — Завтрак готов. Присаживайтесь — добавила Камра. — О, нет, нет! — запротестовал певец. — Сначала подарки! Все к ёлке! Вперёд! — махнув рукой, он позвал свою семью в гостиную.       Первыми подарки получили дети. Младшим отец вручил новые игрушки. Камра подарила малышам новые наряды: Принсу симпатичный костюмчик, Пэрис платье персикового цвета. Плюсом ко всему дети получили от новоиспеченной матери книжки со сказками. Ариадна получила от Майкла ту самую гитару, что он приобрёл еще в Германии. От Камры девушке достался подарочный сертификат в магазин модной одежды и аксессуаров. — А что вы подарите друг другу? — спросила Ариадна, глядя на воссоединившихся родителей. Камра и Майкл смущенно переглянулись. Что могут подарить друг другу люди, у которых всё есть? Ни тот, ни другой не нуждается в каких-то особенно дорогих и при том нужных подарках. — С Рождеством, мой Маэстро! — улыбнулась Камра и протянула певцу блестящую коробку красного цвета. Джексон в свою очередь вытащил из-за спины коробку поменьше, но также в красной обёртке. — С Рождеством, мой Лунный свет!       С интересом не менее, чем у детей, оба принялись сразу же распаковывать свои подарки, шурша бумагой. Майкл для удобства уселся на пол, его лицо озарилось широкой улыбкой. Это был взрослый мужчина, под маской которого прятался ребёнок, постоянно жаждущий чуда. Изучая личность Джексона еще до возвращения в Америку, Камра знала о его искренней любви к христианскому празднику, а теперь могла воочию наблюдать за тем, как совершенно обыденно, по-семейному, точно так же, как и у сотен тысяч других людей, без лишних глаз и без показной роскоши проходит торжество в честь рождения Младенца Христа.       Джексон открыл коробку. Перед глазами лежал аккуратно свёрнутый белоснежный свитер с высокой горловиной. Певец тут же начал его щупать, заостряя внимание на мягкости нитей, после растряхнул и обнаружил на груди геометрический рисунок, напоминающий снежинки. В отдельном отсеке коробки блеснул кожаный браслет с золотой вставкой, на которой элегантным почерком было выгравировано «Мой Маэстро». — Какая прелесть! — прокомментировал он, глаза заблестели неподдельным восторгом. — Нужно примерить! — он шустро застегнул на запястье браслет, после чего надел свитер, что пришёлся ему как раз в пору, и прижался щекой к горловине. — Такой мягкий, приятный на ощупь! — Сама вязала — улыбнулась Камра. — Правда? — удивился мужчина. — Вот это да! Когда ты успела? — вставила вопрос Ари. — Парочка бессонных ночей и готово! — ответила женщина. — Честно говоря, это моя первая работа. Знаю, что у тебя есть всё, что ты только захочешь, Майкл, поэтому я очень хотела сделать для тебя что-то своими руками. — Супер! А мне свяжешь? — попросила дочь. — Конечно, если ты хочешь. — Так, а какой подарок тебе приготовил отец? — продолжала проявлять любопытство Ариадна. Камра открыла коробку. В ней находился алый палантин с витиеватым узором, а поверх него лежала еще одна длинная коробочка, всем своим видом кричащая о внутреннем содержании. Перед глазами Камры сверкнуло тонкое рубиновое колье, шириной не более пяти миллиметров. — Красота какая! Ты поможешь надеть его? — попросила она. Майкл аккуратно подцепил пальцами украшение и надел возлюбленной. Ювелирное украшение выглядело утонченно и мило, не утяжеляло шею владелицы. Следом за колье Камра накинула на плечи палантин, который оказался не менее мягким и приятным на ощупь, чем свитер Майкла. — А это, мой для вас подарок, дорогие родители — вставила своё слово Ариадна, протянув им корзину, в центре которой красовались две парные кружки в виде сердец, соединяющихся меж собой по одной извилистой линии. Вокруг чашек в хаотичном порядке размещались баночки с медом, разные сорта чая, сладости и вся эта композиция была приукрашена живыми веточками ели.       Трудно описать словами, как тепло мне стало на душе от этой обстановки: гостиная, украшенная рождественскими венками, гирляндами, большая ёлка, усыпанная не одним десятком разноцветных игрушек, бус и бантов, рядом со мной мои дети и моя возлюбленная. За всю свою жизнь я получал от друзей, знакомых, поклонников тысячи подарков с поводом и без, одни стояли не больше доллара, стоимость других порой и определить было сложно, а некоторые имели еще и внушительные масштабы. Например, слон, подаренный мне Лиз Тейлор. Из всех этих символов внимания и любви, пожалуй, получился бы внушительных размеров музей, и хотя, каждый подарок, подаренный от сердца, несомненно дорог мне, всё же я вынужден признаться, что нет ничего приятнее, чем забота со стороны близких людей, выраженная в простых вещах. После вручения подарков мы сели завтракать. Сейчас в моих глазах впервые вырисовалась картина настоящей семьи. Я вижу их улыбки, слышу смех, поддерживаю шутки и понимаю, как сильно мне не хватало этой полноты, этого единства. Все недостающие кусочки пазла собрались воедино — да, именно так и должно было быть! Так и должно было случиться еще пять лет назад! Моя Камра держит на коленях Пэрис, кормит её с ложечки, приговаривая, какая она умница, и просит скушать ложечку за папу, за маму и за сестру с братом. Закончив с завтраком, Камра берется за волосы дочурки и плетет ей две маленькие косички, увенчав концы розовыми бантиками. Принс, оставленный на моё попечение, уделяет больше внимания не еде, а причёске сестры. — Папочка, я хочу надеть свой костюм — сказал мальчик. — Непременно, Принс — ответил Джексон, вытирая салфеткой измазанные едой уголки губ сына. — Только сначала ты должен доесть свой завтрак. — Хорошо, папочка — сказал ребёнок. — Какой послушный мальчик — похвалила Камра. — Как насчёт того, чтобы сделать общее фото? — предложила Ариадна. — Отличная идея! — воскликнул Майкл. — Сейчас принесу фотоаппарат — девушка встала из-за стола и отправилась в свою комнату. Вернувшись, она принялась тайком из-за угла фотографировать, пока Майкл и Камра были сосредоточены на детях, раз от разу закидывая что-то в рот и себе. Получились семейные, уютные снимки, рассказывающие о простой радости, единстве и любви. И не беда, что у Камры на голове петухи из волос, у Майкла помятая рубашка, а Принс и Пэрис с большим аппетитом что-то жуют. Эти не идельные, любительские снимки станут вечными памятниками их счастья на тот случай, если однажды кто-то снова потеряет память. — Какая прелесть! — прокомментировала Ари. — Ну, что, все позавтракали? Устроим фотосессию у ёлки?       Майкл заново надел подаренный Камрой свитер и по-султански уселся на ковёр на фоне рождественской ели. На одной его ноге угнездился Принс в бежевом костюмчике с золотистыми вставками, на другой Пэрис в платье принцессы, гармонично сочетающемся с костюмом брата. Камра, облачившись в белую тунику и накинув на плечи палантин, присела на колени и обняла своего Маэстро со спины. Ариадна, надев обычную белую футболку и джинсы, расположилась с другого краю, прижавшись к плечу отца и уложив на колени гитару. Как только камера с функцией таймера их запечатлела, они сменили ракурсы, позы, местоположение и сделали еще несколько снимков. Так, отец семейства, сидя на мягком диване, читал сказки малышам. Камра сидела рядом с Ари у камина и слушала, как дочь играет на гитаре, подаренной отцом. На других фото Принс и Пэрис копошились с игрушками: один управлял машинкой, другая, выудив из арсенала куклы расческу, познавала парикмахерское искусство. Пара кадров рассказывали о том, как король поп-музыки обучает свою старшую дочь игре на гитаре, указывая на ошибки и помогая правильно расположить пальцы на струнах. Джексон признался сам себе, что впервые в жизни его не раздражают вспышки фотоаппарата, а эти фото ему хотелось бы спрятать подальше от мира, чтобы однажды кто-нибудь не вторгся в их семью и не нарушил покой нелепыми домыслами.       Около половины одиннадцатого телефон Майкла стал разрываться от звонков: друзья и близкие поздравляли певца и его семью с Рождеством, желая всего самого наилучшего. Первой позвонила Элизабет Тейлор, следом за нею Брук Шилдс, Крис Такер, Стивен Спилберг, Лиза Мари Пресли и так далее без конца. Некоторые семьи, с которыми Джексон водил дружбу, в том числе Калкины и Касио тоже не остались в стороне. Артист не успевал поговорить с одним, как следом раздавался звонок от другого. Но поздравления не ограничились звонками. Друзья и поклонники, знаменитости и политические деятели — все они завалили музыканта подарками, о которых ему позже сообщила Маргарет. В Неверленде пришлось выделить целую комнату, чтобы разместить подарки. Чего там только не было: картины, ювелирные изделия, мягкие игрушки, разнообразные статуэтки и предметы интерьера, книги, портреты в рамках, рождественская атрибутика и открытки, симпатичные светильники и многое другое.       При виде такого большого внимания к любимому Камру посетили двоякие ощущения: с одной стороны она радовалась, ведь Майкл окружен вниманием, с другой, она задавалась вопросом — а все ли эти друзья искренни с ним и где они окажутся, свались на голову певца проблемы? Вкупе со всем этим женщину глодало чувство одиночества, ведь в этом году она не дождётся поздравлений от своих родных. Стараясь не думать о разорванной связи с братом, Диас решила поздравить тех, кого обрела. Первой, кому позвонила Камра, стала Ванесса Кларк (в замужестве Смит) — Ванесса? Здравствуй! Счастливого Рождества! — И тебя с Рождеством, дорогая! — радостно отвечала подруга. — Передавай мои поздравления Майклу и деткам! — Спасибо, Ванесса. Ты тоже поцелуй за меня своих! — Послушай, а как ты смотришь на то, чтобы приехать к нам в гости? Мне так хочется увидеть вас всех вместе! — Это так неожиданно, Ванесса! Мы не планировали, конечно, куда-то идти…Но я бы с радостью пришла… Я поговорю с Майклом… — О чем ты хочешь со мной поговорить? — Джексон неожиданно прильнул к Камре, уложив ладони на её талию. — О, Майкл! — вздрогнула она. — Ванесса зовёт нас в гости сегодня. Пойдём? — Конечно! — на лице певца отразилась тёплая, ласковая улыбка, глаза заблестели словно у ребёнка, которого сейчас поведут в гости к друзьям. — Ванесса, мы непременно придём! — проговорил он громко и уверенно в телефонную трубку. — Отлично! Тогда ждём вас к пяти! — ответила Ванесса.       Около четырёх часов вечера семейство Джексонов отправились в гости в компании телохранителей. Средством их передвижения служил микроавтобус, окна которого были затонированы. Камра, не привыкшая прятаться от мира за темными окнами, почувствовала некую неловкость, однако, она понимала, что избранник её сердца не простой человек, и такие поездки не самая большая проблема, что может возникнуть в их отношениях. По пути они заехали в спа-салон и приобрели друзьям абонемент на лечебные процедуры. Детей без подарков оставить было бы непростительным преступлением, и потому дело по их выбору Майкл взял в свои руки: для Элсы упаковали полароид, для Джека игровую приставку, а для младшего Лео собрали сладкий гостинец. Когда Майкл и Камра вместе с детьми вышли из машины, Ванесса и Николас уже ждали их на пороге. Кларк первая бросилась к ним с объятиями и поцелуями. — Господи! Как же я рада вас видеть! Дорогие мои! Это чудо, что вы теперь вместе! — на глазах женщины выступили слёзы, она поверить не могла, что Майкл и Камра, наконец, воссоединились. — Спасибо, Ванесса! Я тоже очень рада за вас! — она взглянула на Николаса, только, увы, в памяти на его счет был полный пробел. — Прости, Николас. Я не… — Не страшно, Камра. Всё хорошо — ответил мужчина. — Майкл, — он перевел внимание на певца и пожал ему руку. — Рад видеть тебя снова! — Благодарю, Николас — ответил Джексон. — А это наши дети, — он указал на них — Ариадна, Принс и Пэрис. Дети, поздоровайтесь. — Здравствуйте! — первой отозвалась Ари. — Здрав-ству-йте! — с запинкой поздоровались младшие. — Здравствуйте, дети — улыбнулась Ванесса. — Проходите. Элса, Джек и Лео ждут вас!       Веселая, рождественская музыка наполнила дом. За ужином взрослые обменивались подарками, делились событиями из жизни, стараясь больше внимания уделить радостным моментам, танцевали и пели песни. Ответным подарком Ванессы и Николаса стал сертификат на совместный семейный портрет. Пока родители отмечали Рождество в гостиной, шестеро детей веселились в просторной детской. Ариадна сразу же нашла общий язык с Элсинор, не смотря на пятилетнюю разницу в возрасте. Неугомонный Джек периодически встревал в девичьи беседы, отчего пару раз получил подзатыльник от сестры. Когда мальчику наскучило возиться с Лео и младшими Джексонами, он переключился на Майкла, песни которого слушал уже много лет. Ребячество и мягкий характер артиста изумили паренька, он по-новому смотрел сейчас на него, нежели в детстве. — Мистер Джексон, а вы помните, как дурачились с нами подушками у тёти Камры? — О, да! — улыбаясь, ответил мужчина. — Это было весело! — Надо будет повторить это, как считаете? — предложил Джек. — Непременно — хихикнул певец. — Мы видели вашу совместную работу — подметила Ванесса, цепляя вилкой кусочек цыплёнка. — Лунный свет Маэстро словно апогей вашей любви. Надо же, кто бы мог подумать, что спустя годы вы воссоединитесь благодаря песне! — Майкл, я тебя и раньше уважал — подхватил Николас. — А теперь уважаю вдвойне. Даже не знаю, смог бы я так поступить, если бы потерял Ванессу. Вероятнее всего, конечно, я был бы на седьмом небе от счастья, что избавился от неё — шутя, добавил он, после чего рассмеялся. — Эй! Совсем страх потерял! — воскликнула Ванесса, толкнув мужа в плечо. Камра и Майкл засмеялись. — Ладно, ладно, любовь моя! — исправился Николас. — Я за тобой на край света отправлюсь, уверяю! — Ага! — нахмурилась Ванесса. — Так я тебе и поверила — в глазах женщины промелькнуло недовольство, но уже через пару секунд смех сорвался с её губ. — Когда любишь, можно и горы свернуть — сказал Джексон, глядя на Камру. Она в ответ смотрела на него с теплотой и нежностью, понимая, что их воссоединение это только заслуга Майкла. Внезапно в спину ударила боль, и он с трудом сдержался, чтобы не застонать. — Прошу прощения, могу я воспользоваться вашей уборной? — обратился он к Николасу, пока женские возгласы в стороне заглушали тишину. — Да, конечно. Прямо и направо — ответил хозяин дома. Майкл незаметно удалился. Спустя несколько минут Камра решила проверить детей и тоже поднялась из-за стола. По пути в детскую она случайно заметила Майкла, стоящего посреди кухни и жадно заглатывающего таблетки. — Майкл? Что ты делаешь? — певец чуть было не подавился глотком воды. — Что это? — она перевела взгляд на серебристую пластину. — Таблетки? — Камра… — Покажи — Майкл не послушался, и тогда женщина сама выхватила у него упаковку. — Обезболивающее? Майкл, спина? — Не переживай, это терпимо. — Ну, нет. На этот раз я не поведусь. Завтра же мы пригласим врача! — Камра… — Думаю, сейчас лучше вернуться домой? — Нет, прошу. Мы всего час сидим. Не хорошо уходить столь быстро в такой праздник! — Твоё самочувствие оставляет желать лучшего — упрямилась Диас. — Мы объясним всё, они поймут. — Нет, пожалуйста! — упрямство Майкла не уступало. — Я не хочу портить вечер. Мне очень комфортно с ними общаться. Ванесса и Николас хорошие люди. Я так рад, что смог сходить к кому-то в гости, как обычный человек. Не отнимай у меня эту возможность живого общения с нашими друзьями. — В глазах Джексона читалась отчаянная мольба. Многие называли себя его друзьями, но по факту палец о палец не ударили, чтобы помочь в трудные минуты. Ванесса и Николас вызывали у мужчины доверие, ведь именно они стали одними из немногих, кто не верил в обвинения, а также помогли разоблачить подлые намерения бывшего мужа Камры. — Ах! — вздохнула Камра. — Хорошо, мы останемся. Но только при условии, что мы завтра же обратимся к врачу. — У меня нет желания терпеть боль. Я и сам собирался это сделать — заверил Майкл.       Празднование продолжилось. Спустя некоторое время таблетки начали действовать и боль отступила. И хотя Майкл вёл себя раскрепощенно, Камра не могла перестать беспокоиться. Что, если травма, полученная на выступлении в Германии, усугубит его состояние? Из вернувшихся воспоминаний она смогла выудить моменты, рассказывающие о зависимости певца от обезболивающих и наркотических препаратов. Неужели всё это до сих пор продолжается? Куда смотрят его родные и близкие, когда он давится горстями таблеток?       К десяти вечера они вернулись домой. Ариадна, изъявив желание поскорее уснуть, сразу удалилась в свою комнату. Принс и Пэрис заснули еще в машине, поэтому читать сказки и петь колыбельные им не пришлось. Камра уложила в кроватку Принса, Майкл — Пэрис. — Сегодня был хороший день — прокомментировал певец, глядя на детей. — Устала? — обратился он к любимой. — Немного. Хочу скорее в душ и спать. — Хорошо, иди, я дождусь тебя — Джексон поцеловал её в лоб и Камра удалилась в ванную комнату. Когда она вернулась, Майкл, подогнув колени уже сладко спал.       Укрыв его одеялом, я вышла в коридор. Несмотря на то, что сегодня светлый праздник, и наш день прошёл замечательно, глубоко внутри у меня по-прежнему неспокойно и тоскливо. Я вычеркнула из своей жизни брата и невестку, но мои племянники всё ещё часть моей души, а я так давно с ними не общалась и не виделась. Сколько бы не звонила на их номера — всё недоступно. Вероятно, родители позаботились о том, чтобы они не смогли со мной связаться. Хотя воспитаны в мусульманской вере, они каждый год поздравляли меня с Рождеством, так же, как и я их с Курбан-байрамом. Теперь всё иначе. Теперь моя жизнь заключена в Майкле. Я должна, но более всего — хочу позаботиться о нём. Его мир полон скандалов и тревог. Слава это одновременно и благословение, и проклятье… — Почему не спишь? — из комнаты вышла Ари. — О, не знаю. Мыслей в голове много — ответила Камра. — Тебя что-то беспокоит? — Не волнуйся, всё хорошо. — Мне так не кажется. Может, расскажешь своей дочери? — Твой отец меня беспокоит. После падения его продолжают мучить боли в спине. Сегодня он глотал обезболивающее. Я помню, у него и раньше была такая привычка. — Я тоже много раз замечала это. Он пытался скрыть свою боль, только бесполезно. Его мучают не только физические боли, но и душевные. Репетиции, концерты, клипы, туры требуют больших усилий. Отец до мозга костей перфекционист. Он очень много работает. — Думаю, ему пора отдохнуть и поправить своё здоровье. — Согласна. Но, у него скоро выступление со своими братьями. — Он болеет и не в состоянии сейчас выступать. — Знаю. Он и сам не хочет. На него очень большое давление со стороны семьи и компании Sony. — Ничего, подождут — заявила Камра. — Майкл сначала поправит своё здоровье, и точка. — Хочешь в больницу его засунуть? — усмехнулась Ари. — Он их ненавидит. — Речь не о больнице. У меня есть идея: отвезти его в такое место, где его никто бы не нашёл. — Шутишь? Майкл Джексон звезда мирового масштаба. Его в каждой деревне знают. — А мы найдем такое место, где он мог бы вздохнуть свободно. Спокойствие, тишина…Вокруг природа. Я знаю, он любит красивые закаты, любит деревья и пение птиц. Он даже поёт об этом. Люди высасывают из него жизненную энергию, а природа, живой мир могли бы придать ему сил. — Тогда вам дорога в Россию, в Сибирь — бросила шутку Ари. — Наверняка, есть места поближе. И я найду такое.       На следующий день Камра озвучила Майклу свою идею — поехать куда-то, где он мог бы подлечить свой потрёпанный организм и отдохнуть от вечной суеты и работы. Джексон не только не стал противиться, но и сам предложил некоторые варианты отдыха. Больше всего ему сейчас хотелось поехать туда, где много снега, чтобы испытать зимние забавы. Главной проблемой было покинуть город (страну) незаметно для СМИ и фанатов. Выбор пал на французские Альпы. В организации безопасной поездки пара решила обратиться к Маргарет. — Хорошо, я подыщу для вас подходящее место — отвечала по телефону менеджер, в её голосе чувствовали нотки холода и отчуждения. — Вам нужен дом на двоих, заселение в отеле не подходит. На какие даты рассматриваете поездку? — Думаю, на следующей неделе — ответил Майкл, глазами спрашивая совета у Камры. Та одобрительно кивнула. — Хорошо — бросила дежурную фразу Марго. — Маргарет, что с твоим голосом? У тебя всё в порядке? — Всё отлично, Майкл. Не переживай. — Мне кажется ты говоришь неправду. — Даже, если у меня что-то и случилось, разве тебе есть до этого дело? — стальным голосом отрезала менеджер. — Ты даже с Рождеством меня не поздравил! Хотя я тебе написала смс…Так что не прикидывайся, что переживаешь обо мне! — О мой Бог! — Майкл зажмурился, сгорая от стыда. — Марго, прошу, прости. Вчера был правда очень насыщенный день. Мы ездили в гости к нашим друзьям. Поздравлений было очень много, и я, вероятно, твоё не заметил. — Не оправдывайся. Я рада, что у тебя всё наладилось. — Нет, я виноват. Я правда собирался сделать тебе подарок. Точнее, мы вместе с Камрой собирались это сделать. — Майкл, не неси чушь! У тебя достаточно хлопот — посмеялась Марго. — Кстати, раз уж ты позвонил, то я сообщу тебе кое-что. Нет смысла оттягивать. — О чем ты? — Я увольняюсь, Майкл. — Что? Маргарет, почему? — Я устала. Я хочу нормальной, размеренной жизни. — Тебя что-то не устраивает? Зарплата? — Даже, если ты будешь мне платить сто миллионов долларов, я не останусь. — Почему такое внезапное решение? — не унимался артист. Маргарет всегда была его правой рукой, да и в личных делах оказала неоценимую услугу, поэтому её увольнение сильно взволновало певца. — Извини, я не могу тебе всего озвучить. Скажу только одно: твоей вины ни в чем нет. — Подожди, Марго, давай поговорим. Ты мне нужна. Я не хочу, чтобы ты уходила. — Услышав эти слова по другую сторону линии, менеджер дала волю слезам. Внутри сердце билось на части. — Я приеду к тебе, можно? — Не стоит — ответила та. — Я сейчас займусь подбором места для твоего отдыха. Не отвлекай меня. И, сделай так, чтобы это было моё последнее задание. Договорились? — Нет, Марго! — певец и слушать не хотел слов о её уходе. — Я приеду к тебе. Я хочу с тобой поговорить! — настаивал Джексон. Поджав губы, Марго отключилась, не в силах более слышать его голос. — Что случилось, Майкл? — заволновалась Камра, подсев к нему. — Что сказала Маргарет? Она, что, увольняется? — У неё что-то случилось, я уверен. Я должен к ней поехать. — Секунду! — Камра полезла в прикроватную тумбочку и достала оттуда бархатную коробочку и открыла её. — Вот, передай ей это от меня. — Браслет? — Да, я в большом долгу перед Марго, и собиралась подарить это в качестве благодарности. — Майкл одобрительно кивнул. — Поезжай, поговори с ней. — А ты? Не поедешь? — Знаешь, думаю, тебе стоит с ней поговорить лично. А мне нужно приготовить обед, а потом съездить в конюшню, навестить мою лошадь Жасмин. — У тебя есть лошадь? — удивился Майкл. — Ты не говорила. — Как-нибудь я тебе покажу её. — Зачем же она живёт непонятно где. Мы выделим ей место в Неверленде. — Тогда я договорюсь о том, чтобы её перевезли? — Конечно. — Ладно. Поезжай к Марго. Но не задерживайся. К трём часам приедет доктор осмотреть тебя.       Маргарет чувствовала, что Джексон сдержит своё слово и приедет, поэтому, когда он оказался на пороге её дома, она не была удивлена. Менеджер не сказала ему слов приветствия, и молча впустила в дом. Эта сцена ему что-то напоминала. Точно так же он когда-то входил в дом Рейчел. Майкла прошибла дрожь: что, если в доме Марго он тоже обнаружит стены, увешанные его фотографиями и плакатами? Фанатизм бывшего менеджера пугал. Но, ведь Маргарет не такая, не так ли? — Проходи на кухню — скомандовала хозяйка дома. — Что-нибудь хочешь? — О, нет, я не голоден. — Джексон присел на стул с мягкой обивкой. — Вот, это тебе. Прости, что я не поздравил вовремя. — Певец поставил на стол красиво украшенную лентами корзину с брендовой косметикой. — А это тебе от Камры — следом за корзиной он выложил бархатную коробочку с золотым украшением. — Спасибо. Извиняюсь, я подарок не подготовила. — Шутишь? Ты достаточно всего сделала для меня. Подарок, который мне сделала ты, не сравнить ни с чем — пояснил артист. Марго несколько секунд стояла молча, хлопая ресницами, после чего, словно выйдя из ступора, ответила: — А я тут кое-что уже подыскала для вас…Посмотришь? — менеджер попыталась перевести тему разговора, но Майкл остановил её. — Может объяснишь, в чём дело? Я обидел тебя? — О чем ты? — она удивленно вскинула брови, прикидываясь, будто ничего трагичного не произошло. — Я же сказала, что просто устала. Я хочу жить спокойно. Уже, и работу новую подыскала. — И давно ты задумалась над уходом? — Как сказать — пожала плечами женщина. — Давненько думала. Просто для себя места подходящего не могла долго найти. — С твоим-то опытом и знаниями — усмехнулся Джексон. — Ты что-то не договариваешь. — Майкл, прекрати меня терроризировать — засмеялась Марго. — У меня ничего не случилось. Просто я хочу построить новую жизнь. Нет, мне приятно было работать с неповторимым королём поп-музыки, но я правда устала. Мне тридцать четыре года, я хочу уже семью и детей. — У тебя разве есть кавалер? — Конечно, есть! — уверяла Маргарет, улыбаясь. — Ты просто многого не знаешь. — Ну, раз так, я не могу тебя держать возле себя. Ты молодая и красивая, ты должна построить своё собственное счастье — отнёсся с пониманием певец. — Только прошу, не пропадай, ладно? Ты замечательный друг, я тебя очень люблю и ценю твой кропотливый труд. Если когда-то тебе понадобится моя помощь, смело обращайся. — Договорились — улыбнулась Марго, ощущая, как внутри ломаются рёбра.       Джексон уехал, а менеджер провожала его взглядом из окна. Признаться в своих тайных чувствах она так и не смогла, да и не считала нужным. Майкл давно отдал своё сердце Камре, и Маргарет была тому свидетелем на протяжении почти шести лет. За эти годы он выплакал не мало слёз, истерзал своё сердце печалью, и потому ни одна другая женщина так и не добилась успеха. Менеджер высоко оценила чувства своего босса, и в тот день, когда ей на глаза попалось резюме модели Камры Диас, она не смогла остаться в стороне. Предав свою любовь, она посчитала, что гораздо важнее сделать счастливым Майкла. Теперь её миссия окончена. Она довольна собой. Женщина взглянула на подарок Майкла. — Паршивец, и как только посмел забыть? — усмехнулась Марго, после чего её взгляд скользнул по коробочке с украшением. Золотой браслет, по середине которого была выгравирована арабская вязь со словом شكْراً, она приняла с улыбкой.