Дело 8. Маленькие деньги – большие проблемы

2004

      Когда половина отдела отказалась работать в одном кабинете с Накамурой, начальнику Го пришлось в срочном порядке решать этот вопрос. Следователю выделили небольшую комнату, совсем крошечную, больше похожую на кладовую, лишь бы меньше попадался на глаза. Встретить Наоки считалось несчастливым знаком, поэтому в крыло, где он осел, обычно старались не заходить. Но сегодня там уже полчаса мялся юноша.       Он всё не решался войти: то приглаживал неряшливую причёску, то поправлял галстук, то отряхивался от невидимой пыли — в общем, делал всё возможное, чтобы оттянуть момент встречи. Наконец, собравшись с духом, незнакомец постучался, с трепетом прислушался, но ответа не последовало. Теряясь в сомнениях, юноша повторил попытку, уже увереннее, и только тогда на свой страх и риск решился приоткрыть дверь.       Внутри никого не оказалось, но рабочий день уже начался — Накамура точно находился в здании. Воспользовавшись моментом, юноша бегло оглядел убранство. Нельзя было сказать, что внутри царил хаос, скорее лёгкий беспорядок: заваленный документами стол в центре композиции, позади стул, гордо державший пиджак хозяина, по бокам наспех разбросанные папки неизвестного содержания. Оценив обстановку, юноша уже собрался уходить, чтобы порядочно подождать Наоки в коридоре, как из-за сквозняка несколько листов упали со стола. Незнакомец замешкался. Поднять бумаги или не стоило? Он спешно оглядел коридор напоследок — никого, наклонился, чтобы поднять листы, из любопытства пробежался по строчкам. Протокол расследования. Интерес взял вверх, и, несмотря на кричащее чувство опасности, юноша с любопытством погрузился в написанное.       — Кто такой? — Накамура, заставший незнакомца за непотребством, направил на юношу пистолет.       Тот мгновенно выпрямился, нервно поправляя складки на одежде. Ходили сплетни, что Наоки давно потерял рассудок, оттого его выходки с каждым разом становились эксцентричнее. Но оказаться под прицелом было не так волнительно, как предстать перед Наоки в непрезентабельном виде.       — Ямомото Тото, следователь пятого ранга, — юноша отдал глубочайший поклон. Он старался говорить чётко, но покрасневшие кончики ушей выдавали волнение. — Меня назначили вашим учеником.       Накамура поморщился, с неохотой убрал оружие. Рано или поздно это должно было произойти, не просто так ведь он получил третий ранг. Однако всё равно постарался оттянуть неизбежное.       — Возвращайся к начальнику и скажи, что отказываешься от меня.       Наоки решил, что достаточно запугал Ямомото, но у ученика оказался козырь — конверт в руках, до этого оставшийся без внимания.       — Начальник Го сказал, что это поможет вам принять решение.       У Накамуры потемнело в глазах. Очередные штрафы. Зарплату ещё не выдали, а следователь уже работал в долг. Видимо, Рёзай уже давно всё спланировал, потому целый месяц цеплялся к Наоки по пустякам. Теперь взять ученика, за обучение которого полагалась надбавка, казалось не такой плохой идеей.       — Сам сбежишь, — заключил Накамура, садясь за стол. Вновь взглянув на Тото с нового ракурса, Наоки убедился, что из-за тугого воротника рубашки у ученика выглядывала татуировка. — Пятый ранг, говоришь?       — Так точно. В девяносто шестом закончил Йокогамский Следовательский университет, до девяносто седьмого проходил стажировку в Восточном отделе, но пришлось уйти в отставку. Сейчас восстановлен на прежнюю должность под вашим наставничеством.       — Дисциплинарное наказание? — предположил Наоки, но Ямомото покачал головой.       — Ранение, но я полностью восстановился.       Наоки пристально рассматривал ученика, подмечая мелкие детали. Тото действительно умел держаться, чётко декларировал слова, но стоило их взглядам пересечься, он вдруг вздрогнул и в нерешительности отвёл глаза. Накамура привык, что его рассматривают исподтишка, но не решаются таращиться в открытую, и старался не обращать на это внимание. Удивительно было то, как уши Тото покраснели, выдавая смущение.       Быстро потеряв интерес к Ямомото, Наоки вернулся к работе. Его не волновало, чем Тото будет заниматься. Ученик какое-то время неподвижно стоял над душой, ожидая поручения, но вскоре осторожно спросил:       — Над чем вы сейчас работаете, наставник Накамура?       — Над делом.       Тото приготовился узнать подробности, но Накамура замолк. В неловком молчании Ямомото был готов спрятаться в яму. Наоки же хотел заставить Тото выглядеть как можно более глупо, чтобы робкий ученик не доставлял проблем, но стационарный телефон прервал издевательство – дежурные с поста оповестили о готовности. После короткого «скоро буду» Наоки спохватился, уже собравшись уходить, и лишь выскочив за дверь вспомнил о своём новом статусе.       — Ты...       — Ямомото Тото, — напомнил ученик, на что Накамура не обратил внимания.       — Передай на пост документы, потом поднимайся на второй этаж.       Ямомото поспешил выполнить указание. Если с первой частью задания вопросов не возникло, то найти кабинет, в котором спрятался наставник, оказалось сложнее. Накамура словно специально забыл сообщить, куда направляется. Когда Тото, после нескольких безуспешных попыток и тысяч извинений, открыл нужную дверь, Наоки уже закончил разговор с полицейским. Молодой офицер так поспешно покидал комнату, что чуть не стукнулся лбом с Ямомото.       Всю мебель в помещении сдвинули, чтобы освободить место под множество столов, на которых покоились монеты разного номинала.       Хотя наставник не посвятил Тото в тонкости, ученик успел бегло ознакомиться с проблемой. В одном из районов Йокогамы появились монеты-цукумогами, которые кусали прохожих и пугали людей. Такие деньги не подлежали использованию, и прежде, чем вновь вернуть их в оборот, следовало изгнать появившиеся в предметах души. Иначе никто не мог гарантировать, что при какой-нибудь переплавке ёкаи не сольются, породив чудовище.       Дело было наипротивнейшим, собственно, поэтому его и отдали Наоки.       — Нужно отделить цукумогами от обычных монет.       Накамура бросил монету Ямомото. На вид она не отличалась от других, но оказавшись в руках Тото, укусила того за палец. Кровь росой просочилась сквозь рану, но больший удар был нанесён самооценке Тото.       — Не стой столбом. Как собираешься это делать?       Силой Тото пришлось взять себя в руки. Он знал достаточно способов, но хотел выбрать наиболее впечатляющий, доказать наставнику, что является достойным внимания учеником. Может, следовало поместить монеты в воду, чтобы увидеть пузыри воздуха? Или нагреть, чтобы обжечь цукумогами и заставить их кричать? Провести обряд в конце концов.       Ямомото слишком погрузился в раздумья, и Накамура не дождался — хлопнул по столу, и монеты подскочили. Некоторые от неожиданности широко раскрыв зубастые рты. Их-то наставник и поймал. Цукумогами попытались впиться в плоть, но ткань перчаток оказалась им не по зубам.       — Не расслабляйся.       Тото захотелось умереть от стыда прямо на месте. Хватаясь за последнюю соломинку, он выпалил:       — Обычно на превращение в цукумогами требуется около ста лет и большая обида. Но монетам нет и пятидесяти. Кто-то провёл ритуал по вселению в них души.       Действительно, дата на большинстве мелочи стояла не раньше восьмидесятого года. К неудаче Накамуры, Тото оказался достаточно внимателен.       — Да. Его поисками я и занимаюсь.       Ямомото не надеялся на похвалу, но ожидал хотя бы намёк на одобрение. В голосе наставника слышался упрёк, будто ученик посмел усомниться в его способностях. Глубоко вдохнув, ученик решил хотя бы усердной работой расположить Накамуру к себе.

***

      Перебор мелочи занял добрый месяц. Иногда на помощь приходили следователи шестых и пятых рангов, но они этот порыв энтузиазма называли наказанием от наставников. Хотя чаще Накамура и Ямомото оставались наедине, но разговора между ними не получалось.       Тото время от времени пытался завести беседу, но заканчивалась она на паре фраз. Отношения оставались сдержанно деловыми. Однако Наоки отдал должное, Тото умел ценить личное пространство: не приближался ближе, чем на метр; не прикасался; шёл со стороны здорового глаза, чтобы всегда быть на виду. Работал без вопросов, был сдержан и пунктуален, незаметно подстроился под расписание наставника. С утра оставлял свежую газету на столе, в перерывах заваривал кофе, относил документы, заполнял протоколы. Накамура сам не заметил, как привык к этим незначительным, но очень приятным удобствам.       В один из дней у кабинета Накамуры остановилась девушка. Следователь был на совещании, и гостье пришлось долго ждать в коридоре. Не зная, куда себя деть от безделья, она то прижималась к стене, страдальчески закидывая голову, то перебирала брелоки на сумке, то пыталась отколупать отделку стен. Вернувшийся Наоки первым заметил её, устало выдохнул, прежде чем раздалось звонкое:       — Киса!       Наоки только успел расставить руки, как Йосико налетела с объятиями, чуть не сбив с ног. За годы она поравнялась с Накамурой ростом, даже несколько переросла, однако от детских привычек так и не избавилась. Лицо её вытянулось, преобразилось косметикой как у всех молодых девушек, но сохранило мягкие черты. Каблучками она пыталась подчеркнуть возраст, но юбка с множеством оборок, привычные хвостики на голове и несуразная плюшевая сумка подчёркивали инфантильный характер.       — Сколько раз говорил, не приходи в отдел, — раздражённо процедил Наоки, одарив Мацумото щелбаном, а та наигранно вскрикнула и сжалась, будто на самом деле почувствовала боль.       — Меня девочки пригласили в кино. Посидим немного, может, потом зайдём на торговую улицу, — лукаво начала она, но жалкие попытки заговорить следователя не сработали.       — Ещё чего?       Йосико ожидала такое, потому тут же сменила тактику с намекающе-дурашливой на настойчиво-угрожающую.       — Тогда я пойду к дяде Рёзаю. Он мне никогда отказывает.       Безоговорочный проигрыш. Хотя разумом Наоки понимал, что не следовало отдавать последние кровные, но почему-то никогда не мог устоять. Однако, открыв кошелёк, обнаружил меньше сотни йен. Коллеги не согласились бы дать взаймы даже йену. Даже просить у них не имело смысла. Однако Накамура, потерев переносицу, поинтересовался:       — Одолжишь до получки?       Наконец Йосико заметила фигуру, молчаливой тенью стоявшей за спиной Накамуры. Жилет подчёркивал широкие плечи, но оценить по достоинству фигуру не позволяли несколько слоёв одежды. Тото, очевидно, было жарко в столь плотном костюме, но он старался не выделяться на фоне остальных следователей.       — Киса, а это кто?       — Ямомото Тото, госпожа Мацумото. Ученик наставника Накамуры, — Ямомото склонился в приветствии. Собеседница ответила ему тем же.       — Как официально, — рассмеялась она, игриво осматривая Тото. — А ты красивый. Девушка есть?       — Йосико, — Накамура толкнул Мацумото, которая сразу залилась хохотом.       Получив деньги, даже больше чем планировала, она запрыгала от радости и долго щебетала глупости, прежде чем окончательно распрощаться.       — Ваша сестра? — неуверенно уточнил Тото, почувствовав возможность зацепиться за тему.       Наоки смерил ученика взглядом, проверяя серьёзность намерений.       — Можно и так сказать.       «Брат» и «сестра» — воспринималось окружающими естественнее, чем «ученик отца» и «дочь наставника». У незнакомых людей оставалось меньше вопросов. К тому же, это всё начала Йосико, Накамура лишь подыгрывал её фантазиям.       — У меня тоже есть сестра, примерно такого же возраста. Правда сейчас она учится в другом городе, мы мало общаемся. Но она посылает мне письма и...       Наоки ничего не ответил. Тото смущённо покашлял в кулак, заметив, что взболтнул лишнего. Навязываться не хотелось, потому ученику пришлось вновь отступить, надеясь, что предоставится ещё много других шансов для разговора.

***

      Дело цукумогами всё больше начинало вызывать вопросы. Следователи пытались выйти на тех, кто пустил проклятые деньги в оборот. На всякий случай взяли с монет отпечатки пальцев, но большинство смазались, став не читаемы.       Появилась и другая проблема. Горожане всё чаще жаловались на обилие оживших вещей — то из библиотеки выпорхнут книги, то манекены сами убегут из магазина. Беспорядки хоть и несли локальный характер и не доставили никому настоящего вреда, создавали головную боль для Накамуры. Пока мотивы нарушителя порядка оставались тайной, Наоки придерживался наиболее серьёзного предположения: за безобидными событиями последуют громкие преступления.       Предостережения оказались правдивы. Сначала поступило обращение об ограблении манекенами видеопроката, потом игрушечные животные атаковали парикмахерскую. Бегающие дорожные знаки устроили беспредел, а летающие ножницы резали провода. Полицейским и следователям ничего не оставалось, кроме как выезжать на вызовы, оставляя отделы полупустыми. Наоки не спешил присоединяться, с настороженностью относясь к выбору целей. Слишком рискованно, чтобы оказаться просто шуткой. Скорее всего, убедившись в нехватке персонала, оборвав коммуникации и вызвав беспорядки на дороге, злоумышленник нападёт на настоящую цель. Так и случилось. Только все патрульные машины разъехались, как произошло пара поистине тревожных ограблений — полицейский и следовательские оружейные склады, тиры и оружейные магазины.       Наоки с Тото прибыли на вызов с жалкой кучкой офицеров, чей опыт ограничивался патрулированием улиц — более никого свободного найти не удалось. Хотя они сильно задержались, ещё оставался шанс столкнуться со злоумышленником или цукумогами, потому действовать следовало осторожно.       К несчастью, у Накамуры забрали табельное за «непозволительное поведение». Но уже на месте Наоки молча выцепил пистолет из кобуры одного из полицейских, который побоялся сказать старшему что-либо. Пробираясь вглубь здания, нашли лишь раненые тела сотрудников и пулевые отверстия в стенах.       Добравшись до комнаты наблюдения, удалось установить произошедшее по камерам: хранившееся оружие ожило и расстреляло присутствующих, после чего скрылось в неизвестном направлении. Однако некоторые камеры также подверглись проклятью, потому преступника не запечатлели. Зато получилось сопоставить путь, по которому шёл злоумышленник. Ямомото терялся в догадках, но Наоки уже всё для себя решил.       — Сходи в машину, принеси телефон, — попросил Накамура.       Тото в какой-то степени привык, что его постоянно куда-то отсылали, словно одно его присутствие мешало думать, потому послушно отправился к выходу, но наставник обронил ещё пару слов:       — Будь внимателен. Если преступник всё ещё здесь, то может попробовать проклясть автомобили.       На парковке Ямомото оглянулся: свою машину Наоки припарковал на отдалении, перед входом же стояла тройка служебных. Их водители проверяли территорию неподалёку. В случае чего они наверняка бы подняли тревогу. И всё же слова наставника зародили в душе Тото подозрения.       Ямомото подошёл к транспорту, подмечая незначительные детали: поворот колёс, незапертые двери. Следователь хотел окликнуть офицеров, но автомобиль, у которого он стоял, резко открыл дверь. Тото успел отскочить, и машина сорвалась с места, развернулась на небольшом пятачке, попыталась сбить Ямомото. Полицейские догадались открыть огонь, что отпугнуло транспорт. Сделав очередной вираж, цукумогами поспешил скрыться на улицах города.       — Всем отойти от машин! — Накамура выскочил на звуки стрельбы и принялся командовать.       Догадавшись, что их раскрыли, остальные цукумогами блеснули фарами. Желая воспользоваться эффектом неожиданности, они планировали унести пару жизней, но уехали, не вкусив крови.       — Безрукие идиоты, вызывайте подкрепление! Организовывайте погоню, — ругался Накамура. — Тото, на позицию! Ёкай ещё здесь.       К сожалению, ни погоня, ни исследование территории результатов не дали. Рация, встроенная в служебные машины, раскрывала передвижения полицейских, потому ёкаи ловко уходили от преследования. Похожая ситуация произошла и на других вызовах. Результатом дня стал ошеломительный провал: потеряно несколько сотен единиц оружия, в десять раз больше патронов, угнаны автомобили, десятки жертв. Даже сохранённое личное имущество Накамуры не улучшало ситуацию. Наоки уже представлял, как начальник Го будет бить кулаком по столу на следующем собрании, от чего хотелось прямо сейчас до беспамятства напиться.       Так Наоки скрылся в «Параде ста духов». С Тото он распрощался ещё у участка, но спустя пару минут ученик также оказался у бара. Ямомото ранее не посещал такие заведения, но это место оказалось не настолько ужасным, как можно было предположить. Внутри стояло умиротворяющее спокойствие, граничащее с усталостью. Посетители тонули в полутьме. Лёгкая музыка помогала расслабить напряжённые мышцы, позволяла ослабить галстуки. Незнакомцы молча предавались выпивке, лишь некоторые от скуки вступали в разговор. Тото выделялся на фоне белых воротничков лишь напряжением. Чтобы точно не оказаться обнаруженным, он присел за дальний столик с той стороны, где рану Наоки закрывала повязка.       Ямомото не спускал с наставника глаз около получаса. Ничего предосудительного тот не делал, ни с кем не общался, и с ним никто не пытался заговорить. Когда же Накамура засобирался, Ямомото тоже поднялся, но не сделав и пару шагов столкнулся с официанткой, повалив её на пол. На суету несколько посетителей обратили внимание.       — Простите, давайте я... — Тото бросился помочь бедняжке подняться, но обескуражено застыл. На лице девушки не оказалось лица.       — Что тут происходит? — подошёл обеспокоенный посетитель, но лишь взглянув на официанту изумлённо вздохнул. — Её лицо..!       — Всё в порядке, — попытался успокоить мужчину Ямомото, но и тут попал впросак. Стоило обернуться, как следователь увидел на незнакомце множество глаз. Заметив растерянность, ёкай улыбнулся, с ехидством продолжив:       — ...такое уродливое, прямо как твоё.       Даже зная, что может столкнуться с ёкаями, Ямомото всё равно замешкался, потерял преимущество. Попытавшись отступить, он наткнулся на рогатого черта, что не дал себя обойти.       — Нет, брат. Ты обидел девушку и думаешь, что можешь уйти не извинившись?       Постепенно духов вокруг Ямомото становилось всё больше, что сильнее нарушало душевное равновесие. Внешне похожие на людей, существа, ничуть не смущаясь, демонстрировали уродства, перекидывая Тото друг другу, словно горячую картошку. Они и не подозревали, что перед ними следователь.       Когда Ямомото резко одёрнули, он столкнулся с горящим красным глазом. Сначала показалось, что это уловка ещё одного демонёнка, но нет, Накамура перед Тото оказался настоящий. Уши ученика зардели. Если бы произошедшее никто не видел — это был бы обычный позор, который Тото никогда не забыл бы, но стоически вынес. Однако совсем другое попасть впросак перед наставником.       В присутствии настоящего следователя, стайка шаловливых ёкаев быстро скрылась, не оставив и следа, но Наоки всё ещё не отпускал ученика.       — Тебе нечем заняться?       — Простите, но это место... — Ямомото виновато поклонился, но Накамура не дал ему закончить.       — Как и любое другое во время встречи с демонами — кишит ёкаями. Спрошу ещё раз, тебе нечем заняться?       — Мне... — Тото лихорадочно придумывал ответ. Хотелось сказать правду, но это могло лишь накалить обстановку. Снова пришлось вплетать в ложь полуправду. — Я подумал, вы уехали на машине... В смысле, вы ведь не сядете пьяным за руль. Может, я смогу довести вас до дома. Помочь, так сказать...       Наоки на мгновение замолчал, будто пробуя услышанное на вкус.       — Ну пошли.       Ответ оказался столь неожиданно спокойным, что Тото не поверил.       — Что?       — Отвезёшь меня домой. Сам же предложил.       Отпустив ученика, Наоки поплёлся к выходу, и Тото после небольшой передышки поспешил за наставником. Нагнав       — Я хотел сказать... — начал Тото, но прервался, едва не столкнувшись на входе с незнакомцем.       В мешковатых неровных контурах узнавалась человеческая фигура, но тусклый свет коснулся белоснежного безэмоционального лица. Вернее, маски. Ямомото сдержанно извинился, хотел пройти мимо, но незнакомец загородил собой проход.       — Вам что-то нужно? — учтиво поинтересовался Тото.       Накамура инстинктивно попятился. Бежать назад и оказаться в западне? Прорываться вперёд, вступив с ёкаем в схватку? Пока Наоки колебался, незнакомец пару раз хлопнул в ладоши, чем заставил Накамуру наконец броситься вниз.       — Бежим!       Наоки схватил ученика за воротник, потянул на себя. Теперь и не такой чуткий Ямомото заподозрил неладное. Теперь их жизни угрожала неизвестная опастность, потому Тото решился выхватить спрятанное оружие. Оружие! Если бы Накамура знал, то сразу же открыл огонь. Однако вместо того, чтобы направить дуло на незнакомца, рука Тото против его воли нацелилась на Наоки.       Прогремел выстрел.

***

      Тото бегал почти каждый день в палату наставника: то приносил вещи, то какие-то угощения, то просто хотел удостовериться, что с Накамурой всё хорошо. Ямомото никак не отпускал мысль, что виновен в ранении Наоки, однако Накамура лишь отмахивался. Никто не мог предвидеть, что незнакомец перед ними окажется тем самым преступником, что способен оживлять вещи. И всё же Тото пообещал позаботиться о наставнике до конца лечения, пока через неделю ему не сообщили, что Накамура подписал отказ и ушёл.       Найти Наоки удалось в парке неподалёку.       — Почему вы ушли, наставник?       — Не люблю больницы, — отмахнулся от расспросов Наоки. Суетливость Тото отвлекала от наблюдения за шатром с детским тиром.       Ямомото вскоре заметил, что так увлекло наставника, и, немного замявшись, поинтересовался:       — Позвольте составить вам компанию?       Наоки жестом пригласил ученика присесть. Какое-то время они вместе следили за происходящим. Многие пробовали себя в стрельбе, но кроме небольших призов ни у кого выиграть не удалось.       — Простите за случившееся, наставник Накамура...       — Хватит уже.       Бесконечные извинения изрядно надоели Накамуре. Не желая больше слушать, он поднялся с места, побрёл прочь, но Ямомото не составило труда нагнать наставника.       — Дело о цукумогами передали следователю Танато, но пока никаких успехов нет.       — И не будет, — критично отозвался Накамура. — Но, если бы мы тогда поймали ёкая, получили бы премию.       Ямомото чувствовал, что мешался у Наоки под ногами. Наверное, также ощущал себя любой другой ученик, когда оказывался в подчинении у более опытного наставника. Но как бы Тото не старался, совладать с работой у него не получалось.       — На самом деле я хотел поговорить с вами, наставник... Не подумайте, что я сомневаюсь в вашем статусе или способностях. Вы догадались, что преступник ещё на месте, даже предположили план, как он мог попытаться сбежать. Не сочтите следующий вопрос за грубость, но... Как вы поняли, что машины тоже стали цукумогами? Я имею ввиду, вы ведь вышли после выстрелов, когда машина уже скрылась. Потому не могли точно знать, что в салоне нет водителя. К тому же, ваша машина оказалась не тронута проклятьем. Возможно, потому что она стояла дальше остальных. Но почему тогда вы оставили её именно там? И та встреча в баре... Не кажется ли вам неожиданным совпадением встретить преступника в этот же день?       Наоки остановился. Наконец-то Ямомото стал задавать действительно интересные вопросы. Тогда ученик не будет против, если Накамура наконец сорвёт с него маску.       — Напишешь об этом в отчёте, следователь пятого ранга Ямомото? Или привычнее, чтобы к тебе обращались по другому рангу? Четвёртый? Третий? Может, вообще спецотдел?       Татуировка, которую всё скрывал Тото, намекала на тесную связь с ёкаями. У пятого ранга, тем более с таким перерывом в работе, не мог столь явно проявиться избыток ёки. И, как раз после появления ученика Накамура был лишён табельного. Неожиданное совпадение, как выразился Ямомото.       — Я... — голос Тото дрогнул.       — Говори как есть. Меня уже подозревает спецотдел? Почему не послали кого-то более опытного.       Наоки каждый раз поражался, как Ямомото изображает, что ничего не знает о наставнике. Как жалко выглядела его попытка завести разговор о сестре, тогда как знал фамилию Йосико.       — Это не совсем так... — попытался подобрать слова Ямомото. — Я правда лишь пятый ранг. Но когда я устраивался, начальник Го предложил премиальные за дополнительную работу... следить за вами. И я согласился.       От упоминания Рёзая Наоки поморщился. Приведя первые ранги в порядок, начальник Го стал вычищать кротов рангом ниже. Потому последний год Наоки чувствовал особо пристальное внимание к себе.       — Это не объясняет, как ты узнал про Йосико.       — Я знаком с господином Изаму. Он вёл лекции в университете и... — уши ученика вновь покраснели. Он тише прежнего обронил. — И вы тоже.       — Тоже что?       — Вы не помните меня? В девяносто пятом вы преподали нашему потоку первую лекцию, на которой поймали ёкая. Ваша уверенность тогда меня покорила. При этом вы хорошо разбирались в тонкостях ёкаев. После господин Изаму много рассказывал про вас, а имногда мы видели вас на перерывах. После ранения я уехал в деревню, думал, что не получился из меня следователь, а потом... потом вы приехали в Югавару... Тогда я решил, что это судьба, мне нужно вновь пойти в следовательский отдел.       Холодок пробежал по спине Накамуры от упоминания Югавары.       — Простите за неудобства, наставник Накамура. Я убедился, что не компетентен ещё тогда, когда вас ранили, просто хотел дождаться и поговорить... Я сегодня же подам в отставку.       — Так, подожди.       Наоки потёр переносицу. Ученик действительно был лишь обузой, но избавившись от него, Накамура сделает лишь хуже. Рёзай ведь найдёт ещё кого-то, поопытнее, с выдержкой.       — Пока не будем спешить с увольнением. Если хочешь остаться, сделаем так: ты будешь продолжать писать отчёты, но дашь мне их читать. Никакого подлога, просто любопытство.       Тото задумался. Правильно ли было соглашаться на такие условия. Но прежде, чем он дал ответ, сзади их окликнули:       — Господа, не желаете ли проверить свою точность? — владелец тира помахал рукой, привлекая внимание.       Накамура оглядел ассортимент: страшные птицы, уродливые собаки, бесполезная мелочь. Хотя, косой кот мог понравиться Йосико.       — Давай, стрелок, отмывай репутацию, — Накамура похлопал ученика по спине, подталкивая в сторону прилавка.       Выстрел, второй, третий, двадцатый — лишь пару мишеней пали, заставив уши Тото загореться от стыда. Продавец только подтрунивал:       — Ой-ёй, господин, кажется, вам нужно больше практики!       Тото уверенно выложил ещё денег, но наставник неожиданно сам взял оружие. Каждый выстрел сопровождался длительной паузой, и ученик не мог оторвать взгляд от сосредоточенного Накамуры. Однако стоило одной пульке попасть, как все остальные также поразили цель. Наоки захохотал, но тут же схватился за рану. Ученик бросился поддержать наставника, что вов-вот грозил упасть, а Накамура выудил из кармана ученика удостоверение.       — Ты, — пытаясь отдышаться, проговорил Накамура. — Ты сбил прицел, я прав?       Конечно, Наоки хотел лишь запугать продавца, но Тото не решился поправлять наставника. Своеобразное чувство юмора пришлось ему по вкусу.