Глава 11

Толпа студентов шумно высыпала на перрон. И замерла, увидев шесть карет, запряжённых чёрными лоснящимися лошадьми. Животные нетерпеливо переступали тонкими ногами, цокали копытами по брусчатке и потряхивали головами, звеня колокольчиками, вплетёнными в их длинные гривы. На дверях карет, украшенных витиеватыми вензелями, были выгравированы римские цифры от II до VII. — Чего застыли, студенты? — усиленный магией голос разнёсся над платформой. Из-за карет вышел высокий черноволосый маг в кожаных одеждах. За пояс у него был засунут кнут, длинная тройная плеть которого касалась носка до блеска начищенного сапога. — Всем занять места согласно курсам. Повторяю: распределяемся по курсам, а не по факультетам. Никаких склок и агрессивных действий в пути. Нарушителя ждёт немедленное наказание. — Первокурсники! — прозвучал громкий мелодичный голос, и толпа, всё ещё пребывающая в ступоре, медленно повернулась к говорившей. Это была миниатюрная дама в короткой мантии, узких брюках и высоких сапогах. Её пшеничного цвета волосы были заплетены в причудливую косу, перекинутую через плечо. Волшебница изящно взмахнула палочкой, и с её кончика вылетели светящиеся шарики, цепочкой зависшие над тропинкой, спускавшейся к озеру. — Смелее, смелее, будущие ученики. Мы отправимся в Хогвартс на лодках через озеро. Едва первокурсники, сопровождаемые аврором, зашевелились и организованным строем направились к волшебнице, уже выпускавшей из волшебной палочки светлячков, бабочек и маленьких птичек, весело закружившихся вокруг восторженных детей, к каретам наконец двинулись студенты постарше. Сев на узкую лавку рядом с дверью, Гарри осмотрел расширенное магией пространство. Необычная полукруглая рассадка позволила всем четырём факультетам разместиться с комфортом, не мешая друг другу. Уизли и Грейнджер привычно сели рядом. И едва карета тронулась, они начали шептаться. Рон, энергично жестикулируя, с презрением смотрел на Гарри и слизеринцев. Краем глаза наблюдая за сокурсниками, Гарри кожей чувствовал нарастающее напряжение и ждал момента, когда раскрасневшийся Уизли что-нибудь выкинет. К такому же выводу, судя по напряженному взгляду пришел и Малфой. И, наконец, рвануло. Скучковавшиеся слизеринки и рейвенкловки тихо захихикали, разглядывая что-то в журнале. Уизли перекосило от ярости, он дёрнулся, как от удара, и вскинул палочку. В этот момент карета въехала в распахнутые ворота, плавно остановилась, раздался хлопок и… Уизли исчез. — Что же Уизел задумал, что его так оперативно унесло? — с усмешкой спросил Малфой, глядя на ошеломленную Грейнджер, растерянно хлопавшую глазами. Хмыкнув, Гарри первым выпрыгнул из кареты и помог девушкам спуститься. Малфой делал то же самое, выскочив с противоположной стороны. Грейнджер, оттолкнув руку Гарри и едва не растянувшись на брусчатке, бросилась к МакГонагалл, стаявшей на крыльце вместе с другими деканами. — Профессор, Рона насильно аппарировали! Уверена, это Малфой или Поттер! — Мистер Поттер? — Добрый вечер, уважаемые деканы, — кивнув всем профессорам, Гарри бросил насмешливый взгляд на Грейнджер и внимательно посмотрел на МакГонагалл. — С Уизли случилось то, о чём предупреждал нас маг, встречавший всех у карет. К сожалению, он не представился. — Вас встречал мастер боевой магии Виктор Беннет, — произнесла МакГонагалл. Она жестом остановила Грейнджер, которая собиралась высказать своё, без сомнения, ценное мнение. — Так вот. Он нам чётко сказал: «Никаких склок и агрессивных действий в пути. Нарушителя ждёт немедленное наказание». Полагаю, это оно и было — немедленное наказание. Уизли и Грейнджер всю дорогу что-то обсуждали. Когда девочки, увлечённые чтением журнала, вдруг рассмеялись, Уизли, как всегда, без причины взбесился, выхватил волшебную палочку… — Понятно. Спасибо, мистер Поттер. Идите в Большой зал. Мисс Грейнджер, вас это тоже касается. Повторения не потребовалось. Пятый курс дружно поднялся по лестнице и вошёл в замок. Большой зал радовал отсутствием Дамблдора и его троноподобного кресла, на котором тот всегда восседал, встречая студентов снисходительной улыбкой. За преподавательским столом вообще отсутствовало центровое место. Зато появилось с полдюжины новых лиц. Батильда Бэгшот, новая профессор истории магии, оживленно беседовала с миниатюрной старушкой с белоснежными волосами, собранными в высокую тугую прическу. Интересно, какой предмет она будет преподавать? И которая из присутствующих дам — заместитель министра Долорес Амбрижд? Или её удалось нейтрализовать, что называется, на подлёте? Гарри кивнул на приветствие проходящих мимо студентов из Рейвенкло и Хаффлпаффа и вдруг вспомнил слова Мракса о том, что в Хогвартсе его будет ждать приятный сюрприз. Интересно, что он имел ввиду? За небольшим гостевым столом присутствовал лорд Малфой, как Председатель Попечительского совета, вместе с лордом Пруэттом и мистером Беллом. — Это родственница Лестрейнджей? Та, что беседует с профессором Кеттлберном? — спросил Невилл, глядя на преподавательский стол. — Прабабушка, — ответила Кэти, усаживаясь напротив. — О, — протянул Денис Криви. — Это же Тесеус Саламандер! Вот это да! Может, и господин Ньют Саламандер к нам заглянет? — Это было бы чересчур великолепно! — протянула Парвати. — Как думаете, они нам будут что-то преподавать, или… — Если бы «или», они бы вряд ли сидели среди профессоров. Попечители вон и то отдельно тусуются, — зевнул Финниган. Когда наконец-то семикурсники заняли места за столами, в Большой зал вошли четыре декана, затем леди, развлекавшая всех серебристыми птицами, светлячками и бабочками, а следом организованная толпа будущих первокурсников. Двери бесшумно закрылись, и на привычном для всех возвышении появился треногий табурет с Распределяющей шляпой. Когда-то пыльный и потрёпанный артефакт, теперь радовал глаз серебряным кантом и глубоким тёмно-серым цветом. — Добрый вечер, дорогие студенты, преподаватели и мастера, — сказал лорд Малфой, поднявшись на возвышение и остановившись рядом с распределяющим артефактом. — Меня зовут лорд Люциус Малфой, я Председатель Попечительского совета. Рад приветствовать вас в стенах Хогвартса. Прежде чем коротко рассказать о нововведениях этого года и начать праздничный пир, мы, по традиции, проведём церемонию распределения юных магов по факультетам. Следующие несколько минут Гарри вместе со всеми с интересом следил за распределением. Он приветствовал каждого первокурсника аплодисментами. Сестренка Крега и ещё семеро ребят — три девочки и четыре мальчика — сели за стол серебристо-зеленого факультета. Крег сначала был ошарашен решением Шляпы, но быстро пришел в себя и улыбнулся Сильвии. По семь студентов получили факультеты Хаффлпафф и Рейвенкло. Меньше всего учеников оказалось в Гриффиндоре. Когда все заняли свои места, Распределяющая шляпа произнесла короткую речь и исчезла вместе с табуретом в сизом тумане. На возвышение снова поднялся лорд Малфой. Но едва он собрался продолжить свою речь, прерванную церемонией распределения, как в нескольких шагах от него, полыхнув оранжевым оперением и ярко-фиолетовой мантией в звёздах, материализовались феникс с Дамблдором. Однако пафосного прибытия у экс-директора не получилось. Как только его башмаки с загнутыми вверх носами коснулись пола, из каменных плит вырвались силовые жгуты и мгновенно скрутили сначала пытавшегося удрать феникса, а затем и Дамблдора. Сначала лишив старика не только его мантии, но и исподнего. Длинная седая борода закрутилась вокруг шеи. Хрипя и судорожно кашляя, Дамблдор рухнул на пол. Нежданного гостя сразу же окружили авроры и двое невыразимцев в тёмно-серых мантиях с накинутыми на голову капюшонами, тем самым, закрыв от взглядов потрясённых студентов и профессоров его непотребный вид. — Мистер Дамблдор, вы задержаны, — чётко произнёс старший аврор, не единожды виденный Гарри в Хогвартсе. И, набросив на старика светло-серую мантию, вздёрнул его на ноги. С тихим щелчком на запястьях Дамблдора защёлкнулись наручники. — Что вы делаете? Профессор! — вскочив со своего места, но тут же упав обратно на скамейку, Грейнджер, прищурившись, бросила на Гарри яростный взгляд. Авроры, выводившие ошалевшего Дамблдора из Большого зала, даже не обратили внимания на возмущённый возглас. Феникса, всё ещё опутанного силовыми жгутами, невыразимец с аврором небрежно сунули в клетку. — Полегче, вояки, — леди Лестрейндж, выбежавшая из-за стола, подхватила клетку и легко подняла её, чтобы рассмотреть поближе. — Птичку я пока заберу. Проверю, что с ней сделал Дамблдор. Если удастся вразумить неразумного птенца, верну его. В противном случае Хогвартсу достанется другой. — Почему вы все молчите?! — снова в возмущении воскликнула Грейнджер. Вскочив с лавки и бросив убийственный взгляд на Эдварда, который демонстративно вертел в руке волшебную палочку, она требовательно посмотрела на профессоров. Когда реакции не последовало, Грейнджер открыла рот, чтобы продолжить требовать ответа, но снова запнулась, шумно выдохнула и, скрестив руки на груди, злобно уставилась на старосту Гриффиндора. Гарри потёр переносицу, подумав, что зря Эдвард снимал с Грейнджер наложенные чары и неожиданно хохотнул, вдруг представив Дамблдора, скрывшегося с аврорами за дверью, в полосатой робе и таком же колпаке с помпоном. — Возмутительно! — резко и громко припечатала старушка, с которой вела беседы миссис Бэгшот. Грейнджер энергично закивала и улыбнулась, всем своим видом демонстрируя довольствие. Как же, наконец-то, кто-то из старших магов обратил на неё внимание. Она ткнула пальцем в Крега и выжидающе посмотрела на преподавательский стол. — Возмутительно, — повторила леди, постукивая наманикюренными пальцами по столу и задумчиво глядя на стол Гриффиндора. — Что ваши родители не объяснили вам, мисс, что встревать в разговоры и действия взрослых магов — верх невоспитанности. В бытность моей юности за подобное наказывали двадцатью ударами розги. Свои пять ударов вы заслужили по праву. После наказания подойдёте к старосте своего факультета и принесёте ему благодарственные дары. Если бы не его вмешательство, получили бы все двадцать пять за неподобающее поведение. А теперь не пора ли детям ужинать? Лорд Малфой? — Вы правы, леди Корфу. Обсудим некоторые изменения, когда все немного утолят голод, — Малфой кивнул и дважды хлопнул в ладоши. На столах мгновенно появились изящно сервированные блюда. И никаких тебе «олух, пузырь, остаток и уловка»! Угощения разительно отличались от прежних, почти походных, с подачей жареного картофеля, окорочков и жирных сосисок. Раньше не было и десертов в виде ягодно-фруктовых пирогов, пирожных и разных соусов. Отсутствовали и фрукты. Интересно, это временное разнообразие, или так будет всегда? — Ого… ирландское рагу — моя ж ты прелесть! М-м-м и ростбиф, а, главное, никакой тыквы и тыквенного сока, — жмурясь от удовольствия, пробормотал Невилл, накладывая себе в тарелку картофель, кусочки ароматного мяса и наливая в стакан ягодного морса. Гарри усмехнулся, вдохнув восхитительные ароматы, и, пожелав соседям приятного аппетита, положил на свою тарелку кусок мяса и запечённых овощей. Полил всё соусом и взял вилку с ножом. Взглянув на Грейнджер, которая перекатывала по тарелке маленькую запеченную картофелину и неотрывно смотрела на преподавателей, он внезапно осознал, что за столом царила непривычная тишина, нарушаемая лишь позвякиванием приборов да тихим, деликатным перешептыванием учеников. Оглядев всех, он хмыкнул. Стоило только убрать трёх Уизли, как наступил порядок. Никто не чавкал, не бросался и не игрался едой, не пихался и не кривлялся. Красота. Надолго ли? Гарри посмотрел на профессоров. Когда он оставлял воспоминания Малфою, то подспудно рассчитывал, что тот уберёт близнецов из Хогвартса, но не надеялся, на скорейшее решение вопроса. — Думаешь, леди Корфу пугала? — прошептал Невилл, проглотив последний кусочек абрикосового пирога и допив морс. — Вряд ли. В любом случае, скоро узнаем, какие изменения в учебный процесс успел внести Попечительский совет, — ответил Гарри, допивая яблочный сок и отодвигая тарелку со сложенными на ней вилкой, ножом и салфеткой. Тарелка тут же исчезла. — Это будет болезненный щелчок по раздутому эго, — сказал Лонгботтом. Гарри тихо усмехнулся, взглянув на Грейнджер, и сосредоточился на Малфое, поднявшемся со своего места. Острый взгляд главы Попечительского совета на мгновение задержался на Гарри, затем скользнул по остальным студентам. С глухим стуком трость ударилась о каменный пол. — Внимание, ученики. Поскольку время позднее, и все устали, я отниму у вас не больше десяти минут. После вы сможете отправиться в свои гостиные, где деканы поделятся с вами новостями и некоторыми подробностями. А завтра после завтрака, мы — члены Попечительского совета, постараемся ответить на возникшие у вас вопросы. Итак… Слушая Малфоя, вещавшего об изменениях, вступивших в силу уже сейчас, Гарри удивлялся тому, как много успели сделать взрослые маги за невероятно короткий срок. Если задуматься, то они совершили невозможное. Конечно, работы предстояло ещё много, но сам факт был поразительным. Попечители совместно с Малфоем и, вероятно, Мраксом переработали и адаптировали практически все законы и правила Кодекса. И даже больше. Волшебный футбол (чтобы это ни значило), гонки на мётлах и гиппогрифах с препятствиями вызывали восторг и предвкушение. Конная выездка и фехтование добавляли лёгкое напряжение. Танцы и риторика, этикет и тёмные искусства, уход за магическими тварями, бытовая и боевая магия — и это даже не основы и не факультативы. Гарри слушал тишину, наполненную глубоким шоком, и довольно щурился, хотя в мыслях стонал от предстоящих нагрузок. Дуэлинг, алхимия, зельеварение с первого по третий курс и высшие зелья с четвёртого, основы экономики и права... — Нам некогда будет жить! — в едином порыве выдохнул зал, когда поток впечатляющей речи главы Попечительского совета иссяк. Лорд Малфой усмехнулся, пожелал всем спокойной ночи и разогнал всех по гостиным. Деканы оперативно взяли на себя руководство своими факультетами, и все организованно покинули Большой зал. *** Для кого как, а для Гарри стало приятным сюрпризом увидеть на входе в общежитие Гриффиндора вместо портрета Полной Дамы массивную арочную дверь, покрытую рунами. — Внимание, Гриффиндор! — громко объявила МакГонагалл, остановившись перед дверью. — С этого учебного года пароль для входа в гостиную не нужен. Достаточно вашего личного магического отпечатка. Спокойно, не толкаясь, проходите сквозь дверь по одному… — Как через проход на платформу, да? — спросил тоненький голосок первокурсницы. — Именно так, мисс Стоун, — кивнула МакГонагалл. — Следуйте за мной. Старосты, вы в арьергарде. Она развернулась и исчезла в арочном проёме. Если в Большом зале перемены были не столь очевидны, если не считать отсутствие троноподобного кресла и Дамблдора на нём, то в гостиной всё выглядело иначе. Стены, обивка мягкой мебели и коврики, выполненные в приятных оттенках от янтарного до тёмно-коричневого, создавали уют. Заметно увеличенная площадь комнаты позволяла всем студентам комфортно в ней разместиться. Вдоль дальней стены, под витиеватой деревянной лестницей, ведущей в студенческие спальни, появились книжные шкафы. По всей гостиной были расставлены журнальные столики, удобные кресла и маленькие диванчики с разноцветными подушками. Пол был покрыт ковриками: овальными, круглыми и прямоугольными. Над каминной полкой висели скрещенные пики с флагами Хогвартса и Гриффиндора. В глубине ярко пылавшего камина Гарри разглядел изображение оскалившейся львиной пасти. — Расселись? Хорошо, — МакГонагалл притянула к себе стул с высокой спинкой, стоявший у стены справа от входа в гостиную, и, устроившись на нём, внимательно посмотрела на студентов, особое внимание уделив первокурсникам. — Я Минерва МакГонагалл, мастер трансфигурации и декан Гриффиндора. Ко мне следует обращаться профессор или мастер. Сейчас уже поздно, поэтому не буду вас сильно задерживать, и сообщу лишь... — Профессор, почему вы бездействуете? Почему не защитили профессора Дамблдора? Разве авроры имеют право так обращаться с величайшим магом, главой Визенгамота и МКМ? Это заговор? Малфой всем угрожает? Профессор Дамблдор прав и Тот-Кого-Нельзя-Называть воскрес? — выпалила Грейнджер, едва МакГонагалл замолчала, видимо собираясь с мыслями. — Куда делись Рон, Джордж и Фред? — с волнением спросила Джинни, резко поднявшись. МакГонагалл нахмурилась и, устало вздохнув, помассировала виски. — Мистера Дамблдора сняли с должности директора и запретили появляться в Хогвартсе. Но он привык игнорировать не только советы, но и распоряжения. И все видели, чем это закончилось. Обновлённая защита Хогвартса быстро нейтрализовала чужака и потому угрозу, — надавила голосом МакГонагалл, когда Грейнджер попыталась её перебить. — Следующее. Близнецы Уизли были исключены из списка учащихся школы, но они останутся на территории Хогвартса для отбытия пятилетнего наказания за неоднократные случаи воровства и эксперименты над младшекурсниками. — Исключены? — ошеломлённо переспросил Ли, переглянувшись с сокурсниками. — Будут отбывать наказание? Это… — Это свершившийся факт, мистер Джордан. Далее, — невозмутимо произнесла МакГонагалл, взглядом осадив возмущенно вскинувшуюся Грейнджер. — Мистер Рональд Уизли будет наказан пятью днями трудотерапии в новых теплицах за нарушение запрета на колдовство во время поездки. — Но он ничего не сделал! — воскликнула Грейнджер. — Не успел, хотите сказать? В мире магии, мисс Грейнджер, иногда оформившееся намерение уже можно считать свершившимся действием. Теперь о нововведении: с этого года на время отработок студент будет временно отстранён от учебного процесса. Однако это не освободит его от сдачи письменных заданий за этот период. Исключение из списка учащихся произойдет при суммарном трехмесячном отстранении от уроков и получении неудовлетворительной оценки хотя бы по одному из основных предметов. На несколько секунд в гостиной воцарилась тишина. Студенты переглядывались, обдумывая слова декана. Гарри обвёл всех взглядом и убедился, что никто из его ребят и девчонок не выглядел встревоженным. Наоборот, они были полны предвкушения и энтузиазма. Особенно в свете новшеств в учебной программе. Волшебный футбол, гонки на мётлах, тёмные искусства и прочее — это же невероятно, как интересно! — С отработками всё ясно, — сказал Эдвард, кивая. — По статистике прошлого года, среди наших студентов было сорок пять случаев наказаний с назначением отработок. И только три из них касались не членов семьи Уизли. Даже Невилл больше не взрывает котлы на зельях и не получает отработки у профессора Снейпа. Впредь будем стараться избегать серьёзных нарушений. А как насчёт вознаграждений? Они предусмотрены новыми правилами? — Разумеется, мистер Крег, — устало улыбнулась МакГонагалл. — Во-первых, это шанс для талантливых юных магов получить личное ученичество у наших мастеров, тем самым полностью раскрыть свои Дары. Во-вторых, возможность получить площадку, редкие материалы и финансовые гранты для исследователей, экспериментаторов и творцов. — Уау! — тихо выдохнули студенты. Одни заулыбались, другие задумчиво нахмурились. — В-третьих, освобождение от годовых экзаменов по трём предметам, — меж тем продолжила МакГонагалл, внимательно наблюдая за учениками. — В-четвёртых, возможность посетить мировые центры магической силы. Это новшество восхитило даже профессоров. Чутьё подсказывает, что за возможность сопровождать вас — студентов, среди нас развернётся нешуточное соперничество, — слабо улыбнувшись, проворчала декан. — В-пятых, значительные скидки на обучение в Хогвартсе. В-шестых, послабления в отношении присутствия в школе. Раньше право покидать Хогвартс в выходные дни имели только главы Родов. — Это… это здорово и реально будет стимулировать к отличной учёбе, — не скрывая восторга, произнёс Эдвард. — А что с расписанием? У нас же куча новых предметов. — Мы будем обсуждать расписание и выбор основных и факультативных предметов весь сентябрь. Приглашенный ритуалист поможет вам определить ваши склонности, если вы сами их не знаете. Это поможет раскрыть ваши таланты и направить вас в ту область магии, где вы сможете достичь наибольшего успеха. На этом давайте закончим. Уже поздно, и информация должна усвоиться. Тихо переговариваясь и прощаясь с деканом кивками, студенты медленно направлялись к лестнице. Через несколько минут в гостиной остались только Гарри, Невилл, старосты, профессор МакГонагалл и Грейнджер. — Почему нас с Роном лишили значков старост? И как вы это сделали? — возмущённо спросила Грейнджер, остановившись перед МакГонагалл. Её губы были плотно сжаты, а подбородок вздёрнут. Декан поморщилась, потёрла висок и тяжело вздохнула. — Внеочередное назначение старост из числа пятикурсников нарушило устоявшееся правило Хогвартса. После отстранения Дамблдора от должности директора, это нарушение было исправлено. Значки старост, мисс Грейнджер, — это особые артефакты, связанные с магией Хогвартса. Поэтому, когда староста добавляет или вычитает баллы, в песочных часах происходит соответствующее движение камней. Поэтому, значки исчезли у вас и появились у старост-шестикурсников, выбранных в прошлом году. Вы вправе сердиться и расстраиваться, Гермиона. Поэтому, я, волей декана отменяю назначенное вам наказание — пять ударов розгами за неподобающее поведение. Да будет так! В этот момент МакГонагалл болезненно поморщилась и дёрнула рукой. Грейнджер недовольно фыркнула, развернулась и широким шагом устремилась к лестнице, тем самым выражая непривычное для неё пренебрежение в присутствии профессора, и, явно не понимая, свидетелем чего только что стала. Гарри же обеспокоенно нахмурился и вздохнул, ощущая стремительный отток магии у своего потенциального партнёра. — Зря, —  провожая Грейнджер мрачным взглядом, Кэти посмотрела на МакГонагалл и покачала головой. — Как любил говорить мой прадед: иногда самый быстрый путь в голову правильной мысли — через задницу. Декан слабо улыбнулась, развернулась и медленно вышла из гостиной. Ребята переглянулись. Старосты внимательно осмотрели пустую гостиную, и только убедившись, что всё в порядке, поднялись по лестнице. Белл махнула рукой и пошла по правому коридору, ведущему в девичье крыло. Гарри, Невилл и Эдвард, зевая, пошли по левому. Оказалось не только общая гостиная претерпела кардинальные изменения. Стоя в проёме открытой двери с римской цифрой V, Гарри с Невиллом не верили своим глазам. За дверью их ждала не привычная спальня, а тускло освещённая уютная гостиная. У окна стояли диванчик и два кресла. Пять других дверей с инициалами на медных пластинах, вероятно, вели в отдельные спальни. Отдельные спальни? Охренеть! Снова переглянувшись, ребята быстро пересекли комнату и почти одновременно открыли двери своих личных комнат, расположенных рядом. Дверь слева от Гарри резко распахнулась. В проеме показалась взлохмаченная голова Симуса. Он сонно оглядел всех, почесал затылок и подтянул пижамные штаны. — О, вот и вы. Почему так задержались? Кстати, в каждой спальне есть душ и туалет. Круто, правда! Чего я спросить хотел... А! Чего Дамблдора-то оголило? И куда подевались его шмотки? — Всё просто, Симус, — Гарри кивнул Невиллу, скрывшемуся в своей спальне. — Скорее всего, на Дамблдоре было очень много артефактов. Вот защита и сдёрнула все его пожитки. А куда делись? Кто знает? Скорей всего в замке есть специальная комната, куда попадают конфискованные вещи нежданных гостей. — Добра там небось, зава-а-лись, — Симус от души зевнул, мотнул головой и захлопнул дверь. Следуя примеру однокурсника, Гарри тоже скрылся в своей личной спальне. Красота! Когда он закрыл за собой дверь, магические светильники погасли, и гостиная пятикурсников погрузилась в мягкий серебристый свет луны, лившийся через окно.