Благодарность

Попасть к Стелле сразу после того, как допросили руководство, Ульяна не смогла. Её заприметили в коридоре (её косяк, потому как вытерпеть ожидание спокойно она не смогла и караулила неподалеку от двери) и пригласили в кабинет следующей. Вершинина видела ставшее злым лицо Тариной, но ничего сделать уже не могла и заходила к полицейским с тяжелым сердцем. Контакт с начальницей пиар-отдела был потерян, ведь девушка не смогла выполнить простые прямые инструкции, что вызывало её недовольство. Придется начинать всё заново. - Присаживайтесь, - велел один из хмурых полицейских. Второй, пожилой, держал в руках планшет и ожесточенно тыкал в экран. Ульяна села и вопросительно взглянула на мужчин. Начинать они не торопились, кажется, поглощенные тем, что происходило с техникой. - Да ё-моё! – воскликнул вдруг пожилой полицейский и со злостью бросил планшет на стол, потом, впрочем, вновь схватил его и принялся давить на панель еще сильнее. Ульяне показалось, что ещё одно нажатие и устройство треснет пополам. Внутри зародилось то самое зудящее чувство, которое возникало у неё, когда кто-то ненадлежаще обращался с аппаратурой. – Кто вообще это придумал? Чем им не угодили старые добрые ручка и бумага? - Не смотри на меня! – развел руками молодой. – Я в этой программе не в зуб ногой, хотя и на мастер-классе был и руководство читал! Она меня не слушается так же, как и тебя! Ульяна кашлянула и подняла руку. Смотреть на то, как страдает техника она не могла: она относилась к любому оборудованию с пиететом, поэтому сейчас едва могла усидеть на месте, видя, что происходит. Возможно, она об этом пожалеет, но промолчать было невозможно. - Прошу прощения! – произнесла Вершинина. – Я – стажер технического отдела. Если хотите, я могу попробовать помочь с… тем, что у вас не получается. Оба полицейских посмотрели на Ульяну, потом друг на друга, и пожилой махнул рукой и с надеждой проговорил: - Давайте, девушка! Помогайте! Сил моих уж больше нет! Ульяна с готовностью поднялась и подошла ближе. Оказалось, что то отделение, в котором служили пришедшие в ITSoftTechnologies мужчины, являлось пилотной площадкой, на которой проверяли возможность цифровизации работы полицейских. Мало того, что все материалы дел теперь следовало хранить в электронном виде, так еще и для фиксирования показаний нужно было использовать планшеты и специальную программу. - Так, - хмыкнула Вершинина, разбираясь с функционалом приложения. – Вот посмотрите! Вот сюда надо нажать, чтобы ввести заголовок. Сюда – чтобы вводить данные. Эта кнопка переключает вас между сделанными заметками. Эта – сохраняет. Нажимать следует всего один раз, потому что программа сырая и тяжелая, висит на каждом шагу. Если нажимать вот так, много раз, то переработать информацию она не может и просто замирает. Эх, если бы я писала код, то сделала бы по-другому! Она бы летала! Девушка сказала это с такой досадой, что полицейские не смогли сдержать улыбки. Им было понятно и близко такое отношение к работе. Проявив терпение и сделав так, как сказала им девушка, мужчины убедились, что всё действительно работает, и стали чуть мягче, чем были настроены изначально, и от души поблагодарили девушку. - Вершинина Ульяна Максимовна, - проговорила Уля, когда они приступили к официальной части встречи и ей задали первый вопрос. - Вы – стажер в отделе, которым руководил Виктор Яковлевич Штольман, как я понимаю? – задал вопрос пожилой полицейский, сверяясь со списком. Прошедшее время в предложении покоробило Ульяну, но она виду не показала и только кивнула. - Когда вы видели его в последний раз? - В пятницу, - соврала Вершинина. – Он дал мне задание на выходные, и я отправилась его выполнять. - За время работы с ним, вы заметили что-то, что вас насторожило? Судя по всему, вопросы задавали теперь не только по поводу соседки Виктора, но в связи с тем, что случилось в офисе. - Нет, всё было в рамках обычных деловых отношений. Работа с кодами, офисная рутина. - Странно. Кое-кто из его коллег говорит, что в последнее время Штольман был нервным и скрытным, что было на него не похоже, а вы утверждаете, что всё было, как обычно. Ульяна постаралась, чтобы её лицо не выдало охватившего её гнева. Вот, значит, как! Какие внимательные люди работает в нашем офисе! Подмечают такие нюансы и не стесняются говорить об этом полиции. - Возможно, это оттого, что я в компании человек новый, не так хорошо знаю Виктора Яковлевича, - равнодушно произнесла девушка. Нельзя было дать заподозрить какой-то личный интерес, иначе и Штольману она навредит, и от неё долго не отвяжутся. – Я ничего необычного не замечала. Он работал хорошо, быстро и четко решал вопросы, направлял отдел и не забывал про стажеров, не только про меня, но и в общем про всех. Под его руководством все делалось в срок и без ошибок. Молодой полицейский поднял брови. Теперь показания разделились ровно надвое, такую версию он тоже сегодня слышал. Интересно. - Он говорил с вами о своей жизни вне работы? Упоминал когда-либо своих соседей? - Нет, - покачала головой Вершинина. – Мы не обсуждали личные обстоятельства. Но я бы хотела заметить, тем не менее, что Виктор Яковлевич никак не может быть убийцей несчастной старушки. Об этом говорит весь офис, если вы хотите знать, откуда мне об этом известно, но еще раз повторяю – он не убийца и не вор, хотя всё пытаются представить именно так. Она старалась говорить спокойно, но её симпатия была очевидна. - Я не могу ничего вам сказать по поводу воровства, Ульяна Максимовна, - с сочувствием произнес пожилой полицейский, у которого была похожая на стажера дочь, влюбляющаяся по два раза на неделе и каждый раз несчастно и трагически, - но по поводу убийства у нас есть весьма веские основания обвинять именно его. - Почему? – подалась вперед Вершинина, потеряв равнодушный вид. В конце концов, она обычная девушка, которая еще не слишком умела скрывать свои чувства. - В полицию поступил звонок с номера убитой, - сказал майор, желая избавить девушку от всех романтических иллюзий. - Она говорила о том, что её сосед Штольман сошел с ума и рвется к ней в квартиру. Он грозится её убить. Она очень боится, что он впроникнет к ней и исполнит угрозу. Наряд выехал на вызов, а когда был на месте, обнаружил уже труп Инокентьевой. Ульяна открыла рот и в изумлении откинулась на спинку стула. Если бы она сама не была с Виктором в то утро, она бы могла поверить в то, что услышала, рассказ был весьма убедителен. - Именно так, милая девушка, - мягко проговорил мужчина. Что же эти девчушки выбирают себе в объекты любви плохих парней? Страдают потом и мучаются! Глупенькие, ей-богу! – Идите и постарайтесь обо всем забыть. Если нам понадобится еще что-то, мы вас найдем. Ульяна машинально кивнула и автоматически пошла на выход, думая о том, кому же так насолил Виктор, что попал в такой водоворот. Это ведь просто безумие какое-то! Когда она почти дошла до коридора, ведущего к кухне, неожиданно появившаяся сбоку Стелла схватила её за плечо и втащила в свой кабинет. - Что ты там забыла? – сердито проговорила Тарина, оглядывая девушку. – Стажеров должны были допросить последними. Ульяна подняла брови. Неужели и здесь есть какая-то иерархия? Нужно и здесь знать свое место? Ей почему об этом не сказали? - Я ждала вас, - не стала лукавить Вершинина. Стелла поджала губы. - Ладно, - буркнула она. Сейчас было не время спорить. Нужно было скорее вытурить её отсюда, пока стало не слишком поздно. – Вот! – сказала женщина, протягивая Уле флешку. - Что здесь? – спросила Ульяна, кладя флешку в карман. Дают – бери, а потом уже задавай вопросы. Вдруг Тарина передумает. - То, что может помочь, - туманно ответила Стелла и вроде бы даже смутилась. – Ты ведь можешь… дать знать Вите, что происходит, я правильно понимаю? Взгляд внимательный, въедливый. - Я хочу помочь, - не стала отвечать на вопрос Вершинина. Она хотела сблизиться с Тариной, но ставить под угрозу Штольмана она не собиралась. Какие мотивы преследовала Стелла, ей было неведомо. Тарина сморщилась, но в её взгляде впервые мелькнуло что-то похожее на уважение. - Тут многое произошло, - сказала она, садясь за стол. – Я думала, что все будет по-другому, а вышло вот так. Это… не было в моих планах. Не так. Виктор помог мне. Нет, тоже не так: помогал мне много раз в прошлом, а я не хочу быть неблагодарной. Это моя ответная услуга. Ульяна молча смотрела на женщину. Вот теперь она была похожа на все те фотографии, на которых щербатая веснусчатая Стелла с ободранными коленями сидела на крыльце и улыбалась во весь рот. Она была похожа на человека. Настоящего, живого, с чувствами и эмоциями, а не на вышколенного робота, живущего по программе, навязанной глянцевыми журналами. - Вы – благодарный человек, - утвердительно сказала Уля, глядя Стелле в глаза. Та растерянно моргнула. – Насколько далеко в прошлое распространяется ваша благодарность? Тарина не могла оправиться от изумления. Она хотела бы возмутиться, разозлиться, накричать на наглую девчонку, но то, что она читала в серых глазах девушки, не давало ей возможности отрыть рот. Ульяна спрашивала так, будто имела на это право, и Стелла вдруг почувствовала себя не взрослой и уверенной в себе начальницей большого отдела в иностранной компании, а жалкой приезжей, у которой нет связей, денег и будущего. Это было страшное ощущение, наводящее на неё ужас. В коридоре хлопнула дверь, и Тарина, вздрогнув, отвела глаза. - Не твое дело! – буркнула она, впрочем, не так яростно как обычно. Она никак не могла понять, как вести себя с новенькой, и это сводило её с ума. Даже злость на то, что у Вершининой есть какое-то влияние на Штольмана, ушла на второй план. – Уходи! Ульяна развернулась, а потом остановилась и попросила: - Дайте, пожалуйста, ваш телефон. На всякий случай, чтобы держать связь. Не то чтобы она не смогла бы найти номер Тариной, но это был бы еще один шаг в сторону установления доверия. - Хорошо, - послушно кивнула Стелла, удивляясь сама себе. Она продиктовала номер, и Уля, радуясь про себя, вышла наконец в коридор. Так, что теперь? А теперь нужно рассказать Виктору о том, что ей удалось узнать. Она еще не видела, что на флешке, но думала, что это будет полезным. Кроме того, ему не помешало бы услышать о звонке в полицию от Инокетьевой. Ульяна взяла в руки телефон и тут же замерла. Штольман явно избавился от симки, он ведь не дурак. По обычному номеру его не найти. Она на всякий случай позвонила, услышала, что абонент вне зоны действия, и нажала отбой. Что делать? Адреса она тоже не знала. Где же искать Штольмана? В голову ей пришла одна идея, и Ульяна, поразмыслив пару секунд, тяжело вздохнула. Ну что же, придется ей приоткрыть этот кусочек своей жизни, хотя ей очень этого не хотелось. Она сурово сжала губы и принялась набирать сообщение.