Шантаж

- Я вообще не понимаю, почему я это делаю! – ворчал Витя, ведя машину по ночному Санкт-Петербургу. Он был недоволен и не скрывал этого. – Я везу тебя к чёрту на кулички, чтобы вы поговорили со Стеллой о неизвестной, но очень важной проблеме, и, заметь, я больше не спрашиваю тебя, о какой именно. - О, так всё обычно и начинается! – хмыкнул Яков Платонович на заднем сиденье Витиной машины. Они вместе с Анной и отказавшимся вновь оставаться одному Фибо устроились в салоне весьма комфортно. – Едешь в любое время дня и ночи по наводке духов в глухомань, и это хорошо если едешь не спасать некую барышню, а просто дело расследовать. - Ничего страшного с тобой не произошло! – чопорно проговорила Аня, поджав губы. Опять эти разговоры про спасение и опасности! Неужто даже после смерти нужно б этом упоминать?! – И в конечном итоге всё хорошо вышло, согласись! - Соглашусь, - добродушно кивнул Штольман. В том, что все вышло куда как лучше он был уверен на все сто процентов. Тем более, спонтанные вылазки в компании Ани были его особым удовольствием. - Это не моя тайна, - проговорила Ульяна, сев ровнее. Она долго добивалась этого разговора, а теперь не знала, что именно она будет говорить. Нет, то есть знала, но не знала, даст это хоть какой-то результат. А результат им был ой как нужен. – Я не могу о ней рассказать. Виктор взглянул на неё и ничего не сказал, не развивая тему. Хранить секрет – это он понимал. Но девушка! Что за девушка? Как говорил его дядя: «Сейчас таких делают редко!» Красота прошлого века, понятия о чести и достоинстве из прошлого века, когда эти слова хоть что-то да значили! Каждый новый факт наполнял его сердце чувством гордости, будто это он сам обладал всем этим набором совершенств. Странно, собственные поступки никаких эмоций у него не вызывали, а если и вызывали, то чаще всего негативные, он редко бывал собой доволен. Любопытно, очень любопытно! Фибо умильно вздохнул и вытянулся на сиденье, стараясь не помешать Анне и Якову. Он улавливал эманации хозяина и автоматически переносил их на Ульяну. Он уже её обожал! До кончика хвоста! - Хорошая девушка, - удовлетворенно кивнула Аня. Она любила всех своих детей, внуков и правнуков, но к Вите она имела особый пиетет из-за сходства одновременно с мужем, отцом и дядей, черты которых попеременно проявлялись в лице их потомка. Машина подъехала к новостройке у залива. Квартиры здесь были дорогими, не важно для съёма или для покупки. Красивый дом. - Я пошла, - проговорила Уля, собираясь с духом. Штольману даже почудилось, как лязгнули доспехи, которые она мысленно на себя надела. Видно, ей предстояла какая-то битва. - Дай свой телефон. Вершинина удивленно взглянула на него из-под стального забрала. Его фраза сбила настрой, ринуться в бой сходу уже так легко не получится. Она откинула клепаный кармашек кирасы и протянула Виктору мобильник. Он взял, разблокировал экран, наведя камеру на лицо девушки, и принялся нажимать на кнопки. - Держи! – сказал он пару минут спустя и вернул смартфон обратно. – Мой номер на быстром дозвоне. Нажмешь даже без разблокировки включение и вверх, и сразу пойдёт звонок. - Зачем? – удивилась Ульяна. - Потому что я не уверен, что ты будешь в безопасности, - терпеливо пояснил Виктор. Он уважал её желание не разглашать чужую тайну, поэтому всё же отверг идею снова нацепить на неё жучок, хотя искушение было велико. Если бы он подозревал реальную опасность, то никакие понятия о благородстве его бы не остановили, а для простой перестраховки хватит и этого. - Я просто поговорю со Стеллой Адамовной, - непонимающе сказала Ульяна. Кираса медленно растворялась в воздухе, оставляя Улю без защиты. - А я не знаю, будет ли там просто Стелла, а не, скажем, Белоусов и его прихвостни. Или Розанов, который узнал о том, что ты вынесла мой ноутбук. Ульяна ошарашенно смотрела на него. - Ну вот зачем так резко? – возмущенно воскликнула Аня, глядя, как румянец сползает с лица девушки. - Зато теперь она точно не наделает глупостей! – отметил Штольман-старший, который напротив действия Виктора одобрял. – И будет осторожна! Аня фыркнула. Опять осторожность, будь она неладна! - Поэтому - телефон в карман, руку на кнопки и хоть малейший признак опасности – сразу жми, понятно? - Ага, - пискнула Ульяна, пытаясь снова натянуть неудобные латы, которые застревали на каждом суставе и стали подозрительно много весить. Вот как теперь идти на разговор, если везде мерещится засада? Фойе встретило её блестящей мраморной плиткой, причудливой изогнутой лампой под потолком и с сомнением глядящей на неё консьержкой. - Я в сто сорок пятую, - проговорила Вершинина, сжимая в кармане рукоять меча-мобильника, будто пожилая дама прямо сейчас оборотится идолищем поганым и ей понадобится помощь богатыря Виктора. - Вершинина? – направила на неё карандаш консьержка. - Да, - удивленно кивнула девушка. - Вас ждут! – сказала блюстительница порядка и указала в сторону лифта. Сверкающая золотом кабина привезла Ульяну на шестой этаж. Всё вокруг просто кричало о том, что в этом доме живут люди состоятельные. Вершинина остановилась у нужной квартиры и, собравшись с духом, позвонила. Буквально через долю секунды дверь распахнулась, и на пороге появилась Стелла. Было похоже на то, что она ждала прямо в прихожей и ждала во всеоружии. Даже в офисе она была одета и накрашена менее шикарно, чем сейчас, посреди ночи у себя дома. Увидь её сейчас Виктор, он подумал бы, что доспехи у всех разные. Видимо, Тариной необходим был дополнительный слой ткани и косметики, чтобы не чувствовать себя уязвимой. - Откуда ты знаешь? – спросила она, даже не дав Ульяне войти в квартиру. Видно было, что она вся извелась, накручивая себя всё больше и больше с тех пор, как они расстались с Улей в офисе. – Что тебе нужно? - Я могу войти? – спросила Вершинина. – Или мы будем говорить здесь? Стелла сжала губы, и Ульяна заметила, как у неё дернулось веко. Нервы у неё всё же ни к чёрту! Надо бы перевести всё в более спокойное русло. Хозяйка квартиры отступила в сторону, давая гостье пройти. Всё вокруг, как и в холле, и в лифте, и в коридоре будто только что сошло со страницы модного журнала. Глянцево, красиво, пинтрестно, но совершенно безлико. Будто никто тут не живет, не оставляет вещей на стульях, не покупает милых безделушек просто потому, что захотелось, а не потому что они сейчас в моде, не ест и не пьет. Всё согласно идеальной картинке, и никак иначе! - Откуда ты знаешь моё настоящее отчество? – снова спросила Стелла, когда Ульяна сняла ботинки и прошла на кухню, где стоял диван. – И зачем ты мне об этом сказала?! Что ты хочешь от меня? - Я знаю, что вас изначально звали Семиренченко Стелла Петровна, - сказала Ульяна, видя, как губы её собеседницы искривляются в гримасе отвращения. Мимолетного, но она успела отметить. Да, будет очень сложно. Если человек испытывает такую ненависть к своему прошлому, то достучаться до него будет нелегко. – И сказала мне об этом моя мама. Стелла прищурилась, пытаясь провести параллели, но ни черты лица, ни фамилия не вызывали никаких ассоциаций. И кто она? И причём здесь её мать? - И что тебе нужно? Денег? Ну конечно, что ещё может быть нужно таким выскочкам, как эта новенькая? Деньги или связи. Нет, не для того она выстраивала по кирпичику свою жизнь, чтобы вот такие нахалки испортили её репутацию! Ульяна вздохнула. Предсказуемая реакция. Другую причину было бы тяжело найти, разумеется. - Нет, мне не нужны деньги. И я здесь не для того, чтобы вас шантажировать. Ну, - на секунду задумавшись, вдруг сказала Ульяна, - то есть не шантажировать в привычном смысле этого слова. Стелла выглядела совершенно непонимающей. Уля сделала резкий вдох, как перед прыжком в воду, и проговорила одним махом без пауз: - Я здесь, потому что ваша мать неизлечимо больна. Она умирает. Ей осталось всего пару недель. И она очень хочет вас видеть!