24. Удар II

      Расчётливый дроидный мозг твердил: «ниже, ниже». Теплокровная человеческая натура жила мечтой о заоблачных вершинах! Вопреки всем красноречивым графикам и ярким схемам аналитических сводок, очень хотелось, чтобы «Десанн» задрал нос транспортника к прояснившимся кессельским небесам…       Над заповедным южным полушарием ярко светило солнце.       Реальность обманывала надежды, но соответствовала требованиям здравого смысла: лес под нами стал ещё ближе. Высунувшись в верхний люк и подставив дюрасталевую морду под могучий поток ветра, я мог бы рассмотреть узоры прожилок на листьях вековых реликтовых деревьев. Мешала только развитая AAL-1971/9.1 скорость.       Пышная растительность смазалась в бесконечное зелёное море.       — На дюйм ниже, и можно проститься с днищем, — раздался по внутренней связи голос ящера. Напряжение сквозило в каждом слове: этот полёт требовал от «Десанна» максимум умений, и сил на поддержание привычного показушно-безразличного, а ещё лучше язвительного тона не находилось. Это заставляло задуматься о наших шансах.       «Сколько там к одному?»       Я поспешил прервать процесс расчёта прежде, чем перед глазами вспыхнул бы неутешительный результат. И без этого ясно: малейшая ошибка, буквально одно неосторожное движение, и AAL-1971/9.1 попадёт на экраны Первого ордена! Или столкнётся с не к месту вымахавшим слишком высоко деревом. И если это случится — на миссии можно будет ставить крест.       Мы или будем расстреляны, или разобьёмся.       Вопреки всему, я верил в лучшее, и надеялся, что с нами пребудет Сила, Заратустра, и все доступные боги этой галактики. Доказывая силу моей веры, или незыблемость удачи безумцев, к каковым следовало приписать всех до единого участников нашей концессии, впереди замаячила линия обороны.       Едва-едва торчащие из лесного массива маленькие серые зубчики быстро приближались, увеличиваясь в размерах до циклопических бронированных башен.       — Турели… — вокодер был настроен на внутреннюю частоту транспорта, так что мой голос был слышен только в наушниках «Десанна».       — Сейчас мы узнаем цену этому коду… — мрачно откликнулся лизард, едва заметно корректируя курс. Хотя это казалось невозможным, AAL-1971/9.1 опустился ещё ближе к лесу. Ветки агрессивно заскребли по корпусу.       — Транслирую код…       Я вперил взгляд фоторецепторов в оснащённые мощными орудиями укрепления. Их можно было уже хорошо рассмотреть. И я с лёгкостью уловил бы, вздумай они начать наводиться на нас.       «Секунда ожидания ответа… две…» — то ли время растянулось, то ли таймер врал: казалось, прошла вечность… Дюрасталевые пальцы с силой сжали бронированный край люка.       «Если только…»       Код для преодоления линии обороны пайки раздобыли через своих агентов в Королевском дворце, а затем передали нам. И хотя Синдикат — вроде бы — ничего не выигрывал от нашего провала, ожидать следовала чего угодно.       — Входим в зону обстрела! — обычно увесисто-басистый голос «Десанна» прозвучал на удивление высоко, но в эти растянувшиеся мгновения ожидания я не мог посмеяться над этим. Будь это возможно, мой собственный голосовой модуль едва ли зазвучал бы лучше!       Теперь-то мы точно находились на линии огня… Но многочисленные орудия сохранили многозначительное молчание. Ни один калибр не шелохнулся, а значит, примитивные дроидные мозги турелей «проглотили» код. Можно было надеяться, что и остальные обещания пайков сбудутся, и сигнал о нашем вхождении в охранную зону не будет отправлен. Первый орден останется не осведомлён о нашем приближении, и наши шансы на успех подрастут.       Через семь стандартных секунд AAL-1971/9.1 был уже вне досягаемости турелей. Мы достигли дворцовых угодий, и продолжать путешествие по воздуху становилось опасно. Пора было переходить ко второй, наземной фазе операции.       Не требовалось обладать мощными слуховыми датчиками, чтобы уловить перемены в тембре «голоса» двигателей. Вибрация палубы под ногами тоже изменилась. Отыскав подходящее местечко, «Десанн» быстро и умело втиснул наш транспорт между деревьями. Здесь, в этой тенистой прогалине, он и останется, ожидая условного сигнала... А мы — нет.       Я немного завидовал ящеру, но роли были распределены, и каждый обязан следовать «сценарию»: мне и дюжине охранных дроидов предстоял марш-бросок через лес.       Для не знающего усталости «войска железных солдат» — сущий пустяк!       Я сверился с таймером. Времени оставалось как раз, чтобы добраться до дворца к моменту появления на орбите сил Синдиката. Пайки завладеют вниманием Ордена, а мы проникнем в резиденцию. К сожалению, реальность оказалась сложнее. Продвигаться по буйным зарослям было труднее, чем я мог предположить. Густая, не знавшая ни ноги, ни топора человека растительность одинаково хорошо и защищала нас от сканеров, и мешала продвигаться вперёд. Вьющиеся похлеще любых змей толстые корни, замшелые камни и громадные «хвосты» папоротников вставали на пути не хуже крепостных стен и рвов. Любые органики застряли бы здесь на долго! Для нас — дроидов — всё было не столь печально. А скоро я настолько настроился на новые внешние условия, что смог направить дополнительную энергию на восприятия мира, и увидеть не только землю под ногами. Теперь фоторецепторы фиксировали раскидистые, заслонившие небо кроны древних деревьев. Порхающие с ветки на ветки диковинные птицы не обращали на мой отряд никакого внимания, а вот местные «обезьяны» — их отличали от земных родичей странные роговые наросты на головах и раздвоенные хвосты, — проявили больше заинтересованности. Некоторое время эти странные звери преследовали нас, и делали это с завидным проворством. Они отстали только когда до дворца оставалось рукой подать.       — Чёрт! — я выругался, но поскольку громкость вокабулятора была предусмотрительно выставлена практически на ноль, этого никто не услышал.       Всего-то и потребовалось отвлечься на таймер — время неумолимо уходило — как я умудрился оступиться. Дюрасталевая нога провалилась в трухлявое нутро лежавшего на пути дерева. Не то чтобы это могло стать задержкой… Но спустя всего пару секунд я обнаружил себя «Дартом Бейном у нас дома»! Вот только если великий ситх старого канона опростоволосился на Дксуне с орбалисками, то мой корпус в миг покрылся разгневанными кессельскими насекомыми. Похоже, я умудрился потревожить что-то вроде муравейника, и его обитателям это дюже не понравилось. Никакого вреда муравьи мне причинить, конечно, не могли... Во всяком случае, я очень надеялся, что они не отыщут щелей в моём корпусе, и не совьют внутри гнездо — допускать кого бы то ни было к своей чувствительной начинке совсем не хотелось.       Я всё ещё продолжал стряхивать с себя приставучих паразитов, когда впереди замаячила цель.       На многие километры окружённый только реликтовыми лесами, Королевский дворец никогда не был крепостью. Ажурные башенки, поблескивающие золочёными гранями купола и окутанные невесомыми газовыми тканями галереи нежно розовели вокруг тенистых внутренних дворов, где ароматно цвели фруктовые деревья и журчали фонтаны. Первый орден привнёс в эту идиллическую картину свои милитаристские нотки — бронированные башни турелей, шпили сканеров и уныло-серые тарелки радаров, — но всё же не сумел превратить резиденцию кессельских монархов в казармы. И это было хорошо. Даже замечательно.       Поскольку здесь негде было разместить «целый легион лучших воинов», у нашей маленькой диверсионной братии появлялся шанс на успех. А буквально держа в голове план дворца — он был надёжно записан в мою датабазу — я мог рассчитывать и на большее.       Мы подобрались ещё ближе, но не напрямую, а сделав небольшую крюк. Угол обзора сменился, открывая новые детали дворцового комплекса.       Куда сильнее, нежели орудия на стенах и датчики на башнях, уродовала сложенный из красновато-розового камня дворец покоящаяся на двух циклопических «ногах» посадочная площадка. Точно такую же можно было увидеть на лесной луне Эндора в «Возвращении джедая». Но, в данном случае, ни «отсылка» ко классике Звёздных Воин, ни ущерб архитектурному памятнику меня не волновали. Значение имели только припаркованные на площадке шаттлы. Хотя модели были не известны моей датабазе, в них угадывались типичные для Империи и Первого ордена хищные черты, и я не сомневался, что эти поблескивающие воронёными боками космические ястребы оснащены гипердвигателями!       «Как раз то, что надо!»»       Путь лежал совсем рядом с посадочной площадкой, так что получилось всласть налюбоваться на торчащую над верхушками леса приговорённую к экспроприации будущую собственность нашей концессии.       «Имперские „Лямбды“ выглядели симпатичнее, но и это — подойдёт...» — думал я, уверенно пробираясь вперёд.       Лес подступал вплотную к украшенным затейливой резьбой стенам дворца, так что двигаться можно было практически по прямой, обходя только самые густые заросли и овраги. Пока что единственное, что нам здесь угрожало, так это ободрать ветвями краску с боков. Никаких наземных патрулей Первый орден не выставил. Оно и понятно: лес всё ещё препятствовал любой дальней связи, и доложить о неприятеле получилось бы только лично явившись пред светлые очи начальства, но без скорости передвижения это не имело смысла, а здесь, в отличие от лесистого спутника Эндора, едва ли получилось бы промчаться на гравицикле.       Загруженная в датабазу карта местности подсказала, что до цели осталось не более десятка метров. Пригнувшись и отведя в сторону пушистую от густой листвы ветку, я собственными фоторецепторами убедился, что это так.       Среди деревьев гудел заключённый в серую стальную клетку поток зеленовато-желтой энергии.       Силовое ядро.       Узел в сети энергоснабжения дворцового комплекса не мог оставаться без защиты. Тем более, что здесь имелся соединённый с дворцом через кабель прибор связи. К счастью, Первый орден полагался на орбитальную блокаду, и не ждал нападения с поверхности планеты. На посту стояли всего два штурмовика. Главное — успеть нейтрализовать их раньше, чем они поднимут тревогу. Большая красная кнопка на командной панели была хорошо видна даже с моей удалённой позиции.       Не полагаясь на собственную непостоянную меткость — всё-таки надо поскорее заняться сочленениями, мешающими манипулятору четко отзываться на команды системы наведения, — я выбрал парочку самых «свежих» бойцов, жестами указав им цели. Рискуя, мы подобрались ещё ближе, чтобы поразить их наверняка. Штурмовики стояли на вытяжку, как на параде, и даже не думали нарушать устав ничего не значащей болтовнёй. Но такое похвальное усердие им всё равно не помогло. Вспыхнули голубые молнии — бластеры были переведены в оглушающий режим. Не из человеколюбия. Просто открывать стрельбу под окнами дворца казалось не лучшей идеей. Даже несмотря на шум встревоженного поднявшимся ветром леса. Два тела в белых скорлупках повалились на зелёный мох.       Прямо сейчас в тысячах километрах от поверхности пайки должны были приступить к исполнению своих обещаний. Надеясь, что так оно и есть, я нагнулся к люку, ведущему в подземные коммуникационные тоннели. Штампованные металлические створки были надёжно сдвинуты. Так, что и волосок не протиснешь. Они открывались только изнутри, или по команде из центра управления в недрах Дворца. Имеющаяся сбоку командная панель даже не была оснащена устройством ввода пароля. Имелся у меня, конечно, термальный детонатор, но я припас его для других целей. Да и план заключался в другом.       Мой дюрасталевый кулак отстучал по металлу условный сигнал. Был ли кто-то с той стороны... я не знал. Во всяком случае, слышно ничего не было. Оставалось верить, что агент пайков там, и ждёт нашего появления.       Дождался.       Всего через пару стандартных секунд створки люка с шипением раздвинулись. Из полумрака тесной шахты на меня глянула пара ярких янтарных глаз, слегка прикрытых выбившимся локоном винно-красных волос...       — Ты? — донёсся до моих звуковых датчиков удивлённый выдох.       — Леруж! — вокабулятор хорошо справился со своей задачей, в должной мере выразив удивление. Вот уж не ждал! А через миг мы уже вместе волокли в шахту оглушённых штурмовиков. Стягивая с одного из них броню — она играла в моём плане не последнюю роль — я бросал взгляды на помогающую мне в этом нелёгком деле зелтронку.       Думая о предстоящей миссии, я не единожды представлял, как спасу девушку из беды. Откуда-нибудь из недоступных простому взору глубин дворца... из охраняемого дроидами-евнухами гарема, например! В моих мыслях Леруж зачастую была «одета», а скорее даже раздета во что-то наподобие легендарного бикини принцессы Леи, в котором та дефилировала по барже Джаббы, ну, или хотя бы в одно из чудных творений другого, знакомого мне уже не понаслышке хатта — гения моды Азжулы. И снова реальность разительно отличалась от ожиданий. Только и видно было соблазнительно алеющей кожи, что на лице, и то — на щеках и носу девушки темнели масляные пятна. Всё остальное надёжно скрывал засаленный, неведомо какого изначально цвета комбинезон.       Но я не стал слишком много времени тратить на созерцание прикрытых форм зелтронки — у меня возникли вопросы, на которые хотелось получить ответы:       — Так ты — агент пайков? — решил начать я с главного. Помогая мне натягивать белые солдатские сапоги, Леруж коротко усмехнулась:       — Вот ещё! Эти большеголовые ублюдки хуже хаттов.       — Тогда, как ты тут оказалась? — закончив переодевания, мы трусцой неслись по техническому туннелю в направлении подземелий дворца. Чтобы не зацепить головой в шлеме нависающие сверху пучки проводов и сплетения труб, приходилось низко нагибаться. Мне это было сделать не трудно, даже несмотря на штурмовую броню, а вот бегущие следом дроиды не могли похвастаться такой же гибкостью, как у модели ВХ. То и дело звучало гулкое позвякивание металла.       — Очень запросто, — по тону зелтронки можно было подумать, что все очевидно. — Местные управляющие привыкли вести дела с такими же, как они, бандитами, вот и отправили меня сюда в качестве взятки. Только офицеры Первого ордена сильно отличаются от криминальных лордов Внешнего Кольца. Полковник, которому меня предназначили, даже не пожелал взглянуть на свой «подарочек», — и всё-таки в голосе девушки слышалась изрядная доля облегчения. — Зато после Экзегола у этих ребят наметился серьезный дефицит кадров. В такой-то дыре… Вот они, узнав, что я работала механиком на Нар-Шаддаа, и решили воспользоваться моими талантами. А потом со мной связался агент пайков. Разумеется, ублюдок не собирался рисковать собственной шкурой — он и мне никогда не показывался лицом, — но предложил рискнуть вместо него. Особого выбора всё равно не было, так что — пришлось согласиться.       Я лишь неопределённо качнул головой. Впрочем, не было ничего удивительного в том, что такая девушка как Леруж не сидела сложа руки в ожидании прекрасного принца-спасителя в дюрасталевых доспехах.       — А ты, — зелтронка обернулась через плечо, глядя на меня, — неужели правда собираешься захватить полковника? — она окинула скептическим взглядом собранный мною отряд бродячего металлолома. Высокой оценки он от неё не заслужил. Но было приятно, что хотя бы во мне она не сомневалась.       — К ситхам полковника. Я собирался найти тебя, затем — выбрать подходящий корабль, и убраться с этого гнилого камня, который кто-то по ошибке назвал планетой.       — Умно ли пытаться обмануть пайков? — по лицу Леруж промелькнула тень сомнения, но у меня было чем укрепить её веру.       — В лесу нас и наш будущий транспорт ждут ящики с первосортным спайсом.       — Тогда — другое дело, — зелтронке не потребовалось других слов, чтобы проникнуться перспективами. — Но убраться отсюда дело не простое. Полковник бдит.       — Думаю, с ним нам лучше не встречаться, — высказал я свои соображения на этот счёт.       — Хорошая мысль, но не уверена, что получится, — последние слова Леруж потонули в залившем дворец сигнале тревоги. Девушка встрепенулась. — Что это?       — Надеюсь, пайки, — ответил я, сверяясь с таймером. Синдикат отстал от графика, впрочем — не критично. Но зелтронка не знала всех деталей, и выглядела обеспокоено. Я поспешил пролить свет на ситуацию:       — Только на орбите. Отвлекающий маневр.       Это немного успокоило Леруж, но мы забрались уже под самый дворец, буквально под ноги врага, и здесь чувствовать себя в безопасности не мог уже никто из нас. Было пора приводить все системы в боевую готовность.       — Ты сможешь вывести из строя лучи захвата? — задал я один из самых важных вопросов. Если лучи будут активны, улизнуть вряд ли получится. Леруж задумалась лишь на мгновение:       — Да.       — Возьмёшь пару дроидов? — я все равно планировал отправить их на это дело, хотя наверху от них тоже могла быть польза.       — Они только привлекут лишнее внимание, — это была правда, и я не настаивал на обратном. — А что будешь делать ты?       — Мои друзья начнут прорыв к апартаментам полковника.       — Он занимает бывшие королевские покои.       — Знаю, — я постучал дюрасталевым пальцем по своей бронированной черепушке. В ней хранился детальный план этих комнат. Судьба прежнего венценосного владельца «меблирашек» при этом оставалась туманна, но она меня и не интересовала, равно как и судьба всей кессельской спайсовой монархии. — Пайки кое-чем меня снабдили.       — И все равно, вряд ли вы доберётесь.       — Не мы, а они, — я указал на дроидов за плечами.       — Ещё один отвлекающий манёвр? — зелтронка заинтересованно выгнула бровь дугой.       — Я поищу коды запуска кораблей в командном центре. Без них мы вряд ли даже взлетим.       — Отлично, встретимся у нашего корабля, — голос зелтронки ещё звучал, а сама она уже скрылась в узком и темном боковом коридоре. Я даже ответить не успел, только подумал: «отличный настрой!» Но времени на долгие провожающие взгляды не было. Я направился наверх. Дроиды потопали дальше по подземным тоннелям: их точка вхождения во дворец должна была располагаться как можно дальше от моей — этим я надеялся расчистить себе путь к командному центру.       Ожидаемо, внутренне убранство дворца поражало воображение. Иные из коридоров напоминали огромные рукотворные пещеры с облицованными мрамором сводами. На стенах меж высоких колонн вспыхивали яркими красками световые картины, статуи из бронзиума сверкали отполированными боками, и в огромных замысловатых гравитационных фонтанах вода текла и принимала самые вычурные формы!       Королевская семья явно не боялась позволять себе лишнее на те средства, что выручались ею с добычи спайса.       Впечатление от посещения этого «кессельского филиала Эрмитажа» несколько портили только штурмовики и обслуживающий персонал Первого ордена. Все эти люди — и только люди (такого их количества я не видел со времён прежней жизни!) — куда-то спешили, что-то тащили, маршировали или передислоцировались. Я старался держаться непринуждённо, оставаясь постоянно в тени, и особенно избегал офицеров. Но не всегда это удавалось. Один особенно внимательный лейтенант уже требовательно махнул мне рукой, приказывая подойти, и только новая мелодия в непрекращающемся ни на минуту сигнале тревоги отвлекла его, позволив мне исчезнуть в боковом коридоре.       Это мои дроиды начали штурм.       Как и ожидалось, визит нежданных гостей наделал достаточно шума, чтобы я смог преодолеть несколько уровней и практически вплотную подобраться к командному центру. Путь преградили двери безопасности. Проклиная всех и вся, я кружил около этой непреодолимой преграды, покуда не заметил то, что было так необходимо:       — Сэр! — вокабулятор неплохо справился с имитацией человеческого голоса, а любые возможные огрехи скрыл шлем, так что лейтенант, которого я окрикнул, остановил и уставился на меня непонимающим, но хмурым взглядом.       — Что такое, солдат? — он угрожающе свёл тонкие брови — Какой у тебя номер?       — Эф Эн Два Один… — вместо завершения я резко выбросил вперёд закованный в белую броню кулак. От грянувшего снизу вверх удара лейтенант громко лязгнул зубами, а следом начал оседать на пол. Успевая оглядываться, я подхватил этот глупый мясной мешок и затащил в ближайшее пустое помещение. Бросив бессознательное тело среди вёдер и швабр, я вернулся в коридор сжимая в кулаке четыре заветных кодовых цилиндра, и как раз переступал порог двери безопасности, когда меня нагнало эхо недалёкого взрыва.       Дворец содрогнулся, жалобно задребезжали хрустальные люстры под расписными потолками, посыпалась побелка…       Один из моих дроидов был уничтожен. Оставалось надеяться, что начинённое взрывчаткой нутро этих посланных на убой железяк станет для штурмовиков по-настоящему неприятным сюрпризом.       Запрятанный в недрах королевского дворца командный центр был большим. Похоже, чтобы обустроить и оснастить его всем необходимым пришлось довольно варварским способом соединять залы двух этажей. Без всякого внимания к культурному наследию в облицованных мрамором и украшенных великолепной резьбой стенах были пробиты проёмы, куда затем воткнули всевозможную нужную в таком месте технику. Многочисленные терминалы перемигивались огоньками, экраны транслировали события внутри комплекса, в его окрестностях и на орбите Кесселя, голопроекторы воспроизводили всё то же самое, но уже в объёме. Я смог воочию увидеть рой корабликов Синдиката, злобно жалящих две серые туши старых, но не устаревших звёздных разрушителей, и рвущихся вперёд дроидов.       Вот оно, гудящее сердце Первого ордена.       Склонившиеся над компьютерами инженеры в глухих чёрных шлемах ничего не замечали вокруг. Младшие офицеры рядом сними тоже были при деле: одни — скороговоркой бубнили что-то в микрофоны, другие — напротив — напряжённо вслушивались в то, что доносилось до их слуха через наушники.       Оставалось как-то сориентироваться в этом цифровом хаосе и, раздобыв коды запуска кораблей, смыться. И с этим следовало поторопиться… Судя по стремительно сокращающемуся количеству дополнительных иконок на моём обзорном поле, посланный в отвлекающий манёвр отряд дроидов сократился уже более чем в двое, при этом не преодолев даже половины пути до апартаментов полковника.       — Так-так-так, кто это у нас в гостях? — холодный и надменный, наполненный звенящими машинными нотками голос настиг меня у одного из терминалов, рядом с которым получилось отыскать бесхозную гарнитуру, таки подходящую по разъёму к моему датапорту.       Я не стал оглядываться — нырнул в сторону, быстро перекатился и спрятался за компьютерным блоком. И очень вовремя. Туда, где я стоял всего мгновение назад, ударил прицельный бластерный выстрел. Его должно было хватить, чтобы проделать солидную дырку в прикрывающей мою спину дюрасталевой бронеплите. К счастью, на этот раз всю убийственную мощь вражеского оружия испытал на себе компьютерный терминал — вряд ли на этой куче оплавленного шлака кто-нибудь когда-нибудь сможет вновь работать.       От осознания скользнувшей совсем рядом смерти по микросхемам прошёл нехороший электрический импульс.       — Мне было любопытно... — продолжил голос. Доносился он сверху. Я решился было высунуться, чтобы оценить обстановку, но новый выстрел мигом загнал меня обратно в укрытие. — И что же я вижу? Дезертир?       Последнее слово ещё не успело отзвучать, но по тону и тембру голоса мне всё стало ясно! Не имея права на ошибку, полагаясь на мимолётный расчёт, я на одной силе ног прыжком преодолел добрых пять метров, и оказался надёжно прикрыт голопроектором. Очень вовремя. Располагающий позиционным преимуществом противник — он перемещался по размещённым над залом мосткам — залил бластерным огнём то место, откуда я только что выюркнул.       — Ловко, — оценил всё тот же надменный тягучий голос. — Но вечно прятаться ты не сможешь.       Инженеры и техники покидали командный центр. Их место занимали штурмовики. Они мало чем отличались от обычных белых солдатиков, только над визорами шлемов шли золотые полосы — в тон полумаске их предводителя.       — Не разочаровывай меня, — полковник Корн, а это мог быть только он, сделал очередной выстрел. Тяжёлая ударная винтовка в его руках выглядела весьма угрожающе. И на этот раз я смог уйти из-под атаки лишь частично — ударная волна толкнула меня, напрочь испортив рассчитанный с математической точностью компьютера акробатический кульбит. От удара о стену шлем слетел с моей головы и откатился куда-то в сторону.       — Дроид? — в искажённом маской голосе полковника я расслышал разочарование. Впрочем, мне его мнение о цифровых формах жизни было безразлично — я пришёл сюда вовсе не за тем, чтобы всем нравиться. Впрочем, могло статься, что я пришёл сюда, чтобы умереть.