28. Спайсовый барон I

      Рорак-5 оказался космической станцией. Большой, старой, и чем-то похожей на помятую гантель. Два основных сектора — один заметно больше другого — соединяла несимметричная «рукоять», сплошь изборождённая ангарами всех размеров, ощетинившаяся стыковочными тоннелями и усеянная мачтами маяков.       Любуясь сквозь обзорный иллюминатор пилотской кабины этим новым для меня зрелищем, я нашёл его хотя и интересным, но даже близко не впечатляющим.       Как и на всём в Пространстве хаттов, на станции лежала печать глубокого запустения. Да, можно было увидеть грозные орудия, снятые с имперских и новореспубликанских боевых кораблей и насаженные на все доступные гнёзда оборонных узлов, но корпус вокруг обильно покрывали ржавчина, вмятины и подпалины, и никто уже давно не обновлял красочного слоя. Присосавшихся к энергетическим узлам майноков тоже никто не разгонял. На моих глазах эти силиконовые твари, растопырив свои перепончатые крылья, свободно планировали с места на место, ничего не боясь и выискивая местечко «послаще». Словом, Рорак-5 мог бы свободно претендовать на звание самой занюханной дыры в этой части галактики… Когда не близость к Нар-Шаддаа!       Вокруг станции переливалось переменчивым светом сигнальных огней и вспыхивало пламенем движков целое море звёздных кораблей. Вот — мимо нашего парусника прошмыгнула стайка вёртких истребителей. Через секунду рядом протащился транспортник на аварийных стартовых двигателях. За ним — громоздкая древняя баржа, чей экипаж, вопреки всем галактическим законам, состоял из одних дроидов. Но все эти разномастные суда казались косяком килек на фоне по-китовьи циклопических роскошных яхт, в чьих серебристых корпусах как в зеркале отражалась плывущая вокруг галактика.       Вся эта подвижная масса транспортов всех мастей и классов представляла собой как бы стальные волны, то накатывающие на станцию, то отступающие от неё.       Одни из этих кораблей, как мы, только прибывали на Рорак-5, другие — уже закончили все дела и теперь торопились улететь, третьих манила гигантская голографическая тви’лечка… Она такое вытворяла с заправочным шлангом, что я усомнился, для дозаправки ли выстроилась очередь к топливной станции…       Увы, наши солнечные паруса не давали нам повода заглянуть на огонёк и узнать, правда ли там работают столь очаровательные «мясные мешки», как девушка с головывески. И вообще, на Рорак-5 нам было пока рановато: наш курс пролегал мимо — на Рорак-4.       Мир, вокруг которого вращалась космическая станция, представлял собой сплошную промышленную зону. Изъеденный временем и паразитами, укутанный бурым саваном ядовитых выхлопов унылый ковёр пермакрита. Оттенками Рорак-4 напомнил мне Нар-Шаддаа, только, в отличии от Луны контрабандистов, не имел склонности тянуться ввысь. Места на планете хватало — я хорошо успел рассмотреть это сквозь обзорный иллюминатор, пока мы заходили на посадку, — и всё здесь тянулось вширь. Но, помимо заводов размером с город, главной достопримечательностью планеты, завлекающей на неё миллионы «туристов», был крупнейший в Пространстве хаттов рынок рабов.       Собственно, Рорак-5 появилась на орбите этого гнилого мира как раз для того, чтобы уважаемые господа со всей галактики могли прикупить побольше живого инструмента для своих исключительно подпольных и сугубо незаконных предприятий, и при этом не замарать обуви, и не задохнуться в покрывающем планету густом смоге.       Всё это наводило на мысли, что Азджула почтил Рорак-5 своим визитом вовсе не из праздного желания прошвырнуться по галактике…       Чиновники из центра управления полётами Рорака-4 интересовались персональными данными прибывающих на их планету существ ещё меньше, чем их коллеги из ЦУПа Ульматры, так что разместиться не составило труда. Снова — убогий посадочный док, и его не менее потасканный жизнью смотритель, только на этот раз — не женщина-человек, а доходяга дурос с выцветшей и покрытой пигментными пятнами большой резиновой мордой.       Теперь уже, наученные горьким опытом, мы, а вернее — бит и неймодианец — внимательнее читали пользовательское соглашение. Поработала эта ушлая парочка, надо сказать, неплохо. Дурос упрямился, мотал тяжёлой башкой, всплескивал тощими руками, охал, стенал, закатывал глаза, и, наконец, жаловался на то, что хатты совсем озверели, и никого не щадят, увеличивая регулярные сборы, и придумывая сверх того разные экстраординарные поборы, но всё же согласился отложить первый платёж за пользование доком. При этом выглядел он так, будто мы его собственноручно вытянули из него все жилы и кровь. Но — что поделать? Наличности у нас практически не осталось. При полном трюме спайса мы были решительно бедны.       Впрочем, всему своё время.       Состоявшийся ещё во время перелёта сквозь гиперпространство совет концессии единогласно постановил, что действовать нужно осторожно. Я, в общем-то, был не против. Зная хаттов даже самую малость, можно было ждать, что неосторожное общение с ними приведёт на ближайший мусороперерабатывающий завод, где от наших бренных останков избавятся без лишнего шума и пыли.       Чтобы соблюсти принятую теперь за наше кредо осторожность, первым делом следовало сменить имидж. Корабль мы уже обновили. К тому же, он вошёл в систему Рорак ещё безымянным, а коснулся поверхности планеты уже под гордым и звучным именем «Концессионер». Теперь настал наш — его экипажа — черёд преобразиться!       Правда, встала всё та же проблема безденежья.       Пришлось заглянуть в трюм… И теперь Леруж, скинув с соблазнительно алеющих плеч затёртую куртку механика, всем своим видом привлекала внимание конкретных посетителей одного из бесчисленных торговых кварталов города, расползшегося по Рораку-4 как самое настоящее масляное пятно.       Странное это было место, где прогресс причудливым образом соседствовал с какими-то прямо средневековыми элементами. Мимо мог пронестись на огромной скорости новомодный крытый лэндспидер с затонированными напрочь окнами, а следом вдруг появлялся паланкин, внутри которого восседал какой-нибудь дородный дряблый экзот, и который волокли на плечах взмыленные рабы-люди. С другой стороны, то тут, то там вспыхивали яркими неоновыми цветами и голографией вывески с вызывающим содержанием, но завлекали они посетителей в маленькие полутёмные лавки и душные, насквозь прокуренные забегаловки с тесными немытыми столиками.       Стоя чуть поодаль от Леруж, я сполна налюбовался на эту странную картину — изнанку жизни в одной далёкой галактике.       «Всё же, и правда — давным-давно…»       Иногда мимо проходили дроиды-охранники — стражи местного правопорядка. Сперва я беспокоился, что они могут заинтересоваться: чего это зелтронка трётся тут? Могла бы заинтересовать их и моя скромная персона… Но скоро стало ясно, что тревожиться нечего. Местная власть лишь делала вид, что присутствует на планете. Никакие крики, никакие споры не привлекали внимание выкрашенных в давно потускневший синий цвет полицейских.       Лихо выскочивший из-за угла модный лэндспидер едва не сбил выползшую на проезжую часть старуху-аскаджийку. Водитель резко дал по тормозам, и тут же дверцы с затонированными окнами распахнулись, и из машины выскочила пара визгливых родианцев. Схватив аскаджийку за копну всклокоченных седых волос, которые ещё остались у неё на жирной голове с овислыми бульдожьим щеками, родианцы, не забывая безжалостно пинать несчастную, поволокли её прочь и пихнули в удачно подвернувшийся под руку мусорный бак. Через секунду лэндспидер умчал вдаль, а стоявшие в паре метров от всего происходившего полицейские даже фоторецепторами не повели.       Краем слуховых датчиков я уловил обрывок разговора прохожих: судя по всему, лэндспидер принадлежал кому-то из местных криминальных авторитетов. Впрочем, произошедшее вообще никого, кроме старой аскаджийки, не возмутило. Все будто привыкли к подобному, и жизнь текла своим чередом. Вот и к Леруж подошёл очередной клиент — нервозно подёргивающийся селонианин. Похожий на хорька инородец сунул лапку в поясную сумку. Что-то блеснуло меж когтей… Я напрягся… Но это была всего лишь коротенькая стопка пеггатов. Они перекочевали в карман зелтронки, а в обмен из того же кармана к селонианину быстро перешёл маленький клочок флимсипласта. Инородец не стал отходить далеко, чтобы развернуть его и употребить часть содержимого. Сделал он это отработанным, практические неуловимым движением.       Судя по забавному выражению морды, спайс пришёлся селонианину по душе.       А вот мне идея участвовать в уличной торговле спайсом совсем не нравилась. Подобный «бизнес» трудно было назвать достойным. Но ситуация вынуждала.       Леруж некогда было скучать — к ней приблизился новый клиент. Я внимательно следил, как слишком тощий для своего вида помятый юззум что-то слишком копается, рыская по карманам поясной сумки. А через секунду всё вдруг лихо переменилось: Леруж уже растянулась на земле, потирая ушибленное плечо, а длинноногий экзот удирал по боковой улочке. Но для того я и околачивался рядом, чтобы не допускать подобного кидалова.       Грубо оттолкнув в сторону едва успевшую выбраться из мусорного контейнера аскаджийку, я рванул за дураком, который вздумал ограбить нашу концессию. Пробежка, несмотря на длинные ноги юззума, вышла не долгой. Я нагнал вора за первым же поворотом. Там он, правда, оказался не один. Но будь негодяев даже десять, а то и двадцать, это не стало бы проблемой. Сопротивления с их стороны, если это вообще можно так назвать, я по сути и не заметил. Потребовалось три удара, чтобы утрамбовать в грязь трёх торчков — самого юззума, эломина и человека. Украденная доза спайса тут же вернулась ко мне, а вот как поступить с незадачливыми воришками я ещё думал… Как позади вдруг раздался металлический голос:       — Что тут произошло?       Надо же было такому случиться, что всё творящееся вокруг беззаконие полицейские старательно игнорировали, а вот моя короткая пробежка вдруг привлекла с их стороны самое пристальное внимание! Парочка изрядно полинялых синих дроидов стояли прямо у меня за спиной, и если я не обратил внимание на издаваемый ими шум, то только из-за той какофонии, которую без передыху выдавали выходящие в переулок где мы стояли трубы и вытяжки. Одна из них гремела прямо у меня над головой.       — Нет, эм… офицер, — после короткой заминки ответил я. — Эти трое… эм… ограбили мою… хозяйку…       «Только этих проблем не хватало! Ещё в каталажку загремим…» — думал я, уже решив проявлять максимальную осторожность в разговоре с представителями пускай номинальной, но всё же власти. Полицейские меня пристально осмотрели.       Вряд ли они могли не заметить флимсипластовый конвертик в моей руке.       — Всё ясно, — наконец изрёк один из дроидов, после чего он и его товарищ, прихватив трёх неудачливых экзотов, удалились. Только одна из полицейских жестянок посоветовала напоследок: — Обратись в ремонтную мастерскую: похоже, у тебя проблемы с вокабулятором.       Что же… Следовало превозносить до небес беззаконную власть картеля хаттов, защищающих права несчастных торговцев спайсом! Благодаря ей нам удалось реализовать достаточно чудо-порошка, чтобы принять благообразный вид. И, видит Сила, особенно в этом нуждался я.       Щеголяя новым, довольно откровенным, но главное чистым нарядом, Леруж смогла, наконец, заняться моим столько невзгод и испытаний перенёсшим дюрасталевым телом! Вооружившись дуговым ключом, гидроспаннером, магнаспаннером, фузионным резаком, кваркдрайвером и, главное, огромным количеством масла, зелтронка всерьёз взялась за меня. Искры сыпали во все стороны! Скрежетала сталь. Подпалины, дыры, царапины — всё ушло в прошлое. Подвергся замене и треснувший фоторецептор. Чувствовал я себя при этом как старенький, но любимый и нежно оберегаемый от критических поломок мотоцикл. Врум-врум! Благо, один от отсеков «Концессионера», где был установлен верстак и где проводила опыты надо мною Леруж, очень походил на отцовский гараж. Разве что, инструмент выглядел более футуристичным, и не хватало висящего на стене малость надорванного плаката с позирующей на фоне пляжа неизвестной азиатской актрисой в бикини.       Что-то на моей дюрасталевой груди захрустело, затрещало, и из развороченной пуще прежнего трещины в броне на голову Леруж повалили муравьи, которые приехали со мной на Рорак-4 аж с самого Кесселя, где я подхватил их на подступах к оккупированному Первым орденом Королевскому дворцу.       Потребовалась ещё и дезинсекция. Итогом устроенного зелтронкой маленького геноцида стала целая гора покрытых хитином трупиков, но муравьёв мне было не жаль, тем более что они успели кое-где погрызть внутреннюю проводку. А я-то ещё думал, что за новые помехи в системах…       — Когда денег станет побольше, — заключила Леруж, возвращая на место снятую было бронепластину с моего бока, — нужно будет серьёзнее заняться твоими внутренностями. Туда, похоже, лет пятьдесят не заглядывали, и столько же ничего не меняли.       Я был не против. Тем более, что часть старых проблем как были, так и остались со мной — ни времени, ни денег на их устранение не было. Пришлось ограничиться почти исключительно «фасадными работами». А завершением их стала полная перекраска. Скрыть она должна была в том числе и последние следы злосчастного, уже напрочь зашлифованного и загрунтованного клейма с надписью: «Собственность королевской семьи Кесселя. Аурек-7».       «Прости-прощай, память о недолгом рабстве».       На место ставшего почти привычным синего цвета пришёл радикальный, отпугивающий даже солнечных блики чёрный окрас.       — Мрачновато, — оценила труды рук своих Леруж, после чего заставила меня стоять неподвижно ещё несколько часов. Благо, для дроида провернуть подобный фокус было совсем не трудно. Зато теперь — это я смог оценить в маленьком металлическом зеркальце — по верхней части доставшегося мне бронированного тела дроида-коммандос серии ВХ проползали две змеи цвета свежей крови. Тогда как хвосты их оставались ещё на моих плечах, две раззявленные клыкастые пасти с раздвоенными языками пригрелись на самой груди.       — Вот — самое то! — теперь-то зелтронка была довольна своим творчеством. Отражение этой эмоции я разглядел в блеске янтарных глаз девушки, и, в общем-то, разделял её настроение.       — Чтобы на кресла два часа не садился, — фыркнул проходивший мимо «Десанн». Он, конечно, делал вид, что всё ещё осматривает каждый закуток «Концессионера», знакомится с кораблём, как он сам говорил, но я-то видел, что чемодану просто любопытно, чем это мы с Леруж заняты за закрытыми дверями! Хотя доля искренней заботы о кожаной обивке сидений в его словах, разумеется, тоже водилась.       Но, всё-таки, чего-то в моём облике не хватало…       Взяв из рук Леруж кисть, я обмакнул её в банку с краской и сделал широкий мазок. Мир вокруг отчасти окрасился в зловещий алый оттенок… Но только потому, что я вдруг забыл, что у меня нет век, чтобы прикрыть глаза, и поэтому, водя кистью по дюрасталевой морде, закрасил и часть фоторецепторов!       До чуткого дроидного слуха донёсся лёгкий искренний смешок.       — Давай-ка уберу лишнее, — обмакнув кусок ветоши в растворитель, всё ещё улыбающаяся Леруж начала оттирать мои фоторецепторы от краски. Зато теперь на моём «лице» красовался алый как Сауроново Око, и такой же зловещий круг, и образ дроида-якудзы, на мой взгляд, оказался завершён.       «Теперь можно и в приличном обществе показаться…» — подумал я, но сделать это было не так-то просто. Узнать об устроенном Азжулой на Рораке-5 «мероприятии» было проще, чем попасть туда. Главным образом, потому что предназначалось оно не для всех. Тойдарианец не мог этого не знать…. Скорее всего, решил устроить нам проверку: отсеять, если мы откажемся мелкой рыбёшкой, не способной преодолеть даже «фейс-контроль». А может, крылатый ублюдок просто ортгребал от себя всех возможные проблемы и осложнения.       «Не важно. Со всем разберём по порядку», — решил я.       На этот раз первичный сбор информации не потребовал вложения средств. Напротив, он был сопряжён с их приобретением. Продолжая по мелочи толкать спайс на городских улочках, мы пытались вызнать, к кому можно сунуться, чтобы узнать больше. И усилий одной Леруж здесь было маловато.       — Кто-бы мог подумать, что придётся возвращаться к этому, — как-то печально вздохнул Чамбресс Фзул, принимая партию запакованных во флимсипластовые конвертики доз спайса. Ему предстояло продавать их под надзором «Десанна», пока я точно так же охранял зелтронку.       Толкать дурь мы старались не в самых приметных местах, и постоянно меняли дислокацию — меньше всего хотелось привлечь внимание местных воротил. Благо, два новых распространителя вряд ли могли сделать погоду на таком огромном рынке, как Рорак-4. Но мы всё равно зорко глядели по сторонам, и сворачивали лавочку, стоило на горизонте появиться каким-нибудь сомнительным личностям, а таких на этом хаттовом мире было полным-полно.       Зато, словно музыка для моих слуховых датчиков, в карманах снова зазвенели вупиупи, тругуты и пеггаты. А всего через пару дней мы уже стояли в скромно обставленном, но богато украшенном старинным оружием кабинете одного из местных авторитетов.       Это был юззем, и его не следовало путать с юззумом, который недавно пытался ограбить Леруж. Всего одна буква, а какая огроменная разница!       Здоровенный, за два метра ростом боевой фурри, с ног до головы покрытый густой чёрной шерстью, с едва заметным кивком клыкастой длинной морды принял наше подношение — спайс — и милостиво согласился выслушать. Мы с «Десанном» снова изображали болванчиков-охранников, а говорила Леруж, которую поддерживал AU-DT, на этот раз, под нашей бдительной охраной, соблаговоливший ступить ножкой на землю хаттского мира. Речь зелтронки, в целом, была правдива, и сводилась к тому, что ей до икоты хочется помириться с Азжулой, которого она несправедливо, но против своей воли оскорбила.       — Хм, — с внимательным видом кивал на слова Леружд юззем. Несмотря на свой устрашающий вид, этот звероподобный монстр, всё же, принадлежал к далеко не дикому виду, и был способен принимать аргументы и логически мыслить. Запись об этом хранилась в моём банке памяти, и я очень надеялся, что запись эта правдива. Но многое зависело от обстоятельств.       К счастью, мы не заходили в своей просьбе далеко, и юззем, которого никто не принуждал ни к чему, кроме слов, согласился поделиться сведениями:       — Что ж-же, это не такой и секр-р-рет, — говорил криминальный воротила на общегалактическом, и довольно сносно, хотя рычание, рёв и поскуливания всё же проскальзывали в его речи, но было это особенностью акцента, или вкраплением юзза, языка юзземов, я понять так и не смог. — Азжула устаивает на Рораке-5 закрытый показ мод, — я мог поклясться, что юззем иронично улыбнулся, но на клыкастой пасти любую улыбку всё же трудно было отличить от оскала. — Хотя на самом деле это, разумеется, всего лишь прикрытие для встречи с некоторыми избранными. С теми, с кем он ведёт или хочет вести свои дела.       Что же, большего нам и не требовалось. На мой взгляд, такой формат встречи нам подходил — меньше шансов, что всё закончится перестрелкой. Или попыткой скормить нас ранкору...       «Неплохо было бы узнать, есть ли у Азжулы ранкор...»       — Как же мне туда попасть? — Леруж нахмурила брови, но не слишком сильно, так что личико её сохранило свой милый вид, а это было немаловажно для успеха предприятия, ведь даже устрашающие юзземы подвластны зелтронским чарам.        — Проще простого — нужно заполучить пригласительный билет, — чуть не роняя слюну на алую коленку Леруж ухмыльнулся бандит.       Тут-то и настало нам время откланяться. Главным образом, потому что чрезмерное любопытство в Пространстве хаттов чревато. К тому же, казалось, что ещё чуть-чуть, и юззем начнёт упрашивать Леруж задержаться. Он и так подсел к ней поближе, и слишком уж развязно распускал свои когтистые лапы. И присутствие других живых существ в комнате его совершенно не смущало! И ладно ещё мы, дроиды, но и «Десанн», который, впрочем, уступал юззему в росте и мышечной массе, не слишком-то его отвлекал от поползновений в сторону девушки. Впрочем, на всё это наш невозмутимый ящер взирал по-своему:       — Можно было бы разузнать у него и то, где раздобыть эти приглашения, — как бы невзначай, просто рассуждая вслух произнёс он, когда мы оказались уже снаружи.       — Нет уж, увольте, — поёжившись открестилась от упущенной возможности Леруж, и я был с нею полностью согласен.       — Теперь мы хотя бы знаем, в какую сторону копать. А если ничего не получится, — я всё чаще думал и о других вариантах, — на Азжуле свет клином не сошёлся. Попытаем счастье где-нибудь в другом месте…       Для себя я уже твёрдо решил, что если на Рораке-5 нас постигнет неудача, то на Нар-Шаддаа, в логово хатта, мы не полезем. Там будет всецело его территория, и рассчитывать на его милость там нам не придётся.