13

      —Мама!       —Извини, сынок, нет времени разговаривать. Ты же прекрасно знаешь, что сегодня мне нужно сделать столько дел, пока есть возможность, —Быстро расчëсываясь у зеркала перед выходом, тараторила женщина, второй рукой проведя по воздуху, поймав летящую на неё сумку.       —Мам!, —Уже требовательным тоном повторил Монсгилис, сжав руки в кулаки. Он смотрел на собирающуюся на работу родительницу недовольным взглядом из-под хмурых бровей.       —Монсгилис, милый, —Не выдерживала она, смахнув кудри на спину, и так же раздражëнно осмотрела его в ответ, —Или ты спрашиваешь что-нибудь другое, забывая про свой глупый вопрос, или я отправляю тебя вспахивать огород.       Тот вскинул брови от такой дерзости, но замолчал, без единого слова провожая её на улицу, отвернувшись к ней спиной. Под хлопок двери он начал гневно размахивать руками, громко произнеся непонятные нечленораздельные звуки, подпрыгнув на месте, после со всей силы топнув ногой в пол. И взвыл, резко опустив руки вниз. Из-за проëма показались макушки его друзей, которые, только завидев его состояние, тут же вышли из своего убежища, подойдя к нему ближе, но не решаясь коснуться.       —Что случилось?, —Уперевшись о стоящий за спиной диван, поинтересовался Даоминг.       —Ничего! Моя любимая мама просто скрывает от меня что-то. А раз не хочет в этом признаться, значит, за её плечами осталось что-то страшное.       —Ну так, может, она поступает правильно, не желая портить тебе настроение своими тайнами прошлого?, —Предположил тот.       —Для начала она могла бы просто признать уже, наконец, что действительно имеет какие-то связи в королевских кругах, а не сбегать от ответа. Если бы она сразу сказала, что имеет с ними связь, то я бы тут же от неё отстал. Но своим отрицанием она лишь сильнее разжигает во мне желание узнать все подробности и понять почему же она скрывает своё прошлое не только от меня, но и самой себя.       —А с чего ты вообще взял, что она имеет к ним какое-то отношение? Монсгилис накрыл лицо руками, стараясь побыстрее отпустить ситуацию и перестать злиться на ни в чëм не виноватых приятелей. Проведя ладонями по щекам вниз, издав неприятно громкий звук, он уже спокойнее и тише ответил, —У неё на ноге татуировка меча, что скрывает за собой Солнце. Тебе ли не знать его значение.       —Вопросов нет. Она однозначно принадлежит к королевскому кругу, —Уверенно выдал парень, понимающе кивнув, и совсем скоро добавил, —Но, как солдат, я бы тоже не горел желанием рассказывать своим детям что со мной происходит. На службе много неприятных ситуаций, про которые, порой, никому не хочется рассказывать. Про которые хочется поскорее забыть. Поэтому, наверное, лучше у неё ничего и не спрашивать, а то вы лишний раз поругаетесь, и ты вновь расстроишься. Каменный задумался, сложив руки на боках ночной рубашки.       Он хотел знать про свою маму всё, что можно. Ему казалось, что чем больше знаешь о человеке, тем больше он тебе доверяет. Он считал, что количество информации, которую он знает про человека, является показателем их близости. Но теперь он переосмысливал свою точку зрения, смотря на это с другой стороны.       Бывали в жизнях людей вещи, которые они всеми силами хотели бы забыть и не вспоминать. Такие вещи могли оставить на них неприятный шрам на всю их жизнь и даже проблемы с контактом источником их проблем, отчего они всю жизнь могли избегать похожих ситуаций, в которых бы не хотели оказаться ещё раз, или даже людей. И, кажется, Монсгилис наткнулся на информацию именно такого характера. Ему было всё равно на то, больно ли или неприятно его матери вспоминать это, он просто хотел знать. Желал долго слушать и познавать новое, может, даже чему-нибудь научился бы.       А сейчас же ему уже совсем ничего не хотелось. Разве что извиниться перед ней. В очередной раз он почувствовал себя безмозглым идиотом, что так стремился получить своё, что не задумывался о том, как чувствуют себя другие.       —Помогите мне, пожалуйста, убрать огород, а затем мы пойдём прогуляемся. Гости согласились ему помочь.       Собрав с огорода взросшие плоды разных растений, выдернув из-под земли стебли лука и сорвав с деревьев пару яблок с грушами, а с кустов — клубнику с ежевикой, они вышли в город. Но делом первой важности сейчас было найти и поговорить с Матриель. Оказавшись в магазинчике, несмотря на огромную надпись "Закрыто", молодëжь искала в трёх комнатах его основательницу. И нашла. Сидящую за столом с инструментами и кучей разных камней на рядом стоящем стуле, из которых она собирала украшения.       Завидев их на пороге, та удивилась, но быстро собралась и почти тут же спросила, —Что вы тут делаете? Я думала, что сегодня вы будете гулять.       —Мы так и планировали, но.., —Монсгилис ненадолго замешкался, разведя руки в стороны и на секунду подняв плечи. Опустил голову в ноги, не находя в себе сил продолжить. Когда его толкнули в спину, каменный тут же поднял голову на мать, договорив, —Я попросил их заглянуть сюда, чтобы я смог перед тобой извиниться.       Увидев женское лицо, полное негодования, тот выдал, отведя взгляд в сторону, никак не заставляя самого себя смотреть на своего родителя, —Извини меня. Иногда я бываю заносчивым.       —Драгоценный, ты же знаешь, что я никогда на тебя не обижусь, —Ласково ответила та, слегка улыбнувшись. А затем не сдержала смешка, спросив, —Ты всё это время думал о том, что я зла на тебя и пришёл сюда, просто чтобы извиниться? Тот застенчиво кивнул.       Друзья за его спиной также не сдержались и тихо посмеялись. Младший обернулся к ним, окинув недовольным взглядом. Как только те успокоились, поспешно приняв спокойное выражение лица, Монсгилис вновь посмотрел на мать. И, рассмотрев кучу вещей, что заполонили всё её рабочее место, поинтересовался, —Тебе нужна помощь?       Его мама любила всё делать самостоятельно. Не особо доверяла такую ответственную работу другим, поэтому в её магазине и работало всего два человека. Даже продавцом она не хотела никого нанимать, желая заниматься всем сама. И быть точно уверенной, что всё идёт так, как надо.       —Не помешала бы, если честно, —Быстро согласилась Матриель, сложив голову на ладони, —Боюсь не справиться к назначенному сроку. Я бы даже запаслась помощью наших гостей, если вы не против.       —Вовсе нет, —Ответила за обоих девушка.       —Придётся пожертвовать временем на вашу прогулку. Даоминг всё так же соглашался, кивая.       —Я имею в виду, —Взглянув в окно перед собой, немного повременила перед завершением она, —Вообще пропустить сегодняшний день, полностью окунувшись в работу.       Те стояли на своём. А ведьма была им очень благодарна, вновь принимаясь за работу.       Монсгилис провёл краткий курс как нужно работать с металлами, какой минерал лучше всего подойдёт под каждый вид украшения, как скреплять их между собой и полировать, а затем, оставив их в одной комнате, пришёл обратно к матери, заняв пустующий рядом с ней стул.       —Большой заказ?, —Разбирая груду камней, осматривая их на свету, уточнил Монсгилис, —Так ещё и какие твëрдые. Алмазы, корунды, топазы.       —Это государственный заказ. Корнелия попросила меня сделать так много амулетов за короткий срок, как только смогу.       Младший удивился, взяв серебряную линию, что станет основой для его первого товара, —Когда срок сдачи?       —Завтра нужно принести столько, сколько получится сделать. Дальше будет видно.       —К чему такая спешка?, —Взял и сложил перед собой первый камень парень. Наверное, со стороны это так смешно выглядело. Камень собирается полировать и приводить в нужную форму другой камень.       Ведьма наклонилась к нему ближе, тихо разъясняя, —Золотой мой, ситуация в мире сейчас не важная. Мы запасаемся артефактами на случай неожиданного нападения, чтобы у нас в резерве была какая-никакая магия и надежда на то, что мы сможем отбить удар врага.       —Кто сейчас для нас опасен?       —Все наши соседи. Но вот Кринминц разошёлся не на шутку. Он ворует у нас ведьм с границы, из-за чего по всему периметру были расставлены наши солдаты. Много раненых защитников каждый день появляются в больницах. И у всех, как у одного, одни и те же раны: резанные и колотые, —Рассмотрев выемку для камня, она тяжело вздохнула, продолжив, —Некоторые пытались отбиваться, но у них ничего не получалось. Наши солдаты смогли во время попыток отбиться выхватить их оружия и даже отодрать куски от одежды, в которую они были одеты. Мы так и не можем с точностью сказать кто именно постоянно на нас нападает: люди или колдуны, ведь один лишь лоскут и оружие не могут нам ничего сказать. Как-то на службе одному из отрядов удалось подобрать старинный меч, которым пользовались когда-то люди. Другой группе повезло выхватить у них огнестрельное оружие, над созданием которых тоже работают люди. Но вот в ранах на телах ведьм остаются явные следы магии. Мы пока что не решаемся выдвигать против кого-то обвинения. Нужно больше доказательств. А ещё было бы неплохо узнать мотив нападающей стороны.       —Как отличать колдунов от людей?       —Колдуны — ненастоящие маги. Их сила не была дана им природой, они пользуются лишь воссозданием всей той мощи, которой владеем мы. И их главная отличительная черта в том, что они постоянно носят зачарованные артефакты.       —Но ведь мы тоже держим зачарованные вещи при себе большую часть времени.       —Наше различие в том, что если оставить колдуна без украшения, то он тут же ослабевает и становится не сильнее обычного человека. В то время как мы, вне зависимости от наличия камней, владеем магией на постоянной основе. Ведь она течёт в нас, в нашей крови. А их магия — лишь попытка стать такими же сильными. Амулеты усиливают в них ту малую силу, которую они приобрели нечестным путëм, в несколько раз, отчего они могут не уступать нам по возможностям.       —Серьёзная проблема, —Тяжело выдохнул хрустальный мальчик, вставляя камень в сердцевину, сложив готовый амулет на край стола.       Так они провели весь день. Вставляли камни в ободки, убеждаясь, что они хорошо друг об друга держатся, и складывали готовые украшения в отдельное место, вновь берясь за другие ингредиенты.       Дальше один большой мешок, куда засунули всё изготовленное, перетащили в главный зал, расположив прямо на полу.       Ведьма встала к гостям спиной и начала проводить неизвестный ритуал, расставив вокруг мешка свечи. Сначала она села. Развела руки в стороны, отчего свечи тут же зажглись, и неспешно встала на ноги, поднимая ладони следом за собой. А за ними следовал и огонь, поднимаясь на уровень её плеч. Она двигала руками из стороны в сторону, внимательно наблюдая за тем, как послушное пламя следовало за ней, принимая те формы и размеры, которые ей были нужны. Зажав всю силу огня в кулак, второй ладонью она махнула вверх, подняв все изготовленные изделия. Развела пальцы в стороны, отчего они все стали висеть в воздухе сплошной стеной, но не соприкасались друг с другом. Второй рукой она подхватила ожидающие амулеты, снизу вверх закрывая их прыгающими искрами, что охватывали каждый последующий с головой. И так до самых верхних рядов.       Когда каждый камень захватила сила огня, весь жар тут же мгновенно пропал, разлетевшись маленькими горящими точками по помещению. Товары упали на появившееся облако от горения. А затем осторожно расположились на мешке.       Повернувшись к ребятам лицом, она кивнула, поблагодарив их за помощь. И, взглянув в окно, замечая, что Солнце уже давно ушло за горизонт, заодно попрощалась с ними, вместе с тем добавив, чтобы те приходили к ним в гости в любое время, когда захотят.       Монсгилис расстроился. Проводив их до двери, выходящей в сторону давно знакомого им поля, он долго извинялся за то, что три дня в его стране прошли так скучно, что их можно было бы объединить в один. Ему было так неловко за то, что он столько наобещал, а в итоге лишь показал им один праздник и... всё. Больше он их ничем не удивил.       Те успокаивали его, говоря, что они здесь были не ради развлечения, а просто чтобы посмотреть на самый обычный быт ведьм. И они всё это увидели. Большего они и не просили. Даоминг посмеялся, сказав, что в таком случае должен извиняться за то, что три дня водил их по своим турнирам смотреть на одни драки, за что ему тоже должно быть стыдно.       Каменному после этих слов стало легче на душе. Они договорились встретиться ещё раз через два дня. В их обычном месте.