Глава 9. В гостях у любви

Весь сегодняшний день и часть завтрашнего мне пришлось пролежать в кровати. Потом, когда мама вышла, я взяла телефон и позвонила в больницу. Там мне сказали, что операция прошла нормально и мой новый знакомый будет жить. Но самое главное было то, что к нему уже можно прийти навестить и даже прямо сейчас! И мое плохое состояние почти мгновенно сменилось на хорошее. Температура спала, голова больше не кружилась и во мне снова появились силы и стремление к новым свершениям. — Кстати, забыла спросить, — сказала вернувшаяся мама — Как вчера с Игорем поговорили? — У нас все кончено, — ответила я твердо, подняв голову от подушки — У Игоря есть другая и наши отношения для него больше ничего не значат. — Ну вот, — откровенно расстроилась женщина — А я думала, у вас наладится. — Знаешь, мама, — сказала я проникновенно — А ведь так часто бывает, когда ты тратишь столько времени и сил на того, кому по сути на тебя все равно и в результате не замечаешь того, кому ты действительно нужен и кто по-настоящему необходим тебе. — К чему эти слова, дочка? — не совсем поняла ее женщина и присела на край кровати. — Думаю, ты это скоро узнаешь, — сказала я в ответ и наскоро собравшись, поехала в больницу, мама на этот раз не возражала. — Знаешь, я чувствовал, что ты придешь, — этим словами встретил меня Лаврентьев, когда я вошла в палату, номер которой мне сообщила медсестра на посту — Наверное, я просто очень хотел, чтобы это было так и вот это случилось. Надо сказать, что выглядел парень довольно хорошо. Даже повязка на лбу этого не портила. Увидев меня, он хотел было сесть, но я удержала его от этого, категорично заявив: — Так, а ну лежать, мне сказали, что у тебя сотрясение мозга и тупая травма грудной клетки. — Слушаюсь и повинуюсь, — с улыбкой ответил парень — Иного бы послал подальше с такими советами, но тебя никогда. И если ты говоришь мне это, то, будь уверена, я даже не шевельнусь. — Не знаю, уместно это или нет, — начала я, присаживаясь рядом — Но я просто не могу, не хочу и не буду больше звать тебя по фамилии, очень хотелось бы узнать твое имя, так нам будет проще общаться. — Я давно уже хотел представиться, но не успел, авария помешала, — сказал на это он — А так мое имя Паша, точнее сказать, Павел Павлович Лаврентьев. Теперь твоя очередь назвать себя. — Думала, ты знаешь мое имя, — с удивлением произнесла я — Ты же назвал меня Оля, вот так меня и зовут на самом деле. — Правда? — не скрывал извинения Паша — Тогда я просто так сказал, наугад, мне показалось просто, что тебе именно это имя подходит и вот, я угадал. И если ты еще и скажешь, что твое отчество Сергеевна, то я просто не буду знать, что мне делать. — Как раз такое и есть, — оправдала я его ожидания — Именно Сергеевна. — В таком случае, Оля, я должен сказать одну вещь, — таинственно произнес Павел — Моего отца зовут Павел, а маму Ольга Сергеевна, как думаешь, что бы это значило? Не успела я ответить, как Паша мне резко сказал, услышав шаги в коридоре: — Оля, прячься под кроват, Лерка идет! — А как ты узнал? — только и смогла я спросить. — По шагам, — быстро ответил Паша — Я очень чуткий, несмотря на грубоватую внешность. Я легко выполнила его просьбу. Места под кроватью оказалось достаточно, во всяком случае для меня. Это уж точно было лучше, чем находится в обществе Леры. Встреча до сих пор у нас с ней была только одна и удовольствия лично мне она не доставила. Куда спокойнее быть здесь и чтобы она этого не знала. К счастью, ожидание продлилось недолго и вскоре срок моего заключения под кроватью закончился. — Ушла, — с явным облегчением сказал Павел, когда я вылезла — Видеть ее сил нет. — Кстати, вот, — решила я поставить его перед фактом — Мы с Игорем больше не вместе, он предпочел мне другую. — Не могу сказать, что меня это огорчает, — ответил мне юноша — И кстати, ко мне следователь приходил, по поводу моей аварии. — Да, а что он сказал? — спросила я ожидаемо. — А то, Олечка, — загадочно произнес Павел — Что даже меня удивило, авария эта была не случайной, ее подстроили. — То есть, это как, подстроили? — я сама тоже удивилась. — Вот так и подстроили, — продолжил рассказ Паша — Тормозные шланги не протерлись, не порвались, а их подрезали умышленно, то есть, проткнули! Из чего следует, что меня хотели убить и спрашивали, есть ли у меня враги или просто недоброжелатели. Я ответил как есть: нет, со всеми я в неплохих отношениях. — Но кто-то же это сделал, — сказала я очевидное. — Это верно, — вынужденно признал Лаврентьев — Но мне совершенно некого подозревать — Единственное, что точно сказал следователь, это то, что преступник - женщина. — Это еще почему? — воскликнула я, смутно начиная о чем-то догадываться, но догадка была расплывчатой и не оформленной. — Я не слишком понял его объяснения, — с сожалением сказал парень — Вроде бы что-то про следы проколов и еще какие-то признаки, я не вникал уже. Наш разговор прервало появление врача, скачавшего, что пришло время процедур. И как бы мне не хотелось остаться, а уйти все же пришлось. Всю дорогу до дома меня не оставляла мысль о том необычной преступнице, которая пыталась убить Лаврентьева. Кто же она такая? А главное, за что можно ненавидеть и желать смерти этому чистому, светлому человеку? Знала я его совсем намного и естественно не могла быть знакома с кругом его общения. Но тех, с кем я успела уже познакомится просто смешно подозревать — мама, отец, брат, Лерка. Стоп! Лера, вот о ней я тогда не подумала, что-то очень уж она мне при встрече не понравилась. Я постаралась как можно более достоверно вспомнить наш разговор. Да, вела себя моя соперница довольно агрессивно и выставила Пашу как свою собственность, ни в какую не желая его никому отдавать, репей одним словом - вцепится так не отдерешь. Так вот, в конце нашего с ней, так сказать, разговора, Светозарова обронила одну интересную фразу, что-то вроде: «Не стал моим, но и твоим не станет, я слов на ветер не бросаю». Так или примерно так это прозвучало. Что ж, Леночка эта в таком случае прекрасно подходит на роль предполагаемой убийцы. Есть превосходный мотив - месть за уход от нее. Да и выполнить задуманное ей не составило бы труда. Залезла под машину и нарушила работу тормоза. Даже знаю когда это случилось - в то время, когда я и Паша были в кафе. Основная проблема теперь - с кем поделиться своими догадками. Со следователем особо не хочется, не очень доверяю полиции. Знакомых в этой структуре у меня нет. С мамой? Да она и не в курсе всего этого. Ну не с Вовкой же! Еще чего смешнее предложите. С Ольгой Сергеевной? А что, это можно. В ближайшее время нужно подобраться к старшей Лаврентьевой и рассказать ей обо всем. Отлично, так я и сделаю. Адрес мне известен, вот и отправлюсь прямо сейчас. .