Воля огня, от ревности к ненависти.

      «Что же это за «Воля огня?» — спросите вы. Но ответ на этот вопрос будет куда более длинный, чем, вы могли бы подумать. Для начала определим это как некую философию которой следуют почти все Хокаге Конохи. Суть «Воли огня» заключается в том, что… Хотя давайте снова обратимся к «нарутопедии», чтобы сэкономить ваше время.

Это жизненная философия Хаширамы Сенджу и клан Сенджу, основанная на идее Асуры Ооцуцуки, что любовь — это ключ к миру.

      ¤ Согласно этой философии вся деревня это что-то вроде одной огромной семьи, и каждый шиноби Конохи с Волей Огня любит, верит, заботится и сражается ради защиты деревни, так же как и предыдущие поколения делали до него. Воля Огня проповедует самоотверженность в жизни и самопожертвование ради блага многих, в частности, родной деревни. • Воля Огня, по-видимому, это основополагающее понятие для преданности Конохе, а те, кто отвергал её, обычно занимали враждебную позицию по отношению к деревне и в свою очередь настраивали деревню против себя. • Орочимару не получил позиции Четвёртого Хокаге из-за того, что отказывался воплощать в себе Волю Огня, и в результате затаил обиду на Коноху.       Это основная информация о «Воли огня», но чтобы вы не подумали, что всё так невинно на первый взгляд, прочтите текст ещё раз, но уже только выделенные жирным шрифтом части текста. Ничего не напоминает? Смахивает на некую идеологию, но к какому же она ближе направлению? Ну же, знатоки! Самопожертвования ради деревни… Поляжем за землю рус… Ладно, возможно, автор уже перегибает палку, но не кажутся ли вам эти слова подозрительно правильными? Вроде как идея-то хорошая, но чем-то напоминает идеологию тоталитарного СССР.

«Всё ради государства, ничего кроме государства!»

(А теперь подставьте вместо слова «государства» — «деревни»). Вот вам и коллективизм и травля «белых ворон» впоследствии (передайте привет упомянутым ранее Орочимару и Наруто).       Вся эта идея о том, что деревня– это огромная семья, а во главе её Хокаге-отец (если женщина, то соответственно Хокаге-мать, хотя в подобной схеме обычно рассчитывают, что во главе будет мужчина. Цунаде Сенджу была неким исключением из правил)– чистой воды Патернализм, такая особая система властных отношений (погуглите, если хотите узнать об этом подробнее). Про отряд АНБУ, который подчиняется Хокаге, и который устраняет врагов Конохи, лучше не говорить, иначе невольно проводишь параллель с КГБ. А ещё спецподразделение Корень… «Завербуем всех: и взрослых и детей!» — вот их лозунг. Представьте себе, эдакие октябрята и комсомольцы, орудующие кунаями… Но пора остановится, пока не поздно, иначе ИМ это не понравится…       Впрочем, если опустить эти нелицеприятные детали, мангака Кисимото имел ввиду под Волей огня то, что именно любовь к близким движет человеком, когда предстоит сделать трудный выбор, выбор на грани собственной жизни и смерти. Старая добрая мораль, которую то и дело пытались донести все классики в мире.       Однако, существует учение противоположное «Воле огня», оно называется «Проклятие Ненависти», которому следовал клан Учиха. (Более подробно об этом речь пойдёт уже в следующей части).

***

      А теперь вернёмся к Орочимару. Думаю, что во всей это формулировке о «Воли огня», чувствовалось запредельное лицемерие, и Орочимару это видел, возможно он и сам понимал, что воплощать «Волю огня» — это врать не то что другим, но и себе самому, (может не из высоких побуждений он отказался от подобного, но скорее понимал, что для гения глупо так подставляться, являя миру такую очевидную ложь, как «любовь»). И вообще, как гениальный шиноби мог воплощать в себе любовь к жителям деревни, которые большую часть его жизни сторонились его и относились как к изгою? — вот и мне непонятно как. Возможно, Хирузен Сарутоби, который не увидел в нём «Воли огня», говоря это, скорее пытался хотя бы мысленно донести своему ученику, что даже если Орочимару и станет Четвёртым Хокаге, то на этом посту он продержится недолго, не потому, что у него нет привязанности к кому-то, как велит та философия, а просто потому, что он так сильно отличался от других, что не нашёл бы поддержки жителей Конохи, которые даже после его свершений, относились бы к нему с подозрением. Хуже того могло случиться только то, что Орочимару, как Четвёртого Хокаге, могли бы устранить силой по сговору, причём по сговору «своих», а не противников Конохи. Также любой Хокаге должен умело плавать в этом мутном море политики, а Орочимару же скорее учёный, его ум жаждет получить новые знания, а не придумывать очередные уловки, провокации и ходы, чтобы выиграть возникшую войну с другой деревней или выгодно заключить мир, не сдав собственных позиций. Хирузен знал, что его ученик способен и это выполнить, несмотря на свои интересы, но хотел бы он такой опасной участи для Орочимару? И так ли змеиному саннину было необходимо получить титул Хокаге? Что если он таким образом просто хотел получить признания со стороны жителей Конохи, которого он долго и почти безрезультатно добивался за свои годы на миссиях и на одной из войн шиноби.       Чтобы о чём-то судить нужно найти точку невозврата, и тогда станет ясно, кто был виноват в том, что Орочимару задумал уничтожить Коноху.

«Его взгляд всегда скрывал злобу и жажду власти… Я всегда знал, что это есть в нём. Я знал, но притворялся, что не знаю. Гений, чьи потрясающие способности появились на свет во время всемирного хаоса… Такие таланты рождаются раз в несколько десятилетий. Он будет тем, кто унаследует мою волю и мою силу… как я мечтал об этом…именно эта моя слабость и послужила причиной тех событий… и сегодняшних тоже.»

(Хирузен Сарутоби об Орочимару)

      Казалось бы да, ответ довольно очевиден: виноват Хирузен, который недоглядел и даже не попытался усмирить злобу в своём ученике. Более того, он дал Орочимару ложную надежду на то, что тот может стать Хокаге, его преемником, а в итоге, был вынужден отказать ему. Тогда это повод поквитаться с учителем, а не с деревней (всё же, как бы к нему не относились жители Конохи, ему бы это было менее важно, чем отношение его сенсея к нему, который в него верил и сам же провозгласил гением).

***

В данный момент вы увидите моё видение ситуации, точнее спора, который возник между Хирузеном Сарутоби и Орочимару по поводу титула Хокаге. Будем считать это некой инсценировкой и мои небольшим уклоном в джен в качестве эксперимента…

***

— «Воля огня»? Деревня, как большая семья? — Глупости! Меня всегда сторонились и смотрели как на чудовище, даже сейчас они смотрят на меня с недоверием, несмотря на все мои свершения. Хокаге должен внушать к себе уважение, его должны бояться, а привязанности делают нас лишь слабее! Я бы посмотрел, как бы они стали защищать других, а не себя, если бы над ними нависла угроза! Каждый бы защищал свою собственную шкуру! — непоколебимо едва ли повысив тон возмутился Орочимару, заметно нахмурившись в разговоре со своим бывшим учителем. — «Воля огня» — важная составляющая для любого Хокаге Конохи, если ты не можешь принять эту волю, то мне жаль. Мне жаль, что я отказываю тебе в твоей кандидатуре, и жаль, что дал тебе ложную надежду. Ты вправе держать обиду на меня, но не говори подобного о жителях Конохи, деревня не виновата в том, что выбор пал не на тебя, это было моё решение.– спокойно отвечал Хирузен змеиному саннину, чувствуя нарастающее напряжение между ними. — К чему тогда было это всё? Разве не было бы лучше избавиться от ученика или же не выделять его, обращаясь к нему наравне со всеми, вместо того, чтобы поведать ему о его гениальных способностях и талантах, чтобы в конце-концов обратить его же надежды в прах?! — Орочимару был зол, отчего грубо смахнул рукой свои волосы назад, не зная как унять своё раздражение. — Орочимару, я надеялся на то, что ты со временем придёшь к осознанию того, что те узы, которые тебя связывали с Джирайей, Цунаде и мной– ценны, я думал, что так ты пробудишь в себе «Волю огня». Но увы, ты не предаёшь ценности человеческой жизни, тебе чужда привязанность, а потому тебе не за что бороться, точнее не за кого… — хоть и с досадой, но твёрдо произнёс Третий Хокаге. — Видимо этого было недостаточно, чтобы пробудить во мне «Волю Огня». Да и не было никогда этих уз между мной и ими, и тем более вами: Джирайю интересовали лишь полногрудые особи женского пола, а Цунаде была увлечена Даном, у них уже было то, что они готовы защитить, но меня это никак не касалось. Что до вас… Я лишь для вас хороший ученик, который всё «схватывал на лету», да и о какой привязанности может идти речь в отношении меня? У вас есть семья: жена и сын– именно они заставляют вас идти вперёд. А я был, и буду сам по себе. Я никому не нужен здесь, да и мне никто не нужен…– желчь и яд были в словах Орочимару, это была сильная обида, но если Змея в гневе, который даже не пытается скрыть– это опаснее всего. Но Хирузен был неприятно удивлён ответу своего ученика, он и подумать не мог, что время и силы, которые он потратил на его обучение были для змеиного саннина ничем, просто «прихотью сенсея». –Орочимару…– сдерживая уже собственное негодование, пока ещё спокойно проговорил Хирузен. — Стоило вам стать Хокаге, и всё ваше внимание куда-то улетучилось… Вы принижаете мои заслуги и пытаетесь уверить меня в том, что нашёлся кто-то лучше, кто-то заслуживающий вашего большего расположения? — У него есть «Воля огня», он будет делать всё на благо жителей деревни, и потому я уверен, что он станет отличным Хокаге! — Сарутоби встал из-за стола и со всей серьёзностью и строгостью взглянул на змеиного саннина. –А разве я не делал достаточно для деревни, и не делаю этого и поныне? — Орочимару брезгливо кинул маску АНБУ на стол Хирузена уже предчувствуя, что и его бывший учитель начинает испытывать раздражение. — Ты мой лучший ученик, и всегда останешься им, но ты не будешь Хокаге! Если ты не примешь «Волю огня», то и жители Конохи тебя никогда не примут– это и есть та истина, которую усвоил мой преемник.– Хирузен ударил кулаком по столу, знаменуя свои последние слова окончательным решением. — Если бы Лист сгорел до тла, я бы и слезы не проронил… Потому что это означало бы вашу ошибку в выборе преемника– низкий голос Орочимару прозвучал спокойно, но в глазах его читалась ревность. Ревность, вызванная несправедливостью, неприятием своего несоврешенства в отношении своего соперника–преемника Третьего.       Хирузен должен был уладить этот спор как подобает, но и в его душе затаилась сильная обида на своего ученика, который за свои небрежно брошенные слова перечеркнул всё то, что Сарутоби передал Орочимару, как наставник. И то было не только знания, но и восхищение и вера в него… А теперь всё вокруг них обоих помутилось пламенем злобы, которая и заставила самого Хирузена сделать неверный шаг, превративший ревность Орочимару в ненависть к нему и всей деревне впоследствии. Третий Хокаге лишь произнёс: –Уходи, твои слова–яд, а мысли чудовищны. Я не хочу тебя видеть…– это было и бессилие и последняя капля терпения старика, он произнёс это так холодно и равнодушно, насколько это вообще возможно. Лицо же его ученика исказилось неподдельным удивлением, змеиный саннин развернулся спиной к своему учителю. — Теперь и вы заговорили как они, когда я был ещё ребёнком…– напоследок негромко и без какой-либо эмоции произнёс Орочимару и скрылся за дверью. Оба слишком поздно осознали, что это– конец. Орочимару больше не видел смысла оставаться в Конохе, а потом и вовсе перешёл грань в своих исследованиях и стал похищать шиноби ради своих экспериментов…