декабрь 2025 г. — июль

Кто-то открыл разогретую до предела духовку, и весь Петербург оказался заражён удушающим зноем. Июль заставил распахнуть окна и внёс в меню всех кофеен айс-латте, не оставил свободного места на пляжах и положил на полки магазинов клубнику. Торжество юности и студенчества: в кабинете литературы впустую нагреваются парты под палящим солнцем, но никто об этом не узнает, а закрытую сессию можно праздновать до начала следующего семестра. Середина лета щедрой рукой рассыпала подарки и тут же прижигала оглаженные головы солнечными ударами. Он вышел на улицу, и для ощущения не было описания лучше, чем воспоминание о бабушкиной теплице. Шорты, футболка, кеды в мелкую дырку и кепка. Разумеется, кепка. А ещё на всякий случай очки. Это как совмещать презервативы и ППА. За находчивым, по его собственному мнению, сравнением последовала болезненная от жары ухмылка. Её тут же стёр проезжающий мимо автомобиль. В мультике бы нарисовали, что он трясётся из-за музыки, а корпус разбух от количества людей внутри. И это семь утра. «Вот суки, наверняка золотая молодёжь». По состоянию машины было видно, что никакая это не золотая молодёжь, но разве это важно? Важно, что они могли кататься с девчонками по городу, слушать на полную рэп, а ещё направляться — клянусь — в сторону прохладной речки. Романтизировать работу в такую погоду становилось сложно. Он знал, что это будет незначительной сложностью, когда он придёт на пары в новых кроссовках, но сейчас тащиться в магазин после пяти часов сна казалось каторгой. Глобальное потепление — явно не миф, иначе каким образом в такое время можно вспотеть за пару минут ходьбы? Видимо, центром этой проблемы авторства Греты Тунберг стал именно Питер, чтобы наказать жителей за количество пошлых шуток про расчленёнку и соль. Тоскливый взгляд на зашторенные окна первого этажа. Спят ведь, не им же принимать поставку, правильно. Но и не им носить нью бэлэнсы. Снятся ли лентяям крутые кроссы?