я один в этом городе

      Ло недовольно пыхтит, вытирая со лба пот и таща домой сумку с продуктами, когда слышит громкий мальчишеский хохот и его сбивают с ног.       Он не успевает даже среагировать, уйти с пути обезумевших детей, когда на него налетает сперва один, затем второй, и они все втроём падают на дорогу посреди небольшого продуктового рынка Рейнбейса.       Сумка падает вместе с ними, и круглые фрукты выкатываются один за другим, чтобы грустно прокатиться немного вперёд и замереть. Точно так же, как это сделали лежащие на Ло двое черноволосых мальчишек, явно братьев.       — Какой ужас, нам так жаль! — взволнованно и виновато воскликнул ещё один, но уже блондин и со шрамом на лице, приседая рядом и помогая своим товарищам подняться. — Луффи, Эйс, мама же говорила, что нельзя играть в догонялки в местах, где есть риск столкнуться с кем-либо! — запричитал блондин, отряхивая одежду самого младшего с глупой соломенной шляпой на голове.       — Раньше мы ни с кем не сталкивались, потому что все расступались, — ехидно выдал темноволосый мальчишка с веснушчатыми щёками, но чуть старше того, что был со шляпой. Он скрестил руки на груди и с вызовом взглянул на поднявшегося Ло.       Которому в это время начал помогать собирать фрукты блондин, недовольно бурчащий о том, что это он здесь единственный испытывающий чувство вины и элементарной эмпатии к чужой беде человек.       — Что ж, — протянул весело самый младший, беззаботно перекатываясь с пятки шлепанцев на носок, — значит, это будет первым разом и нашим уроком, — он мягко хихикнул, и Ло невольно посмотрел на него, встречая полный детской непосредственности, но неожиданно осмысленный взгляд. — Давай дружить?       Ло оскорбленно приподнял подбородок, прижимая к груди сумку с фруктами, которые уж очень полюбились его приёмному отцу. Он презирал подобное беспечное детское поведение, так как сам уже был взрослым — ему было пятнадцать лет!       — Я не хочу иметь ничего общего с такими хамами и невеждами, как вы, — холодно и высокомерно произнёс Ло и, громко фыркнув, он развернулся и направился домой (в гостиницу, где они остановились с Корой-саном).       — Придурок! — крикнули ему вслед.       В самом деле, гневно думал Ло, поднимаясь на второй этаж, где был их номер, ему никто, кроме Коры-сана, не нужен, особенно какие-то друзья, да ещё и дети, к тому же! Он практически взрослый мужчина, которому не предстало возиться с малолетними идиотами.       Почувствовав запах дыма ещё на подходе к номеру, Ло напряженно подобрался, ожидая всё, что угодно, но то, что он увидел, было… было намного более трогательным.       Вставший некоторое время назад Росинант решил приготовить для них обоих завтрак, пока Ло отсутствовал, но не справился с плитой, и поджёг плед, в котором находился на кухне.       Со способностями Ло подобные локальные катастрофы теперь были легко решаемы, и уже буквально через минут пять они сидели за столом и ели испорченную яичницу.       Кора-сан мягко настаивал на том, чтобы Ло не давился и взял покушать что-нибудь другое, но мальчик упрямо жевал черные по краям и громко хрустящие яйца, не показывая ни одним мускулом лица, насколько яичница пересоленная и на самом деле сгоревшая.       С громкими сюрпами пьющий чай Коразон, задумчиво рассматривающий Ло некоторое время, вдруг выдал:       — Ты с кем-то сцепился на рынке?       Ло моргнул и недоуменно взглянул на своего отца:       — С чего ты это решил?       — Выглядишь слишком для тебя, э, помятым? — пробормотал Коразон, перекатив сигарету во рту. — Словно на песку валялся.       — Так и было, на самом деле, — раздраженно вздохнул Ло, откладывая вилку. — Столкнулся с какими-то сумасшедшими детьми на рынке, и упал из-за них… Да ещё нахамили.       Коразон недовольно пыхнул сигаретой, а в следующее мгновение загорелась ткань халата на его плече. Ло рявкнул на отца, чтобы тот был осторожнее, и снова применил силу фрукта. Росинант мягко и виновато засмеялся.       На другом конце города двое мальчишек жаловались своей маме на грубого подростка, не сказавшего ни слова благодарности, а третий, самый младший, мечтательно вздыхал, периодически говоря о том, что он хотел бы подружиться с ним.