Вечер 22 июня (окончание)

      Набережная Чикаго,             вечер 22 июня                   Р и т а Быть может, мы причалим? Утомился, Я вижу, ты.                   Э л и о т                         Нет-нет, спадает зной. Сейчас мне легче будет. Вечереет... Солнце медленно заходит. Разливается вечерняя заря                   Р и т а Уже закат.                   Э л и о т                   На родине моей Сейчас всю ночь светло.                   Р и т а                                     А там красиво?                   Э л и о т Да, очень. О заснеженных горах Не расскажу — их просто видеть надо. А водопады... Замерев, смотрел: С громоподобным шумом низвергалась Вода, и струи, на камнях дробясь, Как радуга, играли. Будто дымом Поток окутан светлым. Птицы есть, Что среди струй лавируют, играя В самой воде.                   Р и т а                         Ты шутишь!                   Э л и о т                                           Точно так, Зовут их водяными воробьями. На берегах реки цветы горят Один другого краше. В праздник в воду Бросают их. Как раз сегодня в ночь Там соберётся, верно, вся деревня — Зажгут костры и будут танцевать... Раз как-то вдаль ушёл я за венками, Что опустили в реку. Мой отец Едва догнал меня. Но как бы ярко Ни расцветали летние цветы — Милее мне другие, что на склонах Я хмурых видел: прямо на снегу Цвели, медовый запах источая.                   Р и т а Так любишь ты цветы?                   Э л и о т                                     Они даны Как память рая нам... Как не любить их?                   Р и т а А правда ли, скажи мне: те из них, Что не имеют запаха — бездушны?                   Э л и о т Не знаю. Как подарок, аромат Даётся Небом — так всегда я верил, Но всё же я бездушным ни один Не стал бы называть.                   Р и т а                                     Так ты скучаешь По родине?                   Э л и о т                   Прожив здесь десять лет, Домой уехать вряд ли б я решился...                   (помолчав) Но дорого бы дал я, чтоб ещё Хоть раз увидеть, как танцуют халлинг*, Послушать вновь, как девушки поют На берегу, а старые соседки Пугают расшалившихся детей Легендами о кобольдах и троллях..                   Р и т а Ты тоже слышал их?                   Э л и о т                   (смеясь)                                     Бывало, да! Но я и в раннем детстве им не верил.. Ну так... почти... Предание одно** Запало в душу мне — его я помню И до сих пор.                   Р и т а                         Ты можешь рассказать?                   Э л и о т В деревне парень жил, пустой гуляка И ветреник. Был знатный хулиган И вместе с тем мечтатель. Уж не помню, За что он изгнан был, но удалиться Ему пришлось в непроходимый лес. И вот к его избушке потаенной, Забытой всеми, девушка пришла — Она его любила. Но уж тролли Своим его считали... Он бежал...                   Р и т а Бежал, её оставив?!                   Э л и о т                               Да, в том доме... В избушке той... Он твёрдо обещал, Что возвратится, но когда — не знает, И попросил одно лишь: жди меня. Доверчиво она ему сказала, Что будет ждать...                   Умолкает                   Р и т а                               И что же дальше?                   Э л и о т                                                             Он Скитался весь свой век по разным странам. В пустынях аравийских выдавал Себя он за пророка, в бурном море Опасности навстречу вёл суда... И всё мечтал о светлом королевстве, В пучине же порока утопал Сам с каждым днём всё глубже. Тут и старость Подстерегла. На родину свою Вернулся он, в грехах уж троллям равен, А тут и сам лукавый за душой Его явился. Рита издаёт испуганное восклицание. На берегу появляется Роберт, наблюдая за лодкой. Солнце полностью скрылось. Начинает быстро темнеть                   ...И изрёк: ни небу, Ни адской бездне не нужна душа — Так пусть она исчезнет. Разве только Найдёт он хоть кого-то на земле, Кому бы он был нужен. Он сквозь чащу Рванулся к дому из последних сил — Она, слепая, на крылечко вышла И встретила его. И он припал К её коленям и молил прощенья...                   Р и т а Она его простила?                   Э л и о т                               Да — сказав: Он пред землёй и небом неповинен... И павши перед ней, как пред святой, Скончался он — и отступил лукавый, И воспарила грешника душа К небесному блаженству.                   Р и т а                                           Слава Богу!                   (помолчав) А что она? Ушла потом за ним?                   Р о б е р т                   (с берега) Начальник, эй! Элиот невольно оборачивается             (спохватившись)                               Я, верно, обознался...                   Э л и о т       (стараясь говорить шутливо) Поосторожней в следующий раз! Роберт несколько отходит, но оставляет лодку в поле зрения                   (Рите) Что ты сказала?                   Р и т а                               Что случилось с нею? Она, должно быть, тоже умерла?                   Э л и о т Не знаю. Мне о том не говорили. Должно быть, так.                   Р и т а                               Она ведь дождалась... Зачем ей оставаться...                   Э л и о т       (подгребая к берегу)                                     Вот и кончен Наш путь сегодня. Лодка причаливает к берегу. Элиот выходит из неё и помогает выйти Рите             (с колебанием)                               Уж почти темно. Я... провожу тебя.                   Р и т а                               Нет-нет, не надо! Ты уж довёз меня. А Габриэль Тебя совсем не знает... Он ведь вспыльчив И Бог весть что подумает. Пойду. Храни тебя Господь!                   Э л и о т                                     Пусть ангел светлый Тебе пошлёт спокойный, сладкий сон!                   Р и т а                   (тихо) Да, о тебе!             (громче, Элиоту)                   Ужели снова долго Не встретимся?                   Э л и о т                   (с болью)                         Не знаю. Жди меня...                   Р и т а Я буду ждать.       Уходит, Элиот смотрит ей вслед                   Э л и о т                   (тихо)                         Прости. Прости, коль можешь.                   Молчание Нет, времени теперь нельзя терять. Осматривается. Заметив Роберта, который идёт далее по берегу, устремляется к нему Эй, Роб!                   Р о б е р т                   А, шеф... Прости. Едва не выдал Тебя сегодня...                   Э л и о т (прерывая его нетерпеливым жестом)                         Роб, ребята где?                   Р о б е р т Вон там оставил их.             Указывает вдаль                   Э л и о т                                     Собраться надо. Я в эту ночь на Лейк-Шор-Драйв вас всех Пошлю — там будет жарко.                   Р о б е р т                                                 Что же, с нами Ты сам пойдёшь? Ведь брал ты выходной.                   Э л и о т Придётся. Ох, хотел бы ошибиться, Но дело будет трудное.                   Р о б е р т                                           Ты как Узнал об этом? Элиот подаёт ему знак молчания                         Ладно, шеф. Как рыба Я буду нем. Да как бы ни узнал — Лишь был бы толк от этого! Устал я, Что вечно водят за нос нас они.                   Э л и о т                   (с горечью) ...И мы опять приходим слишком поздно.       Показывает рукой вдаль Предупреди их. Я сейчас приду.                   Р о б е р т Как скажешь, шеф. Слегка склонив голову в знак повиновения, поспешно уходит                   Э л и о т       (почти в полной темноте)                               Тебя заставил нынче Я планы братьев выдать. Как назвать Такой поступок? Но когда б ты знала, Что, может быть, твои слова спасут От гибели кого-то — Рита, Рита! Быть может, и простила б ты меня! Поспешно идёт в ту же сторону,       куда скрылся Роберт