Глава 8.

***

Чонсоб шёл домой, сжимая в одной ладони телефон. — Если я напишу ей сейчас – это будет странно, — рассуждал он, идя по улице, освещённой фонарями, — А если напишу потом, то будет совсем жутко! Он пародировал возможную реакцию подруги: — «Эй, Чонсоб, ты совсем придурок спрашивать меня про объятия? Совсем мозги от нот потекли?» — сдавливая связки говорил он, — «Соб-и, зачем ты придаешь такое значение нашим обнимашкам? Ты что-о, влюбился?» Парень тут же застыл, вытаращив глаза: — Какой я идиот, боже! — крикнул он, хватаясь с красное лицо, — Эта дурочка вызывает меня на эмоции получше, чем музыка! Я скоро взорвусь! Он шёл и пыхтел одновременно, на лбу выступил пот от смущения. — Если я неправильно подберу слова, она может подумать, что нравится мне, и тогда нашему общению конец, — проговорил он, выдыхая вверх. Вдруг телефон отозвался короткой вибрацией. «Что?» Он поднял руку и увидел, что все его самобичевание было случайно записано на голосовое сообщение и отправлено подруге. — Не-ет!! — закричал парень со всей силы в экран смартфона, — Идиотская штуковина! Почему люди не продолжили общаться птицами или письмами на бумаге? Чертовщина! Чтоб тебя! Где-то с противоположной стороны улицы из окна послышались угрозы вызвать полицию за шум во дворе. Чонсоб стушевался и быстро пошёл в сторону дома, шипя на телефон и сжимая его в руке. Всю дорогу он шёл не отрывая глаз от экрана. Две серые галочки напротив сообщения могли стать цветными, и хотелось бы проследить, если это случится. Чонсоб хотел удалить свое сообщение, но часть него сомневалась. «А если она воспримет это как шутку, издёвку? Интак ведь постоянно несёт чушь, и я тоже могу, почему бы и нет?» — пытался логически рассуждать он. Недолго думая, он решил всё-таки удалить его. Зажав облачко сообщения он не думая нажал кнопку «удалить у себя», в ту же секунду, когда две галочки напротив загорелись, а значок «онлайн» мелькнул в углу фотографии Джису. Чонсоб молча смотрел на горящий экран телефона с поднятыми бровями и выпученными от собственной тупости глазами. Он поднял взгляд и посмотрел куда-то в сторону, словно там была скрытая камера, снимающая все его позорные моменты жизни: — Я сейчас его просто выкину и скажу, что это не я. Всё, это не мой телефон, — обречённо диктовал он самому себе, — Скажу, что это кто-то решил подшутить, это всё ещё не я. Через несколько минут смартфон завибрировал, сообщая о новом уведомлении. — Нет, я теперь прочитаю только через сотню лет, подруга, прости уж, — бурчал он. «Да как можно быть таким идиотом, Господи!» — гневался на себя Чонсоб. Не в силах прочитать ответ Джису, он выключил телефон, кинул в карман и дошёл до дома, уже мысленно собирая вещи для переезда в другую страну.

***

Тем временем, младшую из семейства Ли кое-кто ждал дома на кухне. — Юна? — удивленно спросила Джису, не веря своим глазам, — Я сплю?? — Нет! — радостно вскрикнула старая подруга и слёту обняла девушку, — Я та-ак рада тебя видеть, ты себе не представляешь! О Юна была старой подругой Джису. Они делили одни качели и одних кукол, хотели даже пойти в одну школу, но родители Юны в последний момент решили, что лучше пойти в частную школу с углублённым изучением иностранных языков, потому пути двух дружных девочек разошлись. Девушки прошли в комнату Джису мягко закрыв дверь. Юна разлеглась на кровати, а вторая примирительно села рядом, поджав под себя ноги. — Как твои дела? — задала вопрос Юна, — Появился парень? — Неужели это первое, что тебя волнует, когда долго не видишься с подругой? — посмеиваясь сказала Джису. — Конечно. Нет ничего интереснее, чем слушать про чужую личную жизнь, — утвердительно махнула рукой Юна, — Рассказывай. — У меня нет парня, — передразнила Джису, — Но есть два очень хороших друга. — улыбка на лице девушки стала шире, а щёки понемногу стали краснеть. Пальцы нежно гладили уголок пледа. — У-у-у, — протянула старая подруга, — А как они выглядят? Красивые? Джису показала фотографии Чонсоба и Интака из своей галереи телефона. Юна выхватила смартфон и стала разглядывать: — Погоди! Я его знаю! — Что? — удивилась Джису. — Точно! Это он! Он работает в доставке, такой дурак! Как меня увидел, сразу стал чуть ли не заикаться и ронять всё подряд, включая свой скутер. Девушка рассмеялась: — Так вот что за девушка мечты? Юна хлопнула Джису по бедру, — Он говорил обо мне?! Та утвердительно закивала, закрывая ладонью улыбку и стеснение. — Дай мне его номер! Пока девочки хихикали с Интака и его личной странички в социальных сетях, телефон Джису раздался в уведомлении. Та подняла телефон и увидела на экране блокировки голосовое сообщение от Чонсоба. Она покосилась на подругу, которая возбуждённо листала фотографии Интака и отвешивала комплименты вслух. — Ну ты ещё экран зацелуй, — пошутила Джису. — Вот и зацелую, — показала язык Юна, — Только не экран, а его самого! — Бесстыдница!! — взвизгнула Джису и ударила подругу подушкой по голове, — Такая самоуверенная. Девушка разблокировала свой телефон, но подруга выхватила его из рук: — Мы второго ещё не заценили! — буркнула она, заходя в его профиль через чат, — А он тоже красавчик! Могу я забрать обоих? — А ничего не слипнется нигде? — с издёвкой сказала Джису. — Эх-х, ты права, — выдохнула вторая и вернула телефон хозяйки в руки, — Ничего не поделаешь. Жди меня, Так-и. — Если ты ещё раз это скажешь в настолько слащавой и сладкой детской интонации – меня вырвет. — Злюка. Джису тихо включила голосовое сообщение от Чонсоба над ухом, но к прослушиванию успела присоединиться ещё и Юна. Две девушки услышали слово в слово: «Эй, Чонсоб, ты совсем придурок спрашивать меня про объятия? Совсем мозги от нот потекли?… Соб-и, зачем ты придаешь такое значение нашим обнимашкам? Ты что-о, влюбился?… Какой я идиот, боже! Эта дурочка вызывает меня на эмоции получше, чем музыка! Я скоро взорвусь!… Если я неправильно подберу слова, она может подумать, что нравится мне, и тогда нашему общению конец» — прозвучало в телефоне. Девушки медленно подняли глаза, одна была удивлена не меньше другой. Когда Юна набрала побольше воздуха, чтобы завизжать на всю комнату, Джису закрыла ей рот ладонью: — Даже не думай об этом, — шепотом сказала девушка, — Сейчас я медленно уберу руку, а ты не будешь орать о том, что услышала, поняла меня? Улыбающимися глазами Юна дважды кивнула и выдохнула. Джису убрала холодную и вспотевшую ладонь и провела ею по пледу, стирая всю влажность от нагрянувшего волнения. Она сделала импровизированную дыхательную гимнастику, пытаясь унять встревоженное сердце от услышанного. Юна молча лыбилась и ждала, пока ее старая подруга скажет что-нибудь, но было видно, что та на пределе, чтобы не начать изливать поток мыслей вслух. — Это… — сдавленно произнесла Джису. — Да-да-да! — затараторила Юна, хлопая подругу по ляжкам, — Ты все правильно поняла, и я за тебя рада! Такой красавчик, еще и так нелепо признаться, даже оригинально, я бы сказала! — Это не так, — отрицала Джису, покрасневшая как помидор, — Он, наверное, ошибся! — Ли Джису, чтоб тебя, — раздраженно выдохнула старая подруга с улыбкой на лице, — Если ты вечность будешь отвергать парней или отрицать их чувства, клянусь, я приеду и сверну тебе шею! — Юна-а! — протяжно прикрикнула смущенная, — Это невозможно! Мы с ним с детства, когда ты переехала, были друзьями. Он даже меня сестренкой называл. Мы с ним связаны неразделимой дружбой, и это сообщение вообще не говорит о том, что я ему нравлюсь! Возможно объятия были лишними, потому что теперь он не то подумал! — девушка схватилась за голову, — Какая я дура… — Ты его смутила обнимашками? — удивилась подруга, — Ну ты даешь, и как ты умудрилась с таким подружиться, а? — Замолчи, дурочка… — шикнула Джису. — А-ах, годы идут, а малышка Джи все не меняется, — выдохнула Юна с упоением, — Ты всегда такая… Девушка подняла голову: — Это какая же? — Ли Джису, — обратилась Юна, закидывая руку на плечи подруги, — Ты всегда выглядишь такой холодной и недоступной, из тебя иногда и сообщения не вытянешь… но твоя душа и сердце горячие настолько, что в этом пожаре некоторым так и хочется подпалить себя. Я с тобой дружу столько лет не потому, что в детстве нас связывали качели и общающиеся между собой семьи, ты — моя родственная душа. Ты всегда такая эмоциональная и яркая, если тебя узнать получше, — увлеченно говорила Юна, — Ты похожа на ледышку, до которой можно коснуться и расплавиться. — Противоречиво… — с ноткой грусти произнесла Джису, косо глядя на подругу. — И не говори, — усмехнулась она, — Но я ни за что не дам тебе в этот раз проявить свою привычную версию. Пора выходить из зоны комфорта, подружка. — И что ты предлагаешь мне делать? Сказать ему: «О, Чонсоб, это круто, спасибо за твое сообщение»? — Фу-у, ты что, стерва? Или он совершенно тебе не нравится? Джису задумалась. Каждый взгляд Чонсоба заставлял Джису немного волноваться, а почти каждое касание выбрасывало сердце из ровного ритма. Когда он ее поддерживал, смеялся или грустил вместе с ней – ноты души становились минорными или мажорными, окрашивались в разные оттенки. Чонсоб тот, кто познакомил Джису с музыкой ее души и сердца. — Я думаю, что… — пониженным голосом начала Джису, — Я как будто не могу представить свою жизнь без Чонсоба. Это звучит глупо и приторно, но я правда не могу вообразить, каким был бы каждый прожитый мною день без него. Я не сумасшедшая. Я привыкла иметь такого человека, как он. Без него чувствую, словно часть меня пустеет… и становится блеклой... — Ого… — шепнула Юна, — Да ты по уши влюбилась! Джису коснулась своих горящих щек: — Наверное, — коротко бросила она и взвыла, — Юна-а! Что мне де-ела-ать?! — Соберись, завтра важный день. Вы должны встретиться и поговорить! — Я не могу-у-у, я выгляжу, как вареный картофель! — плакалась Джису. Юна надавила на дальнее плечо подруги, от чего та вытянулась, как гитарная струна. Старая подруга вскочила и вмиг оказалась возле комода с одеждой. Она выдвинула все три ящика и задумчиво хмыкнула: — Придется постараться. — Ты будешь мне сейчас подбирать наряд, как это бывает клишировано в американских сериалах? — саркастично спросила Джису. — Что? Нет! — буркнула Юна, разрушая все представления, — Ты сама посмотри на свою одежду и выбери, в чем надо будет пойти и решить свою любовную судьбу, а я поеду, родители уже ждут меня дома. Присылай мне фото, что ты выбрала для признания парню в чувствах. А лучше в принципе не забывай меня и пиши почаще. — Я даже не успеваю забыть, потому что ты пишешь мне раз в два дня, — хихикнула Джису и потянулась обняться со старой подругой. — И то верно, — подмигнула вторая и тепло ответила на объятия. В эту короткую секунду Юна усмехнулась и шепнула на ухо Джису: — С Чонсобом такие же приятные обнимашки были? Джису укусила другую за плечо. Обе засмеялись и та проводила Юну до выхода. Девушки попрощались. Вернувшись в комнату, Джису устало упала на кровать, окруженная туманом мыслей: как себя теперь вести? Что сказать при встрече? Нужно ли это вообще? Джису никогда не задумывалась о том, что чувства могут быть взаимными. Она считала, что такое возможно только в фильмах и книгах, которые она смотрела и читала в запой. Но внутреннее "я" всегда боялось взять ответственность за рисковые слова. Младшая Ли никогда не допускала мысль, что может нравиться близкому другу, и проще было бы считать, что он найдет себе другую девушку, с которой ему будет хорошо. «Это будто нереально. Может я правда сошла с ума?» — думала она. «Нужно сказать ему… а что сказать?» Джису легла под плед и свернулась в позу эмбриона, чувствуя себя так безопаснее всего. Мысли не утихали. Они были и плохие, и хорошие. Слова впервые было так тяжело подобрать, словно в легких бурлила кипятком вода, а в горле образовалась засуха, рассыпающийся песок по всему рту. Сердце неустанно стучало, и девушке даже пришлось найти в тумбочке успокоительные, чтобы хоть немного расслабиться. Долго и муторно она подбирала слова, чтобы постараться объяснить ситуацию Чонсобу завтра в школе. Она схватила телефон и из последних сил набрала сообщение, чтобы они поговорили завтра. Положив его под подушку она зарылась носом в одеяло, и через тягостный час смогла уснуть.

***

Парень смог сомкнуть глаза только под утро. Поспав несчастные полтора часа он собрался, через силу позавтракал, потрепал непослушные, сухие волосы, и вышел из дома. По дороге в школу вся улица казалась не такой живой, как обычно; люди были хмурыми. Ученики, идущие с юношей одной дорогой, были мрачными и необщительными между собой. Даже собачники не здоровались друг с другом, что делало атмосферу еще более угнетающей. Создавалось впечатление, что именно сегодня решится судьба их с Джису дружбы, и самоощущения Чонсоба были похожи на длинную очередь в кино, по завершению которой выяснится, что желанный фильм отменили. «И вот надо было родиться таким дебилом…» — отчужденно ругал себя парень. В наушниках играла песня под названием «вечность». Строки говорили о прожитом времени двух людей, которые любили друг друга, и как сильно им хотелось, чтобы это время не заканчивалось. Мелодичный постоянный ритм и сопровождение гитары создавали внутри юноши поток тепла, крутящийся где-то внутри. «Радует, что хоть кто-то может говорить об этом, не переживая за последствия…» — подумал Чонсоб. Дорога к школе именно в этот день была слишком короткой. Юноша обреченно вздохнул и наконец поднял взгляд. Вытаскивая наушники, пока в них звучала строчка «Я никогда не отпущу тебя», парень увидел Джису, которая с таким же задумчивым выражением лица шла на встречу. «Это будет трудно» — заключил он и вступил за ворота учебного заведения.

***

Уроки протекали, словно вода сквозь пальцы. Интак всячески из последних сил пытался поговорить сначала с другом, а потом с подругой. Но ни один, ни вторая, не могли поддержать разговор, из-за чего брюнет решил, что лучше поспать перед очередной сменой. Джису в один из коротких перерывов положила Интаку на парту одну из своих тетрадей с конспектами и еле улыбнулась, видя парня, пускающего слюни на сгиб руки. Чонсоб и Джису словно впервые игнорировали друг друга, оттягивая неизбежный разговор после учебы. Каждый снова и снова прогонял в голове заготовленную речь, которая не подходила по тем или иным причинам. Тревога нарастала, и оба не понимали, кто решится первым начать этот неловкий разговор. Через некоторое время терпение и скрипучее ожидание настигло своего пика. Вместо излюбленного обеда, о котором мечтает большая часть учеников старшей школы, Чонсоб молча взял Джису за запястье и повел на задний двор школы, где обычно не так много народу. Теплый дневной ветер успокаивал нервы девушки; юбка по краям была слегка влажной от потных ладоней. Пара друзей вышла на задний дворик, парень встал напротив девушки, набрал побольше воздуха и сказал: — Ты же прослушала мое сообщение вчера?